ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

18.01.2023

 

Дело № А40-235/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена  16 января    2023 года.

Полный текст постановления изготовлен  18 января   2023 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

Председательствующего судьи: Матюшенковой Ю.Л.,

судей: Анциферовой О.В., Нагорной А.Н.,

при участии в заседании: 

от истца (заявителя): ФИО1 д. от 12.03.21, ФИО2 д. от 26.11.2020

от ответчика (заинтересованного лица): ФИО3 д. от 16.01.23

рассмотрев 16 января 2023 года в открытом судебном заседании кассационную жалобу Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 

на решение Арбитражного суда города Москвы  от 27.06.2022,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022,

по заявлению ПАО «Акционерная нефтяная компания «Башнефть»

к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2

о признании недействительным решения 

 

установил:

Публичное акционерное общество "Акционерная нефтяная компания "Башнефть" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам N 2 о признании незаконным решения МИ ФНС по КН N 2 от 30.12.2020 N 13-14/199 в части доначисления налога на имущество в сумме 34 346 188, 43 руб., соответствующих сумм пени и штрафа, по пункту 2.2 мотивировочной части Решения от 30.12.2020 N 13-14/199.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2022 заявление ПАО АНК "Башнефть" удовлетворено.

Постановлением Девятого  арбитражного апелляционного суда        от19.09.2022 решение оставлено без изменения. 

Законность судебных актов проверена в порядке ст. ст. 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с кассационной жалобой МИФНС России по КН № 2, в которой она со ссылкой на несоответствие выводов судов  фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

В заседании суда кассационной инстанции представитель инспекции поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель общества в отзыве на кассационную жалобу и в заседании суда возражал против кассационной жалобы. Отзыв на кассационную жалобу представлен и приобщен к материалам дела.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права, доводы кассационной жалобы и возражений относительно них, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Судами установлено, что Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам N 2 проведена выездная налоговая проверка ПАО АНК "Башнефть" за период с 01.01.2015 по 31.12.2017 по всем налогам и сборам.

По результатам проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля, в том числе технической экспертизы,  Инспекция вынесла решение от 30.12.2020 N 13-14/199 о привлечении ПАО АНК "Башнефть" к ответственности за совершение налогового правонарушения.

 Общество оспаривает выводы Решения от 30.12.2020 N 13-14/199 о привлечении лица к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части налога на имущество в сумме 34 346 188,43 руб., соответствующих пени и штрафа по следующим объектам основных средств: Линии кабельные связи УПВ (инвентарный номер 123000003423), линии кабельные УПВ (инвентарный номер 123000003424), Линия кабельная (инвентарный номер 123000003425), Линия кабельная внутриустановочная (инвентарный номер 123000006510), Линия кабельная Ввод-1 с ЦРП-9 (инвентарный номер 123000006511), Линия кабельная Ввод-2 с ЦРП-9 (инвентарный номер 123000006512), Линия силового кабеля (инвентарный номер 123000003204), Линия силового кабеля (инвентарный номер 123000003207), Труба дымовая печи F-001 (инвентарный номер 142000063835).

Применив положения ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ, ст. 130 ГК РФ, ст.ст. 11, 374, 375, 381 НК РФ, ПБУ 6/01, ОКОФ (ОК 013-2014 (СНС 2008) и действовавший до 2017 года ОК 013-94, Федерального закона от 07.07.2003 N 126-ФЗ "О связи", Положения "Об особенностях государственной регистрации права собственности и других вещных прав на линейно-кабельные сооружения связи", утвержденного Правительством РФ в Постановлении от 11.02.2005 N 68, правовой подход, изложенный в п. 31 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019)" (утв. Президиумом ВС РФ 25.12.2019), Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2021 N 308-ЭС20-23222 и от 28.09.2021 N 308-ЭС21-6663, пункте 38 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК Российской Федерации", Обзоре судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета (утв. Президиумом ВС РФ 30.11.2016), суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что спорные объекты не подлежат обложению налогом на имущество, поскольку не относимы к недвижимому имуществу. 

Не согласившись  с выводами судов, налоговый орган ссылается в кассационной жалобе  на  ошибочность классификации судами  спорного имущества с учетом:  присвоения  спорным объектам кодов ОКОФ, относящихся к «Сооружениям; наличия у трубы дымовой фундамента и  неразрывной связи с  печью, а также отсутствия  самостоятельного функционального назначения;  результатов проведенной в ходе выездной проверки технической экспертизы;  функционального назначения кабельных линий.

Суд округа не усматривает оснований согласиться с доводами кассационной жалобы, поскольку выводы судов сделаны   при правильном применении норм права с учетом сложившейся судебной практики на основании  полного исследования и оценки представленных в дело доказательств. 

Спорной по делу являлась квалификация  в качестве движимого имущества: Линии кабельные связи УПВ (инвентарный номер 123000003423), линии кабельные УПВ (инвентарный номер 123000003424), Линия кабельная (инвентарный номер 123000003425), Линия кабельная внутриустановочная (инвентарный номер 123000006510), Линия кабельная Ввод-1 с ЦРП-9 (инвентарный номер 123000006511), Линия кабельная Ввод-2 с ЦРП-9 (инвентарный номер 123000006512), Линия силового кабеля (инвентарный номер 123000003204), Линия силового кабеля (инвентарный номер 123000003207), Труба дымовая печи F-001 (инвентарный номер 142000063835).

Налоговый орган относил спорные объекты к недвижимому имуществу исходя из следующего: спорные объекты являются сооружениями, являются неотъемлемой частью технологического процесса переработки нефти, составляют единое целое с объектами недвижимого имущества в силу функциональной связи с ними, спорные объекты по своей конструкции не предназначены для последующей разборки, перемещения и сборки на новом месте, прочная связь с землей, по мнению налогового органа выражается в утрате функционального назначения объектов во время его перемещения, в значительной протяженности объектов и наличие соединения с другими объектами.  Доводы налогового органа основаны, в том числе, на результатах технической экспертизы, назначенной и проведенной в рамках дополнительных мероприятий налогового контроля - заключении эксперта Некоммерческого партнерства "Гильдия профессиональных экспертов и оценщиков" от 18.11.2020 N 2/20 (далее - Экспертное заключение налогового органа).

Вопреки позиции  инспекции, суды согласились с доводами налогоплательищка, что спорные объекты основных средств не являются частью или составными конструктивными элементами объектов строительства, не предназначены для обслуживания зданий и сооружений, не создавались/не возводились на земельных участках, установлены без сооружения фундамента. Спорные объекты основных средств приобретались как самостоятельные объекты на основании гражданско-правовых сделок и предназначались для производства продукции или обслуживания производственного процесса. Спорные объекты основных средств не имеют государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости.

Соглашаясь с квалификацией спорных объектов как движимого имущества, суды исходили  из выработанных  судебной практикой  критериев квалификации. 

Определенность налогообложения при взимании налога на имущество организаций обеспечивается за счет использования установленных в бухгалтерском учете формализованных критериев признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств. Правила формирования в бухгалтерском учете информации об основных средствах организации установлены Положением по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01 (утв. приказом Минфина России от 30.03.2001 N 26н, далее - ПБУ 6/01). Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете выступает Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), введенный в действие Приказом Росстандарта от 12.12.2014 N 2018-ст, и ранее действовавший Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-94, утвержденный Постановлением Госстандарта России от 26.12.1994 N 359.

Сами по себе критерии прочной связи вещи с землей, невозможности раздела вещи в натуре без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения, а также соединения вещей для использования по общему назначению в сложную вещь, используемые гражданским законодательством (пункт 1 статьи 130, пункт 1 статьи 133, статья 134 ГК РФ), не позволяют однозначно решить вопрос о праве налогоплательщиков на применение рассматриваемой льготы, поскольку эти критерии не позволяют разграничить инвестиции в обновление производственного оборудования и создание некапитальных сооружений от инвестиций в создание (улучшение) объектов недвижимости - зданий и капитальных сооружений. В обоих случаях приобретаемые налогоплательщиком активы до окончания монтажа не имеют прочной связи с землей, а после начала эксплуатации - могут образовывать сложную вещь с объектом недвижимости, разделение которой без разрушения или повреждения становится невозможным или экономически нецелесообразным.

Вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац 1 пункта 1 статьи 130 ГК РФ), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац 2 пункта 1 статьи 130 ГК РФ).

Иными словами, объект гражданского права можно признать недвижимой вещью либо по объективному критерию в силу своей прочной связи с землей, либо по формальному критерию в силу его отнесения к недвижимости законом. При этом имущество, обладающее признаком физической связи с землей, может быть признано недвижимостью лишь в том случае, если оно создано как объект недвижимости в установленном законом и иными правовыми актами порядке, с получением необходимых разрешений и соблюдением градостроительных норм и правил на земельном участке, предоставленном именно под строительство объекта недвижимости.

Более того, помимо неразрывной связи с землей объект недвижимости должен иметь самостоятельное функциональное назначение. Для объектов, имеющих самостоятельное функциональное назначение, в целях квалификации их недвижимым имуществом требуется определение характера связи между объектом и его фундаментом, а также конструктивные характеристики самого объекта.

Суды исходили из следующих признаков, квалифицирующих объект недвижимого имущества:  отсутствие типового изготовления объекта или сборно-разборных несущих, ограждающих конструкций;  наличие у объекта признака прочной связи с землей, т.е. перемещение без несоразмерного ущерба его назначению невозможно.  Согласно позиции Верховного Суда РФ, закрепленной в Определениях от 17.05.2021 N 308-ЭС20-23222 и от 28.09.2021 N 308-ЭС21-6663, исключения из объекта налогообложения, предусмотренные подпунктом 8 пункта 4 статьи 375 и пунктом 25 статьи 381 НК РФ, применимы при последовательном выполнении следующих условий:  объект выступал движимым имуществом при его приобретении; объект правомерно принят на учет в качестве отдельного инвентарного объекта; если объект принят к учету в качестве машины и оборудования, то он не облагается налогом на имущество; если объект принят к учету в качестве сооружения, то появляется еще одно условие: капитальность сооружения, то есть, наличие прочной связи с землей. Если такой связи нет, то объект не облагается налогом на имущество.

Спорные объекты проанализированы судами  применительно к указанным правовым подходам и установлено, что  кабельные линии электропередачи и кабельные линии связи не могут быть отнесены к недвижимому имуществу. Кабельные линии связи представляют собой физический кабель и не входят в состав линейно-кабельных сооружений, отраслевым законодательством рассматриваются ка движимое имущество. Кабельные линии электропередачи  представляют собой  наружную электропроводку в лотках, расположенных на эстакадах и не являются недвижимым имуществом в силу своего назначения и отсутствия контакта и связи с землей. Линии связи  могут быть  разобраны и смонтированы  вновь без ущерба для их  функциональности. Труба дымовая признана движимым имуществом ввиду  отсутствия фундамента, ее  монтажа из 4  модулей, которые доставлены на объект отдельно, имеется конструктивная возможность перемещения и отсутствует связь с землей.  

Таким образом, суды пришли к законному и обоснованному выводу, что спорные объекты не имеют прочной связи с землей, поскольку не соприкасаются с поверхностью земли. Кабельные линии проложены на эстакадах в лотках, закреплены при помощи разборного соединения (муфт), обеспечивающего возможность движения, способ крепления данных объектов к технологическому оборудованию также является разъемным (фланцевым), что позволяет их переместить без причинения несоразмерного ущерба их назначению. Труба дымовая имеет блочно-модульную конструкцию, модули закрепляются между собой болтовым соединением, крепление к опоре осуществляется фланцевым соединением.

Кроме того, учтено, что в отношении спорных объектов сформирована правоприменительная практика, в соответствии с которой они признаются движимым имуществом.  Так, Определением ВС РФ от 24.03.2022 N 301-ЭС22-1757 отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании дела, в котором суд признал движимым имуществом, в том числе объекты: внутренние кабельные сети (система электроснабжения тепловой электростанции), дымовая труба.

Доводы налогового органа  со ссылкой на коды ОКОФ получили надлежащую правовую оценку с учетом судебной практики. Само по себе отнесение того или иного объекта к категории "сооружение" не позволяет однозначно утверждать, что такой объект является недвижимым имуществом до тех пор, пока не будет подтверждено наличие у него прочной связи с землей. Верховный Суд Российской Федерации в Определениях от 17.05.2021 N 308-ЭС20-23222 и от 28.09.2021 N 308-ЭС21-6663  разграничил недвижимое имущество - здания и капитальные сооружения от движимого имущества - оборудования и некапитальных сооружений, что соответствует пункту 10.2 статьи 1 ГрК РФ.

Судами, вопреки доводам кассационной жалобы, дана надлежащая правовая оценка представленным обеими сторонами экспертным заключениям. 

Так, экспертное заключение, представленное Инспекцией признано выполненным с существенными нарушениями, в связи чем не принято как доказательство, подтверждающее выводы Налогового органа.  Суды первой и апелляционной инстанций установили, что  выводы эксперта не имеют надлежащего технического, технологического обоснования в тексте заключения, сделаны без исследования технических и конструктивных особенностей спорных объектов. Фактически экспертом осуществлен правовой анализ, который не относится к его компетенции.  Соответственно, имеет место ненадлежащий технический уровень исполнения экспертизы, исследование вопросов, не относящихся к компетенции эксперта, отсутствие обоснования выводов по вопросам экспертизы. Эксперт ограничивается констатацией фактов и не приводит обоснования своих выводов. Квалификация эксперта  судом не признана, поскольку эксперт ФИО4 специализируется на подготовке экспертных заключений по вопросам оценки имущества, является специалистом в оценочной деятельности.

Кроме того, суды учли судебные акты, в которых экспертные заключения НК "Гильдия профессиональных экспертов и оценщиков", эксперта ФИО4 не принимаются судами в качестве доказательств по делу со ссылкой на нарушения, допущенные при производстве экспертизы и оформлении ее результатов (Постановление 9 ААС от 12.04.2022 по делу N А40-176960/2020, решение АС г. Москвы от 12.04.2022 по делу N А40-95182/2020).

При таких обстоятельствах представленное инспекцией экспертное заключение обоснованно отклонено судами как не подтверждающее правомерности позиции налогового органа.

При этом судами признано допустимым, достоверным представленное налогоплательщиком экспертное заключение, поскольку оно без нарушения правил проведения экспертизы,  и в отличие от экспертизы, выполненной по заказу налогового органа, с выполнением визуального осмотра объектов исследования, что значительно повышает достоверность результатов экспертизы.

Процессуальные нарушения, на которые указал налоговый орган, выразившиеся, по его мнению, в недостаточном исследовании судами существенных для дела обстоятельств и подтверждающих их доказательств, не подтверждаются материалами дела. Судами исследована в полном объеме вся совокупность доказательств, представленных сторонами, поэтому отсутствие в судебных актах ссылки на отдельные доказательства не является существенным и не привело к неправильному разрешению спора. 

Суд кассационной инстанции отклоняет приведенные в кассационной жалобе доводы, поскольку они не опровергают выводы судебных инстанций, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судами, свидетельствуют о несогласии заявителя с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка. Несогласие заявителя с их оценкой и иная интерпретация, неправильное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (ст. 71 АПК РФ).

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (ч. ч. 1, 3 ст. 286 АПК РФ).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (ч. 2 ст. 287 АПК РФ).

Судебными инстанциями правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам.

Доводы жалобы направлены на переоценку выводов суда первой и апелляционной инстанций, что в силу ст. 286 и ч. 2 ст. 287 АПК РФ не допускается при рассмотрении спора в суде кассационной инстанции.

Нарушений судом первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, не установлено.

 Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

постановил:

решение Арбитражного суда города Москвы  от 27.06.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 по делу № А40-235/2022 – оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Председательствующий судьяЮ.Л. Матюшенкова

Судьи: О.В. Анциферова 

А.Н. Нагорная