АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7810/21 

Екатеринбург

20 апреля 2022 г.

 

Дело № А76-3047/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 апреля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – кредитор, заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2021по делу № А76-3047/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.04.2021 по заявлению ФИО4 в отношении индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Кредитор ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 12 699 986 руб. 31 коп.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022, в удовлетворении требования ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя жалобы, суды при вынесении судебных актов не приняли во внимание и не дали надлежащей оценки доказательствам заявителя; в частности, кредитором во исполнение определения суда первой инстанции от 04.06.2021 была представлена выписка по счету, открытому в Челябинском филиале акционерного общества «Российской сельскохозяйственный банк», согласно которой на счет ФИО1 поступили денежные средства по договору купли-продажи от 21.05.2019 в сумме 10 млн. руб., которые были сняты со счета и часть их выдана в качестве займа должнику; вывод о мнимости совершенных сделок не обоснован ввиду отсутствия в деле соответствующих доказательств; заявитель жалобы не согласен с выводом суда апелляционной инстанции о том, что копия выписки по счету, которая отражает движение денежных средств по счету в мае 2019 года, не может достоверно и убедительно подтверждать наличие реальной финансовой возможности предоставить денежные средства заявителю 01.08.2019; заявитель жалобы полагает, что представленными документами он раскрыл все существенные обстоятельства заключения и исполнения заемной сделки, а также раскрыл свою платежеспособность на период выдачи займа.

Кроме того, заявитель жалобы не согласен с выводами судов о своей аффилированности по отношению к должнику, а также обращает внимание, что сам факт аффилированности между кредитором и должником не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявления о включении требования в реестр.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Челябинской от 18.02.2021 принято к производству заявление ФИО4 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.04.2021 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Как следует из материалов дела, ФИО1, обращаясь с заявлением о включении в реестр требований кредиторов, указывал на наличие у должника задолженности в размере 12 699 986 руб. 31 коп., возникшей в результате несвоевременного возврата заемных денежных средств по договору от 01.08.2019, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Между ФИО1 (заимодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор займа от 01.08.2019, предметом данного договора являлось предоставление ФИО1 заемщику денежных средств в сумме 9 000 000 руб. на срок до 31.12.2020 включительно под 24% годовых.

В качестве доказательства передачи должнику денежных средств по договору займа кредитором была представлена расписка от 01.08.2019.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что должник и кредитор являются фактически аффилированными лицами, в связи с чем к требованиям кредитора подлежит применению более строгий стандарт доказывания, при этом кредитором не доказана реальность заемных отношений с должником.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение без изменения.

При этом суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Как было указано выше и установлено судами, в качестве оснований возникновения прав требования к должнику кредитор ссылался на наличие между ним и должником договорных обязательств, возникших в связи с передачей должнику заемных денежных средств.

Возражая по заявленному требованию, конкурирующий кредитор ФИО4 приводил доводы о наличии признаков фактической аффилированности между участниками сделки и недоказанности реальных заемных отношений между сторонами.

В соответствии с правовыми позициями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 26 постановления № 35, пункте 13 утвержденного Президиумом ВС РФ 20.12.2016 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования.

Повышенные критерии доказывания обоснованности требований связаны с необходимостью соблюдения баланса между защитой прав кредитора, заявившего свои требования к должнику, и остальных кредиторов, требования которых признаны обоснованными.

При аффилированности кредитора к его требованию должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований созданных формально для искусственного формирования задолженности, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции установлено, что должник и заявитель являются аффилированными лицами. В частности, об этом свидетельствуют следующие обстоятельства.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью «Новый мир» (ОГРН 

<

***>) ФИО1 является учредителем данного юридического лица с размером доли в уставном капитале 50 %; вторым участником общества «Новый мир» с размером доли 50 % выступает мать должника – ФИО5; ФИО2 указан в качестве руководителя. 

При этом решением Советского районного суда г. Челябинска от 13.07.2020 по делу № 2-906/2020 (с учетом апелляционного определения Челябинского областного суда от 13.11.2020 № 11-11993/2020 и определения Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 21.01.2021 по делу № 88-1470/2021) установлено, что обществу «Новый мир» 21.07.2017 было выдано разрешение на строительство объекта – магазина-кафе по улице Игуменка, 25 в Ленинском районе г. Челябинска, а в декабре 2017 года выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, в 2017 и 2018 годах за обществом «Новый мир» зарегистрировано право собственности на указанные выше объекты; вместе с тем ФИО5 не осуществляла никаких вложений в строительство объектов коммерческой недвижимости и не могла их осуществлять, поскольку является пенсионеркой, сведения о доходах ФИО5 за период с 2014 года не раскрыты, денежные средства, полученные от ФИО4 (кредитора и заявителя по настоящему делу о банкротстве), были израсходованы в том числе на строительство объектов недвижимости (рынка) по адресу: 

<

...>; соответственно, лицом, который фактически распоряжался долей в обществе «Новый мир», признан именно должник – ФИО2

Судами также были исследованы обстоятельства, связанные с установлением реальности договорных отношений между должником и ФИО1, по итогам анализа и оценки указанных обстоятельств суды пришли к выводу о недоказанности реальности сделки, при этом исходили из следующего.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, судам в абзаце третьем пункта 26 постановления № 35 предписано учитывать среди прочего позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств.

Таким образом, в силу специфики дел о банкротстве при наличии сомнений в правомерности требования согласно процессуальным правилам доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать обоснованность заявления допустимыми доказательствами.

В данном случае, рассмотрев приведенные сторонами спора доводы, возражения и пояснения, исследовав и оценив представленные в их обоснование доказательства, исходя из того, что кредитор не предоставил надлежащих доказательств, подтверждающих наличие у него доходов в размере, соотносимом с суммой договора займа, позволяющих передать должнику свободные денежные средства в заявленном размере, а также учитывая отсутствие определенной экономической цели у сторон договора займа при его заключении, принимая во внимание нетипичное поведение, заключающееся в бездействии кредитора до июня 2021 года по взысканию суммы долга, при том, что срок возврата займа был определен до 31.12.2020, суды пришли к выводу о недоказанности обоснованности заявленных требований. 

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, суды проанализировали представленную кредитором выписку по счету в Россельхозбанке о поступлении 24.05.2019 на счет кредитора денежных средств в сумме 10 млн. руб. на основании договора купли-продажи от 21.05.2019, а также о снятии наличных денежных средств в тот же день, однако не признали данный документ должным достоверным доказательством наличия у ФИО1 финансовой возможности предоставить должнику заемные средства, исходя из того, что источник поступления кредитору денежных средств им раскрыт не был, договор купли-продажи от 21.05.2019, затребованный судом, не представлен; мотивы снятия всей суммы со счета не перед заключением договора займа в августе 2019 года, а значительно заблаговременно (в мае 2019 года), судам пояснены не были, а равно не раскрыто, для каких целей должник взял взаймы столь крупную сумму, при том, что наличие каких-либо значительных трат судами установлено не было и участниками сделки не обосновано.

Суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, подобное поведение не свойственно обычным субъектам гражданского оборота, которые, как правило, ведут себя рачительно как по отношению к собственному имуществу, так и по отношению к собственным обязательствам, не допуская безосновательного предоставления своего имущества лицам, не способным рассчитаться по долгам, длительного неисполнения обязательств перед ними, стараясь также максимально обеспечить должное исполнение обязательств перед собой, чего в данном случае выявлено не было, что и не позволило судам прийти к выводу о реальности заявленных кредитором требований.

Таким образом, правильно применив к установленным обстоятельствам приведенные нормы права в их толковании, данном высшими судебными инстанциями, суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для включения требования ФИО1 в реестр требований кредиторов должника.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, оценки доводов и возражений участвующих в споре лиц находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Вопреки позиции заявителя кассационной жалобы, суды первой и апелляционной инстанций, с учетом заинтересованности сторон, применили повышенный стандарт доказывания, исследовав все обстоятельства спора, посчитали недостаточными представленные кредитором доказательства относительно наличия задолженности, в то время как заявитель кассационной жалобы документально изложенные обстоятельства и представленные доказательства не опроверг.

Доводы о доказанности кредитором финансовой возможности выдачи займа также отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о неправильном применении судом при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт установления кредиторских требований в деле о банкротстве, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта; по сути, доводы кассационной жалобы выражают несогласие кассатора с выводами суда о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Кассационная жалоба не содержит доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов судов установленным ими обстоятельствам по делу, а изложенные в кассационной жалобе доводы заявлены без учета выводов судов, не опровергают их, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Несогласие с их оценкой, иная интерпретация, а также неправильное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 АПК РФ).

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 АПК РФ).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Правильно определив предмет судебного исследования по настоящему спору, суды первой и апелляционной инстанций надлежащим образом исследовали и оценили все представленные заявителем доводы и возражения.

При проверке законности обжалуемых судебных актов судом округа не установлено нарушений судами норм материального либо процессуального права, в связи с чем оснований для отмены принятых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2021по делу № А76-3047/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    Н.А. Артемьева 

 

                                                                                              В.В. Плетнева