ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-10741/2022, 18АП-11051/2022

Дело № А47-10313/2021

26 сентября 2022 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2022 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Махровой Н.В.,

судей Лукьяновой М.В., Ширяевой Е.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Диагностический центр «Архимед» и общества с ограниченной ответственностью «КДЦ» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 30.06.2022 по делу № А47-10313/2021.

В судебное заседание явились представители:

истца: общества с ограниченной ответственностью «Диагностический центр «Архимед» - ФИО2 (доверенность №5 от 24.05.2021, сроком действия на 3 года, паспорт, диплом),

ответчика: общества с ограниченной ответственностью «КДЦ» директор ФИО3 (решение учредителя №3/2020 от 13.02.2020, приказ №03 от 14.02.2020, паспорт), ФИО4 (доверенность №56 АА 3023812 от 31.08.2022, сроком действия на 1 год, паспорт, диплом), ФИО5 (доверенность №56 АА 3023812 от 31.08.2022, сроком действия на 1 год, удостоверение №2396 от 12.11.2019).

Общество с ограниченной ответственностью «Диагностический центр «Архимед» (далее - истец, ООО «ДЦ «Архимед») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с иском о взыскании с  общества с ограниченной ответственностью «КДЦ» (далее - ответчик, ООО «КДЦ») 24 439 300 руб. убытков.

К участию в деле на стороне третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Техгаз».

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.06.2022 по делу № А47-10313/2021 исковые требования удовлетворены частично.

Стороны с вынесенным судебным актом не согласились, обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы истец указал на то, что суд необоснованно отказал во взыскании упущенной выгоды, поскольку в результате недобросовестных действий ответчика истцом понесены убытки, возникшие в связи с невозможностью поставки истцом МР-томографа в адрес покупателя.

Доводы апелляционной жалобы ответчика сводятся к недоказанности размера убытков и причинно-следственной связи.

Так, апеллянт обращает внимание, что НДС не может быть взыскан в составе убытков, предъявлены к взысканию убытки, которые истец не производил, предъявлены к взысканию убытки, в несении которых не имелось необходимости.

От ООО «Техгаз» поступил отзыв на апелляционную жалобу, который был приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, дополнения к отзыву на апелляционную жалобу, , письменные пояснения по делу, которые были приобщен к материалам дела в порядке статей 81, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчиком также были заявлены ходатайства о приобщении к материалам дела заключения специалиста дела, о вызове специалиста ФИО6, которые были отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку не названо уважительных причин невозможности их заявления в суде первой инстанции.

Ответчик было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнений к апелляционной жалобе. В удовлетворении ходатайства отказано, поскольку в дополнениях к апелляционной жалобе содержатся доводы, которые не заявлялись в суде первой инстанции (статья 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

От истца поступили возражения на ходатайства ответчика, которые были приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представители сторон поддержали позиции, изложенные в своих апелляционных жалобах и отзывах на апелляционные жалобы.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом; в судебное заседание третье лицо своих представителей не направили, в связи с чем заседание проведено в их отсутствие в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено материалами дела, в соответствии с п. 1.1. договора аренды медицинского оборудования № 1 от 01.09.2018 (далее - договор аренды), ООО «ДЦ «Архимед» (арендодатель) предоставило ООО «КДЦ» (арендатор) во временное владение и пользование МРТ томограф в комплекте (далее - оборудование) на условиях, в порядке и в сроки, определяемые сторонами в настоящем договоре, а арендатор обязуется принять оборудование и оплатить арендную плату арендодателю, а также вернуть ему оборудование в порядке и сроки, указанные в настоящем договоре (л.д. 71 т. 1).

Срок аренды оборудование, согласно п. 1.2. договора, составляет период 01.09.2018-31.08.2023.

Согласно акту приема-передачи от 05.09.2018 арендатору передано МРТ Томограф марки PHILIPS INTERA 1,5 Тесла, заводской номер 384340-011, 2007 год выпуска в количестве 1 шт., техническое состояние которого на момент его передачи оценено как удовлетворительное, характеризуется пригодным для использования и эксплуатации по назначению, замечаний к оборудованию не имеется (л.д. 76 т. 1).

Письмом от 18.12.2020 исх. № 96 истец (арендодатель) потребовал соблюдения условий п. 2.9. договора аренды и поддержания системы охлаждения в исправном состоянии, поскольку при ее остановке более, чем на 6 часов, может произойти неконтролируемый выброс гелия (л.д. 105 т. 1).

29.12.2020 истец сообщил ответчику о приближении уровня гелия в томографе к критическому и о необходимости, в целях недопущения аварии, дозаправки не позднее 11.01.2021, а также, для меньшего испарения гелия, заменить дисплэйзер, срок эксплуатации которого составляет 3 года и подошел к концу (л.д. 104 т. 1).

13.01.2021 истец уведомил ответчика о том, что по состоянию на 13.01.2021 уровень жидкого гелия в томографе составляет 22,3%, температура дисплейзера 28 и 94 К при нормальной 11 и 54 соответственно (л.д. 103 т. 1).

В письме от 13.01.2021 исх. № 02 истец, ссылаясь на нарушение ответчиком пунктов 2.9 и 3.4 договора аренды, указал, что считает договор расторгнутым с 15.01.2021 с указанием на то, что оборудование будет демонтировано до 05.02.2021 (л.д. 102 т. 1).

В ответе № 03-01 от 14.01.2021 на уведомление о расторжении договора, ответчик сообщил, что выражает согласие с предложением истца расторгнуть договор с 15.01.2021 и подтверждает расторжение договора с указанной даты (л.д. 152 т. 2).

Экспертным заключением союза ТПП Оренбургской области № 092-03-00004 от 14.01.2021 установлено, что уровень жидкого гелия в томографе на 30.12.2020 составил 24,8% (л.д. 153-154 т. 2).

Письмом от 20.01.2021 исх. № 05, истец, в связи с расторжением договора аренды, потребовал предать ему оборудование в том состоянии, в котором оно было получено ООО «КДЦ», обеспечить заправку гелием до уровня не менее 45 %, а также заменить пришедшие в негодность дисплэйзер охлаждающей головки и адсорбер гелиевого компрессора (л.д. 100 т. 1).

Письмом от 20.01.2021 исх. № 07 ООО «КДЦ» потребовало представить соглашение о расторжении договора арены в одностороннем порядке и указало на отсутствие договорной обязанности заправлять МРТ гелием и заменять дисплэйзер охлаждающей головки и адсорбер гелиевого компрессора (л.д. 101 т. 1, л.. 11 т. 2).

Письмом от 22.01.2021 исх. № 08 истец, указав на непринятие ответчиком, в  нарушение п. 2.9. договора аренды, мер по заправке МРТ жидким гелием, сообщил дату заправки силами ООО «ДЦ «Архимед» - 23.01.2021 в 11:00 в целях недопущения аварии (л.д. 99 т. 1).

23.01.2021 представители истца, ООО «Техгаз» и ответчика,  произвели дозаправку МРТ гелием в количестве 1000 литров, о чем составили акт, от подписи которого представитель ответчика отказался (л.д. 155 т. 2).

Факт самопроизвольного выброса гелия и уровень гелия в томографе зафиксирован техническим актом от 23.01.2021 представителем ООО «Техгаз» и актом разграничения ответственности сторон представителями ООО «Техгаз» и ООО «ДЦ «Архимед» 23.01.2021 (л.д. 123 т. 3).

01.02.2021 истец направил ответчику акт приема-передачи (возврата) оборудования для подписания (л.д. 98 т. 1).

Письмом от 03.02.2021 исх. № 13 истец сообщил ответчику о способе вывоза оборудования, ориентировочной дате и времени, а также гарантировал незамедлительный монтаж перегородок и входной группы (л.д. 96 т. 1).

В письме исх. № 36/с от 04.02.2021 ООО «Сервис», на запрос истца, согласовало проведение работ по демонтажу перегородок и входных групп и расширению дверных проемов в помещении медицинского центра ООО «КДЦ» по адресу ул. Кирова, д. 13/1 при условии полного восстановления вышеуказанных конструкций за счет ООО «ДЦ «Архимед» (л.д. 187 т. 2).

Письмом от 04.02.2021 № 17 ответчик отказался подписывать акт приема-передачи ввиду недостоверности содержащихся в нем сведений, в частности, о неработоспособности томографа (л.д. 97 т. 1).

Экспертным заключением союза ТПП Оренбургской области № 092-03-00036 от 09.02.2021 установлено, что в томографе на 29.01.2021 уровень жидкого гелия составил 6,6%, магнитное поле отсутствует, общий фон поля на входе в гентри составляет 0,5mT (л.д. 156-158 т. 2).

Письмами от 24.02.2021 исх. № 17 и № 18 истец повторно просил ответчика о согласовании окончательных работ по демонтажу и вывозу оборудования, а также сообщал, что 27.02.2021 в 18 часов будет производится вывоз МРТ томографа и просил обеспечить участие своего представителя для подписания акта приема-передачи (л.д. 91, 92 т. 1).

В ответе на указанное требование, ответчик указал на невозможность демонтажа и вывоза оборудования 27.02.2021, поскольку у ответчика отсутствует возможность обеспечить участие представителей и специалиста для приема-передачи МРТ томографа, указав ориентировочную дату извещения о времени и месте приема-передачи оборудования с 01.03.2021 по 05.03.2021 (л.д. 93-94 т. 1).

В письме от 24.02.2021 исх. № 40 ответчик указал, что не согласовывает вывоз МРТ 27.02.2021 и потребовал представить документы, подтверждающие право собственности на вывозимое оборудование (л.д. 95 т. 1).

Письмом от 25.02.2021 исх. № 19 с приложением декларации, истец потребовал от ответчика открыть 26.02.2021 входную группу № 7 для выноса демонтированной клетки Фарадея, на что письмом от 25.02.2021 исх. № 41 ответчик ответил отказом и требованием предоставить инвентарную карточку на клетку Фарадея (л.д. 89, 90 т. 1) 

Письмом от 26.02.2021 исх. № 20 истец потребовал обеспечить условия для выноса оборудования (клетки Фарадея) и сообщил о том, что вывоз основного магнита состоится в 18:00 27.02.2021 с демонтажем входной группы № 1, а также гарантировал ее монтаж (л.д. 88 т. 1).

Письмом от 01.03.2021 исх. № 24 истец потребовал ускорить процесс поиска специалиста с целью возврата МРТ томографа и обеспечить возможность вывоза участвовавшего в эксплуатации томографа оборудования (клетка Фарадея), принадлежащего истцу и не указанного в договоре аренды (л.д. 87 т. 1).

Письмом от 02.03.2021 истец, в ответ на закрытие и опечатывание ответчиком помещения, в котором находился томограф, обратился к ответчику с требованием предоставить доступ к томографу для отслеживания его технического состояния, поскольку, ввиду бездействия ответчика по заправке МРТ жидким гелием, 23.01.2021 при заправке произошел неконтролируемый выброс гелия, что привело к затеплению некоторых частей томографа и возникновению риска утраты его работоспособности (л.д. 86 т. 1).

Письмом от 04.03.2021 исх. № 44 ответчик сообщил истцу о готовности приема-передачи МРТ при условии сбора истцом МРТ теми специалистами, которыми ранее был произведен демонтаж оборудования для последующего запуска с целью проверки работоспособности в присутствии уполномоченного представителя (л.д. 85 т. 1, л.д. 20 т. 2).

07.03.2021 истцом ответчику вручен акт о неработающей системе охлаждения, в котором указано на отключение электроэнергии и отключение компрессора МРТ с 06.03.2021 (л.д. 84).

Претензией исх. № 31 от 08.03.2021 истец потребовал от ответчика прекратить незаконные и самоуправные действия, влекущие убытки и выход из строя МРТ, возвратить его и возместить причиненные убытки, указывая, что в результате планового отключения ответчиком электроэнергии 06.03.2021 и отключения системы охлаждения магнита на протяжении 15 часов, произошло испарение более 5% жидкого гелия в томографе, ответчиком закрыты помещения и у истца отсутствует возможность проверить состояние оборудования (л.д. 83 т. 1).

Письмом от 08.03.2021 исх. № 32 истец в ответ на обращение ответчика исх. № 44 от 04.03.2021 указал на отсутствие необходимости обратного монтажа МРТ для проверки работоспособности в присутствии полномочных представителей сторон, поскольку магнит находится в нерабочем состоянии ввиду отсутствия постоянного электромагнитного поля мощностью 1,5Т с 23.01.2021 вследствие критического уровня жидкого гелия, что зафиксировано экспертами союза Торгово-промышленной палаты Оренбургской области, подтвердил наличие полномочий у Бухары Е.А. на подписание документов по приему-передаче оборудования, а также указал, что заключение договора на монтажные работы невозможно ввиду того, что срок вывоза оборудования ответчиком не согласовывается в течение 2 месяцев (л.д. 82 т. 1).

Согласно объяснениям, данным ФИО7 сотруднику ОП № 1 МУ МВД «Оренбургское» 02.03.2021, арендная плата от ООО «КДЦ» не поступала на протяжении последних двух лет, в связи с чем, договор аренды расторгнут 15.01.2021 и подан иск о взыскании задолженности по арендной плате; вывоз оборудования ООО «КДЦ» не согласовывает; в связи с отсутствием доступа к оборудованию, у Общества «ДЦ «Архимед» отсутствует возможность контролировать техническое состояние оборудования (л.д. 9-10 т. 2).

12.03.2021 оперуполномоченным МУ МВД России «Оренбургское» в присутствии понятых составлен протокол осмотра места происшествия - кабинета № 111, расположенного в ООО «КДЦ», которым зафиксировано, что кабинет закрыт на врезное запирающее устройство, опечатан печатью ООО «КДЦ», внутри кабинета находятся, в том числе, комплектующие томографа (л.д. 127-133 т. 1, л.д. 2-8 т. 2). 

Письмом от 15.03.2021 исх. № 35 истец повторно потребовал от ответчика подписать акт приема-передачи (л.д. 81 т. 1).

Письмом от 21.03.2021 исх. № 28 истец предложил осуществить подписание акта приема-передачи, а также представил договор на демонтажные работы криогенного компрессора, заключенный с ООО «Техгаз», договор на демонтажные работы входной группы и схему передвижения МРТ по медицинскому центру (л.д. 119 т. 1).

Письмом от 21.03.2021 исх. № 56 ответчик сообщил о необходимости внесения изменений в представленные истцом договоры, а также потребовал предоставить гарантийное письмо о восстановлении всех конструкций, которые могут быть повреждены в ходе вывоза оборудования и возмещения упущенной выгоды Общества «КДЦ» в размере ежедневного дохода, в случае остановки лечебного процесса, а также предоставить доверенность и договор с ООО «Техгаз» № 7 от 19.03.2020 о заправке томографа гелием (л.д. 125 т. 1, л.д. 21 т. 2).

Актом приема-передачи от 22.03.2021 стороны договора аренды зафиксировали факт возврата оборудования, указав на расхождения в вопросе оценки технического состояния оборудования, которое арендатор определил как технически исправное и работоспособное, подтверждая данный факт актом № 34/2021 от 19.03.2021, а арендодатель - как нерабочее, с отсутствующим магнитным полем вследствие аварийной заправки томографа с уровнем жидкого гелия 6,6%, нерабочем состоянии дисплэйера и адсорбера, ссылаясь на экспертное заключение № 092-03-0036 от 09.02.2021 (л.д. 77-78 т. 1). Кроме того, арендодателем отдельно составлены возражения к указанному акту (л.д. 79-80 т. 1).

25.03.2021 стороны заключили договор подряда № 1, предметом которого является выполнение истцом работ в связи с вывозом МРТ томографа (л.д. 31-35 т. 2).

26.03.2021 истец предоставил ответчику документы согласно перечню в ответ на его требования, изложенные в письме № 58 от 24.03.2021 (л.д. 126 т. 1).

10.04.2021 сторонами подписан акт приема-сдачи выполненных работ по договору подряда от 25.03.2021 (л.д. 36 т. 2).

Претензией от 19.04.2021 исх. № 56 истец потребовал от ответчика возмещения убытков (л.д. 34-36 т. 1).

В ответе (исх. № 88 от 14.05.2021) на указанную претензию ответчик выразил несогласие с требованиями истца (л.д. 37-38 т. 1).

Поскольку претензионные требования не были удовлетворены ответчиком, истец обратился в суд с настоящим иском.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно нормам статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии с частью 2 статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из анализа данной нормы следует, что для возмещения убытков, возникших в результате незаконных действий (бездействия) ответчика, необходимо доказать противоправное поведение ответчика, причинно-следственную связь между действиями ответчика и понесенными истцом убытками, а также наличие убытков и их размер.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 11 и 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Проверив расчет убытков в части реального ущерба, представленный истцом, суд исходил из того, что документально подтвержденными понесенными расходами и расходами, которые истец должен понести для восстановления нарушенного права являются расходы в сумме 9 043 814 руб. 15 коп., а именно:

- расходы, равные стоимости приобретения жидкого гелия по спецификации от 22.01.2021 в размере 1 486 000 рублей (спецификация от 22.01.2021 к договору поставки, счет-фактура от 23.01.2021 № 95, товарно-транспортная накладная от 23.01.2021, акт о произведенных работах от 23.01.2021, платежные поручения от 26.01.2021 № 78, от 16.03.2021 № 105 и от 30.03.2021 г. № 107 – л.д. 26-33 т. 1).

- расходы, равные стоимости жидкого гелия, жидкого азота, работ по вакуумированию и захолаживанию МРТ, необходимых для восстановления работоспособности магнитно-резонансного томографа, по спецификации от 05.04.2021 в сумме 5 205 000 рублей (акт приема-передачи оборудования под заправку от 03.04.2021, спецификация от 05.04.2021 к договору поставки – л.д. 159-160, т. 2).

- расходы, равные стоимости комплектующих магнитно-резонансного томографа в виде дисплейсера и адсорбера, подлежащих замене в рамках использования МРТ и текущего ремонта, в сумме 731 500 рублей (контракт от 17.04.2021 № 56, спецификация № 1 от 17.04.2021, инвойс от 17.04.2021, банковские ордеры от 18.10.2021 № 9 – л.д. 161-172 т. 2).

- расходы, равные стоимости демонтажа магнитно-резонансного томографа и строительными работами, связанными с вывозом оборудования из здания, в сумме 811 000 рублей (договор подряда от 15.01.2021, акт выполненных работ от 10.04.2021, квитанции к приходным кассовым ордерам от 10.05.2021, контракт от 25.01.2021, спецификация от 25.01.2021 № 1, акт выполненных работ от 09.02.2021 – л.д. 173-185 т. 2).

- расходы, равные стоимости обслуживания чиллера, осуществленного истцом в октябре-декабре 2020 года, в сумме 18 500 рублей (акты об оказании услуг от 27.10.2020 № 989, от 17.11.2020 № 109, от 04.12.2020 № 394, квитанции к приходному кассовому ордеру от 11.01.2021 – л.д. 147-151, т. 2).

- расходы, равные стоимости услуг Союза Торгово-промышленной палаты Оренбургской области по фиксации уровня жидкого гелия и неработающего магнитно-резонансного томографа в сумме 10 800 рублей (счет-фактура от 05.03.2021 № 350, счет на оплату от 03.03.2021 № 554, платежное поручение от 04.03.2021 № 101 – л.д. 63, 64 т. 4, л.д. 30 т. 1).

Обозначенные расходы подтверждены первичными документами (договорами, счетами-фактурами, универсальными передаточными документами, актами выполненных работ, письмами, платежными поручениями, квитанциями к приходным кассовым ордерам) и не оспорены ответчиком. Контррасчет ответчиком не представлен.

При этом судом отмечено, что стоимость услуг по аренде оборудования для поднятия магнитного поля, утраченного ввиду неосуществления ответчиком дозаправки МРТ до безопасного уровня и произошедшего квенча, в размере 805 000 рублей определена истцом на основании письма ТОО «Орхун Медикал» от 30.04.2021 № 86, согласно которому стоимость аренды оборудования IGG Magnet Rump Up Toll для поднятия магнитного поля на томографах мощностью более 1Т составляет 10 500 долларов США (л.д. 186 т. 2). 

В соответствии с информацией, размещенной на официальном сайте Центрального Банка РФ по адресу: https://cbr.ru/currency_base/daily/?UniDbQuery.Posted=True&UniDbQuery.To=30.04.2021 курс доллара США по отношению к рублю на 30.04.2021 составлял 74,3823. Следовательно, стоимость аренды оборудования для поднятия магнитного поля составляет 781 014,15 руб. (74,3823 руб. х 10 500 долл. США).

Кроме того, в обоснование необходимости приобретения жидкого гелия в объеме 1 250 литров на сумму 1 857 500 рублей по спецификации от 22.01.2021, судом установлено, что истцом представлена спецификация от 22.01.2021 к договору поставки, счет-фактура от 23.01.2021 № 95, товарно-транспортная накладная от 23.01.2021, акт о произведенных работах от 23.01.2021, которые подтверждают поставку и заправку 23.01.2021 только 1 000 литров жидкого гелия. Доказательств приобретения либо необходимости приобретения дополнительно 250 литров жидкого гелия истцом не представлено, какие-либо подтверждающие данный факт документы в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд счел возможным удовлетворить требования о взыскании реального ущерба истца в размере 9 043 814 руб. 15 коп., при этом в удовлетворении требований о взыскании убытков в виде упущенной выгоды в размере 15 000 000 руб. судом первой инстанции было отказано.

Проверив повторно обстоятельства дела суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, сделанными при полном исследовании обстоятельств дела и при правильном применении норм материального права.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно отказал во взыскании упущенной выгоды, поскольку в результате недобросовестных действий ответчика истцом понесены убытки, возникшие в связи с невозможностью поставки истцом МР-томографа в адрес покупателя, не могут быть приняты апелляционной коллегией в связи со следующим.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

Таким образом, на истца возложена обязанность по доказыванию того, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.

Как верно указано судом первой инстанции, доказательств совокупности условий, необходимых для применения такой меры ответственности, как возмещение убытков в виде упущенной выгоды, истцом не представлено.

Исходя из условий договора поставки истец 01.02.2021 обязался поставить заказчику медицинское оборудование надлежащего качества, с гарантиями качества и исправности поставляемого оборудования (п. 6.1 договора поставки). В тоже время из фактических обстоятельств и материалов дела следует, что после неконтролируемого выброса гелия 23.01.2021 томограф находился в неработоспособном состоянии. 

Согласно экспертному заключению Торгово-промышленной палаты Оренбургской области № 092-03-00036, составленному 09.02.2021, на момент осмотра 29.01.2021 томограф находился в неработоспособном состоянии – отсутствовало магнитное поле. Экспертом сделан вывод, что в предъявленном к экспертизе томографе, находящемся в помещении ООО «КДЦ» по адресу: 

<

...>, на дату осмотра 29.01.2021 уровень жидкого гелия составил 6,6%, магнитное поле у томографа отсутствует, общий фон поля на входе в гентри составляет 0,5 mT.

Таким образом, на дату заключения договора поставки 01.02.2021 истцу было известно о том, что томограф находился в неработоспособном состоянии. 

Наличие в этом вины ответчика не только не порождает, но, напротив, устраняет возможность поставки истцом каким-либо третьим лицам томографа надлежащего качества.

Как верно указано судом первой инстанции, возложение на ответчика в таком случае убытков в виде неполученных доходов истца, по существу, будет означать двойное привлечение ответчика к гражданско-правовой ответственности за одно и тоже правонарушение, что является недопустимым. В данном случае взыскание с ответчика убытков в виде упущенной выгоды дополнительно к взысканному реальному ущербу может привести к неправомерному обогащению истца, нарушению компенсационного характера убытков как таковых.

Томограф возвращен ответчиком истцу 22.03.2021, находится в распоряжении истца, обстоятельств, препятствующих реализации томографа, за которые отвечает ответчик, истцом не доказано.

В свою очередь, истцом в материалы дела не представлено доказательств невозможности реализации томографа после расторжения договора поставки от 01.02.2021, равно как не представлено доказательств существенного снижения рыночной стоимости томографа по состоянию на 01.02.2021 и на момент рассмотрения иска.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности размера убытков и причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками отклоняются апелляционной коллегией поскольку не подтверждены соответствующими письменными доказательствами.

Из материалов дела следует, что истцом подтверждены расходы в сумме 9 043 814 руб. 15 коп., а именно:

- расходы, равные стоимости приобретения жидкого гелия по спецификации от 22.01.2021 в размере 1 486 000 рублей (спецификация от 22.01.2021 к договору поставки, счет-фактура от 23.01.2021 № 95, товарно-транспортная накладная от 23.01.2021, акт о произведенных работах от 23.01.2021, платежные поручения от 26.01.2021 № 78, от 16.03.2021 № 105 и от 30.03.2021 г. № 107 – л.д. 26-33 т. 1).

- расходы, равные стоимости жидкого гелия, жидкого азота, работ по вакуумированию и захолаживанию МРТ, необходимых для восстановления работоспособности магнитно-резонансного томографа, по спецификации от 05.04.2021 в сумме 5 205 000 рублей (акт приема-передачи оборудования под заправку от 03.04.2021, спецификация от 05.04.2021 к договору поставки – л.д. 159-160, т. 2).

- расходы, равные стоимости комплектующих магнитно-резонансного томографа в виде дисплейсера и адсорбера, подлежащих замене в рамках использования МРТ и текущего ремонта, в сумме 731 500 рублей (контракт от 17.04.2021 № 56, спецификация № 1 от 17.04.2021, инвойс от 17.04.2021, банковские ордеры от 18.10.2021 № 9 – л.д. 161-172 т. 2).

- расходы, равные стоимости демонтажа магнитно-резонансного томографа и строительными работами, связанными с вывозом оборудования из здания, в сумме 811 000 рублей (договор подряда от 15.01.2021, акт выполненных работ от 10.04.2021, квитанции к приходным кассовым ордерам от 10.05.2021, контракт от 25.01.2021, спецификация от 25.01.2021 № 1, акт выполненных работ от 09.02.2021 – л.д. 173-185 т. 2).

- расходы, равные стоимости обслуживания чиллера, осуществленного истцом в октябре-декабре 2020 года, в сумме 18 500 рублей (акты об оказании услуг от 27.10.2020 № 989, от 17.11.2020 № 109, от 04.12.2020 № 394, квитанции к приходному кассовому ордеру от 11.01.2021 – л.д. 147-151, т. 2).

- расходы, равные стоимости услуг Союза Торгово-промышленной палаты Оренбургской области по фиксации уровня жидкого гелия и неработающего магнитно-резонансного томографа в сумме 10 800 рублей (счет-фактура от 05.03.2021 № 350, счет на оплату от 03.03.2021 № 554, платежное поручение от 04.03.2021 № 101 – л.д. 63, 64 т. 4, л.д. 30 т. 1).

Обозначенные расходы подтверждены первичными документами (договорами, счетами-фактурами, универсальными передаточными документами, актами выполненных работ, письмами, платежными поручениями, квитанциями к приходным кассовым ордерам).

Как указывалось ранее, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В свою очередь, ответчик правом на проведение судебной экспертизы по вопросам обоснованности затрат истца по содержанию и обслуживанию МР-томографа не воспользовался.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Как указано в пункте 3 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, и согласно положениям Кодекса экспертиза не может быть назначена по инициативе суда, то при отсутствии ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, суд разъясняет им возможные последствия незаявления такого ходатайства (отсутствия согласия).

В случае если такое ходатайство не поступило или согласие не было получено, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Кодекса).

Поскольку предъявленные в качестве убытков расходы истца надлежащими письменными доказательствами не оспорены, ответчиком ходатайств о проведении судебной экспертизы для проверки обоснованности расходов истца не заявлено, то доводы ответчика о недоказанности реальных убытков ООО «диагностический центр «Архимед» несостоятельны.

Судом установлено и не опровергается ответчиком в апелляционной жалобе, что на основании п. 2.9 договора аренды от 01.09.2018 № 1 арендатор обязан соблюдать технические, санитарные, противопожарные и иные требования, предъявляемые при пользовании таким оборудованием; эксплуатировать оборудование в соответствии с его целевым назначением, установленными нормами и правилам эксплуатации и условиями настоящего договора.

С учетом изложенного судом констатировано, что исходя из пункта 2 статьи 616 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2.9 договора аренды, заключенного сторонами без разногласий, обязанность по поддержанию магнитно-резонансного томографа в исправном состоянии, осуществлении текущего ремонта и несению расходов по его содержанию возложена на ответчика, в связи с чем доводы ответчика об обратном отклонены судом. Какие-либо возражения в данной части подателем жалобы не приведены.

Равным образом отсутствуют возражения ответчика в апелляционной жалобе относительно выводов суда о том, что из представленного руководства пользователя томографа Philips Intera следует, что минимально допустимый уровень гелия при заправке должен составлять 40%. Согласно технической инструкции обслуживания МРТ минимальный уровень на магнитах Oxford 40% (л.д. 27-32 т. 3, л.д. 58-62 т. 4). В технических актах заправки магнитно-резонансного томографа жидким гелием, расположенного по адресу: 

<

...>, также указано, что минимально допустимый уровень гелия для данного МРТ равен 40%. Судом отмечено, что сторонами факт минимально допустимого уровня жидкого гелия в арендованном ответчиком томографе не ниже 40% не оспаривается.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно взыскал НДС в составе убытков подлежит отклонению в связи со следующим.

На основании подпункта 1 пункта 2 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) реализация (а также передача, выполнение, оказание для собственных нужд) на территории Российской Федерации следующих медицинских товаров отечественного и зарубежного производства по перечню, утверждаемому Правительством Российской Федерации: медицинских изделий. 

В пункте 10 Постановления Правительства РФ от 30.09.2015 № 1042 «Об утверждении перечня медицинских товаров, реализация которых на территории Российской Федерации и ввоз которых на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, не подлежат обложению (освобождаются от обложения) налогом на добавленную стоимость» обозначены приборы и аппараты для диагностики (кроме измерительных), где под кодом 26.60.12.131 Общероссийского классификатора продукции по видам экономической деятельности (ОКПД 2) ОК 034-2014 указаны «томографы магнитно-резонансные». 

Также в соответствии с подп. 2 п. 2 ст. 149 Налогового кодекса Российской Федерации не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) реализация (а также передача, выполнение, оказание для собственных нужд) на территории Российской Федерации медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями, индивидуальными предпринимателями, осуществляющими медицинскую деятельность, за исключением косметических, ветеринарных и санитарноэпидемиологических услуг. Ограничение, установленное настоящим подпунктом, не распространяется на ветеринарные и санитарно-эпидемиологические услуги, финансируемые из бюджета. 

В силу подп. 1 п. 2 ст. 170 Налогового кодекса Российской Федерации суммы налога, предъявленные покупателю при приобретении товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, либо фактически уплаченные при ввозе товаров, в том числе основных средств и нематериальных активов, на территорию Российской Федерации, учитываются в стоимости таких товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, в случае приобретения (ввоза) товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, используемых для операций по производству и (или) реализации (а также передаче, выполнению, оказанию для собственных нужд) товаров (работ, услуг), не подлежащих налогообложению (освобожденных от налогообложения). 

На основании подп. 1 п. 2 ст. 171 Налогового кодекса Российской Федерации вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления (включая суммы налога, уплаченные или подлежащие уплате налогоплательщиком по истечении 180 календарных дней с даты выпуска товаров в соответствии с таможенной процедурой выпуска для внутреннего потребления при завершении действия таможенной процедуры свободной таможенной зоны на территории Особой экономической зоны в Калининградской области), переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса. 

Таким образом, из обозначенных правовых норм следует, что суммы налога на добавленную стоимость, предъявленные по расходам, относящимся к восстановлению магнитно-резонансного томографа истца, вычетам не подлежат, в связи с чем, обоснованно предъявлены к взысканию в составе убытков.

Доводы подателей жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции и по существу представляют собой лишь несогласие с результатами оценки судом представленных доказательств, в то время как в силу позиции, сформированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 16549/12 от 23.04.2013, судебный акт суда первой инстанции, основанный на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменен судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

С учетом изложенного, обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, нарушение норм материального и процессуального права, повлекшее вынесение незаконного решения, судом не допущено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы подателя апелляционной жалобы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы относятся на его счет.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 30.06.2022 по делу № А47-10313/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Диагностический центр «Архимед» и общества с ограниченной ответственностью «КДЦ» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судьяН.В. Махрова

Судьи:                                                             М.В. Лукьянова

          Е.В. Ширяева