ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А54-162/2021

г. Тула

11 октября 2023 года

20АП-6128/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2023 года.

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мосиной Е.В.,  судей  Капустиной Л.А., Филиной И.Л.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании: 

от индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 (удостоверение, доверенность от 18.04.2023), 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Рязанской области от 13.07.2023 по делу № А54-162/2021 (судья Матин А.В.), 

принятое по иску индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 304623006900193; г. Рязань) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 314366818300049; Воронежская область) о взыскании денежных средств в счет возмещения стоимости оборудования,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» (ОГРН 

<

***>, 101000, 

<

...>, пом. I, комн. 6, оф. 3, подвал) и общество с ограниченной ответственностью «Юнилевер Русь» (ОГРН 

<

***>, 123022, 

<

...>),

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – ИП ФИО4) обратился в арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2) о взыскании 200 000 руб. в счет возмещения стоимости оборудования, переданного по договору №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, по договору №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, по договору №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, по договору №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017, пени за нарушение срока возмещение стоимости оборудования за период с 17.10.2020 по 26.11.2020 в размере     246 000 руб., пени за нарушение срока возмещение стоимости оборудования, исчисленные с 27.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, в размере 3% от суммы 200 000 руб. за каждый день просрочки, судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» (далее – ООО «Меридиан») и общество с ограниченной ответственностью «Юнилевер Русь» (далее – ООО «Юнилевер Русь»).

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 13.07.2023 с ИП ФИО2 в пользу ИП ФИО4 взыскана стоимость оборудования, переданного по договору №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, по договору №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, по договору №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, по договору №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017 в сумме 200 000 руб., пени за период с 20.10.2020 по 26.11.2020 в размере 1 765 руб. 03 коп., судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 9 596 руб., судебные расходы на оплату судебной экспертизы в размере 26 131 руб. 76 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 11 438 руб. 32 коп. Решено дальнейшее начисление пени производить на сумму 200 000 руб. с 27.11.2020 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по день фактического исполнения денежного обязательства за каждый день просрочки, исходя из двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в соответствующий период. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с решением Арбитражного суда Тульской области от 26.06.2023, ИП ФИО2 обратилась в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить. В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что в материалах дела имеется требование ООО «Юнилевер Русь», направленное ИП ФИО2, о возврате спорного оборудования. Отмечает, что спорное оборудование в период январь-март 2016 года принадлежало ООО «Юнилевер Русь», в связи с чем истец не имел оснований для предъявления требований. Указывает на недобросовестность истца в связи с тем, что дела с его участием имеют массовый характер подачи исковых заявлений в арбитражные суды с аналогичными требованиями, начиная с 2020 года. 

Представитель ответчика в судебном заседании поддержала доводы апелляционной жалобы, настаивала на ее удовлетворении.

ИП ФИО4 представил отзыв, в котором возражает против доводов апелляционной жалобы, просит обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ИП ФИО4 (ссудодатель) и ИП ФИО2 (ссудополучатель) были заключены на аналогичных условиях договор №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, договор №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, договор №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, договор №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017, по условиям которых ссудодатель передает ссудополучателю во временное безвозмездное пользование морозильное оборудование, наименование и количество которого указывается в акте приема-передачи оборудования к настоящему договору, а ссудополучатель обязуется вернуть принятое оборудование ссудодателю в том же состоянии, в каком он ее получил. Ссудополучатель принимает и использует оборудование исключительно для хранения замороженной продукции, поставляемой ООО «Радуга». Оборудование остается собственностью ссудодателя. Передача оборудования и его возврат производится по акту приема-передачи, заверенному печатями и подписями сторон. В акте приема-передачи стороны указывают количество, состояние передаваемого оборудования, комплектность, стоимость (пункт 1.1, 1.2 договора).

В договорах стоит подпись с расшифровкой, а также имеется печать ИП ФИО2

Согласно пункту 2.2.5 договора ссудополучатель обязался возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора безвозмездного пользования в надлежащем состоянии по адресу: 

<

...>. В случае невозврата оборудования в указанный срок, оборудование считается утраченным ссудополучателем и ссудополучатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что ссудополучатель несет все риски случайной гибели или случайного повреждения оборудования.

В соответствии с пунктом 3.3 договора в случае продажи, утраты или передачи оборудования третьим лицам без согласия ссудодателя, ссудополучатель в семидневный срок возмещает ссудодателю полную стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи. Оплата производится в рублях.

В пункте 4.3 договора стороны согласовали условие о том, что каждая из сторон вправе во всякое время отказаться от настоящего договора, известив об этом другую сторону за семь дней.

Сторонами подписаны во исполнение вышеуказанных договоров следующие Акты о передаче оборудования:

Акт от 07.04.2017 приема-передачи оборудования к договору безвозмездного пользования оборудованием № 9234 от 07.04.2017: Liebherr, инв. номер 13186182, серийный номер 809585968 стоимость 50 000 руб.

Акт от 10.02.2017 приема-передачи оборудования к договору безвозмездного пользования оборудованием № 17 от 10.02.2017 - Caravell, заводской номер 1321670, стоимость 50 000 руб.;

Акт от 10.02.2017 приема-передачи оборудования к договору безвозмездного пользования оборудованием № 18 от 10.02.2017 – Caravell, инвентаризационный / заводской номер 13259898/ 1328802, стоимость 50 000 руб.;

Акт от 10.02.2017 приема-передачи оборудования к договору безвозмездного пользования оборудованием № 19 от 10.02.2017 - Caravell, заводской номер 1319500, стоимость 50 000 руб.

25.09.2020 ИП ФИО4 направил в адрес ИП ФИО2 извещение (почтовый идентификатор 80088552983954), в соответствии с которым заявил об отказе от договоров безвозмездного пользования и их расторжении с 09.10.2020, попросил ответчика в срок не позднее 16.10.2020 возвратить оборудование по адресу: 

<

...>.

Уведомление с почтовым идентификатором 80088552983954 согласно отчету об отслеживании с сайта Почта России было получено ответчиком 03.10.2020, что последним не оспорено.

Поскольку требования истца не были выполнены ответчиком, ИП ФИО4 обратился к ИП ФИО2 с претензией от 26.11.2021 о выплате стоимости утраченного, согласно пунктам 2.2.5 договоров, а также пени.

Претензия до обращения в Арбитражный суд Рязанской области была оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Рассматривая спор по существу и удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции исходил из того, что факт наличия у ответчика у ответчика спорного оборудования и его использования подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами. 

Судом установлено, что в рассматриваемом случае обязательства сторон возникли из договоров безвозмездного пользования №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, №18 от 10.02.2017, №17 от 10.02.2017,  №9234 от 07.04.2017, которые являются договорами ссуды и регулируются нормами главы 36 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пункту 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 690 ГК РФ право передачи вещи в безвозмездное пользование принадлежит ее собственнику и иным лицам, управомоченным на то законом или собственником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

В силу пункта 1 статьи 691 ГК РФ ссудодатель обязан предоставить вещь в состоянии, соответствующем условиям договора безвозмездного пользования и ее назначению.

Статьей 696 ГК РФ установлено, что ссудополучатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения полученной в безвозмездное пользование вещи, если вещь погибла или была испорчена в связи с тем, что он использовал ее не в соответствии с договором безвозмездного пользования или назначением вещи либо передал ее третьему лицу без согласия ссудодателя.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 ГК РФ предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ право на одностороннее изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что с учетом положения пункта 2 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

Таким образом, односторонний отказ от договора - односторонняя сделка, прекращающая обязательство во внесудебном порядке.

Из материалов дела следует, что индивидуальный предприниматель ФИО4 ссылается на заключение сторонами договоров безвозмездного пользования №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, №18 от 10.02.2017, №17 от 10.02.2017,  №9234 07.04.2017 и получение ответчиком по актам приема-передачи оборудования к договорам безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, от 10.02.2017, от 10.02.2017, от 07.04.2017, общей стоимостью 200 000 руб.

В ходе рассмотрения дела представитель ИП ФИО2 в порядке статьи 161 АПК РФ заявил о фальсификации представленных ответчиком доказательств: договора безвозмездного пользования №19 от 10.02.2017, акта приёма-передачи оборудования к договору №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, договора №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, акта приема-передачи оборудования №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, договора №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, акта приема-передачи оборудования к договору №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017, договора №9234 безвозмездного пользования от 07.04.2017, акта приема-передачи оборудования к договору №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017.

Согласно части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Истец возражал против исключения данных документов из числа доказательств по делу.

В целях проверки заявления ответчика о фальсификации доказательств суд определением от 26.05.2022 назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручил эксперту ФБУ «Рязанская лаборатория судебной экспертизы» Минюста Российской Федерации и ФБУ Рязанская ЛСЭ Минюста России.

Согласно заключениям эксперта №018/22 от 04.02.2022 и № 143/1-3 от 18.04.2023:

1) Девять исследуемых подписей от имени ФИО2 на договоре №19 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; акте приема-передачи оборудования от 10.02.2017 к договору №19 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; договоре №18 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; акте приема-передачи оборудования от 10.02.2017 к договору №18 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; договоре №17 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; акте приема-передачи оборудования от 10.02.2017 к договору №17 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием - выполнены не самой ФИО2, а другим лицом с подражанием подписи ФИО2

2) Три исследуемых подписи от имени ФИО2 на договоре №9234 от 07.04.2017 безвозмездного пользования оборудованием; акте приема-передачи оборудования от 07.04.2017 к договору №9234 от 07.04.2017 безвозмездного пользования оборудованием - выполнены не самой ФИО2,  а другим лицом.

3) Решить вопрос по установлению исполнителя исследуемых рукописных расшифровок подписей от имени ФИО2 на представленных документах - не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

4) Двенадцать исследуемых оттисков печати ИП ФИО2 на представленных документах: договор №19 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; акт приема-передачи оборудования от 10.02.2017 к договору №19 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; договор №18 от 10.02.2017г. безвозмездного пользования оборудованием; акт приема-передачи оборудования от 10.02.2017 к договору №18 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; договор №17 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; акт приема-передачи оборудования от 10.02.2017 к договору №17 от 10.02.2017 безвозмездного пользования оборудованием; договор №9234 от 07.04.2017 безвозмездного пользования оборудованием; акт приема-передачи оборудования от 07.04.2017 к договору №9234 от 07.04.2017 безвозмездного пользования оборудованием нанесены не оригинальной печатью ИП ФИО2, образцы которой представлены в качестве сравнительного материала.

5) Оттиски печатей ИП ФИО2, расположенные в:

- договоре №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- акте приема-передачи оборудования к договору №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- договоре №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- акте приема-передачи оборудования к договору №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- договоре №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- акте приема-передачи оборудования к договору №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- договоре №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017;

- акте   приема-передачи   оборудования к договору №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017^

- нанесены одной печатью.

6) Оттиски печати ИП ФИО2, имеющиеся в вышеперечисленных документах, нанесены печатью, оттиски-образцы которой расположены в следующих документах:

копии трудового договора № 1 от 01.02.2016 и копии; заявлении о регистрации в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации страхователя, производящего выплаты физическим лицам от 20.02.2016 и копии; копии трудового договора с ФИО5 №10 от 03.08.2020; копии трудовой книжки AT-V № 7357038 ФИО6 (ФИО5); копии трудового договора №9 с ФИО7 от 02.06.2020; копии трудовой книжки TK-V1 №3134964 ФИО7; трудовом договоре с поваром №8 от 30.04.2020; копии трудовой книжки TK-1V № 1236256 ФИО8; копии трудового договора №7 от 09.01.2020 с ФИО9; копии трудовой книжки TK-V №8074000 ФИО9; копии трудового договора №4 от 01.10.2018 с ФИО10; копии трудовой книжки ТК №0369639 ФИО11 (ФИО10); трудовом договоре с ФИО12 от 01.07.2016; копии трудовой книжки ТК-1 №9151381 ФИО13 (ФИО12); заявлении о регистрации в качестве страхователя физического лица в филиал №4 ГУ-Воронежского регионального отделения Фонда социального страхования РФ от 10.02.2016; копии выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 04.07.2014; копии страниц паспорта ФИО2 серии 20 98 077183, выданного Павловским РОВД Воронежской области 05.02.1999; уведомлении в территориальный Федеральной службы государственной статистики по Воронежской области; копии заявления о постановке на учет индивидуального предпринимателя в качестве налогоплательщика единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности; копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе физического лица по месту жительства на территории Российской Федерации от 16.11.2001; трудовом договоре №1 с ФИО14 от 01.02.2016; копии трудовой книжки TK-V № 0314624 ФИО14 (группа №4).

7) Оттиски печати, имеющиеся в:

- договоре №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- акте приема-передачи оборудования к договору №19 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- договоре №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- акте приема-передачи оборудования к договору №18 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- договоре №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- акте приема-передачи оборудования к договору №17 безвозмездного пользования оборудованием от 10.02.2017;

- договоре №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017;

- акте приема-передачи оборудования к. договору №9234 безвозмездного пользования оборудованием от 07.04.2017

- нанесены не печатью ИП ФИО2, образцы оттисков которой, расположенные в следующих документах:

- трудовом договоре с помощником повара №12 от 22.12.2020; копии трудовой книжки с помощником повара; копии трудовой книжки ТК-111 № 9182360 ФИО15; трудовом договоре с ФИО16 №13 от 22.12.2020; копии трудовой книжки ФИО16 ТК-1 № 1859664 (группа №1);

копии трудового договора №7 от 03.06.2019 с ФИО17; копии трудового договора №6 от 03.06.2019 с ФИО18; копии трудовой книжки ТК-111 №6837575 ФИО18; копии трудовой книжки ТК-111 №6169686 ФИО17; копии трудового договора №5 от 01.04.2019 со ФИО19; копии трудовой книжки ТК-1 №9410063 ФИО19 (группа №2);

копии трудового договора №3 с ФИО20 от 02.07.2018; копии трудовой книжки TK-V № 8126313 ФИО20 (группа №3), представлены на исследование,

и не печатью ИП ФИО2, экспериментальные оттиски-образцы которой представлены на исследование.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные заключения эксперта, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что экспертные заключения соответствуют требованиям статьи 86 АПК РФ, не содержат противоречий, отсутствуют основания для иного толкования выводов экспертиз. Недостатков в экспертных заключениях, сомнений в правильности и объективности содержащихся в них выводов не имеется, каких-либо доказательств, опровергающих выводы эксперта, не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ). Стороны с приведенные выше экспертными заключения ознакомлены, возражений относительно результатов экспертного исследования не заявлено.

С учетом первого заключения судебной экспертизы, ответчик просил отказать в удовлетворении исковых требований, указывая на то, что спорные договоры  и акты  ИП ФИО2 не подписывала, печать на указанных документах не ставила, оборудование от ИП ФИО4 не получала.

Суд области отклонил доводы ответчика, поскольку, несмотря на то, что подпись на договорах и актах проставлялась на ИП ФИО2, однако второй судебной экспертизой установлено представление ИП ФИО2 на исследование суду другой печати, в то время как в аналогичный период иная печать использовалась ею при подписании иных документов.

При таких обстоятельствах, суд области пришел к правильному выводу о том, что на спорных договорах и актах имеется печать индивидуального предпринимателя.

Вопреки доводам ответчика, несмотря на результаты экспертного исследования, сам по себе тот факт, что в ходе судебного разбирательства, по результатам судебной экспертизы установлено, что договоры подписаны не ИП ФИО2, при наличии на указанных документах оригинальной печати ответчика ИП ФИО2 свидетельствуют как о заключении договоров безвозмездного пользования, так и о передаче спорного оборудования от истца ответчику по актам и именно во исполнение заключенных договоров ссуды.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 28.01.2020 по делу №А54-9958/2017.

При этом ответчик не предоставил доказательств неправомерного выбытия данной печати из его владения, возбуждения уголовного дела по факту хищения печати, а равно не оспаривал факт проставления печати на данных документах, а также на иных представленных на экспертное исследование документах, ссылаясь лишь на отсутствие подписи.

Допустив использование своей печати на указанных документах, ответчик не дал оснований истцу сомневаться в действительности заключенных договоров и их надлежащем исполнении при подписании актов передачи спорного оборудования.

С учетом изложенного, суд правомерно отказал в удовлетворении заявления ответчика о фальсификации доказательств.

Согласно статье 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, в частности их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Под свободой договора подразумевается, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Отсутствие в первом предложении пункта 2.2.5 договора указания на то, отказ ссудодателя или ссудополучателя является основанием для возникновения у последнего обязанности доставить оборудование по соответствующему адресу, позволяет суду толковать данное условие таким образом, что указанное обязательство возникает у ответчика при отказе любой из сторон сделки от договора и определяющим является только момент осведомленности о таком отказе. В случае отказа ссудополучателя от договора, последний, как субъект юридически значимого действия, должен признаваться осведомленным об этом с момента направления соответствующего уведомления контрагенту, а в случае отказа ссудодателя от договора осведомленность обусловлена моментом, когда ссудополучатель узнал или должен был узнать об этом, в том числе датой получения соответствующего сообщения.

В силу пунктов 2.2.5 и 3.3 договора неисполнение ссудополучателем обязанности в согласованный сторонами срок возвратить имущество ссудодателю, с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 22 и 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», прекращает обязательство ответчика по передаче оборудования и трансформирует его в обязательство по уплате денежных средств (денежное обязательство), исполнения которого справедливо требует истец.

В соответствии с частью 2 статьи 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Поскольку истец отказался от договоров, то у ответчика возникла обязанность по возврату полученного по договорам оборудования.

При неисполнении обязанности по возврату оборудования в установленный срок, у ответчика, в силу согласованных сторонами условий, возникла обязанность возместить стоимость полученного оборудования, в семидневный срок, поскольку оборудование признается сторонами утраченным.

Учитывая положения пункта 1 статьи 689 ГК РФ ссудополучатель уже в момент передачи ему вещи признает наличие у него обязанности вернуть ссудодателю эту вещь. При этом в данном случае обязанность по возврату вещи ограничена условиями договоров - волей сторон, и прекращается данная обязанность истечением установленного договором срока на возврат оборудования, одновременно трансформируясь в обязательство по уплате денежных средств равных стоимости утраченного оборудования.

Как следует из представленных в материалы дела документов, истец надлежащим образом в порядке статьи 450.1 ГК РФ реализовал предусмотренное пунктом 4.3 договоров право на отказ от их исполнения и обоснованно потребовал от ответчика возвратить переданное ему в пользование имущество общей стоимостью 200 000 руб., однако в нарушение пунктов 2.2.5 и 3.3 договоров ИП ФИО2 имущество истцу не возвратила, его стоимость не возместила.

С учетом изложенного, установив, что факт наличия у ответчика спорного оборудования и его использования подтверждается в представленных в материалы дела договорах и актах, скрепленных печатью ответчика, суд первой инстанции пришел к верному выводу об обоснованности требований ИП ФИО4 о взыскании с ИП ФИО2  суммы задолженности в размере 200 000 руб.

Доводы ИП ФИО2 об отсутствии прав у ИП ФИО4 на спорное оборудование и, как следствие, ничтожности договоров безвозмездного пользования оборудованием и актов его передачи обоснованно отклонены судом области, поскольку передача имущества ссудодателем, во владении которого оно находится, без обязательного согласия собственника данного имущества в соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ не свидетельствует о ничтожности договора безвозмездного пользования, а доказательств признания этого договора недействительным по оспоримым основаниям в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам ответчика, наличие договоров между третьими лицами (ООО «Металфрио Солюшинз», ООО «Юнилевер Русь», ООО «Радуга»), не означает недействительности договоров безвозмездного пользования. Материалами дела подтверждается не только сами по себе факты подписания спорных договоров ссуды, но и их исполнение - подписание актов передачи оборудования. Подпись и печать ответчика на данных документах не оспорены, от проведения судебной экспертизы по делу в отношении данных документов ответчик отказался. Каких-либо возражений в отношении передачи ему по данным договорам спорного оборудования ни при заключении, ни при исполнении договора  ответчиком не заявлялось (в том числе в связи с отсутствием полномочий у ссудодателя).

Более того, истец представил заключенные ИП ФИО4 с ООО «Меридиан», подтверждающие приобретение истцом спорного оборудования: Договор купли-продажи оборудования № 000000026 от 19.01.2016; Договор купли-продажи оборудования № 0000000160 от 17.03.2016; Договор купли-продажи оборудования №0000000164 от 26.03.2016; Договор купли-продажи оборудования № № 0000000167 от 26.03.2016.

Также судом учитывается, что согласно вступившим в законную силу решениям суда по делам: №А40-328290/2019, №А40-11488/2020 с ООО «Умка» в пользу ООО «Юнилевер Русь» была взыскана стоимость спорного оборудования. Сам же по себе факт того, что в договорах между ИП ФИО4 и ООО «Меридиан» проставлен некорректный КПП при отсутствии в материалах дела доказательств получения ответчиком спорного оборудования у иных лиц, при неоспаривании самого факта производства и наличия спорного оборудования, не означает недействительности договоров купли-продажи. Оспаривая проставленную ФИО4 подпись в указанных документах, ответчик надлежащих доказательств не привел, об экспертизе не заявил.

Кроме того, согласно абзацу второму пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 №73 доводы лица, пользовавшегося соответствующим имуществом, о том, что право собственности на него принадлежит не лицу, предоставившему имущество, а иным лицам и поэтому договор, определяющий условия пользования имуществом, является недействительной сделкой, не должны приниматься во внимание при рассмотрении спора.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика пени в сумме 246 000  руб., начисленных за период с 17.10.2020 по 26.11.2020, производя дальнейшее начисление пени, начиная с 27.11.2020 до момента фактического исполнения обязательства, исходя из 3% за каждый день просрочки.

Статьей 329 ГК РФ предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу положений статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

За нарушение обязательств по пунктам 2.2.5, 3.2, 3.3, 3.4 настоящего договора ссудополучатель уплачивает ссудодателю пеню в размере 3% от стоимости оборудовании за каждый день неисполнения обязательств (пункт 3.6 договоров).

В качестве основания для предъявления данного требования истец ссылается на пункт 3.6 договора, предусматривающий уплату пени за нарушение обязательств, предусмотренных пунктами 2.2.5 и 3.2 договора, и положения статьи 330 ГК РФ о договорной неустойке.

Рассматривая данное требование, суд с учетом структуры договора и последовательного порядка изложения взаимных обязательств сторон путем буквального толкования его условий исходит из того, что с момента получения ответчиком уведомления истца об отказе от исполнения договора ссудополучатель обязан в соответствии с пунктом 2.2.5 договора в семидневный срок своими силами и за свой счет доставить оборудование по указанному адресу и в случае неисполнения данной обязанности, начиная с восьмого дня, ссудодатель вправе требовать уплаты пени за просрочку срока возврата переданного имущества.

При этом, по истечении указанных семи дней, если оборудование не возвращено ссудополучателю, оно считается утраченным и обязательство ссудодателя трансформируется в обязательство возмещения его стоимости, выплату которой согласно пункту 3.3 договора он обязан произвести в семидневный срок. В данном пункте не указано, с какого момента подлежит исчисление данного срока, однако последовательность исполнения обязательств свидетельствует о том, что денежное обязательство возникает через семь дней после наступления срока возврата оборудования, ввиду чего предусмотренная пунктом 3.6 договора неустойка в течение первых семи дней с даты истечения срока на возврат оборудования обеспечивает обязательство по возврату этого имущества, а начиная с восьмого дня обеспечивает денежное обязательство по возмещению стоимости оборудования до момента его фактического исполнения, так как трансформация обязательства из товарного в денежное не прекращает условий обеспечения его исполнения посредством установления неустойки, предусмотренной договором.

Из представленных в материалы дела документов следует, что истец извещение об отказе от исполнения договоров безвозмездного пользования оборудованием истец направил в адрес ответчика 25.09.2020 посредством заказного почтового отправления с описью вложения по адресу регистрации ответчика.

Уведомление с почтовым идентификатором 80088552983954 согласно отчету об отслеживании с сайта Почта России было получено ответчиком 03.10.2020, что последним не оспорено.

При таких обстоятельствах, учитывая содержание письма, с 10.10.2020 имеет место расторжение договоров в связи с заявленным отказом ссудодателя от дальнейшего исполнения договора, а, следовательно, в течение 7 дней в соответствии с пунктом 2.2.5 договора ответчик должен был возвратить оборудование истцу, но данное обязательство не исполнил, в связи с чем, с 20.10.2020 (с учетом статьи 193 ГК РФ) ИП ФИО2 обязана уплачивать неустойку в соответствии с пунктом 3.6 договоров. Поскольку по условиям второго предложения пункта 2.2.5 договора в случае невозврата, оборудование считается утраченным ссудополучателем, который в соответствии с пунктом 3.3 договора семидневный срок обязан возместить его в срок по 19.10.2020 (с учетом статьи 193 ГК РФ), то с 20.10.2020 ответчик обязан уплатить неустойку за нарушение срока возмещения стоимости оборудования до момента фактического исполнения данного обязательства.

Подлежащая уплате по условиям пункта 2.2.5 рассматриваемых договоров неустойка установлена в размере 3% в день от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Поскольку доказательств возврата оборудования и возмещения его стоимости в материалы дела не представлено, требование истца о взыскании пени является обоснованным в размере 228 000 руб., исходя из расчета (200 000 руб. х 38 дней (с 20.10.2020 по 26.11.2020) х 3%), с учетом согласованного сторонами договора условия. В остальной части заявленные требования об уплате пени являются необоснованными.

Рассмотрев ходатайство ответчик о применении статьи 333 ГК РФ, суд первой инстанции, руководствуясь правовой позицией, изложенной в пунктах 69, 71, 73-75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», в целях соблюдения баланса интересов сторон, исходя из обстоятельств настоящего дела и оценки соразмерности заявленной суммы неустойки последствиям нарушения покупателем обязательства, пришел к правильному выводу о возможности снижении неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

В рассматриваемом случае, оценив условия договора, принимая во внимание фактические обстоятельства, суд пришил к выводу о чрезмерности установленной договором ответственности ответчика (3% за каждый день просрочки) и необходимости снижения ее до двукратной учетной ставки Банка России, действовавшей в период просрочки, что составляет согласно расчету суда 1765 руб. 03 коп. (200 000 руб. х 2 x 4,25% х 38 дней /366 дней). Доказательств причинения убытков, несения каких-либо расходов в большем размере истцом не представлено.

Кроме того, суд определил дальнейшее начисление пени производить с 27.11.2020 до момента фактического исполнения денежного обязательства, исходя из двукратной учетной ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Принимая во внимание, что Постановлением Правительства № 497 с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суд верно указал, что в период действия указанного моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) установленная решением суда неустойка по день фактической уплаты долга не подлежит начислению.

Рассмотрев требование истца о возмещении судебных расходов по оплате юридических услуг в сумме 30 000 руб., суд, руководствуясь положениями статьей 106, 110, 112 АПК РФ, принимая во внимание возражения ответчика относительно суммы представительских расходов, со ссылкой на их чрезмерность, пришел к выводу о том, что в данном случае, учитывая объем фактически выполненной представителем истца работы,  характер спора, количество аналогичных судебных дел, рассмотренных с участием истца, то обстоятельство, что представитель истца не принимал участие в судебных заседаниях, пришел к обоснованному выводу о том, что расходы на оплату услуг представителя являются разумными в сумме 10 000 руб.

 Учитывая содержание статьи 110 АПК РФ, а также частичное удовлетворение требований истца, с ИП ФИО2  в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 9596 руб. (цена иска 446 000 руб., размер обоснованно заявленных требований – 428 000 руб., что составляет 95,96%).

Судебные расходы, понесенные истцом в связи с оплатой государственной пошлины и оплатой проведенных судебных экспертиз также в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат частичному возмещению с учетом частичного удовлетворения заявленных требований.

Довод апелляционной жалобы о том, что ссудодатель ФИО4 не являлся собственником спорного оборудования, в связи с чем договоры безвозмездного пользования оборудованием являются недействительными, подлежит отклонению.

В данном случае как истец, так и ответчик исполняли договоры безвозмездного пользования оборудованием, следовательно поведение сторон после заключения сделки и передачи оборудования давало основание полагаться на ее действительность (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 690 ГК РФ право передачи вещи в безвозмездное пользование принадлежит ее собственнику и иным лицам, управомоченным на то законом или собственником. Коммерческая организация не вправе передавать имущество в безвозмездное пользование лицу, являющемуся ее учредителем, участником, руководителем, членом ее органов управления или контроля. Аналогичные нормы закреплены в статье 608 ГК РФ.

При этом в силу разъяснений, приведенных в пункте 10 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды" заключение договора аренды не собственником вещи само по себе не влечет его недействительности.

Кроме того, истцом по настоящему делу представлены доказательства нахождения спорного оборудования в собственности ФИО4

В этой связи достаточных оснований для вывода о недобросовестности действий истца не имеется.

Не возврат ответчиком имущества в период с 09.10.2020 по 16.10.2020 также не был обусловлен предъявлением к нему претензий со стороны ООО "Юнилевер-Русь".

Таким образом, с учетом условий договора о том, что если по истечении указанных семи дней, оборудование не возвращено ссудодателю, то оно считается утраченным и обязательство ссудополучателя трансформируется в обязательство возмещения его стоимости, выплату которой согласно пункту 3.3 договора он обязан произвести в семидневный срок, суды правомерно взыскали стоимость оборудования в пользу ссудодателя.

Кроме того, решениями Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-328290/2019,   № А40-11488/2020 стоимость спорного оборудования взыскана с ООО «Умка» в пользу ООО «Юнилевер-Русь», в связи с чем ООО «Юнилевер-Русь» реализовано право на судебную защиту в отношении принадлежавшего ему имущества в рамках указанных дел. 

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что истец не заявляет требований о присуждении ему спорного оборудования, а просит взыскать денежные средства в рамках неисполненных ответчиком обязательств по гражданско-правовой сделке.

Судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Доводы подателя, изложенные в жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции по существу рассмотренного дела, а выражают несогласие с ними, что не является основанием для отмены оспариваемого решения. Данные доводы в полном объеме были предметом исследования первой инстанции и им судом дана полная и правильная оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно оцененных первой инстанции, у апелляционного суда отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Рязанской области от 13.07.2023 по делу № А54-162/2021    оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Е.В. Мосина

Л.А. Капустина

И.Л. Филина