СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4808/2022(8,9,10)-АК

Дело № А71-8480/2021

15 августа 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 августа 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Нилоговой Т.С., Саликовой Л.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 

при участии:

представителя кредитора ФИО2- ФИО3 по доверенности,

представителя кредитора ФИО4- ФИО5 по доверенности,

представителя кредитора ФИО6-ФИО7 по доверенности 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» апелляционные жалобы кредиторов ФИО4, ФИО6 и ФИО2 

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 мая 2023 года 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО8 о признании недействительными договоров займа и о частичном удовлетворении заявления ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 3 668 048,06 руб., 

вынесенное в рамках дела № А71-8480/2021 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО9 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>),  

 

установил:

ФИО9 24.06.2021 (далее – должник) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.08.2021 (резолютивная часть решения объявлена 29.07.2021) ФИО9 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 30.07.2021 (сообщение №7075104), в газете «Коммерсантъ» 07.08.2021 за №139.

ФИО6 28.09.2021 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с требованием о включении в реестр требований кредиторов ФИО9 задолженности в размере 36 971 053,24 руб., основанной на договорах займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, 02.06.2017, дополнительных соглашениях от 30.11.2020 к указанным договорам займа, договоре займа от 23.08.2019.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.10.2021 требование принято к производству и назначено к рассмотрению. 

От ФИО6 01.07.2022 поступило ходатайство об уточнении заявленных требований до 24 718 033,75 руб.

Протокольным определением от 01.09.2022 судом в порядке ст. 49 АПК РФ приняты уточнения, сумма требований составила 24 718 033,75 руб.

Финансовый управляющий 14.03.2022 обратился в суд с заявлениями о признании дополнительных соглашений от 30.11.2020 к договорам займа от 26.10.2015 и  от 23.08.2019 соответственно, заключенных между должником и ФИО6, недействительными сделками.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.03.2022 заявления финансового управляющего о признании сделок недействительными приняты к производству в деле о банкротстве ФИО9; рассмотрение заявлений финансового управляющего о признании сделок недействительными объединены с заявлением ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов ФИО9 задолженности для их совместного рассмотрения.

Финансовый управляющий имуществом ФИО9 ФИО8 30.08.2022 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании недействительными (ничтожными) договора займа от 26.10.2015 с дополнительным соглашением от 30.11.2020;  договора займа от 22.05.2017 с дополнительным соглашением от 30.11.2020; договора займа от 02.06.2017 с дополнительным соглашением от 30.11.2020; договора займа от 23.08.2019, заключенных между должником, ФИО10  и ФИО6 и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО6 11 099 284 руб. в конкурсную массу должника. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.09.2022 заявление финансового управляющего ФИО8 о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок принято к производству и объединено с заявлениями финансового управляющего ФИО8 о признании дополнительного соглашения от 30.11.2020 к договору займа от 23.08.2019, дополнительного соглашения от 30.11.2020 к договору займа от 26.10.2015, заключенных между должником и ФИО6, недействительными сделками, заявлением ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов ФИО9 задолженности в общем размере 24 718 033,75 руб. (с учетом уточнения требований в порядке ст. 49 АПК РФ) по делу №А71-8480/2021 (Т/8) для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 мая 2023 года в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО8 о признании договоров займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017, от 23.08.2019 с дополнительными  соглашениями от 30.11.2020, заключенные между ФИО9 и ФИО6 недействительными сделками отказано;  требование ФИО6 в размере 3 668 048,06  руб., из них: 3 664 872,93 руб.- основной долг, проценты, 3175,13 руб.- неустойка, признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов ФИО9 по третьей очереди удовлетворения; в остальной части требование признано необоснованным, во  включении в реестр требований кредиторов должника отказано; из федерального бюджета ФИО8 возвращено 6 000 руб. государственной пошлины, уплаченной по чеку от 29.08.2022. 

Не согласившись с постановленным судебным актом, кредитор ФИО6 обратился с апелляционной жалобой, просит изменить (отменить) определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 мая 2023 года в части определения размера требования ФИО6, признанного обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов ФИО9, признать требование обоснованным и подлежащим включению в реестр полностью, в остальной части определение оставить без изменения. 

В обоснование жалобы указывает на то, что должником совершены действия по признанию долга из договоров займа от 22.05.2017 и от 02.06.2017, следовательно, срок исковой давности не пропущен.

Так, в дополнительном соглашении от 30.11.2020 к договору займа от 22.05.2017 должник на второй странице после раздела «адреса, реквизиты и подписи сторон» своей подписью (с расшифровкой) подтвердил, что на дату подписания настоящего соглашения сумма задолженности по договору займа от 22.05.2017 составляет 3 169 000 руб.

Аналогично в дополнительном соглашении от 30.11.2020 к договору займа от 02.06.2017 должник на второй странице после раздела «адреса, реквизиты и подписи сторон» своей подписью (с расшифровкой) подтвердил, что на дату подписания настоящего соглашения сумма задолженности по договору займа от 22.05.2017 составляет 2 344 000 руб.

Следовательно, срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договоров займа от 22.05.2017 и от 02.06.2017, прервался 30.11.2020 признанием ФИО9 долга.  

Кроме того, указанными дополнительными соглашениями от 30.11.2020 к договорам займа от 22.05.2017 и 02.06.2017 срок возврата займов продлен до 01.12.2021. Это означает, что срок исковой давности по требованиям из договоров займа от 22.05.2017 и 02.06.2017 в любом случае не пропущен.

С выводами суда о незаключенности дополнительных соглашений от 30.11.2020 к договорам займа от 22.05.2017 и 02.06.2017 по причине их неподписания созаемщиком ФИО10 не согласен.

ФИО9, являясь заемщиком по договорам займа от 22.05.2017 и 02.06.2017, реализуя предоставленные ему законом права, действуя добровольно, подписал с кредитором 30.11.2020 дополнительные соглашения, предполагающие внесение изменений в обязательства из договоров займа, заключенных между этими же лицами. Кроме того, ФИО9 в дополнительных соглашениях признал размер имеющейся перед кредитором задолженности по договорам займа на дату подписания. 

 В такой ситуации отсутствие в дополнительных соглашениях подписи ФИО10 не влияет на юридическую силу этих документов, а также на их заключенность, поскольку в установленной законом форме должник принял на себя обязательства и подтвердил наличие задолженности по договорам.

 Пункт 5 ст. 809 ГК РФ, предусматривающий возможность уменьшения судом размера процентов за пользование займом, внесен в ст. 809 ГК РФ Законом № 212-ФЗ, который вступил в силу с 01.06.2018. 

Таким образом, указанный пункт неприменим к договорам займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017, поскольку правоотношения сторон возникли до вступления в силу данной нормы права. 

В материалах дела также отсутствуют доказательства, что установленный договором займа размер процентов является чрезмерно обременительным для должника.

ФИО9 являлся индивидуальным предпринимателем, в своих письменных пояснениях указывал, что денежные средства по всем договорам получены им для хозяйственной деятельности и выплат по договорам займа третьим лицам процентов и сумм займов, то есть не в личных, а в предпринимательских целях. 

Полагает, что финансовым управляющим пропущен срок исковой давности для предъявления требования об оспаривании сделок от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017, поскольку в настоящем случае договоры займа оспариваются по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ, положения ст. 61.9 Закона о банкротстве не подлежат применению. 

Должник знал о заключении договоров займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017, поскольку подписал их лично.

Финансовый управляющий, в свою очередь, являясь представителем гражданина в силу назначения его таковым решением суда о признании гражданина банкротом, действует от его имени и в его интересах. Тем самым финансовый управляющий при предъявлении иска заменяет самого должника и реализует его права на защиту нарушенного права.

Назначение финансового управляющего само по себе не прерывает и не возобновляет течение срока, не изменяет общего порядка исчисления срока исковой давности.   

 Кредитор ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, просит определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 мая 2023 года отменить; вынести новое решение, которым признать недействительными (ничтожными) мнимые сделки между ФИО9 и ФИО6: договор займа от 26.10.2015 с дополнительным соглашением от 30.11.2020, договор займа от 22.05.2017 с дополнительным соглашением от 30.11.2020, договор займа от 02.06.2017 с дополнительным соглашением от 30.11.2020, договор займа от 23.08.2019, применить последствия недействительности сделок и взыскать с ФИО6 11 099 284 руб. в конкурсную массу должника, отказать ФИО6 в требовании о включении в реестр требований кредиторов должника в полном объеме. 

В обоснование жалобы указывает на то, что ФИО6 незаконно, не имея статуса кредитной организации, кооператива или ломбарда, микрофинансовой организации, не состоя в государственном реестре микрофинансовых организаций, с 2015 года регулярно занимается профессиональной деятельностью по предоставлению займов, что подтверждается сведениями о наличии 107 гражданских дел в судах общей юрисдикции на территории Удмуртской Республики с участием в качестве истца ФИО6 и предметом исковых требований - взыскание в пользу ФИО6 долга, процентов и неустойки по договорам займа, ответчиками выступают различные физические лица.

Арбитражный суд первой инстанции в нарушение принципа единообразия в толковании норм права проигнорировал преюдициальные выводы по аналогичным сделкам. 

На период заключения спорных договоров деятельность ФИО6 по предоставлению займом физическим лицам являлась профессиональной деятельностью по предоставлению потребительских займов, которая является незаконной. Поскольку спорные договоры займа с дополнительными соглашениями заключены ФИО6 в отсутствие у него на это права, то эти договоры являются ничтожными и, соответственно, отсутствует у ФИО6 право требовать включения в реестр требований кредиторов меру ответственности за нарушение заемщиком-должником ФИО11 обязательств по ничтожным договорам займа, а также отсутствует право требовать включения своих требований в реестр требований кредиторов должника по ничтожным договорам займа. 

Наличие у должника статуса индивидуального предпринимателя не имеет правового значения для квалификации оспариваемых сделок, так как спорные сделки заключены как договоры между физическими лицами.

Полагает что, на основании имеющихся в материалах обособленного спора из ФНС РФ сведений о доходах и финансовой состоятельности ФИО6, следует считать доказанным высказанный при рассмотрении дела в суде первой инстанции кредитором ФИО2 довод о мнимости спорых договоров займа ввиду отсутствия у ФИО6 финансовой возможности выдать займы на общую сумму 7 400 000 руб. 

 Кредитор ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 мая 2023 года отменить, отказав ФИО6 в удовлетворении заявления.  

В обоснование жалобы указывает на то, что судом первой инстанции необоснованно не применены сроки исковой давности в отношении договора займа от 26.10.2015, срок возврата по которому согласован сторонами до 26.12.2015.

Никаких дополнительных соглашений в период срока исковой давности сторонами не заключалось, каких-либо действий, которые бы свидетельствовали о новации договора, сторонами не совершалось. 

Необходимо учитывать установленные по делу фактические обстоятельства, а именно что к 2019 году должник, потеряв возможность исполнения взятых на себя обязательств, приступил к массовому получению займов от физических лиц, которые расходовал лишь для гашения начисленных процентов перед кредиторами по ранее взятым займам.

Осознавая неизбежное банкротство, должником в период 2019-2020 г. был совершен ряд действий по выводу своего имущества в пользу лиц, имеющих с ним тесные экономические и жизненные связи. 

 В частности, определениями от 18.03.2022, 03.04.2023, 27.04.2023 в рамках иных обособленных споров, судом первой инстанции признаны недействительными сделки по безвозмездному выводу в 2019-2020 г. из собственности должника дорогостоящего имущества.

Очевидно, что узнав в 2020 году о неплатежеспособности должника, предвидя неизбежность банкротства последнего, ФИО6 были предприняты меры к тому, чтобы обеспечить себе возможность включения в реестр требований кредиторов должника по договору займа от 2015 года, по которому уже истек срок исковой давности.

Факт не совершения действий по принудительному возврату переданных в заем денежных средств, при колоссальной глубине просрочки по договорам от 2015 года, заключение в 2020 году дополнительного соглашения (с учетом его содержания), свидетельствует о том, что заявитель знал либо должен был знать о неплатежеспособности должника.

Оспариваемое финансовым управляющим дополнительное соглашение к договору от 2015 года породило дополнительный п. 5.1 к договору займа, буквальное толкование которого самым наглядным образом свидетельствует об осведомленности заявителя о неплатежеспособности должника при подписании соглашений и о наличии иных кредиторов. Указанная новелла договоров займа подробным образом описывает предстоящие риски в судьбе должника: предъявление к заемщику исков третьих лиц, возбуждение дела о банкротстве. 

Полагает, что срок исковой давности подлежит применению по всем договорам займа, заключенным должником и заявителем в 2015 и 2017 г.

Обратил внимание на то, что должник длительное время, допуская значительные просрочки, исполнял обязательства перед ФИО6 

Из заявления ФИО6 и представленного вместе с ним расчета следует, что в период с 30.11.2015 по 15.04.2021 должник выплатил последнему 11 443 064 руб., которые были отнесены заявителем на исполнение спорных договоров займа. 

При этом на протяжении всего судебного разбирательства, заявитель так и не пожелал обосновать пропорциональный способ зачета полученного возмещения, который противоречит положениям ст. 319.1 ГК РФ. 

Представленный заявителем расчет, с учетом постоянно меняющейся позиции относительно размера полученного от должника, не позволили участникам по делу представить контррасчет к заявленным требованиям.

Противоречивое поведение заявителя при рассмотрении дела, сокрытие им сведений о размере полученного от должника, распределение полученного в нарушение норм закона, сокрытие информации о ранее выданных займах иным физическим лицам, свидетельствует о злоупотреблении правом на стороне заявителя. 

Как видно из информации, размещенной на официальном сайте ФНС РФ, заявитель до июля 2015 года и с декабря 2018 года имел и имеет статус индивидуального предпринимателя и его единственным видом деятельности являлась аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом.

Заявитель никогда не являлся профессиональным участником рынка представления денежных займов физическим лицам, с учетом предъявляемых к таким участникам требований действующим законодательством.

Заявитель осуществлял профессиональную деятельность по предоставлению займов физическим лицам, получая от этого доход в нарушение требований ст. 5 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». 

Заявитель не подпадает под понятия кредитной организации, кооператива или ломбарда, однако при этом он осуществляет деятельность по профессиональному предоставлению потребительских займов, не имея статуса микрофинансовой организации.      

Предоставление должнику займов в период с 2015 года по 2019 год является одним из эпизодов по профессиональному предоставлению потребительских займов, который является незаконным. 

Поскольку договоры займа, на основании которых заявитель пытался включиться в реестр требований кредиторов должника и оспариваемые дополнительные соглашения заключены ФИО6 в отсутствие у него на это права, указанные договоры и дополнительные соглашения подлежат признанию ничтожными, а заявленные требования не подлежат удовлетворению. 

Также указал на истечение срока исковой давности по договорам займа от 26.10.2015, 22.05.2017, 02.06.2017.

От кредитора ФИО6 поступил отзыв на апелляционные жалобы кредиторов ФИО4 и ФИО2,  в удовлетворении которых просит отказать. 

От финансового управляющего должника поступил отзыв на апелляционные жалобы, полагает, что жалобы ФИО4 и ФИО2 подлежат удовлетворению; жалоба кредитора ФИО6 не подлежит удовлетворению. Также просит рассмотреть указанные жалобы в свое отсутствие. 

От заинтересованного лица ФИО10 поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором ФИО10 просит в удовлетворении жалобы кредитора ФИО2 и жалобы кредитора ФИО4 отказать.

В обоснование своих возражений указал на то, что он является вторым заемщиком в договорах займа от 22.05.2017 от 02.06.2017, заключенных между ФИО6 и ФИО9 Срок возврата займов согласно договорам 22.12.2017 и 02.01.2018 соответственно. Денежные средства по займам от ФИО6 были получены непосредственно ФИО9, о чем в материалы дела представлены расписки. Доказательства получения денежных средств ФИО10 отсутствуют. 

В ходе судебного разбирательства по настоящему обособленному спору ФИО9, ФИО6 и ФИО10 неоднократно поясняли, что полученные от ФИО6 по договорам от 22.05.2017 и от 02.06.2017 денежные средства получил исключительно ФИО9, который расходовал их на собственные нужды, связанные с ведением им предпринимательской деятельности, а ФИО10 ни в получении, ни в расходовании денег по займам не участвовал. ФИО10 также не погашал ФИО6 задолженность по договорам от 22.05.2017 и от 02.06.2017 ни полностью, ни в части, поскольку фактически обязанным перед ФИО6 лицом был именно должник, а не ФИО10 

Фактически, подписав дополнительные соглашения от 30.11.2020 к договорам займа от 22.05.2017 и от 02.06.2017, ФИО9 признал в 2020 году наличие задолженности перед ФИО6, ее размер, и заемные отношения только между собой и ФИО6 Данные соглашения, помимо урегулирования отношений между ФИО9 и ФИО6 выполняют функцию сверки взаимных расчетов по соответствующим договорам займа, что свидетельствует о прерывании срока исковой давности для предъявления требований к должнику по правилам ст. 203 ГК РФ.

Указал, что он не знал и, очевидно, не должен был знать о неисполнении ФИО9 обязательств перед ФИО6 по возврату займов, выданных на основании договоров от 22.05.2017 и от 02.06.2017. О существовании дополнительных соглашений от 30.11.2020 и наличии задолженности узнал только после обращения ФИО6 с требованием о включении в реестр должника ФИО9 в 2021 году.

В судебном заседании посредством использования веб-конференции представитель кредитора ФИО2- ФИО3, действующий на основании доверенности, с доводами апелляционной жалобы ФИО6 не согласен. Считает определение суда в обжалуемой части законным и обоснованным. Просит определение суда в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Доводы апелляционной жалобы ФИО2 поддерживает. Просит определение суда в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель кредитора ФИО4- ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании  с доводами апелляционной жалобы ФИО6 не согласен. Считает определение суда в обжалуемой части законным и обоснованным. Просит определение суда в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу- без удовлетворения. Доводы апелляционной жалобы ФИО4 поддерживает. Просит определение суда в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель кредитора ФИО6- ФИО7, действующий на основании доверенности, доводы апелляционной жалобы ФИО6 поддержал. Просит определение суда в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. С доводами апелляционных жалоб ФИО4, ФИО2 не согласен по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционные жалобы. Считает определение суда в обжалуемой части законным и обоснованным. Просит определение суда в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что  26.10.2015 между ФИО6 (займодавец) и ФИО9 (заемщик)  заключен договор займа, в соответствии, с условиями которого займодавец передает заемщику денежные средства в размере 1 500 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму (сумму займа) в срок установленный настоящим договором (п. 1.1 договора займа от 26.10.2015).

Согласно п. 1.2 договора займа от 26.10.2015 сумма займа передается займодавцем заемщику наличными деньгами в день заключения настоящего договора в полном объеме или перечисляется на расчетный счет заемщика. Факт получения денежных средств подтверждается распиской.

В соответствии с п. 2.2 договора займа от 26.10.2015, договор заключен на срок до 26.12.2015.

Согласно п. 2.3.1 договора займа от 26.10.2015, заем по настоящему договору является процентным – заемщик обязуется уплатить займодавцу проценты, которые начисляются ежемесячно и составляют 5 % в месяц от суммы займа. Проценты за пользование займом по настоящему договору выплачиваются заемщиком займодавцу ежемесячно 26 числа за прошедший месяц.

В случае несвоевременной оплаты процентов, предусмотренных п. 2.3.1, сумма начисленных процентов присоединяется к сумме займа, с даты просрочки оплаты и на нее подлежат начислению проценты за пользование займом в порядке и по ставке определенной в п. 2.3.1 настоящего договора по дату оплаты процентов (п. 2.3.2 договора займа от 26.10.2015).

В соответствии с п. 2.4 договора займа от 26.10.2015 в случае несвоевременной оплаты заемщиком суммы займа и (или) процентов заемщик уплачивает займодавцу неустойку в размере 1 % от неуплаченной в срок суммы за каждый день просрочки платежа. Стороны определили, что размер неустойки, указанный в п. 2.4 является соразмерным размеру ответственности нарушенных обязательств заемщика и разумно компенсирует потери (убытки) займодавца, вызванные неполучением займодавцем в срок денежных средств, указанных в п. 2.3.1.

В подтверждение передачи денежных средств по договору займа от 26.10.2015 ФИО9 выдана расписка от 26.10.2015 на сумму 1 500 000 руб.

Между ФИО6 (займодавец) и ФИО9 (заемщик) 30.11.2020 заключено дополнительное соглашение к договору займа от 26.10.2015, согласно которому договор займа от 26.10.2015 дополнен п. 1.5, из которого следует, что займодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата всей суммы займа и уплаты процентов за фактический срок пользования займом и штрафных санкций согласно условиям настоящего договора в случае: неисполнения или ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств по настоящему договору; возбуждения в суде дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении заемщика; предъявления заемщику исков от третьих лиц об уплате денежной суммы или об истребовании имущества, размер которого ставит под угрозу выполнение заемщиком обязательств по договору займа. В связи с чем, заемщик обязуется полностью вернуть суммы, полученные по договору займа, а также уплатить все подлежащие уплате проценты на сумму займа в течение 10 календарных дней с момента направления займодавцем соответствующего требования. Денежные средства, переданные по настоящему договору займа, в полном объеме получены заемщиком для предпринимательской (коммерческой) деятельности заемщика, не связанной с личными (семейными) нуждами заемщика.

Согласно п. 1.3 дополнительного соглашения установлен новый срок возврата денежных средств по договору займа, а именно до 01.12.2021.

Кроме этого, дополнительным соглашением п. 3 договора займа от 26.10.2015 изложен в новой редакции, согласно которому за нарушение сроков оплаты по договорам займа, заемщик уплачивает займодавцу неустойку в размере 1 % от общей суммы займа за каждый день просрочки до полного ее погашения. По начисленным процентам за пользование займом, не уплаченным заемщиком в сроки, установленные договором займа, займодавец вправе применить неустойку в размере 1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты до полного ее погашения. В случае несвоевременной уплаты процентов, предусмотренных п. 2.3.1 договора займа, сумма начисленных процентов присоединяется к общей сумме займа, с даты просрочки оплаты на нее подлежит начислению проценты за пользование займом в порядке и ставке, предусмотренной п. 2.3.1 договора займа по дату оплаты процентов (п. 1.4 дополнительного соглашения от 30.11.2020).

Дополнительное соглашение содержит собственноручную запись ФИО6 о том, что на дату подписания дополнительного соглашения сумма задолженности по договору займа от 26.10.2015 составляет 2 761 600 руб.

Между ФИО6 (займодавец), ФИО9 (заемщик 1) и ФИО10 (заемщик 2) (вместе созаемщики)  22.05.2017 заключен договор займа, в соответствии, с условиями которого займодавец передает солидарно в собственность созаемщиков денежные средства в сумме 4 000 000 руб., а созаемщики обязуются возвратить займодавцу такую же сумму (сумму займа) по истечении срока действия договора или с согласия займодавца досрочно (п. 1.1 договора займа от 22.05.2017).

Согласно п. 1.2, п.1.3 договора займа от 22.05.2017 сумма займа передается займодавцем созаемщикам наличными денежными средствами. Заем считается полученным созаемщиками, в том числе в случае получения суммы займа любым из созаемщиков.

Стороны договорились, что подписание заемщиками настоящего договора подтверждает фактическое получение ими суммы займа в полном объеме (п. 1.4 договора займа от 22.05.2017).   

В соответствии с п. 2.1 договора займа от 22.05.2017, договор заключен на срок до 22.12.2017, то есть в день истечения срока сумма займа должна быть возвращена солидарно созаемщиками займодавцу.

Согласно п. 2.2, 2.3 договора займа от 22.05.2017 на сумму займа по день ее фактического возврата начисляются проценты в размере 3% в месяц от суммы займа. По истечении срока, указанного в п. 2.1 настоящего договора, на не возвращенную часть суммы займа по день ее фактического возврата начисляются проценты в размере 0,1 % в день.

В случае нарушения срока возврата суммы займа, указанного в п. 2.1 договора в дополнение к процентам за пользование займом, созаемщики солидарно уплачивают займодавцу неустойку в размере 0,1 % от суммы займа за каждый день просрочки (п. 3.1 договора займа от 22.05.2017).

В подтверждение передачи денежных средств по договору займа от 22.05.2017 ФИО9 выдана расписка от 22.05.2017 на сумму 4 000 000 руб.

Между ФИО6 (займодавец) и  ФИО9 (заемщик 1) 30.11.2020 заключено дополнительное соглашение к договору займа от 22.05.2017, согласно которому договор займа от 22.05.2017 дополнен п. 1.5, из которого следует, что займодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата всей суммы займа и уплаты процентов за фактический срок пользования займом и штрафных санкций согласно условиям настоящего договора в случае: неисполнения или ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств по настоящему договору; возбуждения в суде дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении заемщика; предъявления заемщикам исков от третьих лиц об уплате денежной суммы или об истребовании имущества, размер которого ставит под угрозу выполнение заемщиком обязательств по договору займа. В связи с чем, заемщики обязуется полностью вернуть суммы, полученные по договору займа, а также уплатить все подлежащие уплате проценты на сумму займа в течение 10 календарных дней с момента направления займодавцем соответствующего требования. Денежные средства, переданные по настоящему договору займа, в полном объеме получены заемщиками для предпринимательской (коммерческой) деятельности заемщиков, не связанной с личными (семейными) нуждами заемщиков.

Согласно п. 1.3 дополнительного соглашения установлен новый срок возврата денежных средств по договору займа, а именно до 01.12.2021.

Кроме этого, дополнительным соглашением раздел 3 договора займа от 22.05.2017 изложен в новой редакции, согласно которому за нарушение сроков оплаты по договорам займа, заемщики уплачивают займодавцу неустойку в размере 1 % от общей суммы займа за каждый день просрочки до полного ее погашения. По начисленным процентам за пользование займом, не уплаченным заемщиками в сроки, установленные договором займа, займодавец вправе применить неустойку в размере 1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты до полного ее погашения. В случае несвоевременной уплаты процентов, предусмотренных п. 2.2 договора займа, сумма начисленных процентов присоединяется к общей сумме займа, с даты просрочки оплаты на нее подлежит начислению проценты за пользование займом в порядке и ставке, предусмотренной п. 2.2 договора займа по дату оплаты процентов (п. 1.4 дополнительного соглашения от 30.11.2020).

Дополнительное соглашение содержит запись о том, что на дату подписания дополнительного соглашения сумма задолженности по договору займа от 22.05.2017 составляет 3 169 000 руб., подписи ФИО6 и ФИО9

Между ФИО6 (займодавец), ФИО9 (заемщик 1) и ФИО10 (заемщик 2) (вместе созаемщики)  02.06.2017 заключен договор займа, в соответствии, с условиями которого займодавец передает солидарно в собственность созаемщиков денежные средства в сумме 1 500 000 руб., а созаемщики обязуются возвратить займодавцу такую же сумму (сумму займа) по истечении срока действия договора или с согласия займодавца досрочно (п. 1.1 договора займа от 02.06.2017).

Согласно п. 1.2, п.1.3 договора займа от 02.06.2017 сумма займа передается займодавцем созаемщикам наличными денежными средствами. Займ считается полученным созаемщиками, в том числе в случае получения суммы займа любым из созаемщиков.

Стороны договорились, что подписание заемщиками настоящего договора подтверждает фактическое получение ими суммы займа в полном объеме (п. 1.4 договора займа от 02.06.2017).   

В соответствии с п. 2.1 договора займа от 02.06.2017, договор заключен на срок до 02.01.2018, то есть в день истечения срока сумма займа должна быть возвращена солидарно созаемщиками займодавцу.

Согласно п. 2.2 договора займа от 02.06.2017 на сумму займа по день ее фактического возврата начисляются проценты в размере 3% в месяц от суммы займа. По истечении срока, указанного в п. 2.1 настоящего договора, на не возвращенную часть суммы займа по день ее фактического возврата начисляются проценты в размере 0,1 % в день

В случае нарушения срока возврата суммы займа, указанного в п. 2.1 договора в дополнение к процентам за пользование займом, созаемщики солидарно уплачивают займодавцу неустойку в размере 0,1 % от суммы займа за каждый день просрочки (п. 3.1 договора займа от 02.06.2017).

В подтверждение передачи денежных средств по договору займа от 02.06.2017 ФИО9 выдана расписка от 02.06.2017 на сумму 1 500 000 руб.

Между ФИО6 (займодавец) и  ФИО9 (заемщик 1) 30.11.2020  заключено дополнительное соглашение к договору займа от 02.06.2017, согласно которому договор займа от 02.06.2017 дополнен п. 1.5, из которого следует, что займодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата всей суммы займа и уплаты процентов за фактический срок пользования займом и штрафных санкций согласно условиям настоящего договора в случае: неисполнения или ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств по настоящему договору; возбуждения в суде дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении заемщика; предъявления заемщику исков от третьих лиц об уплате денежной суммы или об истребовании имущества, размер которого ставит под угрозу выполнение заемщиком обязательств по договору займа. В связи с чем, заемщики обязуется полностью вернуть суммы, полученные по договору займа, а также уплатить все подлежащие уплате проценты на сумму займа в течение 10 календарных дней с момента направления займодавцем соответствующего требования. Денежные средства, переданные по настоящему договору займа в полном объеме получены заемщиками для предпринимательской (коммерческой) деятельности заемщиков, не связанной с личными (семейными) нуждами заемщиков.

Согласно п. 1.3 дополнительного соглашения установлен новый срок возврата денежных средств по договору займа, а именно до 01.12.2021.

Кроме этого, дополнительным соглашением раздел 3 договора займа от 02.06.2017 изложен в новой редакции, согласно которому за нарушение сроков оплаты по договорам займа, заемщики уплачивают займодавцу неустойку в размере 1 % от общей суммы займа за каждый день просрочки до полного ее погашения. По начисленным процентам за пользование займом, не уплаченным заемщиками в сроки, установленные договором займа, займодавец вправе применить неустойку в размере 1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты до полного ее погашения. В случае несвоевременной уплаты процентов, предусмотренных п. 2.2 договора займа, сумма начисленных процентов присоединяется к общей сумме займа, с даты просрочки оплаты на нее подлежит начислению проценты за пользование займом в порядке и ставке, предусмотренной п. 2.2 договора займа по дату оплаты процентов (п. 1.4 дополнительного соглашения от 30.11.2020).

Дополнительное соглашение содержит запись о том, что на дату подписания дополнительного соглашения сумма задолженности по договору займа от 02.06.2017 составляет 2 344 000 руб., подписи ФИО6 и ФИО9

Между ФИО6 (займодавец) и ФИО9 (заемщик) 23.08.2019 заключен договор займа, в соответствии, с условиями которого займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в сумме 400 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму (сумму займа) в срок установленный настоящим договором (п. 1.1 договора займа от 23.08.2019).

Согласно п. 1.2 договора займа от 23.08.2019 сумма займа передается займодавцем заемщику наличными деньгами или путем перечисления денежных средств на расчетный счет заемщика в день заключения настоящего договора в полном объеме. 

В соответствии с п. 2.2 договора займа от 23.08.2019, договор заключен на срок до 31.12.2019. 

Согласно п. 2.3.1 договора займа от 23.08.2019, заем по настоящему договору является процентным – заемщик обязуется уплатить займодавцу проценты, которые начисляются ежемесячно и составляют 6 % в месяц от суммы займа. Проценты за пользование займом по настоящему договору выплачиваются заемщиком займодавцу ежемесячно по 23 числам каждого месяца. 

В случае несвоевременной оплаты процентов, предусмотренных п. 2.3.1, сумма начисленных процентов присоединяется к сумме займа, с даты просрочки оплаты и на нее подлежат начислению проценты за пользование займом в порядке и по ставке определенной в п. 2.3.1 настоящего договора по дату оплаты процентов (п. 2.3.2 договора займа от 23.08.2019).

В соответствии с п. 2.4 договора займа от 23.08.2019 в случае несвоевременной оплаты заемщиком суммы займа и (или) процентов заемщик уплачивает займодавцу неустойку в размере 1 % от неуплаченной в срок суммы за каждый день просрочки платежа. Стороны определили, что размер неустойки, указанный в п. 2.4 является соразмерным размеру ответственности нарушенных обязательств заемщика и разумно компенсирует потери (убытки) займодавца, вызванные неполучением займодавцем в срок денежных средств, указанных в п. 2.3.1.

В подтверждение передачи денежных средств по договору займа от 23.08.2019 ФИО9 выдана расписка от 23.08.2019 на сумму 400 000 руб.

Между ФИО6 (займодавец) и ФИО9 (заемщик) 30.11.2020 заключено дополнительное соглашение к договору займа от 23.08.2019, согласно которому договор займа от 23.08.2019 дополнен п. 1.5, из которого следует, что займодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата всей суммы займа и уплаты процентов за фактический срок пользования займом и штрафных санкций согласно условиям настоящего договора в случае: неисполнения или ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств по настоящему договору; возбуждения в суде дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении заемщика; предъявления заемщику исков от третьих лиц об уплате денежной суммы или об истребовании имущества, размер которого ставит под угрозу выполнение заемщиком обязательств по договору займа. В связи с чем, заемщик обязуется полностью вернуть суммы, полученные по договору займа, а также уплатить все подлежащие уплате проценты на сумму займа в течение 10 календарных дней с момента направления займодавцем соответствующего требования. Денежные средства, переданные по настоящему договору займа в полном объеме получены заемщиком для предпринимательской (коммерческой) деятельности заемщика, не связанной с личными (семейными) нуждами заемщика.

Согласно п. 1.3 дополнительного соглашения установлен новый срок возврата денежных средств по договору займа, а именно до 01.12.2021.

Кроме этого, дополнительным соглашением п. 3 договора займа от 23.08.2019 изложен в новой редакции, согласно которому за нарушение сроков оплаты по договорам займа, заемщик уплачивает займодавцу неустойку в размере 0,5 % от общей суммы займа за каждый день просрочки до полного ее погашения. По начисленным процентам за пользование займом, не уплаченным заемщиком в сроки, установленные договором займа, займодавец вправе применить неустойку в размере 0,5 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты до полного ее погашения. В случае несвоевременной уплаты процентов, предусмотренных п. 2.3.1 договора займа, сумма начисленных процентов присоединяется к общей сумме займа, с даты просрочки оплаты на нее подлежит начислению проценты за пользование займом в порядке и ставке, предусмотренной п. 2.3.1 договора займа по дату оплаты процентов (п. 1.4 дополнительного соглашения от 30.11.2020).

Дополнительное соглашение содержит запись о том, что на дату подписания дополнительного соглашения сумма задолженности по договору займа от 23.08.2019 составляет 336 000 руб., подписи ФИО6 и ФИО9

В связи с введением судом в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина, ФИО6 обратился в суд с настоящим требованием, с учетом принятых в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений, о включении в реестр требований кредиторов задолженности, которая согласно расчету кредитора составляет 24 718 033,75 руб., из которых: по договору займа от 26.10.2015  – 4 587 889,01 руб.- основной долг, проценты за пользование займом, 8 943 383,34 руб.- неустойка; по договору займа  от 22.05.2017– 4 016 539,05 руб.- основной долг, проценты за пользование займом, 853 530 руб.- неустойка; по договору займа от 02.06.2017– 2 999 619,96 руб.- основной долг, проценты за пользование займом, 450 808,26 руб.- неустойка; по договору займа от 23.08.2019 – 1 376 781,33  руб.- основной долг, проценты за пользование займом, 1 489 482,80 руб.- неустойка.

Финансовый управляющий имуществом  должника ФИО8, полагая, что дополнительное соглашение от 30.11.2020 к договору займа от 26.10.2015, дополнительное соглашение от 30.11.2020 к договору займа от 23.08.2019, заключенные между ФИО9 и ФИО6, являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), поскольку произведены в период неплатежеспособности должника и совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также полагая, что договоры займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017, от 23.08.2019 с  дополнительными соглашениями от 30.11.2020 являются недействительными (ничтожными) на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ, поскольку займы предоставлены ФИО6 в нарушение Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» обратился в суд с соответствующими заявлениями об оспаривании сделок.

Кроме того, финансовым управляющим заявлены доводы о незаключенности дополнительных соглашений от 30.11.2020 к договорам займа от 22.05.2017, от 02.06.2017, ввиду не подписания их третьей стороной договоров займа созаемщиком ФИО10, заявлено о применении срока исковой давности.

Судом первой инстанции принят вышеуказанный судебный акт.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционных жалоб, отзывов на апелляционные жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина, требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

На основании пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику путем направления данных требований в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что поскольку пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), то для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (абзац 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Пунктом 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При установлении факта того, был ли ответчик осведомлен о цели заключения сделки, необходимо учитывать следующее.

Согласно изложенным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 разъяснениям, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В соответствии со статьей 64 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений.

В соответствии со статьями 8, 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Как установлено судом первой инстанции, в качестве оснований для оспаривания финансовым управляющим заявлено о совершении сделок по заключению дополнительных соглашений от 30.11.2020 к договорам займа от 26.10.2015 и от 23.08.2019, в период неплатежеспособности должника с целью причинения вреда кредиторам. 

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству Арбитражным судом Удмуртской Республики  29.06.2021, оспариваемые финансовым управляющим сделки по заключению дополнительных соглашений совершены 30.11.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, финансовым управляющим не указано.

Таким образом, оспариваемая сделка подлежит рассмотрению по специальным основаниям, установленным ст. 61.2 закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела между должником и ФИО6  26.10.2015 и 23.08.2019 заключены договоры займа, в соответствии с которыми и расписками к ним от той же даты ФИО6 должнику переданы наличные денежные в сумме 1 500  000 руб. и 400 000 руб. соответственно. 

В обоснование наличия финансовой возможности ФИО6    передать ФИО9 денежные средства в указанном размере, ответчиком представлены:  

- справки об оборотах денежных средств по счетам в АО «Россельхозбанк» за период с 29.01.2014 по 06.08.2015, в ПАО «Сбербанк России» за период с 01.01.2014 по 31.12.2016;

-  договоры купли-продажи недвижимости от 04.04.2014, от 15.08.2014, от 04.04.2014, от 10.12.2014, от 11.02.2015, от 28.10.2015, 07.10.2015, от 24.12.2018;

- выписки по счетам в АО «Россельхозбанк» счет ***139 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***633 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***210 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***592 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***178 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***796 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***207 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет *** 144 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет *** 135 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, в ПАО «Сбербанк России» счет ***721 за период 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***827 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***552 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***334 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***242 за период с 01.01.2012 по 01.09.2019, счет ***063 за период 01.01.2012.по 01.09.2019, в АО «Альфа-Банк» счет ***064 за период с 06.02.2017 по 06.12.2017, счет ***064 за период с 06.12.2017 по 06.12.2018, счет ***821 за период с 06.12.2020 по 06.12.2021, счет ***821 за период с 07.12.2019 по 06.12.2020, счет ***821 за период с 16.04.2019 по 06.12.2019;

- выписка из ЕГРН о принадлежности ФИО6 в период с 01.01.2012  по 01.09.2019 92 объектов недвижимости.

Изучив данные документы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у заявителя реальной финансовой возможности предоставить должнику 26.10.2015 и 23.08.2019  денежные средства в качестве займа в общей сумме 1 900 000 руб.

Какие-либо сведения об обстоятельствах, способных породить сомнения в финансовой состоятельности заявителя выдать заем, позволяющих установить наличие значительных расходов у заявителя, с учетом которых он не мог предоставить должнику денежные средства, материалы дела не содержат (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Между ФИО6 и должником 30.11.2020 заключены дополнительные соглашения к договорам займа от 26.10.2015 и от 23.08.2019, согласно которым договоры дополнены  пунктом 1.5  следующего содержания: займодавец вправе потребовать от заемщика досрочного возврата всей суммы займа и уплаты процентов за фактический срок пользования займом и штрафных санкций согласно условиям настоящего договора в случаях: неисполнения или ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств по настоящему договору; возбуждения в суде дела о несостоятельности (банкротстве) в отношении заемщика; предъявления заемщику исков от третьих лиц об уплате денежной суммы или об истребовании имущества, размер которого ставит под угрозу выполнение заемщиком обязательств по договору займа; наличия или появления иных обстоятельств, которые по обоснованному мнению заимодавца могут осложнить или сделать невозможным своевременное исполнение заемщиком своих обязательств по договорам займа. 

В случаях указанных в настоящем пункте, заемщик обязуется полностью вернуть суммы, полученные по договору займа, а также уплатить все подлежащие уплате проценты на сумму займа в течение 10 календарных дней с момента направления займодавцем соответствующего требования. При этом заемщик гарантирует получение почтовой корреспонденции в указанный срок и самостоятельно несет риск ее неполучения и (или)получения в более поздний срок. Денежные средства, переданные по настоящему договору займа, в полном объеме получены заемщиком для предпринимательской (коммерческой) деятельности заемщика, не связанной с личными (семейными) нуждами заемщика.

Согласно п. 1.3 дополнительных соглашений установлен новый срок возврата денежных средств по договорам займа, а именно до 01.12.2021.

Кроме этого, дополнительными соглашениями от 30.11.2020 изменены пункты 3 договоров займа от 26.10.2015 и от 23.08.2019.

Пункт 3 договора займа от 26.10.2015 дополнен, в  том числе п.п. 3.1., 3.2. в следующей редакции:  3.1. За нарушение сроков оплаты по договорам займа, заемщик уплачивает займодавцу неустойку в размере 1 % от общей суммы займа за каждый день просрочки до полного ее погашения. По начисленным процентам за пользование займом, не уплаченным заемщиком в сроки, установленные договором займа, займодавец вправе применить неустойку в размере 1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты до полного ее погашения; 3.2. В случае несвоевременной уплаты процентов, предусмотренных п. 2.3.1 договора займа, сумма начисленных процентов присоединяется к общей сумме займа, с даты просрочки оплаты на нее подлежат начислению проценты за пользование займом в порядке и ставке, предусмотренной п. 2.3.1 договора займа по дату оплаты процентов (п. 1.4 дополнительного соглашения от 30.11.2020).

Пункт 3 договора займа от 23.08.2019 дополнен, в  том числе п.п. 3.1., 3.2. в следующей редакции:  3.1. За нарушение сроков оплаты по договорам займа, заемщик уплачивает займодавцу неустойку в размере 0,5 % от общей суммы займа за каждый день просрочки до полного ее погашения. По начисленным процентам за пользование займом, не уплаченным заемщиком в сроки, установленные договором займа, займодавец вправе применить неустойку в размере 0,5 % от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты до полного ее погашения; 3.2. В случае несвоевременной уплаты процентов, предусмотренных п. 2.3.1 договора займа, сумма начисленных процентов присоединяется к общей сумме займа, с даты просрочки оплаты на нее подлежат начислению проценты за пользование займом в порядке и ставке, предусмотренной п. 2.3.1 договора займа по дату оплаты процентов (п. 1.4 дополнительного соглашения от 30.11.2020).

Финансовый управляющий, заявляя о недействительности дополнительных соглашений от 30.11.2023 к договорам займа от 26.10.2015 и от 23.08.2019 указал, что на момент заключения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства по возврату сумм займа перед иными кредиторами, осуществлял отчуждение ликвидных активов, кроме того должник в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) «Продторг» №А71-11374/2016 определением суда от 02.06.2021 привлечен к субсидиарной ответственности, размер которой составил 5 856 419 руб.

При этом внесенные в первоначальные договоры изменения ухудшили положение должника путем включения условий о неустойке, а дополнительным соглашением к договору займа от 26.10.2015 фактически восстановлен истекший срок исковой давности, чем причинен вред кредиторам.  

Доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения оспариваемых сделок в отношении ФИО9 опубликованы сведения, предусмотренные абз. 2 п. 3 ст. 28 Закона о банкротстве, суду не представлено.

Достаточных доказательств, достоверно подтверждающих осведомленность ФИО6 о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на дату заключения оспариваемых сделок, в материалы дела не представлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Также материалами дела не подтверждено, что кредитор является по отношению к должнику заинтересованным лицом, что он знал или должен был знать о целях совершения должником сделки, а равно и наличия противоправной цели у самого должника. 

Кроме того, из материалов дела о банкротстве ФИО9 следует, что должник исполнял обязательства перед ФИО6 по договорам займа, а также иными кредиторами до апреля 2021 года включительно. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что совершенные сделки не выходят за пределы обычных взаимоотношений, каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии между должником и ответчиком заинтересованности отсутствуют, доказательств злоупотребления правом не представлено.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО8 о признании  дополнительных соглашений от 30.11.2020 к договорам займа от 26.10.2015, и от 23.08.2019, заключенных между ФИО9 и ФИО6 недействительными сделками. 

При этом заслуживают внимание пояснения ФИО6, изложенные им в возражениях, согласно которым на момент подписания дополнительных соглашений у его не было и не могло быть информации о неплатежеспособности должника, так как, во-первых, вплоть до апреля 2021 года ФИО9 производил платежи по договорам займа, а во-вторых, должник планировал полностью рассчитаться с ним по обязательствам за счет продажи доли в ООО «Итанефть», стоимость которой в разы больше размера обязательств перед заявителем, о чем ФИО9 поставил в известность ФИО6 

ФИО6 на момент подписания дополнительных соглашений не знал и не должен был знать о неплатежеспособности должника и о существовании иных кредиторов. В пункте 1.4 дополнительных соглашений ФИО9 также заверил кредитора, что он не является банкротом, его действия являются добросовестными, а условия соглашений не ставят должника в неблагоприятное положение. 

На момент подписания дополнительных соглашений должник производил оплаты по всем четырем договорам займа. Кроме того, ФИО6 сохранял право на предъявление исковых заявлений в суд по всем четырем договорам, в том числе по договору от 2015 года. При этом по трем договорам срок исковой давности на момент подписания соглашений не истек. 

Должник понимал, что имеет неисполненные обязательства перед ФИО6, намеревался их исполнить, а именно, вернуть полученные по договорам денежные средства и уплатить проценты за счет имеющихся активов и текущей деятельности, в противном случае он не подписывал бы дополнительные соглашения.     

Данные обстоятельства подтверждают исключительно правовой интерес при подписании дополнительных соглашений, их направленность на урегулирование отношений сторон, а не во вред кредиторам. 

Как указывает ФИО6, если бы дополнительные соглашения не были подписаны в ноябре 2020 года, то он бы обратился в суд с заявлением о взыскании денежных средств с должника в принудительном порядке.

 Финансовым управляющим также заявлено требование о признании недействительными (ничтожными) договоров займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017, от 23.08.2019 с дополнительными соглашениями от 30.11.2020 на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ, поскольку займы предоставлены ФИО6 в нарушение Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» далее - Закон о потребительском кредите). 

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 3 Закона о потребительском кредите потребительским кредитом (займом) признаются денежные средства, предоставленные кредитором заемщику на основании кредитного договора, договора займа, в том числе с использованием электронных средств платежа, в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (далее по тексту цитируемого нормативного акта - договор потребительского кредита (займа), в том числе с лимитом кредитования.

Под кредитором для целей названного Федерального закона понимается предоставляющая или предоставившая потребительский кредит кредитная организация, предоставляющие или предоставившие потребительский заем кредитная организация и некредитная финансовая организация, которые осуществляют профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, а также лицо, получившее право требования к заемщику по договору потребительского кредита (займа) в порядке уступки, универсального правопреемства или при обращении взыскания на имущество правообладателя (пункт 3 статьи 3 Федерального закона №353-ФЗ). 

В соответствии с положениями статьи 1 Закона о потребительском кредите указанный закон регулирует отношения, возникающие в связи с предоставлением потребительского кредита (займа) физическому лицу в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на основании кредитного договора, договора займа и исполнением соответствующего договора. 

При этом пунктом 5 части 1 статьи 3 Закона о потребительском кредите (ред. от 21.07.2014, от 03.07.2016, действующая на момент заключения договоров займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017) установлено, что профессиональная деятельность по предоставлению потребительских займов - деятельность юридического лица или индивидуального предпринимателя по предоставлению потребительских займов в денежной форме, осуществляемая за счет систематически привлекаемых на возвратной и платной основе денежных средств и (или) осуществляемая не менее чем четыре раза в течение одного года (кроме займов, предоставляемых работодателем работнику, и иных случаев, предусмотренных федеральным законом).

Пунктом 5 части 1 статьи 3 Закона о потребительском (ред.01.05.2019, действующая на момент заключения договора займа от 23.08.2019) установлено, что профессиональная деятельность по предоставлению потребительских займов - деятельность юридического лица или индивидуального предпринимателя по предоставлению потребительских займов в денежной форме (кроме займов, предоставляемых работодателем работнику, займов, предоставляемых физическим лицам, являющимся учредителями (участниками) или аффилированными лицами коммерческой организации, предоставляющей заем, займов, предоставляемых брокером клиенту для совершения сделок купли-продажи ценных бумаг, и иных случаев, предусмотренных федеральным законом).

Таким образом, нормы названного закона нельзя толковать, как запрещающие физическому лицу вступать в отношения по договорам займа в качества займодавца.

Согласно письменным пояснениям должника, а также, как следует из договоров займа в редакции дополнительных соглашений от 30.11.2020, денежные средства, переданные по договорам займа, получены ФИО9 для предпринимательской деятельности, не связанной с личными нуждами.

Согласно сведениям из ЕГРИП ФИО9 был зарегистрирован  в качестве индивидуального предпринимателя с 28.01.2013. Деятельность прекратил: 11.12.2020.      

Доказательства, что должник использовал займы, полученные по спорным договорам, на личные нужды, материалы дела не содержат.

В этим с чем суд первой инстанции верно не усмотрел основания для признания договоров займа от 26.10.2015, от 22.05.2017, от 02.06.2017, от 23.08.2019 с дополнительными соглашениями от 30.11.2020 ничтожными сделками, совершенными с нарушением Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» далее - Закон о потребительском кредите).

Довод кредитора о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности судом первой инстанции признан необоснованным в связи со следующим.   

В рассмотренном случае с заявлением об оспаривании договоров займа с дополнительными соглашениями обратился не конкурсный кредитор, а финансовый управляющий должника, сославшись на ничтожность спорных сделок на основании общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 10 и 168).

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления № 32, по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

По правилам пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных названным законом.

Исходя из приведенных правовых норм и разъяснений высшей судебной инстанции, как верно указал суд первой инстанции, в данном случае право на оспаривание сделок должника возникло у финансового управляющего ФИО8 не ранее, чем с даты объявления арбитражным судом резолютивной части решения о введении процедуры реализации имущества должника и утверждения ФИО8 финансовым управляющим, то есть с 29.07.2021. При этом ФИО8 обратился в суд с заявлением о признании спорных договоров займа с дополнительными соглашениями недействительными (ничтожными) 30.08.2022, то есть в пределах общего трехлетнего срока исковой давности.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего о пропуске ФИО6 срока исковой давности по договорам займа от 22.05.2017, от 02.06.2017, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно условиям заключенных между сторонами договоров займа от 22.05.2017 и от 02.06.2017 срок возврата долга и процентов по нему установлен – 22.12.2017 и 02.01.2018 соответственно, ФИО6 обратился с требованием к ФИО9 только 25.09.2021 (согласно штампа на конверте), то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности, о применении которого было заявлено финансовым управляющим и должником. 

Статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По правилам статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права ((пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление №43) разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 12 Постановления № 43, бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В соответствии с абзацем 2 пункта 21 Постановление № 43, необходимо учитывать, что по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 20 Постановления № 43, к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

 В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

В обоснование соблюдения срока исковой давности кредитором  представлены дополнительные соглашения от 30.11.2020 к договорам займа от 22.05.2017 и от 02.06.2017, подписанные ФИО6 и ФИО9, в которых установлен новый срок возврата займов - до 01.12.2021.  

Вместе с  тем, судом установлено, что договоры займа от 22.05.2017, от 02.06.2017 являются трехсторонними сделками. Сторонами указанных договоров займа являются ФИО6 (займодавец), ФИО9 (заемщик 1) и ФИО10 (заемщик 2). 

Согласно п. 5.1. договоров займа от 22.05.2017, от 02.06.2017 все изменения и дополнения к договору совершаются в письменной форме и должны быть подписаны обеими сторонами.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором (п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании п. 1 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другими законами или договором.

В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора (п. 3 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку в соответствии со статьей 450 ГК РФ изменение договора возможно только по соглашению сторон, а ФИО6 и ФИО9 заключили 30.11.2020 дополнительные соглашения к договорам займа от 22.05.2017 и от 02.06.2017 без участия ФИО10, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанные дополнительные соглашения являются незаключенными и не порождающими каких-либо обязательств для его сторон.

Доказательства обращения ФИО6 ранее в суд с заявлением о взыскании задолженности по договорам займа от 22.05.2017, от 02.06.2017(в пределах срока исковой давности) материалы дела не содержат.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что требование ФИО6 подлежит удовлетворению частично, исходя из обязательств должника возникших на основании договоров займа от 26.10.2015, от 23.08.2019.

Доказательств оплаты должником предъявленной для включения в реестр требований кредиторов задолженности по договорам займа от 26.10.2015, от 23.08.2019 суду не представлено.

Доказательств того, что ФИО6 каким-либо образом принуждал ФИО9 к получению займа в определенном размере и на определенных условиях не представлено.

Снижая сумму процентов за пользование займом до 27% годовых, суд первой инстанции исходил из следующего. 

В силу п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Сама по себе возможность установления размера процентов на сумму займа по соглашению сторон не может рассматриваться как нарушающая принцип свободы договора, в том числе, во взаимосвязи со статьей 10 ГК РФ о пределах осуществления гражданских прав.

Принцип свободы договора, закрепленный в статье 421 ГК РФ, не является безграничным. Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участника гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

Согласно п. 1 ст. 423 ГК РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

Встречное предоставление не должно приводить к неосновательному обогащению одной из сторон либо иным образом нарушить основополагающие принципы разумности и добросовестности, что предполагает соблюдение баланса прав и обязанностей сторон договора. Условия договора не могут противоречить деловым обыкновениям и не могут быть явно обременительными для заемщика.

Таким образом, встречное предоставление не может быть основано на несправедливых договорных условиях, наличие которых следует квалифицировать как недобросовестное поведение.

Проанализировав, условия договоров, суд первой инстанции пришел к выводу, что проценты по договорам займа в размере 5 % и 6 % в месяц, что составляет 60 % и 72 % годовых существенно превышают ставку рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации и среднерыночные значения полной стоимости потребительских кредитов (займов).

При этом судом первой инстанции учтено, что займодавец в рассматриваемом случае не является субъектом предпринимательской деятельности. 

Кроме того, суд первой инстанции указал, что требование заявлено в процедуре банкротства должника, которая носит публично-правовой характер; это обусловлено тем, что разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (в частности, должника и его кредиторов), а публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Судом было установлено, что должником в тот же период заключались договоры займа с другими контрагентами, содержащие условия аналогичные договорам займа от 26.10.2015, от 23.08.2019, подписанным с ФИО6

При названных обстоятельствах, с целью соблюдения принципа разумности и баланса интересов лиц, вовлеченных в процедуру банкротства должника, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности снижения суммы процентов за пользование займом до 27% годовых.

Доводы апелляционной жалобы ФИО6 об отсутствии оснований для снижения процентов за пользование займом апелляционным судом признаются необоснованными.

В силу пункта 5 статьи 809 ГК РФ размер процентов за пользование займом по договору займа, заключенному между гражданами или между юридическим лицом, не осуществляющим профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов, и заемщиком-гражданином, в два и более раза превышающий обычно взимаемые в подобных случаях проценты и поэтому являющийся чрезмерно обременительным для должника (ростовщические проценты), может быть уменьшен судом до размера процентов, обычно взимаемых при сравнимых обстоятельствах.

Согласно пункту 3 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2017 № 212-ФЗ "О внесении изменений в части первую и вторую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" положения пункта 5 статьи 809 ГК РФ в новой редакции применяются к договорам, заключенным после дня вступления в силу названного Федерального закона.

Федеральный закон от 26.07.2017 № 212-ФЗ Закон вступил в силу 01.06.2018. 

Между тем следует принять во внимание следующее.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Размер платы (процентов) за пользование займом подлежит доказыванию заимодавцем, поскольку между участниками договора займа, в силу положений статей 1, 10 ГК РФ должна быть исключена возможность заимодавца совершать действия по установлению гражданину-заемщику неразумных и необоснованных условий реализации его прав.

Следовательно, заимодавец должен действовать в допустимых пределах осуществления гражданских прав и представить доказательства обоснованности установления в договоре ставки процентов в соответствующем размере.

Применительно к статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Сама по себе возможность установления размера процентов на сумму займа по соглашению сторон не может рассматриваться как нарушающая принцип свободы договора, в том числе во взаимосвязи со статьей 10 ГК РФ о пределах осуществления гражданских прав.

Вместе с тем, принцип свободы договора, сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, учитывая при этом, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.

Таким образом, встречное предоставление не может быть основано на несправедливых договорных условиях, наличие которых следует квалифицировать как недобросовестное поведение.

При изложенных обстоятельствах выводы суда первой инстанции о снижении процентов за пользование займом соответствуют правилам оценки доказательств и объему дискреционных полномочий суда, предусмотренных статьей 71 АПК РФ, и признаются апелляционным судом обоснованными.

Также судом первой инстанции правомерно снижен размер начисленной неустойки. 

По условиям договоров займа (в редакции дополнительных соглашений от 30.11.2020) неустойка рассчитывается по ставке 1% (по договору займа от 26.10.2015) и 0,5% (по договору займа от 23.08.2019) от общей суммы займа за каждый день просрочки до полного ее погашения, а также на сумму процентов не уплаченных заемщиком в сроки установленные договорами, за каждый день просрочки оплаты до полного ее погашения, что составляет 365 % и 182,5 % годовых соответственно, что в 10 и более раз превышает действовавшие в спорный период ключевые ставки Банка России. В связи с чем судом была установлена очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

 Принимая во внимание, что денежное требование кредитора включается в реестр требований кредиторов должника - физического лица (ФИО9 предпринимательскую деятельность не осуществляет), размер основного долга по договорам займа от 26.10.2015, от 23.08.2019  составил 3 097 600 руб., сумма неустойки начисленная кредитором в 3,368 раз превышает указанную сумму долга, ввиду отсутствия доказательств, свидетельствующих о наличии каких-либо негативных последствий для кредитора, учитывая компенсационную природу неустойки, высокий процент установленной в договорах неустойки (365% и 182,5% процентов годовых), период неисполнения обязательства, в целях соблюдения баланса между применяемой к должнику мерой ответственности и последствиями ненадлежащего исполнения принятого им обязательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что достаточным для обеспечения восстановления нарушенных прав, соответствующего принципам добросовестности, разумности и справедливости, будет являться размер неустойки из расчета  ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующий период.

Удовлетворяя требования кредитора по договорам займа от 26.10.2015 и от 23.08.2019, судом первой инстанции произведен самостоятельный расчет суммы задолженности, который судом апелляционной инстанции признан арифметически верным. 

Доводы апелляционных жалоб проверены судом апелляционной инстанции и признаются несостоятельными. 

Доводы жалоб выводы суда первой инстанции не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для отмены судебного акта. 

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, проверены и им дана надлежащая оценка.

Доводы апеллянтов судом апелляционной инстанции отклоняются в полном объеме, поскольку не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права, по существу сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судом обстоятельств, для переоценки которых оснований у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционных жалобах, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему спору, суд апелляционной инстанции считает, что приведенные в апелляционных жалобах доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. 

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Таким образом, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством уплата государственной пошлины не предусмотрена (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации), вопрос о распределении судебных расходов судом апелляционной инстанции не рассматривается.

Руководствуясь статьями  176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 мая 2023  года по делу № А71-8480/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких 

 

Судьи

 

Т.С. Нилогова 

 

 

Л.В. Саликова