ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А14-18542/2017

город Воронеж

03 апреля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 апреля 2018 года.

председательствующего судьи          Семенюта Е.А.,

судей          Миронцевой Н.Д.,

                                                                                             ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания  секретарями судебного заседания: Синюгиной ЮА., Сывороткиной Е.Е.,

при участии:

от Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области: ФИО2, представитель по доверенности от 09.01.2018, паспорт; ФИО3 по доверенности б/н от 14.02.2018, паспорт;

от  общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональный медицинский центр ранней диагностики и лечения онкологических заболеваний»: ФИО4, представитель по доверенности от 30.01.2018, паспорт, ФИО5, представитель по доверенности от 30.01.2018, паспорт, ФИО6, представитель по доверенности от 19.03.2018, паспорт, ФИО7, генеральный директор, на основании Решения № 4 от 26.07.2015, паспорт,

         рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональный медицинский центр ранней диагностики и лечения онкологических заболеваний» на решение Арбитражного суда Воронежской области от 01.12.2017 по делу № А14-18542/2017 (судья Кочетков А.В.) по заявлению Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональный медицинский центр ранней диагностики и лечения онкологических заболеваний» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

УСТАНОВИЛ:

Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области (далее – заявитель, административный орган, ТО Росздравнадзора по Воронежской области) обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью  «Межрегиональный медицинский центр ранней диагностики и лечения онкологических заболеваний» (далее – лицо, привлекаемое к административной ответственности, ООО «ММЦРДиЛОЗ», Общество) к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 Кодекса об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).         Решением Арбитражного суда Воронежской области от 01.12.2017, принятым по настоящему делу, заявленные требования удовлетворены.

Общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональный медицинский центр ранней диагностики и лечения онкологических заболеваний» привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ в виде предупреждения. 

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Общество обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит принятое решение отменить и принять по делу новый судебный акт. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее заявитель указывает, что суд первой инстанции неправильно истолковал заключение Главного внештатного специалиста по паллиативной помощи МЗ РФ ФИО8.

Обращает внимание, что термин паллиативное лечение трактуется, как противоположенный – радикальный метод лечения раковых заболеваний.

Указывает, что судом первой инстанции не принято во внимание то обстоятельство, что химиотерапия не входит в «Порядки оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению» и в перечень функций, осуществляемых отделением паллиативной помощи и кабинетом паллиативной медицинской помощи.

Считает, что Общество не занимается оказанием паллиативной медицинской помощи, проводило лишь лечение пациентке.

        Представители Общества в судебном заседании просили обжалуемое решение отменить, а  апелляционную жалобу удовлетворить, отказав в привлечении к административной ответственности.

Административный орган в представленном отзыве против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, опровергая доводы жалобы, соглашается со всеми выводами суда первой инстанции. 

Считает решение суда области законным и обоснованным. 

В судебном заседании представитель административного органа доводы апелляционной жалобы отклонил, просил оставить решение суда без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 20.03.2018 по 27.03.2018.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения представителей участников процесса, оценив в совокупности все представленные доказательства, апелляционная инстанция усматривает основания для отмены обжалуемого решения и для отказа в удовлетворения заявленных требований.

Как видно из материалов дела и установлено судом области, согласно выпискам из Единого реестра лицензий ООО «ММЦРДиЛОЗ» имеет бессрочные лицензии от 10.12.2014 №ФС-36-01-000475-14 и от 05.04.2017 №ЛО-36-01-002970, на основании которых осуществляет медицинскую деятельность по адресу: 394033, 

<

...>, в нежилом трехэтажном здании литер 1А, 1Б, станции скорой медицинской помощи с консультативно-диагностическим центром без стационара (лечебно-диагностический центр): 

 1) при оказании специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи: при оказании высокотехнологичной медицинской помощи в условиях дневного стационара по онкологии; 

2)    при оказании первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи по выполнению следующих работ (услуг): 

-     при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по онкологии; 

-     при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи в условиях дневного стационара по онкологии. 

 На основании приказа руководителя ТО Росздравнадзора по Воронежской области от 04.09.2017 №П36-346/17 административным органом в отношении Общества была проведена плановая выездная проверка соблюдения лицензионных требований и условий при осуществлении медицинской деятельности с целью исполнения утвержденного прокуратурой плана проверок юридических лиц и индивидуальных предпринимателей на 2017 год. 

Указанная проверка была проведена в срок с 11.09.2017 по 28.09.2017.

В ходе проверки соблюдения порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи административный орган пришел к выводу о нарушении Обществом требований статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон №99-ФЗ), а именно:  фактическое осуществление медицинской деятельности по виду работ (услуг): паллиативная медицинская помощь в условиях дневного стационара по онкологии без специального разрешения (лицензии). 

Так, при анализе первичной медицинской документации установлены факты оказания паллиативной медицинской помощи в условиях дневного стационара: 

- медицинская карта №32261, запись приема онколога от 27.06.2017, план лечения: паллиативные курсы ПХТ; 

- прием онколога от 04.07.2017 направление в дневной стационар, план лечения: паллиативные курсы ПХТ (введение препаратов производится с целью поддержания здоровья пациента); эпикриз от 05.07.2017 (находилась на лечении в дневном стационаре ООО «ММЦРДиЛОЗ» в период с 04.07.2017 по 05.07.2017; проведено лечение: 04.07.2017 - 1 курс паллиативной ПХТ, подписи: врач П., заведующая отделением К.):  

- прием онколога от 25.07.2017, план лечения: 2 паллиативный курс ПХТ, направление на госпитализацию в дневной стационар; эпикриз от 26.07.2017 (находилась в дневном стационаре в период с 25.07.2017 по 26.07.2017, проведено лечение: 25.07.2017 - 2 курс паллиативной ПХТ, подписи: врач-онколог Т., заведующая отделением Т.);

 - прием онколога от 16.08.2017, план лечения: 3 паллиативный курс ПХТ, направление на госпитализацию в дневной стационар 16.08.2017. Обоснование проведения 3 паллиативного курса ПХТ: проводится в соответствии с «Практическими рекомендациями по лечению злокачественных опухолей» Российского общества клинической онкологии, с учетом положительной субъективной динамики от 2 курсов ПХТ, имеет целью уменьшение мучительных симптомов болезни, включая хронический болевой синдром, попытку стабилизации опухолевого роста, улучшение качества жизни пациентки; эпикриз от 18.08.2017 (находилась на лечении в дневном стационаре с 14.08.2017 по 18.08.2017, проведено лечение: 14.08.2017 – 3 курс паллиативной ПХТ, подписи: врач-онколог К., заведующая дневным стационаром К.); 

- прием онколога от 30.08.2017, план лечения: дезинтоксикационная генатотропная терапия, направляется на госпитализацию в дневной стационар 30.08.2017; эпикриз от 07.09.2017 (находилась на лечении в дневном стационаре в период 30.08.2017 по 07.09.2017, после нормализации гематологических показателей 05.09.2017 – 4 курс паллиативной ПХТ, подписи: врач-онколог П., заведующая дневным стационаром К.). 

По результатам проверки должностным лицом административного органа 28.09.2017 был составлен акт проверки №241, в котором зафиксированы выявленные нарушения. 

28.09.2017 административным органом выдано предписание №241, в котором Обществу было предписано в срок до 28.11.2017 устранить выявленные нарушения, представить в ТО Росздравнадзора по Воронежской области отчет (план) о результатах исполнения настоящего предписания с приложением копий документов, подтверждающих его исполнение. 

По факту выявленного правонарушения 29.09.2017 главным специалистом-экспертом отдела организации контроля в сфере предоставления медицинских услуг ТО Росздравнадзора по Воронежской области ФИО3, в присутствии законного представителя лица, привлекаемого к административной ответственности,   был составлен протокол об административном правонарушении №77, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 14.1 КоАП РФ.

Материалы об административном правонарушении в отношении Общества были направлены в соответствии с частью 3 статьи 23.1 КоАП РФ в Арбитражный суд Воронежской области для рассмотрения и принятия решения.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что в действиях Общества имеется состав административного правонарушения.

Апелляционная инстанция не может согласиться с указанным выводом исходя из следующего.

Согласно ч. 6 ст. 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В соответствии с ч. 2 ст. 14.1 КоАП РФ осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (такая лицензия) обязательно (обязательна), влечет наложение административного штрафа на юридических лиц - от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей с конфискацией изготовленной продукции, орудий производства и сырья или без таковой.

Объектом данного правонарушения являются общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, подлежащей лицензированию.

Объективная сторона правонарушения, заключается в осуществлении предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии). 

С субъективной стороны правонарушения, предусмотренные данной статьей, могут быть совершены как умышленно, так и по неосторожности. 

Субъектами ответственности являются индивидуальные предприниматели, работники, осуществляющие в коммерческих - организациях управленческие функции, и юридические лица. 

Правовые основы лицензирования отдельных видов деятельности установлены Федеральным законом от 04.05.2011 года N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" (далее - Закон N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности").

В соответствии с п. 46 ч. 1 ст. 12 Закона N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" медицинская деятельность подлежит лицензированию.

Порядок лицензирования медицинской деятельности определен Положением о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центр "Сколково"), утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 N 291 (далее - Положение).

Обстоятельства дела свидетельствуют, что Обществу выданы лицензии, на основании которых последнее осуществляет медицинскую деятельность, в т.ч., оказывает специализированную, в т.ч. высокотехнологичную помощь,  в условиях дневного стационара, в амбулаторных условиях по онкологии.

Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан, а также права и обязанности медицинских организаций регулируются положениями Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее –Закон №323-ФЗ).

Медицинская помощь Законом №323-ФЗ определяется как комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п.3 ст.2). 

В силу пункта 3 Положения о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра "Сколково"), утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации № 291 от 16.04.2012 (далее - Положение), медицинскую деятельность составляют работы (услуги) по перечню согласно приложению, которые выполняются при оказании первичной медико- санитарной, специализированной (в том числе высокотехнологичной), скорой (в том числе скорой специализированной), паллиативной медицинской помощи, оказании медицинской помощи при санаторно- курортном лечении, при проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров, медицинских освидетельствований и санитарно- противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи, при трансплантации (пересадке) органов и (или) тканей, обращении донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях. 

Суд первой инстанции обоснованно указал, что требования к организации и выполнению указанных работ (услуг) в целях лицензирования установлены Приказом Министерства здравоохранения РФ от 11.03.2013 № 121н (далее – Приказ №121н).

Указанным Приказом утверждены Требования к организации и выполнению работ (услуг) при оказании первичной медико-санитарной, специализированной (в том числе высокотехнологичной), скорой (в том числе скорой специализированной), паллиативной медицинской помощи, оказании медицинской помощи при санаторно-курортном лечении, при проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров, медицинских освидетельствований и санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи, при трансплантации (пересадке) органов и (или) тканей, обращении донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях.

Согласно пункту 5 Приказа №121н при оказании паллиативной медицинской помощи организуются и выполняются следующие работы (услуги):

1) при оказании паллиативной медицинской помощи в амбулаторных условиях (перечислены)

2) при оказании паллиативной медицинской помощи в стационарных условиях (перечислены) 

Порядок оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению утвержден Приказом Министерства здравоохранения РФ от 14.04.2015 № 187н (далее – Приказ №187-н). 

Согласно пункту 1 указанного Приказа он устанавливает правила оказания взрослому населению паллиативной медицинской помощи, направленной на улучшение качества жизни граждан, страдающих неизлечимыми прогрессирующими заболеваниями и состояниями, которые, как правило, приводят к преждевременной смерти, а также заболеваниями в стадии, когда исчерпаны возможности радикального лечения, за исключением больных ВИЧ-инфекцией. 

В силу пункта 4 Приказа №187-н паллиативная медицинская помощь оказывается в следующих условиях: амбулаторно (в условиях, не предусматривающих круглосуточного медицинского наблюдения и лечения), в том числе на дому при вызове медицинского работника; стационарно (в условиях, обеспечивающих круглосуточное медицинское наблюдение и лечение).

В соответствии с пунктом 2 Приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 915н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю "онкология" (далее – Приказ №915-н) медицинская помощь оказывается в виде: - первичной медико-санитарной помощи; - скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи; - специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи; - паллиативной медицинской помощи. Медицинская помощь, согласно пункту 3 указанного Приказа, оказывается амбулаторно, в дневном стационаре, стационарно.

 Таким образом, суд первой инстанции правомерно указал, что в соответствии с перечисленными нормативными правовыми актами для осуществления медицинской деятельности по оказанию паллиативной медицинской помощи в амбулаторных и стационарных условиях по онкологии требуются соответствующие лицензии. 

Вместе с тем, установил, что ООО «ММЦРДиЛОЗ» не имеет лицензию на оказание паллиативной медицинской помощи.

С учетом приведенных норм и установленных административным органом обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу, что врачи ООО «ММЦРДиЛОЗ» назначали и проводили курсы паллиативной ПХТ, что свидетельствует об оказании паллиативной помощи пациенту в отсутствие  соответствующей лицензии.

Не соглашаясь с выводом суда области о том, что Обществом осуществлялась паллиативная медицинская помощь , суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Отклоняя доводы лица, привлекаемого к ответственности, о том, что пациентке не оказывалась паллиативная помощь, а проводилось паллиативное лечение, суд первой инстанции исходил из отсутствия в законодательстве четкого определения термина «паллиативное лечении».

Однако, апелляционный суд не может согласиться с данными выводами и считает возможным принять объяснения и доводы Общества, что паллиативная помощь и паллиативное лечение имеют различный характер с учетом следующего.

В силу части 1 статьи 36 Федерального закона от 21.11.2011 № 323- ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее – Закон №323-ФЗ) паллиативная медицинская помощь представляет собой комплекс медицинских вмешательств, направленных на избавление от боли и облегчение других тяжелых проявлений заболевания, в целях улучшения качества жизни неизлечимо больных граждан. 

В части 2 статьи 36 Закона №323-ФЗ также установлено, что паллиативная медицинская помощь может оказываться в амбулаторных условиях и стационарных условиях медицинскими работниками, прошедшими обучение по оказанию такой помощи.

Основной целью паллиативной медицинской помощи является эффективное и своевременное избавление от боли и облегчение других тяжелых проявлений заболевания в целях улучшения качества жизни неизлечимо больных лиц до момента их смерти (ч.5 ст.36).

Паллиативная медицинская помощь оказывается пациентам с неизлечимыми прогрессирующими заболеваниями и состояниями, среди которых выделяют, в т.ч. следующую группу: пациенты с различными формами злокачественных новообразований (ч.6 ст.36).

Таким образом, под паллиативной помощью понимается комплекс мер, направленных на улучшение качества жизни человека, страдающего неизлечимым заболеванием, включающий медицинскую, социальную и психологическую поддержку больного  и членов его семьи. 

Паллиативная помощь, согласно определению ВОЗ – деятельность, направленная на улучшение качества жизни, раннее выявление болезни и предупреждение физических, психологических, социальных и духовных страданий больных со смертельным диагнозом.

 В рассматриваемом случае, как видно из представленных  документов, при лечении пациентки была применена только паллиативная ПХТ (4 курса).

 Следует отметить, что понятие паллиативной помощи предполагает еще и принятие мер немедицинского характера, направленных на поддержку больного и его близких, обеспечение ему комфортных условий жизнедеятельности.

Согласно Порядку оказания паллиативной медицинской помощи, такая помощь  оказывается: 

в амбулаторных условиях в кабинетах паллиативной медицинской помощи, организованных в соответствии с приложениями N 1 - 3 к Порядку оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению, а также бригадами отделения выездной патронажной службы паллиативной медицинской помощи;

в условиях дневного стационара в дневных стационарах паллиативной медицинской помощи, организованных в соответствии с приложениями N 4 - 6 к Порядку оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению;

в стационарных условиях в отделениях паллиативной медицинской помощи и центрах паллиативной медицинской помощи, организованных в соответствии с приложениями N 7 - 12 к Порядку оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению.

Вместе с тем, административным органом не выяснялось и не доказано, что  Обществом организована такая помощь с учетом указанного Порядка.    

Делая выводы о том, что Обществом оказывалась медицинская деятельность по оказанию паллиативной помощи, административный орган и суд области исходили только из того, что пациентке назначали и проводили курсы паллиативной ПХТ (04.07.2017,25.07.2017,14.08.2017,05.09.2017, согласно истории болезни пациентки).

Отклоняя доводы административного органа о том, что пациентке оказывалась паллиативная помощь, суд апелляционной инстанции исходит из отсутствия доказательств оказания такой помощи исходя из определения такого вида помощи и тех сведений, которые содержатся в медицинских документах, которые были оформлены в ходе лечения пациентки. 

В медицинских документах (в т.ч. эпикризах) указано на проведение  курсов паллиативной ПХТ и цель их проведения. Само по себе указание  на то, что проведение  данного курса имеет целью уменьшение мучительных симптомов болезни, включая хронический болевой синдром, попытку  стабилизации опухолевого роста, улучшение качества жизни пациентки не свидетельствует об оказании именно паллиативной помощи, поскольку проведение лечения такого вида заболеваний всегда нацелено на достижение указанных результатов.

Кроме того, апелляционная инстанция учитывает отражение стадии заболевания пациентки (1А), с учетом которой и оказывалась специализированная медицинская помощь, на осуществление которой у Общества имелась лицензия.

Согласно Федеральному закону от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» с 01 января 2013 года медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание доводы лица, привлекаемого к ответственности, о том, что специализированная медицинская помощь оказывалась по Стандартам специализированной медицинской помощи при злокачественных новообразованиях, утвержденных Приказом Минздрава России  от 07.11.2012 №673н, поскольку из исследованных медицинских документов следует применение при лечении пациентки лекарственных препаратов (указаны в эпикризах, перечислены в дополнении к апелляционной жалобе в табличной форме), которые включены в указанный Стандарт.  

Указание ранее на проведения лечения по иному стандарту (№612н), не свидетельствует о наличии события вменяемого правонарушения. В ходе проведения проверки административным органом не проверялось проведение лечения на предмет правильности применения стандартов и правильности назначенного лечения.

Данное обстоятельство не опровергнуто административным органом.

Согласно пояснениям представителей Общества, и  что усматривается из материалов проверки (медицинской документации), после получения курса лечения проявилась положительная динамика, пациентка выписана в удовлетворительном состоянии.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит возможным принять во внимание и ответ Главного внештатного специалиста по паллиативной помощи МЗ РФ ФИО9, данный на запрос Общества от 25.11.2017 №525 (представлен в материалы дела)  относительно оказания паллиативной помощи. Согласно указанному ответу, со ссылками на Закон №323-ФЗ, отмечено, что паллиативное лечение является не видом медицинской  помощи, а объединяющим термином, применяемом в клинической практике для определения, в том числе, целей специализированного лечения, направленный в настоящим момент не на излечение заболевания, а на возможное продление жизни больного. В ответе отмечено, что химиотерапия, в т.ч. паллиативная, не может рассматриваться как паллиативная медицинская помощь, она воздействует и на здоровые клетки организма и оказание ее не регламентируется «Порядком оказания паллиативной медицинской помощи взрослому населению».    

То, что данный ответ не является официальным разъяснением, не может служить основанием для непринятия его во внимание. При этом, апелляционный суд исходит из того, что указанный ответ дан компетентным лицом – Главным внештатным специалистом Министерства Здравоохранения Российской Федерации. Задачи, функции, права таких специалистов закреплены Приказом Минздрава России от 25.10.2012 №444. Указанный приказ в соответствии с его преамбулой издан в целях проработки вопросов, отнесенных к сфере деятельности Министерства здравоохранения РФ.

Одними из основных функций Главного внештатного сотрудника являются подготовка предложений по совершенствованию методов профилактики, диагностики и лечения заболеваний, медицинской реабилитации;     подготовка ежегодного аналитического материала о состоянии здоровья населения, об оказании медицинской помощи населению и кадровом обеспечении по соответствующей специальности (медицинскому направлению), включая вопросы обеспеченности необходимым оборудованием, внедрения в практическую деятельность медицинских технологий, методов профилактики, диагностики и лечения заболеваний, медицинской реабилитации, определения потребности в оснащенности медицинским оборудованием в соответствии с порядками оказания медицинской помощи по соответствующей специальности (медицинскому направлению), иные проблемные вопросы и возможные пути их решения.

Главный внештатный специалист имеет право, в т.ч. оказывать консультативную помощь органам государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере охраны здоровья при их обращении.

Таким образом, апелляционная коллегия считает, что вышеуказанный ответ был дан профессиональным специалистом в области оказания паллиативной помощи и заслуживает внимания с учетом позиции лица, привлекаемого к административной ответственности.

 Частью 1 статьи 26.1 КоАП РФ установлено, что по делу об административном правонарушении выяснению подлежат:

1) наличие события административного правонарушения;

2) лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность;

3) виновность лица в совершении административного правонарушения:

4) обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность;

5) характер и размер ущерба, причиненного административным правонарушением;

6) обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении;

7) иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Данные обстоятельства подлежат доказыванию путем представления административным органом соответствующих доказательств.

Согласно ч. 1 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с частью 4 статьи 1.5 КоАП РФ неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

В соответствии с позицией Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.04.2005 N 119-О, положения части 2 статьи 2.1 КоАП РФ, предусматривающие основания, при обязательном наличии которых юридическое лицо может быть признано виновным в совершении административного правонарушения, направлены на обеспечение действия презумпции невиновности (статья 1.5 КоАП РФ), имеют целью исключить возможность привлечения юридических лиц к административной ответственности при отсутствии их вины.

Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, за исключением случаев, предусмотренных примечанием к настоящей статье (в ред. Федерального закона от 24.07.2007 N 210-ФЗ).

При рассмотрении заявления о привлечении к административной ответственности в полномочия суда не входит установление признаков состава административного правонарушения, а проверяется правильность установления этих признаков административным органом.

В соответствии с положениями статьи 26.2 доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела (ч.1).

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (ч.2).

В рассматриваемом случае административным органом не представлено совокупности достоверных, достаточных доказательств, подтверждающих совершение вмененного деяния и вины Общества. Как уже было ранее отмечено, выводы административного органа основывались лишь на указании в медицинских документах на проведение пациентке паллиативной ПХТ, что апелляционный суд признает недостаточным доказательствами вменяемого правонарушения.

Приведенные в обоснование своей позиции административным органом доводы апелляционная коллегия отклоняет ввиду вышеизложенного.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия признает выводы суда ошибочными, вследствие чего решение суда подлежит отмене, а требования Управления о привлечении Общества к административной ответственности не подлежащими удовлетворению. 

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, не установлено.

В соответствии с частью 4 статьи 208 АПК РФ заявление об оспаривании  решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается, в связи с чем необходимо возвратить заявителю апелляционной жалобы ошибочно уплаченную государственную пошлину по платежному поручению № 1187   от 05.12.2017 в сумме 3000 рублей из доходов федерального бюджета, о чем выдать справку.

        Руководствуясь частью 2 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Воронежской области от 01.12.2017 по делу № А14-18542/2017 - отменить.

       В удовлетворении требований  Территориальному органу Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Воронежской области  о привлечении к административной ответственности общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональный медицинский центр ранней диагностики и лечения онкологических заболеваний» по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ отказать.

       Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяЕ.А. Семенюта

Судьи Н.Д. Миронцева

ФИО1