АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                                 Дело  № А19-20999/2016 

29.05.2017 г.

Резолютивная часть решения объявлена  в судебном заседании  23.05.2017   года.

Решение  в полном объеме изготовлено   29.05.2017 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Дягилевой И.П., при ведении протокола судебного заседания  помощником судьи Пущиной Т.Н., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФЕДЕРАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТНОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО  УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ «ИРКУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ А.А. ЕЖЕВСКОГО»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664038, Иркутская область, Иркутский район, п. Молодежный)

к ОТКРЫТОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ИРКУТСКАЯ ПРОДОВОЛЬСТВЕННАЯ КОРПОРАЦИЯ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664007, 

<

...>), ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСВЕННОСТЬЮ «ТЕХНОСЕРВИС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664040, 

<

...>)

о признании соглашения об уступке прав (требования) недействительным (ничтожным), 

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО1 – доверенность  от 09.11.2016, паспорт (до объявления перерыва),

от ООО "Техносервис": не явились,

от ОАО "ИПК" – не явились.

В судебном заседании в порядке статьи 163 объявлялся перерыв с 17.05.2017 по 22.05.2017 и с 22.05.2017 по 23.05.2017г.

УСТАНОВИЛ:

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ  УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ «ИРКУТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ А.А. ЕЖЕВСКОГО»   обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ОТКРЫТОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ИРКУТСКАЯ ПРОДОВОЛЬСТВЕННАЯ КОРПОРАЦИЯ" и ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСВЕННОСТЬЮ «ТЕХНОСЕРВИС» о признании соглашения об уступке прав (требования) от 24.01.2016, вытекающее из государственных контрактов № 38/2013-ОАЭФ и № 28/2013-ОАЭФ от 05.11.2013, недействительным (ничтожным). 

В обоснование иска истец ссылается на недействительность оспариваемого соглашения в силу ничтожности, как несоответствующего требованиям пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации и заключенное в нарушение требований пункта 8.3 государственных контрактов № 38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013 и № 28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013 в отсутствие согласия истца на уступка прав требований.

ООО «Техносервис» иск не признало, в отзыве на иск указало, что в силу положений пункта 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации оспариваемая сделка по уступки прав денежного требования, совершенная без согласия должника, не лишает силы такую уступку и не может быть признана недействительной, а влечет иные последствие, такие как ответственность первоначального кредитора за совершении уступке в отсутствие согласия должника. 

ОАО «ИПК» отзыв на иск не представило.  

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснив, что поставка комбайнов произведена. В письменных пояснениях по иску истец, ссылаясь на письмо Минфина России от 11.03.2015г. №02-02-08/12916, указал, что, несмотря на положения пункта 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации, на которые ссылается ООО «Техносервис», уступка прав в настоящем случае  противоречит требованиям закона, а именно положениям пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку государственные контракты  № 38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013 и № 28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013 заключены посредством проведения торгов.

Ответчики в судебное заседание не явились. Согласно сведениям официального интернет-сайта «Почта России» ООО «Техносервис» определение от 18.04.2017 об отложении судебного разбирательства получило 26.04.2017, ОАО «ИПК» - 28.04.2017.

Учитывая изложенное, дело рассматривается по правилам статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей ответчиков.

Рассмотрев материалы дела, выслушав представителя истца, ознакомившись с письменными доказательствами, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела,  15.10.2013 на основании протокола проведения итогов открытого аукциона в электронной форме №2-29/2013-ОАЭФ от 01.10.2013г. между Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего профессионального образования «Иркутская государственная сельскохозяйственная академия» (впоследствии – ФГБОУ ВО «Иркутский ГАУ имени А.А. Ежевского») (заказчиком) и ОАО «Иркутская продовольственная корпорация» (поставщиком) заключен государственный контракт на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №28/2013-ОАЭФ, согласно пункту 1.1 которого поставщик обязуется поставить комбайн зерноуборочный со следующими характеристиками: комбайн зерноуборочный «Полесье» КЗС-812-19, двигатель Д-260.4S3А.

В соответствии с пунктом 1.2 контракта общая сумма контракта 4 780 000 руб.

Согласно пункту 6.2 контракта оплата производится с момента поставки товара в полном объеме до окончания 4 квартала 2015 года.

Пунктом 8.3 контракта определено, что ни одна из сторон не вправе передавать свои права по настоящему контракту третьей стороне без письменного согласия другой стороны, кроме случаев, указанных в пункте 7.9 настоящего контракта.

Кроме того, 05.11.2013 на основании протокола проведения итогов открытого аукциона в электронной форме №2-38/2013-ОАЭФ от 22.10.2013г. между Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего профессионального образования «Иркутская государственная сельскохозяйственная академия» (впоследствии – ФГБОУ ВО Иркутский ГАУ имени А.А. Ежевского») (заказчиком) и ОАО «Иркутская продовольственная корпорация» (поставщиком) заключен государственный контракт на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №38/2013-ОАЭФ, согласно пункту 1.1 которого поставщик обязуется поставить комбайн зерноуборочный со следующими характеристиками: комбайн зерноуборочный «Полесье» КЗС-812-19, двигатель Д-260.4S3А.

В соответствии с пунктом 1.2 контракта общая сумма контракта 4 780 000 руб.

Согласно пункту 6.2 контракта оплата производится с момента поставки товара в полном объеме до окончания 4 квартала 2015 года.

Пунктом 8.3 контракта определено, что ни одна из сторон не вправе передавать свои права по настоящему контракту третьей стороне без письменного согласия другой стороны, кроме случаев, указанных в пункте 7.9 настоящего контракта.

После исполнения обязательств поставщиком 24.05.2016 Открытым акционерным обществом «Иркутская продовольственная корпорация» (первоначальным кредитором «цедентом») и Обществом с ограниченной ответственностью «Техносервис»  (новым кредитором «цессионарием») заключено соглашение об уступке прав требования (цессии), согласно пункту 1.1 которого первоначальный кредитор (цедент) уступает, а новый кредитор (цессионарий) принимает права требования первоначального кредитора (цедента) к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Иркутский государственный аграрный университет имени А.А.Ежевского» (должнику), возникшим из: государственного контракта на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013, заключенного между первоначальным кредитором (цедентом) и (должником); государственного контракта на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013, заключенного между первоначальным кредитором (цедентом) и (должником).

В соответствии с пунктом 1.2 соглашения права (требования) первоначального кредитора (цедента) к должнику на дату подписания соглашения включают:  сумму основного долга по государственному контракту на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013 в размере 4 450 000 руб.; сумму основного долга по государственному контракту на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013 в размере 4 780 000 руб.

Согласно пункту 1.3 соглашения право (требование) возникло на основании следующих удостоверяющих документов: государственного контракта на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013; государственного контракта на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013; товарной накладной №1735 от 20.12.2013; товарной накладной №1736 от 20.12.2013; товарной накладной №161 от 27.04.2015; товарной накладной №840 от 27.11.2014.

По условиям соглашения (пункт 3.1) в счет оплаты уступаемого права (требования) новый кредитор (цессионарий) обязуется уплатить первоначальному кредитору (цеденту) сумму в размере 9 230 000 руб., из них: за право (требования) по  государственному контракту на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013 новый кредитор (цессионарий) обязуется уплатить первоначальному кредитору (цеденту) сумму в размере 4 450 000 руб.; за право (требования) по  государственному контракту на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013 новый кредитор (цессионарий) обязуется уплатить первоначальному кредитору (цеденту) сумму в размере 4 780 000 руб.; 

30.09.2016 ООО «Техносервис» уведомило ФГБОУ ВО «Иркутский ГАУ имени А.А. Ежевского» о состоявшейся на основании указанного соглашения  уступке прав требования задолженности по государственному контракту на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013 в размере 4 450 000 руб. и по государственному контракту на поставку комбайна зерноуборочного для нужд ФГБОУ ВПО ИрГСХА №38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013 в размере 4 780 000 руб., предложив оплатить задолженность в размере 9 230 000 руб.

Истец, полагая, что заключенное Открытым акционерным обществом «Иркутская продовольственная корпорация» и Обществом с ограниченной ответственностью «Техносервис»  соглашение об уступке прав требования (цессии) от 24.05.2016 не соответствует условиям пункта 3.8 государственных контрактов № 38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013 и № 28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013, а также противоречит требованиям пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в суд с настоящим иском о признании названного соглашения недействительным (ничтожным).

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон и представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд считает необходимым отказать в удовлетворении заявленного иска по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 525 Гражданского кодекса Российской Федерации поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530).

Согласно статье 526 Гражданского кодекса Российской Федерации по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд (далее - государственный или муниципальный контракт) поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ) предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как указывалось выше, в качестве одного из оснований для признания соглашения об уступке права требования (цессии) от 24.05.2016 недействительным истец указывает на заключение данного соглашения в нарушение запрета, установленного пунктами 8.3 государственных контрактов, то есть без согласия должника (истца по делу).

Между тем, суд не может согласиться с обоснованностью указанного довода истца, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пунктам 2, 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

По смыслу данной правовой нормы, уступка прав (требований) допускается во всяком случае, если денежное обязательство сторон, права из которого уступаются, связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности.

Как установлено судом, предметом состоявшейся по соглашению от 24.05.2016 уступки является требование по денежному обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью (оплата поставленных комбайнов).

Таким образом, несмотря на то, что стороны предусмотрели в государственных контрактах (пункт 8.3) ограничение уступки требования, вытекающего из этого обязательства, необходимостью согласия на то другой стороны договора, следует признать, что нарушение такого ограничения влечет только последствие в виде возможной ответственности кредитора перед должником, но оно не лишает силы саму уступку такого требования. Следовательно, нарушение условий государственных контрактов  об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, не является основанием для признания договора цессии недействительным.

 Не соглашаясь также с доводом истца о недействительности оспариваемого соглашения, как нарушающего требования пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым указать следующее.

 Согласно пункту 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 08.03.2015 N 42-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Закон N 42-ФЗ), вступившего в силу 01.06.2015, если в соответствии с законом заключение договора возможно только путем проведения торгов, победитель торгов не вправе уступать права и осуществлять перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора. Обязательства по такому договору должны быть исполнены победителем торгов лично, если иное не установлено в соответствии с законом.

Введенное указанной нормой требование об исполнении договора лично победителем торгов означает запрет на передачу им возникающих из соответствующих договоров прав и обязанностей при выполнении работ, оказании услуг, поставке или получении имущества, в том числе во временное пользование.

Обязанность личного исполнения государственного (муниципального) контракта обусловлена необходимостью обеспечения принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

В то же время предусмотренный пунктом 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет не может быть распространен на уступку победителем торгов денежного требования, возникающего из заключенного на торгах договора, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Как следует из части 5 статьи 95 Закона N 44-ФЗ, при исполнении контракта не допускается перемена поставщика (подрядчика, исполнителя), за исключением случая, если новый поставщик (подрядчик, исполнитель) является правопреемником поставщика (подрядчика, исполнителя) по такому контракту вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения.

Таким образом, из толкования названных норм следует, что запрет направлен на обеспечение надлежащего исполнения подрядчиком основного обязательства, являющегося предметом контракта (договора), для защиты интересов заказчика от возможной уступки прав и обязанностей по заключенному контракту в части исполнения обязательств по поставке товара, выполнению работ, оказанию услуг.

Между тем, поскольку, как следует из пояснений истца поставка товаров, являющихся предметом государственных контрактов № 38/2013-ОАЭФ от 05.11.2013 и № 28/2013-ОАЭФ от 15.10.2013, осуществлена, препятствий для осуществления уступки денежного требования другому лицу не имелось.

Учитывая изложенное, арбитражный суд считает, что при рассмотрении настоящего спора необходимо исходить  из пункта 5 статьи 95 Закона N 44-ФЗ, которая является специальной нормой, устанавливающей исключительно запрет на перемену поставщика (исполнителя, подрядчика) при исполнении контракта и не препятствующей совершению уступки прав (требований) из контракта по оплате.

Поскольку поставщиком было уступлено право требования по денежному обязательству, личность кредитора в котором не имеет существенного значения для должника, не уступались права по личному исполнению обязательств поставщиком, суд приходит к выводу о соответствии договора цессии требованиям действующего гражданского законодательства (параграфа 1 главы 24 ГК РФ).

Указанное соответствует правовой позиции изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.04.2017г. по делу  №307-ЭС16-19959.

При изложенных обстоятельствах, суд не находит правовых оснований для признания заключенного 24.05.2016 Открытым акционерным обществом «Иркутская продовольственная корпорация» и Обществом с ограниченной ответственностью «Техносервис»  соглашения об уступке прав требования (цессии) недействительным, а соответственно и для удовлетворения исковых требований.

С учетом выводов, сделанных в ходе рассмотрения настоящего спора ссылка истца на письмо Минфина России от 11.03.2015г. №02-02-08/12916 не колеблет выводов суда о действительности оспариваемого соглашения.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

            Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

СудьяИ.ФИО2