ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-15143/2022

01 декабря 2022 г.                                                                                 Дело № А65-9617/2018

Резолютивная часть постановления оглашена 24 ноября 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 01 декабря 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Бессмертной О.А., Мальцева Н.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства

рассмотрев в открытом судебном заседании 17-24 ноября 2022 года, в помещении суда, в зале №2, 

апелляционную жалобу ФИО2 

на определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 августа 2022 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2, ФИО4, ФИО5, о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела № А65-9617/2018 

 о несостоятельности (банкротстве)  общества с ограниченной ответственностью «Лотос»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09 ноября 2018 года общество с ограниченной ответственностью «Лотос» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего должника ФИО3, члена Некоммерческого партнерства СРО АУ «Развитие».

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 (вх.36982) о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности в размере 46 643 004,42 руб.с учетом уточнения конкурсного управляющего, принятого судом к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 августа 2022 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. 

Привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО4, ФИО5.

Взыскано солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лотос» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) с ФИО2 46 643 004,42 руб., с ФИО4 46 643 004,42 руб., с ФИО5 34 739 000 руб. 

В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 августа 2022 года в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 октября 2022 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 17 ноября 2022 года.

От ФИО2 и его представителя поступили ходатайства об отложении судебного разбирательства в связи с болезнью. иных обоснований не представлено. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. Апелляционным судом ходатайство об отложении отклонено.

В судебном заседании 17 ноября 2022 года в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 24 ноября 2022 года. 

Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ФИО2 и его представителя поступили ходатайства об отложении судебного разбирательства. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Апелляционная коллегия признала ходатайство необоснованным и подлежащим отклонению, поскольку препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы отсутствуют, материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу, изложенные в ходатайстве об отложении причины не служат основаниями для отложения.

От ФИО2 и его представителя поступили ходатайства об истребовании сведений о статусе участия ФИО2 по содействию Вооруженным силам РФ и приостановлении производства по апелляционной жалобе до окончания добровольного содействия ФИО2 Вооруженным силам РФ.

Кроме того, согласно части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Однако заявитель не обосновал невозможность получения истребуемых документов в самостоятельном порядке.

Основания, при наличии которых суд обязан приостановить производство по рассмотрению обособленного спора установлены ст. 143 АПК РФ. 

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае пребывания гражданина-ответчика в действующей части Вооруженных Сил Российской Федерации.

Учитывая, что в случае призыва гражданина-ответчика для прохождения военной службы, такое лицо отбывает из места постоянного проживания в расположение соответствующей военной части, то он лишается возможности лично участвовать в судебных заседаниях по рассмотрению дела, заявлять ходатайства, высказывать свою позицию и совершать иные процессуальные действия в целях реализации своих процессуальных прав.

Пунктом 2 Указа Президента Российской Федерации от 21.09.22 № 647 «Об объявлении частичной мобилизации в Российской Федерации» определено, что граждане Российской Федерации, призванные на военную службу по мобилизации, имеют статус военнослужащих, проходящих военную службу в Вооруженных Силах по контракту.

Таким образом на мобилизованных лиц в том числе и в порядке добровольного участия в полной мере распространяется действие положений пункта 2 части 1 статьи 143 АПК РФ.

При этом для целей применения данной нормы правовое значение имеет собственно факт мобилизации гражданина.

При указанных обстоятельствах в случае призыва ответчика-гражданина для прохождения военной службы, в т.ч. в случае призыва в рамках мобилизации для участия в боевых действиях в составе Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, созданных в соответствии с законодательством Российской Федерации, и выполнения задач в условиях чрезвычайного или военного положения, вооруженного конфликта, производство по делу подлежит приостановлению.

Между тем, доказательств наличия указанных оснований материалы дела не содержат. 

Само по себе обращение гражданина в военкомат с заявлением о добровольном содействии вооруженным силам России не является достаточным основанием для приостановления производства по делу. 

На основании изложенного ходатайства об истребовании сведений о статусе участия ФИО2 по содействию Вооруженным силам РФ и приостановлении производства по апелляционной жалобе оставлены судом апелляционной инстанции без удовлетворения.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года №12  «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 августа 2022 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2, ФИО4, ФИО5, о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А65-9617/2018, в связи со следующим.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности в размере 46 643 004,42 руб.:

ФИО2 за доведение должника до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) и в связи с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

ФИО4 за доведение должника до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) и в связи с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

ФИО5 в связи с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В части удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5 и в части отказа в удовлетворении заявленных требований судебный акт не обжалуется и апелляционному пересмотру не подлежит. 

Из материалов дела следует, по решению учредителя ФИО6 от 11.01.2002 г. создано ООО «Лотос». Полномочия директора учредитель оставил за собой.

Решением учредителя от 28.03.2014 г. №2 прекращены полномочия директора общества ФИО6., директором общества избран ФИО7.

Согласно материалам дела ФИО4 являлся руководителем должника до 17.05.2018 г.

Решением учредителя от 17.05.2018 г. №1 прекращены полномочия директора общества ФИО4, директором общества избран ФИО5.

До введения конкурсного производства руководителем должника являлся ФИО5.

Нигмат (Нигаматзянов ) Рамиль Равилович является учредителем должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно п. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, в ходе проведения процедур банкротства конкурсным управляющим установлено совершение должником недействительных сделок, которые были оспорены.

Определениями Арбитражного суда Республики Татарстан признаны недействительными сделки. Совершенные между должником и ООО «Виола», ООО «Дружба», ООО «Агрофирма «Тукай», Нигмат (ФИО9) Рамилем Равиловичем, ФИО10, ООО «Юпитер».

В ходе рассмотрения обособленных споров о признании сделок недействительными установлено, что сделки являлись безвозмездными, заключены между аффилированными лицами при наличии признаков неплатежеспособности у должника и в отсутствие экономической целесообразности в совершении сделок.

Согласно подпункту 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, если он знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Доказательств опровергающих доводы заявителя в части совершения должником сделок причинивших должнику вред, материалы дела не содержат.

Доказательств, подтверждающих, что целью совершения сделок было улучшение финансового состояния должника также не представлено.

Напротив, совершение вышеуказанных сделок повлекло возникновение у должника признаков банкротства.

Доводы о том, что признаки банкротства возникли ввиду недобросовестности действий контрагента АО «Татагролизинг» отклоняются судебной коллегией, поскольку не подтверждают добросовестность действий учредителя должника.

Так заявитель апелляционной жалобы указал, что в начале 2017 года ООО «Лотос» вступило в инвестиционные правоотношения с АО «Татагролизинг» с намерением приобрести имущественный комплекс ООО «Агрофирма «Дружба» за 55 млн. руб. Однако через полтора месяца работ, выяснилось, что договор был подписан лишь со стороны ООО «Лотос». 

Между тем указанные действия контролирующих должника лиц по инвестированию в  развитие сельского хозяйства в отсутствие подписанного всеми сторонами договора не отвечают признакам разумности и добросовестности.

При этом, доказательства несения указанных расходов и сам договора, подписанного только со стороны ООО «Лотос» на сумму 55 млн. руб., ФИО2 при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции не представил.

Доводы о том, что АО «Татагролизинг» увеличило выкупную стоимость в отсутствие согласия ООО «Лотос» отклоняются судебной коллегией, поскольку противоречат представленным в материалы дела доказательствам.

Согласно представленному в материалы дела письму Министерства сельского хозяйства и продовольствия РТ президенту РТ ФИО11 от 04.04.2017г., где изложена просьба главы Кукморского муниципального района ФИО12 о снижении выкупной стоимости агрофирм ОАО «ВАМИН Татарстан» для новых инвесторов, где также были изложены варианты снижения данной стоимости. Согласно подписанных резолюций на документ, президентом был согласован вариант снижения стоимости со 105 529 755,00 руб. до 75 142 683,00 руб.

Указанная сниженная выкупная стоимость также отражена в агентском договоре, представленным и самим ФИО2

Доказательств, подтверждающих, что выкупная стоимость составила 55 млн. руб. материалы дела не содержат.

Следует также отметить, что по мнению ответчика недобросовестные действия контрагента АО «Татагролизинг» совершены последним в 2017 году, однако доказательств принятия мер к взысканию убытков не представлено.

Доводы о том, что ООО «Лотос» являлось центром привлечения активов и регионального развития сельского хозяйства отклоняются судебной коллегией, поскольку противоречат установленным при оспаривании вышеуказанных сделок обстоятельствам.

Так, при рассмотрении обособленных споров о признании сделок недействительными судами установлено, что, пользуясь корпоративными отношениями, сложившимися внутри группы, ответчики возложили обязанность по оплате договоров третьих лиц ООО «Агрофирма «Тукай» на сумму 18 184 802,60 руб., ООО «Дружба» на сумму 8 114 987,00 руб., ООО «Агропромснаб» на сумму 131 000,00 руб., ООО «Виола» (ранее ООО «ГК «Стройком» на сумму 66043,00 руб., ООО «КАМА» на сумму 35560,00 руб. Итого на сумму 26 532 392,60 руб. на должника ООО «Лотос».

Указанное свидетельствует о действии бизнес-модели, предполагающей разделение предпринимательской деятельности на рисковые («центр убытков») и безрисковые («центр прибылей»). Ответчики и должник находятся под контролем одного конечного бенефициара (ФИО2) при этом наличие у компании контроля над должником подтверждается не только юридической аффилированностью, но и тем, что компании получали выгоду от деятельности должника в ущерб независимым кредиторам. Такая схема была создана посредством заключения множественных договоров займа, в результате чего из оборота должника систематически изымались оборотные активы (денежные средства) за счет создания системы расчетов полностью подконтрольной компании (т.е. через расчетные счета компании, минуя расчетный счет должника). Подобная бизнес-модель выходит за пределы предпринимательского риска и подтверждает злоупотребление корпоративной формой с целью причинения вреда независимым кредиторам. Суды первой и апелляционной инстанции указали на то, что в рассматриваемом случае, должник являлся «центром убытков», так как помимо расчетов с контрагентами, через расчетный счет должника осуществлялись переводы в адрес третьих за аффилированные к должнику организации.

В ходе оспаривания сделок должника установлено, что всего за оспариваемые периоды, контролирующими должника лицами в адрес аффилированных лиц со счета должника были переведены денежные средства на общую сумму 38 281 482,60 руб.

Таким образом, должник являлся «центром убытков» всей группы компаний, бенефициаром которых являлся ФИО2 

Доказательства того, что должник был центром регионального развития сельского хозяйства в материалах дела, отсутствуют.

Доказательств получения должником прибыли от вышеуказанных сделок материалы дела также не содержат.

Доводы о выявлении и включении конкурсным управляющим в конкурсную массу имущества на сумму 700 000,00 рублей отклоняются судебной коллегией, поскольку не подтверждают добросовестность действий участника должника.

Доводы об отсутствии сведений о неудовлетворительном финансовом состоянии должника в связи с тем, что бухгалтерская документация должника подписывалась руководителем отклоняются судебной коллегией, поскольку согласно разделу 12 Устава ООО «Лотос» утверждение годовых отчетов и бухгалтерских балансов относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества.

Из материалов дела следует, что ФИО2 принимал ключевые решения в деятельности общества, в том числе и в назначении руководителей общества.

Доводы ФИО2 о положительной динамике бухгалтерского баланса, подлежат отклонению, поскольку противоречат представленному в материалы дела бухгалтерскому балансу. Так, на дату сдачи бухгалтерской отчетности, кредиторская задолженность составляла 33 192 000,00 руб., активы общества -26 004 000,00 руб.

Доводы ответчика о том, что стоимость кредиторской задолженности меньше стоимости имущества и дебиторской задолженности противоречат фактическим обстоятельствам.

Из пояснений конкурсного управляющего следует, что размер задолженности, включенный в реестр требований  кредиторов составляет 48210 596,38 руб. Согласно бухгалтерского баланса за 2017 г. размер активов общества составляет 26 004 000,00 руб. (запасы и основные средства). При этом размер дебиторской задолженности не подтвержден первичными документами, невозможно проследить изменения, касающиеся размера данной задолженности, осуществление мероприятий по ее взысканию, ликвидность дебиторской задолженности.

Доводы о том, что ФИО2 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности, поскольку по оспоренным сделкам распоряжения о перечислении денежных средств подписывались руководителями отклоняются судебной коллегией как несостоятельные.

Конкурсным управляющим при анализе выписки по расчетному счету должника были выявлены подозрительные платежи в адрес физических лиц. В связи с отсутствием бухгалтерских документов, конкурсным управляющим были направлены претензии в адрес данных лиц. От ФИО13 поступил ответ на претензию, с пояснениями, согласно которых, ФИО2 давал поручения ФИО13 для снятия перечисленных ООО «Лотос» денежных средств со счета и последующей передачи ему. 

Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Кроме того, в ходе рассмотрения обособленных споров о признании недействительными сделок с ответчиками ООО «Дружба», ООО «Юпитер», ООО «Виола», ООО «Агрофирма «Тукай» установлено, что данные организации входят в группу-компаний, бенефициаром которых является ФИО2

Соответственно выгодоприобретателем по спорным договорам является непосредственно ФИО2

Указанные обстоятельства установлены судебными актами по настоящему делу о признании сделок должника недействительными и подтверждены апелляционными и кассационными судами.

Доводы о том, что ФИО2 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку является учредителем отклоняются судебной коллегией, поскольку в материалах имеется копия решения учредителя от 11.01.2002г. о создании общества и назначении ФИО14 директором.

Таким образом, именно ФИО14 являлся на протяжении долгого периода (с 11.01.2002г.) времени единоличным исполнительным органом. 

Назначение ФИО4 и ФИО5 руководителями должника в преддверии банкротства подконтрольного общества свидетельствует лишь о попытке избежать и уклонится от ответственности за доведение до банкротства общества, путем назначения номинальных руководителей.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", субсидиарная ответственность указанных в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве лиц по обязательствам должника может быть возложена на них при недостаточности имущества должника и ее размер определяется исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника.

Вышеуказанные сделки привели к неплатежеспособности должника и признанию его банкротом в связи с отсутствием у должника возможности погасить задолженность, что в свою очередь свидетельствует о наличии вины у бывшего руководителя и участника должника в доведении должника до финансового состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Согласно абз. 1 п. 23 Постановления Пленума ВС РФ N 53 согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Суд апелляционной инстанции соглашается с вводом суда первой инстанции, что совершение вышеуказанных сделок, опосредующих вывод активов должника в их пользу, в том числе через привлечение подконтрольных лиц (отца ФИО2 и его организации), с учетом отсутствия разумных экономических мотивов подобного поведения, результатом   совершения   которых   явилось   возникновение   у   должника   признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, приведших к прекращению его хозяйственной деятельности и возбуждению в отношении него конкурсного производства, свидетельствует о наличии основания для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной абзацами 2 и 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в спорный период).

На основании изложенного заявление конкурсного управляющего в указанной части правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности указал на неисполнение ответчиком обязанности установленной п.2.ст. 126 Закона о банкротстве о передаче бухгалтерской и иной документации, а также материальных ценностей должника.

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если бывший руководитель должника не обеспечил организацию хранения учетных документов и не передал всю документацию, материальные ценности.

В заявлении конкурсный управляющий должника пояснил, что 22.04.2019 г. ФИО2 передал конкурсному управляющему часть документов и печать должника.

Согласно сведениям указанным в бухгалтерском балансе за 2017 г., у должника имелись следующие активы: основные средства в размере 4 899 000 руб., дебиторская задолженность в размере 3 924 000 руб., запасы в размере - 21 105 000 руб., прочие оборотные активы - 3 201 000 руб., нераспределенная прибыль - 769 000 руб., НДС (к возмещению) в размере 841 000,00 рублей.

Доказательства передачи истребованных документов и материальных ценностей в полном объеме ответчиком в материалы дела не представлены. 

Отсутствие первичных документов, подтверждающих вышеуказанные бухгалтерские данные препятствуют формированию конкурсным управляющим конкурсной массы, оспариванию сделок, поиску имущества и взысканию дебиторской задолженности.

Доводы о передаче активов ООО «Искра» правомерно отклонены судом первой инстанции как несостоятельные.

Из материалов дел следует, между ООО «Лотос» в лице ФИО4 заключены договор ответственного хранения № б/н от 27.04.2018г. и договор оказания услуг по ведению бухгалтерского учета от 27.04.2018г., согласно которым должник передал в ООО «Искра» на ответственное хранение имущество, а также все бухгалтерские и иные документы.

Согласно приложения к договору хранения № б/н от 27.04.2018г., хранителю было передано имущество в количестве 38 шт. основных средств и запасов на общую сумму 44 438 040,38 рублей.

Согласно п. 5.1 Договора ответственного хранения, за хранение имущества в соответствии с условиями договора Поклажедатель выплачивает Хранителю вознаграждение в размере 5 000,00 рублей за месяц.

Между тем, из выписки по расчетному счету должника, в ООО «Искра» денежные средства за хранение имущества не перечислялись. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Доказательств передачи имущества и документации должником ООО «Истра» материалы дела не содержат.

При этом ООО «Искра» создано 24 апреля 2018 года, а договоры с должником заключены 27.04.2018г.

 Экономического обоснования в заключении сделок о передаче всего имущества и бухгалтерской документации в преддверии банкротства постороннему лицу материалы дела не содержат.

Доказательств обращения ООО «Искра» к должнику с требованием об оплате оказанных услуг хранения также не представлено.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что ответчиком преследовалась цель по сокрытию имущества должника и использование его заинтересованными к должнику лицами.

Доводы ФИО2 о том, что ООО «Искра» до сих пор является хранителем имущества ООО «Лотос» правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Регистрирующим органом принято решение об исключении недействующего юридического лица ООО «Искра» из реестра № 10504 от 06.07.2020г.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.01.2020г. по делу №А65-20072/2019 прекращено производство по делу о банкротстве ООО «Искра» в связи с отсутствием имущества и финансирования.

Кроме того, представленные в материалы дела инвентаризационные акты подписаны бывшими работниками ООО «Агрофирма «Дружба» и ООО «Искра». При этом личность, подписавших данные письма, надлежащим образом не установлена.

Не представлены мотивированные пояснения о причинах нахождения оригиналов инвентаризационных актов ООО «Искра», относящихся к документам бухгалтерского учета, в распоряжении бывших работников (главного агронома, заведующего МТП и главного ветеринарного врача).

Доводы ФИО2 о передаче имущества и документации должника от ООО «Искра» третьему лицу КФХ ФИО15 правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

Напротив, из пояснений Главы КФХ ИП ФИО15 следует, что договорных отношений с ООО «Искра» не имелось.

Имущество указанное в требовании конкурсного управляющего во владении, пользовании, либо хранении Главы КФХ ФИО15 не находится.

Согласно представленным в материалы дела договорам, указанное в требовании имущество приобретено Главой КФХ ФИО15 у АО «Татагролизинг».

Кроме того, согласно представленному в материалы дела договору купли-продажи от 28.04.2017 г., Глава КФХ ФИО15 приобретал имущество непосредственно у должника. ООО «Искра» в указанных договорных отношениях участия не принимало.

Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Иных доказательств, подтверждающих, что имущество и документы должника находились в распоряжении ООО «Искра» материалы дела не содержат.

Доводы ФИО2 о том, что контролирующим должника лицом является АО «Татагролизинг» правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку не подтверждены представленными в материалы дела доказательствами.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно п. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

При этом в силу п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12 ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21 ноября 1996 года N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете"), и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Данная ответственность является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Согласно п. 1 ст. 7 , п.п. 1,3 ст. 29 Федерального закон от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Между тем, доказательств обеспечения надлежащего хранения документации должника материалы дела не содержат.

Доказательств принятия мер к восстановлению документации в случае ее потери материалы дела не содержат.

Наличие  у должника помимо учредителя руководителей не подтверждает добросовестное исполнение учредителем своих обязанностей по контролю за деятельностью общества.

Действия ответчика повлекли существенное увеличение кредиторской задолженности и утрату ликвидного имущества должника. Неразумные и экономически необоснованные действия контролирующих лиц, в том числе заключение договора  хранения   с   ООО   «Искра»,   деятельность   по   восстановлению сельхохорганизации в отсутствие подписанного сторонами договора, привели к полной неплатежеспособности и объективному банкротству должника.

Доводы о том, что ФИО2, являясь учредителем не выполнял функции руководителя должника и соответственно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности отклоняются судебной коллегией, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В противном случае такое лицо несет риск неблагоприятных последствий за совершенные им или несовершенные в отношении представляемого юридического лица действия (бездействие).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", собственник имущества юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), или другие лица, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Требования к указанным в настоящем пункте лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены конкурсным управляющим. В случае их удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Учитывая ранее изложенные обстоятельства, материалы дела и пояснения сторон, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что фактическое принятие решений по хозяйственным операциям должника осуществлялось учредителем должника ФИО2, что свидетельствует о наличии вовлеченности учредителя в процесс управления должником.

Соответственно, ФИО2 как контролирующее должника лицо должен был исполнить обязанность по передаче всей документации и имущества должника конкурсному управляющему.

Поскольку указанная обязанность не исполнена заявление конкурсного управляющего правомерно удовлетворено в указанной части.

Доводы ФИО2 о передаче всей имеющейся в его распоряжении документации отклоняются судебной коллегией, поскольку из пояснений конкурсного управляющего следует, что переданы только учредительные документы и печать должника. Документы, отражающие финансового-экономическую деятельность должника за три года до принятия заявления о признании должника банкротом у конкурсного управляющего отсутствуют.

При этом следует отметить, что в момент передачи имеющихся документов ФИО2 не сообщил конкурсному управляющему сведения о возможном нахождении документации у третьего лица ООО «Искра» в связи с заключением договоров хранения.

Доказательств, отсутствия документов, при том, что ФИО2, как контролирующее должника лицо обязан был обеспечить надлежащее хранение документации, материалы дела не содержат.

Ссылка на судебные акты, которыми отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании документов не принимается судебной коллегией, во внимание, поскольку отказ в удовлетворении заявления об истребовании документации не препятствует подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Согласно п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Размер требований заявленных после закрытия реестра требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника составляет - 46 643 004 руб. 42 коп.

Применительно к п.11 ст.61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника и составляет 46 643 004 руб. 42 коп.

Основания для снижения размера субсидиарной ответственности ФИО2 не установлены.

Доводы о пропуске конкурсным управляющим сроков исковой давности на обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности отклоняются судебной коллегией как несостоятельные.

Законом N 134-ФЗ в статью 10 Закона о банкротстве были внесены изменения, в том числе касающиеся срока исковой давности, которые вступили в силу 30.06.2013.

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции указанного Закона N 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Таким образом, данная применяемая норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Следовательно, срок исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям составляет один год, исчисляемый со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Следует отметить, что предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по существу мало чем отличаются от предусмотренных действующих в настоящее время статьей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве оснований ответственности, а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункта 58 постановления Пленума от 21.12.2017 N 53 сроки исковой давности в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности являются специальными сроками исковой давности, предусмотренными статьей 197 ГК РФ.

Таким образом, срок исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является материальной нормой права и определяется в соответствии с федеральным законодательством, действующим на момент возникновения обстоятельств, которыми вызвано начало течения срока исковой давности.

В свою очередь начало срока на реализацию права на обращение с заявлением о привлечении контролирующих лиц к ответственности определяется по первому арбитражному управляющему или кредитору, которые узнали или должны были узнать о наличии указанных выше обстоятельств (постановление Арбитражный суд Поволжского округа от 21.01.2021 г. N Ф06-38163/2018).

Должник признан несостоятельным банкротом решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.11.2018 года, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО3

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 59 постановления Пленума ВС РФ N 53, предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 05.02.16 № 304-ЭС14-5681(7) если руководителем должника не исполнена обязанность по обеспечению передачи конкурсному управляющему в течение трех дней с даты его утверждения бухгалтерской и иной документации должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве) несмотря на соответствующий запрос конкурсного управляющего, оснований для презумпции получения управляющим сведений о наличии оснований для оспаривания сделок должника в указанный период времени не имеется.

Из материалов дела следует, конкурсный управляющий 08.11.2018 обратился к руководителю должника ФИО5 и учредителю должника ФИО8 с требованием о передаче имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за 2014-2018 гг.

В связи с тем, что запросы были оставлены без ответа, конкурсный управляющий должника ФИО3 обратился в суд с заявлением об истребовании указанной документации должника у руководителя ФИО5 и учредителя ФИО16

Однако, имущество должника, в том числе имущественные права, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за 2014-2018 гг. конкурсному управляющему по настоящее время не переданы.

Таким образом, начиная уже с 08.11.2018 года конкурсным управляющим проводились действия по выяснению наличия имущества и возможности погашения требований конкурсных кредиторов.

Из пояснений конкурсного управляющего и материалов дела следует, что о совокупности обстоятельств (о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности)), являющихся основанием для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсному управляющему стало известно лишь после 01.02.2019г.

Так в процедуре конкурсного производства проведена инвентаризация выявленного имущества должника, балансовая стоимость неизвестна, документы контролирующими лицами не переданы.

01.02.2019г. конкурсным управляющим проведено собрание кредиторов должника, на котором кредиторами установлена начальная цена выявленного конкурсным управляющим имущества (700 000,00 рублей).

Таким образом, именно 01.02.2019 г. конкурсному управляющему безусловно стало известно об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. 

Поскольку срок исковой давности начал течь 01.02.2019 г. и соответственно на момент подачи настоящего заявления не пропущен.

Доказательств, подтверждающих, что конкурсный управляющий мог узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности раньше указанной даты материалы дела не содержат. 

Таким образом, начиная уже с 08.11.2018 года конкурсным управляющим проводились действия по выяснению наличия имущества и возможности погашения требований конкурсных кредиторов.

Из материалов дела следует, с настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился 22.11.2019 г. в разумные сроки с момента введения процедуры конкурсного производства должника.  

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 августа 2022 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2, ФИО4, ФИО5, о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А65-9617/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Е.А. Серова

Судьи                       О.А. Бессмертная

                                                                                                                      Н.А. Мальцев