ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А72-2765/2021

г. Самара

04 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 декабря 2023 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Гадеевой Л.Р., Львова Я.А.,  

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы ФИО2, ООО «Стройдеталь»  на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05.10.2023

по заявлению  конкурсного управляющего должника  о привлечении к субсидиарной ответственности по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью  «Крона» (ИНН 

<

***>)

при участии в судебном заседании:

представитель ФНС – ФИО3, доверенность от 11.01.2023.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.06.2021 (резолютивная часть от 15.06.2021) Арбитражный суд Ульяновской области признал ООО «Крона» несостоятельным (банкротом) как отсутствующего должника. Открыл в отношении ООО «Крона» конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвердил ФИО4.

В Арбитражный суд Ульяновской области  поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4, в котором он просит: привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КРОНА» руководителя должника ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. учредителя должника ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., приостановить рассмотрение настоящего заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Ульяновской области вынес определение  от 05.10.2023 следующего содержания: 

«Заявление конкурсного управляющего удовлетворить частично.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) и ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Крона».

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Крона» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) и ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) до окончания расчетов с кредиторами.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Крона» (ИНН 

<

***>) убытки в размере 223 125 руб. 00 коп.

В остальной части заявление оставить без удовлетворения».

ФИО2, ООО «Стройдеталь» обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Ульяновской области  от 05.10.2023.

Вышеуказанные апелляционные жалобы приняты к производству определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФНС России возражал против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку в порядке апелляционного производства, обжалуется только часть судебного акта, касающаяся удовлетворения заявленных требований в отношении ФИО2, ООО «Стройдеталь», суд апелляционной инстанции не вправе выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции лишь в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как указал суд первой инстанции, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий со ссылкой на положения статьи 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве связывает с невозможностью полного погашения требований кредиторов должника вследствие действий и (или) бездействия указанных контролирующих лиц и наличием следующих условий:

– неисполнение обязанности по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд при наличии признаков банкротства;

– неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника;

– причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате вывода активов должника путем совершения сделок по отчуждению имущества и денежных средств должника в пользу аффилированных лиц.

Суд первой инстанции указал, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Крона» его директором в разное время являлись ФИО2 (с 10.02.2016 по 20.02.2020) и ФИО5 (с 21.02.2020 до открытия конкурсного производства в отношении должника). ФИО2 с момента создания ООО «Крона» до настоящего времени является единственным его участником.

 Таким образом, с учетом приведенных норм права суд первой инстанции признал заявленных конкурсным управляющим для привлечения к субсидиарной ответственности лиц (ФИО2 и ФИО5) контролирующими должника лицами.

Наличие оснований для привлечения ООО «СТРОЙДЕТАЛЬ» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий связывает с совершением должником в 2017-2020 г.г. сделок по отчуждению своего имущества в пользу указанного юридического лица, имеющего, по мнению заявителя, признаки  аффилированного лица (вывод активов).

Обращаясь в суд первой инстанции, конкурсный управляющий также ссылался на то, что основанием привлечения ФИО2 и ФИО5 к субсидиарной ответственности является неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации и имущества должника.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а также ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с разъяснением пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения им вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Положения указанных норм права предусматривают субсидиарную ответственность контролирующего лица не за любую не передачу документов и материальных ценностей, а за не передачу документов, которые не позволили сформировать конкурсную массу.

Кроме того, названная ответственность, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Как следует из вышеприведенных норм, обеспечение передачи арбитражному управляющему документации и имущества должника является обязанностью руководителя должника.

Как установил суд первой инстанции, в материалы дела представлена бухгалтерская отчетность ООО «Крона» за 2018 г., в которой отражены следующие показатели финансово-хозяйственной деятельности:

– по итогам отчетного периода 2017 года у Общества имелись активы на общую сумму 3 599 тыс. руб. (3 591 тыс. руб. – запасы, 8 тыс. руб. – денежные средства), общая кредиторская задолженность составляла 3 479 тыс. руб.;

– по итогам отчетного периода 2018 года у Общества имелись активы на общую сумму 3 591 тыс. руб. (запасы), общая кредиторская задолженность составляла 3 354 тыс. руб.

Суд первой инстанции указал, что бухгалтерский баланс ООО «Крона» за 2018 г. был сдан в налоговый орган 01.04.2019 за подписью ФИО2, при этом бухгалтерская отчетность за последующие периоды не сдавалась.

При этом согласно ответам регистрирующих органов, представленных в основное дело о банкротстве, у должника отсутствует какое-либо движимое и недвижимое имущество.

Из представленных конкурсным управляющим инвентаризационных описей также не усматривается, что данный имущественный актив должника был выявлен в ходе конкурсного производства.

Таким образом, имущество должника и документы, подтверждающие наличие активов, в том числе дебиторской задолженности, конкурсному управляющему не переданы, сведения о погашении задолженности или ее части также отсутствуют. При этом, отсутствие документов и материальных ценностей, отраженных в денежном выражении в бухгалтерской отчетности должника, существенно затруднило проведение процедуры банкротства должника и является причиной невозможности полного погашения требований кредиторов.

Определением от 07.10.2021 суд обязал бывшего руководителя ООО «Крона» ФИО5 и учредителя ООО «Крона» ФИО2 передать конкурсному управляющему печати и штампы организации, а также документацию должника согласно перечню; обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему ООО «Крона» сведения об имуществе должника – запасов на сумму 3 591 000 руб. - месте его нахождения, наименовании и количестве, стоимости либо сведений об отсутствии указанного имущества и оснований его списания с баланса ООО «Крона».

Как установил суд первой инстанции, в материалы дела не представлены доказательства исполнения указанными ответчиками определения суда от 07.10.2021, передачи имущества должника и документации, а также доказательства невозможности их передачи либо их отсутствия.

Отсутствие оригиналов документов, первичной информации и имущества не позволяет выявить и реализовать ликвидный актив должника и обратиться за взысканием дебиторской задолженности, а соответственно, препятствует осуществлению мероприятий, предусмотренных процедурой конкурсного производства.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности данного основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО2 и ФИО5 за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации и имущества должника.

Заявляя требование о привлечении ООО «Стройдеталь» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указывал, что данный ответчик является аффилированным лицом по отношению к ООО «Крона», поскольку с 15.05.2017 участником ООО «Стройдеталь» является ФИО2 с долей 50%, оба юридических лица зарегистрированы по одному адресу (

<

...>).

Конкурсный управляющий указывал, что между ООО «Крона» и ООО «Стройдеталь» заключен договор поставки товара №8 от 27.12.2019, и что должником осуществлена передача товара на сумму 73 125,00 руб. на основании УПД №43 от 31.03.2020.

Кроме того, заявитель со ссылкой на судебные Арбитражного суда Ульяновской области по делу №A72-9578/2017 указывал также, что 05.06.2017 должником в пользу ООО «Стройдеталь» было уступлено право требования долга в размере 150 000 руб., возникшего на основании Простого векселя № 0000114 от 04.04.2016 года на сумму 170 000-00 рублей, выданного векселедателем – ООО «Средневолжская Строительная Компаниям› и полагал данную сделку безвозмездной.

Со ссылкой на сведения, предоставленную уполномоченным органом в заявлении о банкротстве, заявитель также указывал, что по результатам анализа налоговой декларации по НДС установлено, что у ООО «Стройдеталь» имеется дебиторская задолженность – право требования к ООО «Крона» в сумме 4 100,1 тыс. руб.

Суд первой инстанции отметил, что конкурсный управляющий не указал, по каким именно основаниям он просил привлечь ООО «Стройдеталь» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Крона» и с учетом обстоятельств спора и представленных пояснений посчитал, что ООО «Стройдеталь» следует считать выгодоприобретателем по указанным конкурсным управляющим сделкам.

Оценивая доводы заявителя применительно к правоотношениям между ООО «Крона» и ООО «Стройдеталь» по договору поставки товара №8 от 27.12.2019 и передаче товара по УПД №43 от 31.03.2020, а также по соглашению об уступке права требования от 05.06.2017, суд первой инстанции указал следующее.

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац 1 статьи 1080 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Отсутствие у сделки признаков крупной исходя из положений статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, как следует из изложенного выше, не исключает признание этой сделки значительной для масштабов деятельности Общества исходя из ее возможных негативных последствий для должника. Кроме того, в данном случае следует также оценивать последствия всей совокупности исследуемых сделок, поскольку негативные последствия поведения контролирующего должника лица, как указано выше, оцениваются исходя из всей совокупности его действий по управлению хозяйственной деятельностью организации.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Судом первой инстанции установлено, что участником и в разное время руководителем ООО «Крона» и ООО «Стройдеталь» являлся ФИО2 (с 15.05.2017 участником ООО «Стройдеталь» с долей 50%, с момента создания участником ООО «Крона»), оба юридических лица зарегистрированы по одному адресу (

<

...>), на основании чего суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ООО «Стройдеталь» является аффилированным лицом по отношению к ООО «Крона»

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)) выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

По условиям договора поставки товара №8 от 27.12.2019 ООО «Крона» (поставщик) обязуется передать в собственность ООО «Стройдеталь» (покупатель) товар в количестве, ассортименте, согласно выставленных поставщиком счетов (счетов-фактур, накладных).

В материалы дела представлен универсальный передаточный документ №43 от 31.03.2020, согласно которому должником произведена передача товара – Брус 50х100х2000, в количестве 5,85 куб.м. на сумму 73 125,00 руб.

Судом первой инстанции в обжалуемом определении определена дата объективного банкротства ООО «Крона» – 31.03.2020,  и отмечено, что вышеуказанная поставка также имела место в эту же дату.

Вместе с тем, суд первой инстанции посчитал, что передача товара по УПД №43 от 31.03.2020 товара (73 125,00 руб.) общей стоимостью 73 125,00 руб. не может быть признана сделкой, причинившей именно существенный вред кредиторам, поскольку она не могла повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы была направлена на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, а в совокупности имеющихся обязательств несовершение данной сделки не привело бы к существенному улучшению финансового состояния должника.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.10.2017 по делу №А72-9578/2017 установлено, что на основании акта приема-передачи векселей №56 от 29.04.2016  ООО «Комбинат панельного домостроения-1» передало ООО «Крона» вексель № 0000114 от 04.04.2016 на сумму 170 000 рублей.

На основании акта №72 о предъявлении векселя к погашению от 07.06.2016 ООО «Крона» передало, а ООО «Средневолжская Строительная Компания» приняло к погашению простой вексель на сумму 170 000 рублей.

27.04.2017 ООО «Крона» направило в адрес ООО «Средневолжская Строительная Компания» претензию с требованием оплатить задолженность.

05.06.2017 заключено соглашение об уступке права требования между Обществом с ограниченной ответственностью «Крона» (Первоначальный кредитор (цедент), и Обществом с ограниченной ответственностью «Стройдеталь» (Новый кредитор (цессионарий).

Согласно условиям соглашения (п. 1.1.) Первоначальный кредитор (цедент) уступает, а Новый кредитор (цессионарий) принимает право (требование) долга, возникшего на основании Простого векселя № 0000114 от 04.04.2016 года на сумму 170000-00 (Сто семьдесят тысяч) рублей, выданного векселедателем: ООО «Средневолжская Строительная Компания», 432026, 

<

...> выдан вексель ООО «Комбинат панельного домостроения-1», 432026, Московское шоссе, д.26 - кредитор.

Согласно пункта 1.2. соглашения право (требование) Первоначального кредитора (цедента) к Должнику составляет – 150 000-00 (Сто пятьдесят тысяч) рублей – вексельный долг, возникший на основании Простого векселя № 0000114 от 04.04.2016 года (с учетом частичной оплаты в сумме 20000,00 рублей, платежное поручение от 26.05.2017 № 805).

ООО «Стройдеталь» письменно уведомило ООО «ССК» о состоявшемся переходе прав и в последующем ввиду неполучения исполнения по векселю обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании 150 000 рублей вексельного долга, процентов и пеней в порядке п. 48 Положения о переводном и простом векселе.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.10.2017 по делу №А72-9578/2017, оставленным без изменения судами проверочных инстанций, с ООО «Средневолжская Строительная Компания» в пользу ООО «Стройдеталь» взыскано 150 000 руб. 00 коп. - основного долга, 17 140 руб. 03 коп. - процентов на сумму долга и проценты от остатка суммы основного долга с 02.07.2017 по день погашения задолженности в размере ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды; 17 140 руб. 03 коп. - неустойка и неустойка от остатка суммы основного долга с 02.07.2017 по день погашения задолженности в размере ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, 29 748 руб. - судебных издержек, 6 520 руб. 02 коп. - в возмещение расходов по госпошлине.

Согласно п.3.1. и 3.2. Соглашения об уступке права требования от 05.06.2017 (из материалов дела №А72-9578/2017, прикрепленных к карточке данного дела в картотеке арбитражных дел – https://kad.arbitr.ru/), в счет оплаты уступаемого права (требования) новый кредитор (цессионарий) обязуется уплатить первоначальному кредитору (цеденту) сумму в размере 150 000 руб. в срок не позднее 31.12.2018.

Суд первой инстанции указал, что доказательств перечисления со стороны ООО «Стройдеталь» денежных средств в счет оплаты уступаемого права (требования), а равно проведения расчетов в иной форме в материалы дела не представлено, что в отсутствие убедительных доказательств обратного с учетом повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве свидетельствует о безвозмездном характере данной сделки.

В то же время, поскольку указанная сделка была совершена задолго (за 3 года) до определенной судом первой инстанции даты объективного банкротства ООО «Крона», на момент ее совершения у должника не имелось неисполненных обязательств по налогам и сборам, суд первой инстанции пришел к выводу, что данная сделка сама по себе также не могла повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы была направлена на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству.

Таким образом, поскольку суд первой инстанции признал, что указанные конкурсным управляющим сделки не могли привести к возникновению у ООО «Крона» признаков неплатежеспособности и его объективному банкротству, а также с учетом разъяснений, сформулированных в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», судом первой инстанции был сделан вывод об отсутствии оснований для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности, но наличии его обязанности компенсировать возникшие по его вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Как отмечено судом первой инстанции, в пользу должником в пользу аффилированного ООО «Стройдеталь» совершены две безвозмездные сделки: передача товара – Брус 50х100х2000, в количестве 5,85 куб.м. на сумму 73 125,00 руб. (УПД №43 от 31.03.2020) и Соглашение об уступке права требования от 05.06.2017 на сумму 150 000 руб.

Как указал суд первой инстанции, несмотря на то, что результаты совершения указанных сделок сами по себе не привели к объективному банкротству ООО «Крона», тем не менее они причинили должнику убытки в размере стоимости безвозмездного выбывшего актива на сумму 223 125,00 руб., в том числе 150 000,00 руб. (по Соглашению об уступке права требования от 05.06.2017) и 73 125,00 руб. (по УПД №43 от 31.03.2020).

С учетом перечисленных обстоятельств, суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 по ст. 61.11 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации и имущества должника, а также для взыскания с ООО «Стройдеталь» убытков в сумме 223 125,00 руб., на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, приостановил рассмотрение заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности его контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о передаче им документов должника ФИО5 по акту от 18.02.2020 не опровергают выводов суда первой инстанции.

Как указано выше, определением Арбитражного суда Ульяновской области от 07.10.2021 суд обязал бывшего руководителя ООО «Крона» ФИО5 и учредителя ООО «Крона» ФИО2 передать конкурсному управляющему печати и штампы организации, а также документацию должника согласно перечню; обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему ООО «Крона» сведения об имуществе должника – запасах на сумму 3 591 000 руб. - месте его нахождения, наименовании и количестве, стоимости либо сведений об отсутствии указанного имущества и оснований его списания с баланса ООО «Крона».

Таким образом, именно на  ФИО2 вступившим в законную силу судебных актом была возложена обязанность по передаче имущества и документов, необходимых для формирования конкурсной массы, и указываемые заявителем апелляционной жалобы обстоятельства передачи документов не стали препятствием к его вынесению. Также указанный акт не содержит информации о передаче материальных ценностей.

Суд первой инстанции также установил, что объем запасов ООО «Крона» в денежном выражении начиная с 2017 года являлся неизменным, что является нетипичным показателем для организаций, ведущих хозяйственную деятельность.

Бухгалтерский баланс ООО «Крона» за 2018 г. был сдан в налоговый орган 01.04.2019 за подписью ФИО2, при этом бухгалтерская отчетность за последующие периоды не сдавалась.

Как установил суд первой инстанции при рассмотрении основного дела уполномоченным органом указывалось, что последняя операция по счету ООО «Крона» имела место 16.08.2018.

С учетом совокупности приведенных обстоятельств, в отсутствие убедительных доказательств обратного, суд первой инстанции констатировал, что приведенные в бухгалтерской отчетности должника показатели его финансово-хозяйственной деятельности за все периоды начиная с 2017 года носили формальных характер и не отражали фактическое имущественное положение ООО «Крона».

Изложенное свидетельствует о том, что по окончании 2019 года ООО «Крона» фактически прекратило хозяйственную деятельность.

В указанной связи, суд первой инстанции отметил, что момент возникновения признаков объективного банкротства должника в данном случае определяется периодом образования самой ранней задолженности ООО «Крона» – 1 квартал 2020 г., не погашенной до настоящего времени, т.е. 31.03.2020. 

Таким образом, определенный судом первой инстанции момент возникновения признаков неплатежеспособности должника фактически совпадает с датой смены руководителя должника с ФИО2 на ФИО5, при этом ФИО2 остался единственным участником должника, то есть фактически продолжал контролировать деятельность последнего.

С учетом перечисленного, из обстоятельств спора и материалов дела следует, что деятельность ФИО5 как руководителя должника носила формальный характер, то есть он являлся номинальным руководителем. Указанный вывод подтверждается и поведением данного лица в ходе рассмотрения дела о банкротстве, его фактическим неучастием в указанном процессе.

Исходя и указанных обстоятельств, ссылки ФИО2 на передачу им документов должника ФИО5 сами по  себе не освобождают ФИО2 от ответственности за необеспечение наличия и сохранности имущества и документов должника, необходимых для формирования конкурсной массы.

Доводы апелляционной жалобы ООО «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>) о невозможности причинения им убытков,  поскольку данное лицо не вступало в  правоотношения с ООО «Крона» в рамках Соглашения об уступке права требования от 05.06.2017, а фактическим субъектом таких правоотношения являлось иное лицо с аналогичным наименованием – ООО «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>) необоснованны.

Имеющееся в материалах дела Соглашение об уступке права требования от 05.06.2017, акт приема-передачи документов от 05.06.2017 (л.д.111-112 т.1) заключены должником с ООО «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>), с обеих сторон подписаны ФИО2

Именно ООО «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>) являлось участником судебных споров, связанных с исполнением Соглашения об уступке права требования от 05.06.2017 в рамках дел №А72-4868/2018 и №А72-9578/2017. При этом в последнем споре ООО «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>) являлось истцом, по данным информационного ресурса Картотека арбитражных дел, расположенного на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://kad.arbitr.ru) исковое заявление подписано представителем ООО «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>) по доверенности от 10.06.2017, выданной директором ООО «Стройдеталь» (ИНН 

<

***>) ФИО2

Несогласие заявителей с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05.10.2023 по делу № А72-2765/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

СудьиЛ.Р. Гадеева 

Я.А. Львов