Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А12-39770/2019

28 февраля 2020 г.

город  Волгоград

Резолютивная часть решения объявлена 25 февраля 2020 года.

Судья Арбитражного суда Волгоградской области Я.Л. Сорока,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи С.А. Коротковой, рассмотрев в судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «Газпром газораспределение Волгоград», акционерного общества «Волгоградгоргаз» к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Волгоградской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) антимонопольных органов, 

с участием заинтересованных лиц: ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, 

при участии в судебном заседании:

от ООО «Газпром газораспределение Волгоград» - ФИО6, представитель по доверенности №13/20 от 01.01.2020,

от АО «Волгоградгоргаз»  - ФИО7, представитель по доверенности от 01.01.2020, 

от ответчика – ФИО8, представитель по доверенности № 01-03-33-17 от 14.01.2020, диплом ВСА 1124894 от 28.06.2011;

от заинтересованных лиц – ФИО5, паспорт,

                                                              УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Газпром газораспределение Волгоград» и акционерное общество «Волгоградгоргаз» (далее – заявители) обратились в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением, в котором просят признать незаконным и отменить решение и предписание Управления Федеральной антимонопольной службы по Волгоградской области (далее – антимонопольный орган, управление) от 11.09.2019 № 034/01/10-79/2019 о нарушении антимонопольного законодательства. 

На вопрос суда, с учетом содержания оспариваемого решения и просительной части заявления, заявители пояснили, что решение антимонопольного органа оспаривается в части выводов относительно установленного в типовых договорах гарантийного срока. Выводы управления относительно примененных тарифов заявителями не оспариваются.

В отзыве и судебном заседании антимонопольный орган возражал против удовлетворения заявленных требований, заинтересованное лицо ФИО5 также возражал против удовлетворения заявленных требований.

Заявители требования поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в порядке ст.ст. 121-123 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, по результатам рассмотрения поступивших в антимонопольный орган обращений ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 УФАС по Волгоградской области принято решение по делу о нарушении антимонопольного законодательства № 034/01/10-79/2019 от 10.09.2019 (т. 5 л.д. 118-124).

Предметом указанных обращений являлось установление, по мнению заявителей, АО «Волгоградгоргаз» и ООО «Газпром газораспределение Волгоград» монопольно высокой цены на услуги по техническому обслуживанию внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования (далее – ТО ВКГО). 

С учетом предмета обращений в антимонопольный орган, Управление пришло к выводу о том, что в действиях группы лиц в составе АО «Волгоградгоргаз» и ООО «Газпром газораспределение Волгоград», в части установления монопольно высокой цены на услуги по ТО ВКГО отсутствуют признаки нарушения части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

В части данных выводов решение антимонопольного органа заявителями не оспаривается.

Вместе с тем, в рамках рассмотрения дела Управлением было установлено, что гарантийный срок на проведение работ по ТО ВКГО АО «Волгоградгоргаз» составляет 6 месяцев для физических лиц, а ООО «Газпром газораспределение Волгоград» – 2 месяца, что может иметь признаки злоупотребления доминирующим положением хозяйствующего субъекта в части ущемления интересов неопределенного круга потребителей.

В соответствии с данным решением группа лиц в составе Акционерного общества «Волгоградгоргаз» и общества с ограниченной ответственностью «Газпром газораспределение Волгоград» признаны нарушившими часть 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, что выразилось в злоупотреблении доминирующим положением хозяйствующего субъекта путем установления гарантийного срока на услуги по ТО ВКГО для физических лиц на территории Волгоградской области, ущемляющего интересы неопределенного круга лиц.

Управлением заявителем выдано предписание от 16.09.2019 по делу № 034/01/10-79/2019 в соответствии с которым заявителям предписано (т. 5 л.д. 125-126):

АО «Волгоградгоргаз и ООО «Газпром газораспределение Волгоград» в течение 60 рабочих дней с момента получения предписания прекратить нарушение части 1 статьи 10 Закона защите конкуренции, выразившееся в злоупотреблении доминирующим положением хозяйствующего субъекта путем установления гарантийного срока на услуги по ТО ВКГО для физических лиц на территории Волгоградской области, ущемляющего интересы неопределенного круга лиц, и с этой целью:

1. АО «Волгоградгоргаз»:

1.1. Совершить действия направленные на внесение изменений в пункт типовой формы договора на услуги по ТО ВКГО, предусматривающий установление гарантийного срока и определить гарантийный срок на услуги по ТО ВКГО не менее, чем периодичность проведения данных работ, установленная постановлением Правительства РФ от 14.05.2013 № 410 «О мерах по обеспечению безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования».

1.2. По ранее заключенным с физическими лицами договорам на услуги по ТО ВКГО направить предложение об изменении условия договоров о гарантийном сроке в соответствии с типовой формой договора с учетом внесенных в нее изменений, предусмотренных пунктом 1.1 настоящего предписания.

2. ООО «Газпром газораспределение Волгоград»:

2.1. Совершить действия направленные на внесение изменений в пункт типовой формы договора на услуги по ТО ВКГО, предусматривающий установление гарантийного срока и определить гарантийный срок на услуги по ТО ВКГО не менее, чем периодичность проведения данных работ, установленная постановлением Правительства РФ от 14.05.2013 № 410 «О мерах по обеспечению безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования».

2.2. По ранее заключенным с физическими лицами договорам на услуги по ТО ВКГО направить предложение об изменении условия договоров о гарантийном сроке в соответствии с типовой формой договора с учетом внесенных в нее изменений, предусмотренных пунктом 1.1 настоящего предписания.

Не согласившись с указанным решением (в части выводов относительно установления гарантийного срока и резолютивной части) и предписанием, заявители обратились в арбитражный суд.

В силу статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

При рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов государственных органов арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, а также устанавливает, нарушает ли оспариваемый акт права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. В случае установления названных обстоятельств арбитражный суд принимает решение о признании ненормативного акта недействительным (часть 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 6 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено следующее: основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов юридического лица.

В соответствии со статьей 22 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" антимонопольный орган выполняет следующие основные функции, в том числе, обеспечение государственного контроля за соблюдением антимонопольного законодательства, выявление нарушения антимонопольного законодательства, принятие мер по прекращению нарушения антимонопольного законодательства и привлечение к ответственности за такие нарушения.

Частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции установлен запрет на совершение хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на конкретном товарном рынке, действий (бездействия), результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц.

Для квалификации действий хозяйствующего субъекта по данной статье необходимо, чтобы на соответствующем товарном рынке он занимал доминирующее положение, совершил действие (бездействие), характеризующееся как злоупотребление этим положением, и это привело (создало угрозу) к ограничению конкуренции или ущемлению прав лиц. Отсутствие одного из элементов состава данного правонарушения исключает возможность признания хозяйствующего субъекта нарушителем антимонопольного законодательства.

Как следует из абзаца 3 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 N 30, также надлежит иметь в виду, что суд или антимонопольный орган вправе признать нарушением антимонопольного законодательства и иные действия (бездействие), кроме установленных частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, поскольку приведенный в названной части перечень не является исчерпывающим. При этом, оценивая такие действия (бездействие) как злоупотребление доминирующим положением, следует учитывать положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 10, части 1 статьи 13 Закона о защите конкуренции, и, в частности, определять, были совершены данные действия в допустимых пределах осуществления гражданских прав либо ими налагаются на контрагентов неразумные ограничения или ставятся необоснованные условия реализации контрагентами своих прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закона о защите конкуренции доминирующим положением признается положение хозяйствующего субъекта (группы лиц) или нескольких хозяйствующих субъектов (групп лиц) на рынке определенного товара, дающее такому хозяйствующему субъекту (группе лиц) или таким хозяйствующим субъектам (группам лиц) возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке, и (или) устранять с этого товарного рынка других хозяйствующих субъектов, и (или) затруднять доступ на этот товарный рынок другим хозяйствующим субъектам.

Согласно части 3 статьи 5 Федерального закона N 135-ФЗ доминирующим признается положение каждого хозяйствующего субъекта из нескольких хозяйствующих субъектов (за исключением финансовой организации), применительно к которому выполняются в совокупности следующие условия:

- совокупная доля не более чем трех хозяйствующих субъектов, доля каждого из которых больше долей других хозяйствующих субъектов на соответствующем товарном рынке, превышает пятьдесят процентов, или совокупная доля не более чем пяти хозяйствующих субъектов, доля каждого из которых больше долей других хозяйствующих субъектов на соответствующем товарном рынке, превышает семьдесят процентов (настоящее положение не применяется, если доля хотя бы одного из указанных хозяйствующих субъектов менее чем восемь процентов);

- в течение длительного периода (в течение не менее чем одного года или, если такой срок составляет менее чем один год, в течение срока существования соответствующего товарного рынка) относительные размеры долей хозяйствующих субъектов неизменны или подвержены малозначительным изменениям, а также доступ на соответствующий товарный рынок новых конкурентов затруднен;

- реализуемый или приобретаемый хозяйствующими субъектами товар не может быть заменен другим товаром при потреблении (в том числе при потреблении в производственных целях), рост цены товара не обусловливает соответствующее такому росту снижение спроса на этот товар, информация о цене, об условиях реализации или приобретения этого товара на соответствующем товарном рынке доступна неопределенному кругу лиц.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 9 Закона о защите конкуренции АО «Волгоградгоргаз» и ООО «Газпром газораспределение Волгоград» входят в одну группу лиц.

По результатам проведенного антимонопольным органом анализа состояния конкуренции на рынке услуг по ТО ВГКО на территории Волгоградской области за период с 01.01.2018 по 31.12.2018 вышеуказанная группа лиц занимает доминирующее положение на рынке услуг ТО ВКГО на территории Волгоградской области, доля их участия составляет 99% (в 2017 году – 97%).

Доводы заявителей о недостоверности данного анализа ввиду наличия неучтенной в анализе организации оказывающей аналогичные услуги (ООО «Ахтубагазпроект»), что подтверждается договором  от 18.11.2019, не могут быть приняты судом, поскольку часть 9 статьи 5 Закона о защите конкуренции предусматривает, что временной интервал анализа состояния конкуренции определяется в зависимости от цели исследования, особенностей товарного рынка и доступности информации. Наименьший временной интервал анализа состояния конкуренции в целях установления доминирующего положения хозяйствующего субъекта должен составлять один год или срок существования товарного рынка, если он составляет менее чем один год.

Представленный договор заключен 18.11.2019, доказательств осуществления ООО «Ахтубагазпроект», а равно иными, не учтенными антимонопольным органом организациями, соответствующей деятельности в анализируемый период, не представлено.

Анализ состояния конкуренции на рынке услуг по ТО ВГКО осуществлен антимонопольным органом в соответствии с административным регламентом Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по установлению доминирующего положения хозяйствующего субъекта при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства и при осуществлении государственного контроля за экономической концентрацией, утвержденным приказом ФАС России от 17.01.2007 N 5 (зарегистрирован Минюстом России 23.05.2007 N 9541), и Порядком проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке, утвержденным приказом ФАС России от 28.04.2010 N 220 (зарегистрирован Минюстом России 02.08.2010 N 18026). Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Из материалов дела следует, что в типовых договорах на проведение работ по ТО ВКГО и договорах на проведение работ по ТО ВКГО заключенных заявителями с инициаторами обращения в антимонопольный орган гарантийный срок на проведение работ по ТО ВКГО АО «Волгоградгоргаз» составляет 6 месяцев для физических лиц, а ООО «Газпром газораспределение Волгоград» – 2 месяца.

На вопрос суда заявители пояснили, что не оспаривают факт наличия вышеуказанного условия в типовых формах (АО «Волгоградгоргаз» и ООО «Газпром газораспределение Волгоград»  соответственно) договора на проведение работ по ТО ВКГО.

Заявители указывают, что Правилами N 410, как специальной нормой, не установлен гарантийный срок на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту ВДГО. В качестве обязательного условия рассматриваемого публичного договора условие о гарантийном сроке также не предусмотрено. Ремонтные работы не входят в предмет рассматриваемого договора. Нормы ГК РФ относимые к договору подряда не распространяются на рассматриваемый договор. Указанное свидетельствует о необоснованности выводов антимонопольного органа.

Суд исходит из следующего.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 21.07.2008 года № 549 утверждены «Правила поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан» (далее – Правила № 549), которые регламентируют отношения, возникающие при поставке газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан в соответствии с договором о поставке газа, в том числе устанавливают особенности заключения, исполнения, изменения и прекращения договора, его существенные условия, а также порядок определения объема потребленного газа и размера платежа за него.

Исходя из  п.п. 5. 7-9, 13, пп. «к» п. 21, пп. «б» п. 80 Правил № 549 заключение договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования является обязательным требованием действующего законодательства при поставке газа абонентам для коммунально-бытовых нужд.

С 01.06.2013 вступило в силу постановление Правительства Российской Федерации от 14.05.2013 N 410, которым утверждены Правила N 410, которые внесли изменения в правовое регулирование отношений, связанных с пользованием газом при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению, в том числе изменен порядок заключения и исполнения договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования.

В соответствии с п. 38 Правил N 410 условия договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования определяются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и данными Правилами.

Техническое обслуживание и ремонт внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования осуществляется на основании договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, заключаемого между заказчиком и исполнителем (п. 16 Правил N 410).

В п. 43 Правил № 410 предусмотрена обязанность исполнителя осуществлять техническое обслуживание внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования не реже 1 раза в год с учетом минимального перечня выполняемых работ (оказываемых услуг) (далее – Минимальный перечень) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, предусмотренного приложением к настоящим Правилам.

Минимальный перечень выполняемых работ (оказываемых услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования включает в себя следующие работы (услуги):

1. Визуальная проверка целостности и соответствия нормативным требованиям (осмотр) внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования;

2. Визуальная проверка наличия свободного доступа (осмотр) к внутридомовому и (или) внутриквартирному газовому оборудованию;

3. Визуальная проверка состояния окраски и креплений газопровода (осмотр);

4. Визуальная проверка наличия и целостности футляров в местах прокладки через наружные и внутренние конструкции многоквартирных домов и домовладений (осмотр);

5. Проверка герметичности соединений и отключающих устройств (приборный метод, обмыливание);

6. Проверка работоспособности и смазка отключающих устройств;

7. Разборка и смазка кранов;

8. Проверка работоспособности устройств, позволяющих автоматически отключить подачу газа при отклонении контролируемых параметров за допустимые пределы, ее наладка и регулировка;

9. Регулировка процесса сжигания газа на всех режимах работы, очистка горелок от загрязнений;

10. Проверка давления газа перед газоиспользующим оборудованием при всех работающих горелках и после прекращения подачи газа;

11. Замена баллонов для сжиженных углеводородных газов;

12. Проверка наличия тяги в дымовых и вентиляционных каналах, состояния соединительных труб с дымовым каналом;

13. Инструктаж потребителей газа по безопасному использованию газа при удовлетворении коммунально-бытовых нужд.

Кроме того, в силу подпункт «ж» п. 43 Правил № 410 исполнитель обязан выполнять работы по ремонту внутридомового или внутриквартирного газового оборудования на основании заявок заказчика.

Из содержания понятия «исполнитель» (абз. 8 п. 2 Правил 410), а также факта включения подпункта «ж» п. 43 Правил № 410 в раздел VI «Порядок и условия исполнения договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, права и обязанности сторон при исполнении указанного договора» следует, что как Минимальный перечень, так и работы по ремонту внутридомового или внутриквартирного газового оборудования на основании заявок заказчика осуществляются в рамках договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования.

В предмет договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования входят как услуги (например визуальная проверка наличия свободного доступа (осмотр) к внутридомовому и (или) внутриквартирному газовому оборудованию), так и непосредственно работы (разборка и смазка кранов, проверка работоспособности устройств, позволяющих автоматически отключить подачу газа при отклонении контролируемых параметров за допустимые пределы, ее наладка и регулировка) подразумевающие материальный результат выполненной работы.

Также к работам может относиться ремонт внутридомового или внутриквартирного газового оборудования по заявкам выполняемым, как указано выше, в рамках договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования.

Согласно п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Правилами N 410 не установлен гарантийный срок на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту ВДГО, вместе с тем, в Правилах № 410 указано, что  условия договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования определяются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и данными Правилами (п. 38 Правил N 410).

В рассматриваемом случае заявители по собственной инициативе ввели в форму типового договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования условие о гарантийном сроке на проводимые работы. Не указание в Правилах № 410, в качестве обязательного условия договора, условия о гарантийном сроке, не предполагает возможность произвольного его определения в противоречии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Договор о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования является по своей правовой природе договором оказания услуг.

Согласно ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Поскольку Правилами N 410 не установлен гарантийный срок на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту ВДГО, необходимо руководствоваться положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из содержания ст. 722 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (п. 1 ст. 721 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 2 ст. 724 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда на результат работы не установлен гарантийный срок, требования, связанные с недостатками результата работы, могут быть предъявлены заказчиком при условии, что они были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи результата работы, если иные сроки не установлены законом, договором или обычаями делового оборота.

Пунктом 3 ст. 724 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено право заказчика на предъявление требований, связанных с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока. В случае, когда предусмотренный договором гарантийный срок составляет менее двух лет и недостатки результата работы обнаружены заказчиком по истечении гарантийного срока, но в пределах двух лет с момента, предусмотренного п. 5 настоящей статьи, подрядчик несет ответственность, если заказчик докажет, что недостатки возникли до передачи результата работы заказчику или по причинам, возникшим до этого момента (п. 4 ст. 724 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применимость норм ст.ст. 722, 724 ГК РФ в рассматриваемом случае следует из вышеописанного предмета договора, включающего выполнение работ (в том числе входящих в Минимальный перечень), и ст. 783 ГК РФ.

Кроме того, применимость данных норм к договору, регулируемому специальной нормой - Правилами № 410, поддержана в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 20.06.2017 N Ф09-2832/17 по делу N А07-15884/2016.

Антимонопольный орган пришел к выводу, что гарантийный срок на проведение работ по ТО ВКГО АО «Волгоградгоргаз» в 6 месяцев для физических лиц, а ООО «Газпром газораспределение Волгоград» – 2 месяца, при периодичности проведения работ один раз в год, является необоснованно коротким, поскольку после окончания указанного гарантийного срока на потребителя возлагается дополнительная обязанность по оплате услуг, которая не зависит от качества оказанных (выполненных) услуг.

Принимая во внимание, что газ как источник топлива для коммунально-бытового потребления и соответствующее оборудование отнесены межгосударственными стандартами к опасным объектам, создающим реальную угрозу возникновения чрезвычайной ситуации, установленный гарантийный срок (АО «Волгоградгоргаз» в 6 месяцев для физических лиц, ООО «Газпром газораспределение Волгоград» – 2 месяца) является необоснованно коротким и нарушает права потребителя, так как именно на него будут возлагаться обязанность доказывания некачественного проведенного ТО ВКГО.

Антимонопольный орган отметил, с учетом возражений заявителей, что установление гарантийного срока на оказанные услуги в соответствии с периодичностью проведения работ по ТО ВКГО, не нарушают права исполнителя по договору о ТО ВКГО, поскольку срок будет установлен в пределах двухгодичного срока предусмотренного п. 4 ст. 724. Указанный срок не продляет установленный законом гарантийный срок на результат работы, а лишь устанавливает лицо, на котором лежит бремя доказывания причин возникновения недостатков в течении гарантийного срока, установленного договором.

Гарантийный срок - это срок, в течение которого исполнитель обязуется обеспечить соответствие качества результата услуг условиям договора и несет ответственность перед заказчиком за выявленные в нем недостатки (ст. 783, п. 1 ст. 722, п. 3 ст. 724 ГК РФ).

Газоиспользующее оборудование относится к опасным объектам, создающим реальную угрозу возникновения источника чрезвычайной ситуации.

В рассматриваемом случае Минимальный перечень включает в себя как визуальный осмотр, на что указывают заявители, так и выполнение работ. Установление гарантийного срока на выполненные работы менее рассматриваемой периодичности технического обслуживания нивелирует цель специального регулирования технического обслуживания потенциально взрывоопасного и пожароопасного оборудования, поскольку гарантия качества работ менее предусмотренного интервала обслуживания фактически освобождает исполнителя (исходя из гарантийных обязательств указанных в договоре) от ответственности за произведенные работы на значительную часть интервала технического обслуживания (10 из 12 месяцев или 6 из 12 месяцев межпроверочного интервала). 

  Согласно ч. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Статьей 10 Федерального закона от 26.07.2006 №135-Ф3 «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей.

Согласно ст. 26 Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» организациям - собственникам систем газоснабжения, поставщикам газа или уполномоченным ими организациям запрещается совершать действия, нарушающие антимонопольное законодательство.

Таким образом, действия АО «Волгоградгоргаз», ООО «Газпром газораспределение», выразившиеся в злоупотреблении доминирующим положением хозяйствующего субъекта в результате ущемления интересов других лиц при установлении гарантийного срока не соответствующего периодичности выполнения работ по ТО ВКГО для физических лиц на территории Волгоградской области, нарушают часть 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Также судом рассмотрена вероятность того  (что может следовать из доводов и пояснений заявителей), что установленный гарантийный срок в типовых договорах относится исключительно к работам по отдельным заявкам потребителей газа, а следовательно условие о гарантийном сроке применительно к услугам и работам предусмотренным Минимальным перечнем в типовых договорах отсутствует.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

Формулировка данного условия в рассматриваемых договорах содержит исключительно указание на гарантийный срок относительно произведенных работ, без их конкретизации в части вхождения в Минимальный перечень.

Исходя из буквального толкования рассматриваемого условия типовых договоров, данный гарантийный срок распространяется на все работы, выполненные в рамках договора, как входящие в Минимальный перечень, так и выполненные по заявкам.

Таким образом суд приходит к выводу об относимости данного пункта к работам, выполняемым в рамках Минимального перечня. 

При этом суд отмечает, что сама по себе возможность двойного толкования данного пункта позволяет сделать вывод, что действия по его включению направлены на ограничение прав потребителей, как более слабых участников правоотношений.

Данный вывод обусловлен тем, что в не зависимости от того, относится данный пункт к работам входящим в Минимальный перечень или к работам выполненным по заявкам, длительность гарантийного срока нормативно и доказательственно не обоснована.  

Суд учитывает то, что если исполнитель установит в договоре гарантийный срок меньшей продолжительности, чем указано в законе или ином правовом акте, заказчик будет вправе предъявить требования в связи с недостатками, обнаруженными по истечении договорного срока, но в пределах гарантийного срока, предусмотренного законом или иным правовым актом (ст. 783, п. 1 ст. 722 ГК РФ).

Вместе с тем, ограничение гарантийного срока в договоре влечет, в частности, введение в заблуждение более слабой стороны договора относительно его прав.

В данном контексте суд также отмечает обоснованность пунктов 1.2. и 2.2. предписания, поскольку введение данного пункта о гарантийном сроке длительностью 2 и 6 месяцев в условия договора профессионалами в рассматриваемых правоотношениях – заявителями – может свидетельствовать о введении в заблуждение более слабой стороны договора относительно их прав (и соответственно обязанностей исполнителей), как применительно к работам входящим в Минимальный перечень, так и в отношении неопределенного круга работ по заявкам, которые будут выполнены в дальнейшем.  

Введя данный пункт по собственной инициативе в условия договора, заявители, по мнению суда, обязаны изложить его в редакции соответствующей характеру рассматриваемых правоотношений и нормам действующего законодательства.

Ввиду чего судом также отклоняются доводы заявителей о том, что рассматриваемое предписание возлагает на заявителей обязанность введения  в договоры условия, не являющегося обязательным в силу закона. Как отражено ранее, данное условие введено по инициативе заявителей, антимонопольный орган не обязывает заявителей ввести новое условие (не являющееся обязательным в силу закона), а обязывает привести данное условие, введенное по инициативе заявителей, в соответствии с действующим законодательством во избежание нарушения прав потребителей.

В данном контексте суд отмечает, что поскольку условие о гарантийном сроке не отнесено к числу условий в обязательном порядке указываемых в договоре технического обслуживания, заявитель не лишен возможности исключить данное условие из текста типовых договоров, что также, по мнению суда, может свидетельствовать об исполнении и предписания в части пунктов 1.1, 2.1.

Доводы заявителей со ссылкой на условия договоров иных организаций, осуществляющих аналогичные услуги по обслуживанию газового оборудования, значения не имеют, поскольку предметом проверки антимонопольного органа деятельность данных организаций в рамках рассматриваемого дела о нарушении антимонопольного законодательства не являлась. 

Также не могут быть приняты доводы заявителей со ссылкой на проверку, проведенную территориальным подразделением Роспотребнадзора, поскольку в рамках настоящего арбитражного дела оспаривается акт антимонопольного органа. При этом к компетенции Роспотребнадзора не относится надзор за соблюдением антимонопольного законодательства.

Доводы заявителей относительно пунктов 1.2, 2.2 предписания о том, что жалоб лиц по заключенным договорам не поступало, судом также не принимаются.

Пунктом 6 постановления пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 установлено, что арбитражными судами следует учитывать, что по результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства, допущенном при заключении конкретного договора, антимонопольный орган вправе вынести предписание об изменении условий заключенного договора или о его расторжении. В случае если установлено, что с иными лицами заключены договоры, содержащие аналогичные условия, антимонопольный орган при отсутствии ходатайств этих лиц вправе обязать хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение, направить предложение своим контрагентам об изменении таких договоров.

Доводы заявителей о затратности направления соответствующих предложений контрагентам не являются основанием для признания спорного предписания незаконным. Заявители не лишены возможности обратиться в антимонопольный орган с заявлением относительно продления срока исполнения предписания, согласования порядка его исполнения.

При изложенных обстоятельствах основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

                                                        РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Газпром газораспределение Волгоград», акционерного общества «Волгоградгоргаз» отказать.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

           Судья                                                                                                       Я.Л. Сорока