АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 февраля 2022 года

Дело №

А56-84836/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., Каменева А.Л., 

при участии ФИО1 (лично, паспорт); от финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 08.10.2021),    

рассмотрев 27.01.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2021 по делу № А56-84836/2018/сд.7,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.07.2018 на основании заявления публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Банк) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1. 

Решением суда от 15.05.2019 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2019 решение от 15.05.2019 в части признания ФИО1 банкротом и открытия процедуры реализации имущества гражданина отменено, в указанной части принят новый судебный акт, которым в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина; в остальной части обжалуемый судебный акт оставлен без изменения. 

Финансовый управляющий ФИО2 30.06.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора от 02.02.2017 купли-продажи земельного участка, заключенного должником и ФИО4, и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимого имущества.

Определением суда первой инстанции от 01.02.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 19.08.2021, в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 отказано.  

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО2, ссылаясь на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение и постановление, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

По мнению подателя жалобы, суд первой инстанции не привлек к участию в деле Банк, чем нарушил законные права и интересы конкурсного кредитора; судами не дана оценка представленной в материалы дела выписке из реестра саморегулируемой организации оценщиков от 26.05.2016, согласно которой рыночная стоимость аналогичного земельного участка с кадастровым № 47:01:1704007:98, но меньшего по площади оценена в 26 800 000 руб.

Податель жалобы также ссылается на лишение его и его представителя возможности заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы по вопросу определения рыночной стоимости оспариваемого земельного участка с кадастровым № 47:01:1704007:97.

Кроме того, финансовый управляющий указывает на представленное им решение Дзержинского районного суда города Санкт-Петербурга от 27.03.2018 по делу № 2а-43/18, из которого следует, что представителем ФИО1 по административному делу являлась ФИО4, следовательно, должник и ответчик являлись заинтересованными лицами. 

В отзыве ФИО1, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО2 поддержал доводы жалобы, ФИО1 просил в удовлетворении жалобы отказать.    

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не стало препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи от 18.11.2008 ФИО1 приобрел в собственность индивидуальный жилой дом площадью 253,6 кв.м и земельный участок площадью 2012 кв.м с кадастровым номером 47:01:17-04-007:0021, расположенные по адресу: Ленинградская обл., Выборгский р-он, пос. Ленинское. 

Договор и право собственности должника зарегистрированы 02.12.2008.

ФИО1 и Банк 03.10.2012 заключили кредитный договор № 9055/01795/12/00950-ЗК, в обеспечение исполнения должником обязательств по которому 03.10.2012 подписали на вышеназванные объекты договор ипотеки № 9055/01795/12/00950-ЗК-З. 

Договор ипотеки зарегистрирован 26.10.2012. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости земельный участок с кадастровым номером 47:01:17-04-007:0021 разделен на земельные участки с кадастровыми номерами 47:01:1704007:97, 47:01:1704007:98 площадью 1000 кв.м и 1500 кв.м.

ФИО1 (продавец) и ФИО4 (покупатель) 02.02.2017 заключили договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 47:01:1704007:97 площадью 1000 кв.м.

Цена оспариваемой сделки составила 750 000 руб.

Право собственности на земельный участок зарегистрировано за ФИО4 27.03.2017. 

Посчитав, названный договор недействительным по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции, установив, что оспариваемый договор заключен в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако не усмотрев в действиях ФИО4 и ФИО1 признаков злоупотребления правом, а также цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, отметив, что должник подтвердил отчуждение земельного участка, а Банк согласился на прекращение залога, отклонил довод финансового управляющего о неравноценности встречного предоставления, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции. 

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Судами установлено, что дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 возбуждено 06.07.2018, оспариваемый договор заключен 02.02.2017, государственная регистрация права собственности осуществлена 27.03.2017, а значит договор может быть оспорен только по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из толкования этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

При отказе в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из недоказанности того, что ответчик и должник являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, а также цели и фактического причинения имущественного вреда кредиторам.

Наличия у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, либо осведомленности ответчика об указанных признаках, суды не установили.

Как отметил кроме того, суд апелляционной инстанции, доказательств существенного отличия стоимости оспариваемого недвижимого имущества от среднерыночной стоимости на период заключения оспариваемой сделки в материалах обособленного спора не имеется.

Так, в ходе производства в суде апелляционной инстанции ФИО4  представила расписку от 02.02.2017 о получении должником 750 000 руб. по оспариваемому договору и справку 2-НДФЛ, свидетельствующую о наличии у нее финансовой возможности для заключения сделки. Факт оплаты земельного участка финансовым управляющим не опровергнут.

В отзыве на заявление финансового управляющего ФИО1 пояснил, что полученные им денежные средства от продажи спорных объектов были потрачены на улучшение имущества (увеличение площади дома с 235 до 435 кв.м и земельного участка с 20 до 25 соток), находящегося в залоге у кредитора, которое вошло в конкурсную массу и будет реализовано. Сбербанк России письмом от 23.03.2017 дал сове согласие на вывод из состава обеспечения по кредитному договору от 03.10.2012 земельного участка площадью 1000 кв.м, кадастровый номер 47:01:1704007:97 (том дела 25, лист 152).    

С учетом изложенных обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций не установили цели причинения вреда кредиторам должника, а также самого факта причинения вреда.

В заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего не смогла пояснить когда в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, финансовым управляющим ФИО2 было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы. Напротив, как следует из материалов дела, с момента принятия заявления финансового управляющего к производству (определение от 11.07.2020) и до оглашения резолютивной части (18.01.2021), в суде первой инстанции было проведено 3 заседания, в два из которых явка финансового управляющего, либо его представителя не обеспечена. При рассмотрении апелляционной жалобы ФИО2 в апелляционном суде, финансовый управляющий также не заявил ходатайства о назначении судебной экспертизы, на что было указано в постановлении от 19.08.2021 (лист 4).

Кроме того, как следует их отзыва ФИО4 после приобретения спорного жилого дома и земельного участка, его площадь была ей увеличена на 5,99 соток за счет примыкающей бесхозной земли, 01.09.2017 сформирован новый земельный участок с иным кадастровым номером 47:01:1704007:101, общей площадью 16 соток. На приобретенном ФИО4 земельном участке был объект незавершенного строительства, который был достроен ею счет собственных денежных средств. Именно ФИО4 дом был поставлен на кадастровый учет и зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации и картографии по Ленинградской области. 

То есть в настоящее время нет земельного участка с кадастровым номером 47:01:1704007:97.            

Таким образом, с учетом установленных конкретных обстоятельств суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания спорной сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств недобросовестности в действиях сторон судами не установлено, в связи с чем основания для признания договора недействительным по общим основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судом фактических обстоятельств дела и принятых им доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Поскольку финансовому управляющему при принятии кассационной жалобы к производству на основании части 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, то в соответствии со статьей 110 АПК РФ, абзацем вторым пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» государственная пошлина с учетом итогов рассмотрения кассационной жалобы подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2021 по делу № А56-84836/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за подачу кассационной жалобы. 

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

А.Л. Каменев

К.Г. Казарян