ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-1330/2018

06 сентября 2018 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  30 августа 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 сентября 2018 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Рожкова Д.Г.,

судей  Семёновой Т.П., Тетериной Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-7973/2018, 08АП-7976/2018) открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» и индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Тюменской области от 25.05.2018 по делу № А70-1330/2018 (судья Макаров С.Л.), принятое по иску открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 180 000 руб.,

при участии в деле в качестве третьего лица, общества с ограниченной ответственностью «Топливные системы», 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле. 

 

установил:

открытое акционерное общество «Рикор Электроникс» (далее – ОАО «Рикор Электроникс», истец) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ИП ФИО2, ответчик) с иском, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании 180 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 289416, а также 250 руб. расходов на приобретение контрафактного товара, 200 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП и 92 руб. почтовых расходов. 

            Определением от 17.04.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Топливные системы» (далее - третье лицо).

            Первоначально 06.02.2018 суд определил рассмотреть дело № А70-1330/2018 в порядке упрощённого производства.

            Затем определением от 27.02.2018 суд перешёл к рассмотрению по общим правилам искового производства.

            Решением арбитражного суда от 25.05.2018 иск удовлетворён частично. С ИП  ФИО2 в пользу ОАО «Рикор Электроникс» взыскано 10 000 руб. компенсации, 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 40 руб. почтовых расходов. В остальной части иска отказано.

            Не согласившись с принятым решением суда, стороны подали апелляционные жалобы.

            ИП  ФИО2 в своей жалобе просит решение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований полностью.

            В обоснование своей жалобы ответчик приводит следующие доводы:

            - истец не обосновал, что на товаре, приобретенном в магазине ответчика, имеются изображения, сходные до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком.

            ОАО «Рикор Электроникс» в своей жалобе просит решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объёме.

            В обоснование своей жалобы истец приводит следующие доводы:

            - суд снизил размер компенсации ниже низшего предела при нарушении прав на один товарный знак, без представления доказательств со стороны ответчика, позволяющих снизить размер компенсации, не применил разъяснения совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 5/29).

Представители лиц, участвующих в деле, извещённых о судебном заседании 30.08.2018 надлежащим образом, в него не явились. Суд апелляционной инстанции считает возможным на основании статьи 156 АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие их представителей.

            Изучив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

             Как следует из материалов дела, установил суд первой инстанции, ОАО «Рикор Электроникс» является правообладателем товарного знака в виде изобразительного обозначения в отношении товаров 7, 9, 12, 20 классов МКТУ, согласно свидетельству № 289416 от 23.05.2005, с датой приоритета 22.07.2004, сроком действия до 22.07.2014.      В Приложении к свидетельству на товарный знак № 289416 указана дата, до которой продлён срок действия исключительного права – 22.07.2024 (л.д. 38-39).

            Наименование и адрес правообладателя товарного знака согласно приложению к указанному свидетельству от 20.02.2007 изменено на ОАО «Рикор Электроникс» (прежнее наименование правообладателя - открытое акционерное общество «Арзамасский завод радиодеталей»).

            14.12.2017 в 

<

...>, в магазине «Автозапчасти», где осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, был реализован товар: датчик положения дроссельной заслонки (ДПЗД).

            В качестве доказательств нарушения права представлены товар ДПЗД, товарный чек от 14.12.2017, содержащий наименование продавца «Чернышев Владимир Владимирович», с реквизитами ответчика (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на сумму 250 руб. (наименование товара – датчик), чек платежного терминала банка от 14.12.2017, видеозапись закупки (л.д. 29-31).

            Факт реализации товара ответчик не оспаривает.

            Настоящее обращение истца в суд обусловлено защитой исключительного права на использование товарного знака в виде изобразительного обозначения в отношении товаров 7, 9, 12, 20 классов МКТУ, которое нарушено ответчиком.

            Сумма компенсации за нарушенное исключительное право определена истцом в размере 180 000 руб. на основании пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 43.4. Постановления № 5/29 из расчёта двукратного размера стоимости использования товарного знака в 90 000  руб., установленной в лицензионном договоре от 01.10.2016 о предоставлении неисключительных прав на использование объекта интеллектуальной собственности, принадлежащего ОАО «Рикор Электроникс» (неисключительная лицензия) между ОАО «Рикор Электроникс» (лицензиар) и ООО «Техносфера» (лицензиат) (далее – лицензионный договор, л.д. 34-37).

            Суд первой инстанции частично удовлетворил требования истца, с чем выразили несогласие обе стороны спора.

            Отклоняя доводы жалобы ответчика, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

            Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, правомерно применив нормы статей 1225, 1229,  1233, 1235, 1236, 1484 ГК РФ, положения Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утверждённых приказом Министерства экономического развития Российской Федерации № 482 от 20.07.2015 (далее – Правила № 482), пункта 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» (далее - Информационное письмо № 122), пункта 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утверждённого Президиум Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее – Обзор),  установил следующее.

            Истец в связи с оформлением исключительного права на товарный знак по свидетельству № 289416 обладает правом на обращение в суд за защитой исключительных прав на использование товарного знака.

            Факт реализации ответчиком товара с использованием товарного знака № 289416, правообладателем которого является истец, подтверждается экземплярами чека платёжного терминала банка от 14.12.2017 и товарного чека от 14.12.2017 на сумму 250 руб., которые содержат дату продажи - от 14.12.2017, наименование продавца, его статус, ИНН (л.д. 29,30).

            Доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот вышеуказанного товара, в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) в нарушение требований статей 9 и 65 АПК РФ ответчиком не представлено. 

Как разъяснено в пункте 37 вышеуказанного Обзора, применённого правомерно судом первой инстанции, при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

            Приобретённый истцом товар выполнен с подражанием изображению зарегистрированного в качестве товарного знака № 289416, а ввиду использования характерных изобразительных особенностей расположения букв «А» и «Р»: пропорции и характерное положение их черт этот товар схож до степени смешения с товарным знаком, зарегистрированным под № 289416. 

             На этом основании суд первой инстанции сделал правильный вывод о доказанности  того, что реализация ответчиком товара с использованием товарного знака, принадлежащего истцу, является нарушением исключительных прав последнего.

            Доводы жалобы ответчика идентичны по сути доводам, изложенным во втором дополнении к отзыву на исковое заявление (л.д. 105-107), и основаны на собственном восприятии (визуальном осмотре) датчика.

            Апелляционный суд отклоняет данные доводы ответчика.

            Согласно пункту 35 Обзора нарушением исключительного права владельца товарного знака признаётся использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения (пункт 3 статьи 1484, пункт 3 статьи 1515 ГК РФ).

            Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Информационного письма № 122, вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

            В соответствии с Постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 2979/06, № 3691/06 угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг, от различительной способности знака с более ранним приоритетом; от сходства противопоставляемых знаков.

            Согласно пунктам 40, 41, 42, 45 Правил № 482 при проверке на тождество и сходство осуществляются следующие действия: проводится поиск тождественных и сходных обозначений; определяется степень сходства заявленного и выявленных при проведении поиска обозначений; определяется однородность заявленных товаров товарам, для которых зарегистрированы (заявлены) выявленные тождественные или сходные товарные знаки (обозначения).

            Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. 

            Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

            Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:  графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание.

            При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

            При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

            Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

            Таким образом, права владельца товарного знака могут быть нарушены посредством использования либо самого товарного знака, либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

            Сравнив товарный знак истца и приобретённый товар, апелляционный суд, руководствуясь вышеуказанными нормами закона, поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что приобретённый истцом товар выполнен с подражанием изображению зарегистрированного в качестве товарного знака № 289416, а ввиду использования характерных изобразительных особенностей расположения букв «А» и «Р»: пропорции и характерное положение их черт этот товар схож до степени смешения с товарным знаком, зарегистрированным под № 289416. 

            Данный вывод суда первой инстанции и установленные им фактические обстоятельства ответчиком не опровергнуты надлежащими доказательствами.

Доводы жалобы истца также не подтверждают необоснованности принятия судом первой инстанции решения о снижении размера подлежащей истцу компенсации на нарушенное право.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причинённых ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учётом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещён товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 43.3. Постановления № 5/29, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишён права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершённых лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 28-П от 13.12.2016 (далее – Постановление № 28-П), положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Кроме того, в Постановлении № 28-П указано, что суд, при определении размера взыскиваемой компенсации не лишён возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Таким образом, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 28-П, снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

правонарушение совершено ответчиком впервые;

использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак номер № 289416 и факт нарушения ответчиком указанных прав путём предложения к продаже и реализации товара с нанесением на него товарных знаков, сходных до степени смешения с указанным товарным знаком, подтверждаются материалами дела.

При рассмотрении настоящего дела судом установлено, что в качестве объекта нарушения исключительных прав истца указан ДПДЗ, стоимость которого составляет 250 руб.

Иных объектов с размещёнными на них товарными знаками, являющимися предметом настоящего спора, к продаже ответчиком не предлагалось, что истцом не опровергнуто.

То есть, нарушение со стороны ответчика имело место однократно и впервые.

            Истцом определён размер компенсации в размере 180 000 руб., как указывалось выше, на основании лицензионного договора, содержащего условие в пункте 4.1. о том, что лицензиат за получение неисключительного права использования  объекта интеллектуальной собственности на условиях настоящего договора обязуется выплатить лицензиару фиксированное вознаграждение в размере 90 000 руб., в том числе НДС, независимо от срока и количества фактом использования объекта интеллектуальной собственности.

            Расчёт компенсации в 180 000 руб. представляет собой сумму стоимости использования товарного знака – 90 000 руб., умноженную на 2 применительно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ (двукратный размер стоимости права использования товарного знака).

            При этом в качестве правового основания такого расчёта истец помимо подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ ссылается на пункт 43.4. Постановления № 5/29, который, по его мнению, также подлежит применению в данном случае.

            В пункте 43.4. Постановления № 5/29 разъяснено, что если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав или товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование, то при определении размера компенсации за основу следует принимать вознаграждение, обусловленное лицензионным договором, предусматривающим простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения нарушения.

            Однако в данном случае в предмет лицензионного договора входит представление истцом лицензиату за вознаграждение права на использование на неисключительной основе на территории Российской Федерации товарного знака (знака обслуживания) по свидетельству № 289416 в отношении всех товаров, включённых в 07, 09, 12 и 20 классы по Международной классификации товаров и услуг (МКТУ).

            Таким образом, перечень товаров, которые подпадают под действие товарного знака по свидетельству № 289416, существенно шире, чем в рассматриваемом случае, поскольку ответчиком было допущено однократное нарушение исключительных прав в отношении товарного знака № 289416, нанесённого только на один товар, проданный истцу ответчиком 14.12.2017 (ДПЗД).

            Кроме того, по лицензионному договору непосредственным лицом, которому надлежит выплата лицензиатом ООО «Техносфера» вознаграждения за использование его исключительных прав на неисключительной основе, является сам истец (лицензиар). 

            Соответственно, размер вознаграждения определял истец. 

            То есть, как таковые сравнимые обстоятельства, в качестве которых истцом приведён собственный лицензионный договор, в котором не ему вменена обязанность уплаты соответствующего размера вознаграждения, а он сам установил такой размер, в настоящем случае отсутствуют. 

            Иных лицензионных договоров, предусматривающих простую (исключительную) лицензию, сторонами которых бы не являлся сам истец, последним суду не представлено.

            Поэтому считать лицензионный договор безусловным доказательством цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование стоимости права на товарный знак, в данном случае нельзя, учитывая, что истец является инициатором настоящего спора, заинтересованным лицом в исходе рассматриваемого дела.

             В любом случае истцом требование основано на подпункте 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, который устанавливает возможность применения двукратного размера стоимости товаров, которая, в свою очередь, с учётом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации не исключает возможности снижения такого размера, при условии наличия мотивированного заявления ответчика о таком снижении.

             Ответчиком приведены суду соответствующие доводы о снижении размера компенсации в отзыве на исковое заявление с учётом уточнения (л.д. 53-55, 67-68, 73-75), которые обоснованно учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, в связи с чем довод жалобы истца о том, что суд первой инстанции  произвольно снизил размер компенсации без представления доказательств со стороны ответчика, позволяющих снизить размер компенсации, является несостоятельным.

            Заявленный истцом размер компенсации (180 000 руб.), исходя из фактических обстоятельства дела, с учётом возражений ответчика суд первой инстанции правомерно не признал разумным и обоснованным.

             Ответчиком по делу является индивидуальный предприниматель.

            Доказательств повторности, неоднократности совершения ответчиком аналогичных нарушений и их грубого характера истцом в материалы дела не представлено. 

 Товарный знак принадлежит одному правообладателю (истцу), был нанесён на один товар, реализованный ответчиком.

            Поэтому суд первой инстанции обоснованно принял во внимание характер и однократность допущенного ответчиком нарушения исключительного права истца на товарный знак по свидетельству № 289416, в связи с чем посчитал необходимым снизить размер компенсации до 10 000 руб., что отвечает требованиям разумности и справедливости.

            На основании вышеизложенного, выводы суда первой инстанции о снижении размера компенсации применительно к обстоятельствам настоящего дела являются обоснованными, а у суда апелляционной инстанции не имеется оснований полагать неправомерным и необоснованным снижение подлежащей взысканию с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарный знак ниже низшего предела, установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ (10 000 руб.).

Доводы апелляционной  жалобы истца не опровергли правильности данного вывода суда первой инстанции. 

Суд первой инстанции не снизил размер компенсации ниже низшего предела, установленного в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, напротив, избранный судом размер компенсации соответствует указанному размеру.

            Доводов, которые бы оказали влияние на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения в части удовлетворения исковых требований о взыскании с ответчика почтовых расходов и государственной пошлины апелляционные жалобы не содержат. 

            В связи с данным обстоятельством у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в соответствующей части (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

            С учётом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционные жалобы заявителей удовлетворению не подлежат.

      Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в её удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателей жалоб.

            При изготовлении постановления в полном объёме судом апелляционной инстанции выявлено, что в резолютивной части постановления от 30.08.2018 была допущена описка, выразившаяся в указании возможности дальнейшего обжалования постановления в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, тогда как следовало правильно указать о том, что постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам.

            В соответствии с частью 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, не изменяя его содержания.

            Поскольку вышеуказанная описка не привела к изменению содержания постановления, она может быть исправлена судом в настоящем постановлении.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 25.05.2018 по делу № А70-1330/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Д.Г. Рожков

 

Судьи

 

Т.П. Семёнова

 

Н.В. Тетерина