ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-11508/2023

18 апреля 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена   11 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 апреля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Черемошкиной В.В.,

судей Нестерова С.А., Полубехиной Н.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ворониной Е.Ю.,

при участии:  

от истца: представитель ФИО1, на основании доверенности от 13.01.2023,

от ответчика: представитель не явился, извещен,

от 3-го лица: представитель ФИО2, на основании доверенности от 09.06.2023,

рассмотрев по правилам, установленным для рассмотрения дела судом первой инстанции в открытом судебном заседании, дело по иску: 

истец: ФИО3 

ответчик: ФИО4 

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Промтара ПФК» 

о признании мнимой сделки недействительной (ничтожной) и применении последствий ее недействительности

установил:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО4 о признании ничтожной как мнимой сделки между обществом с ограниченной ответственностью «Промтара ПКХ» (далее – Общество) и индивидуальным предпринимателем ФИО4, договора оказания услуг от 19.02.2021 № 1 (далее – Договор), просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата всего полученного по ней.

ООО «Промтара ПКХ» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.05.2023 в иске отказано.

На решение суда была подана апелляционная жалоба истцом, который настаивал на том, что представленные в материалы дела универсальные передаточные документы (УПД) не могут подтверждать реальность исполнения сделки, так как в графе «наименование товара» содержится указание на выполнение работ «изготовление 333 STAFF механизмы для скоросшивания», а не товара. 

Целью совершения платежей со ссылкой на оспариваемый договор, как полагает податель жалобы, был вывод денежных средств Общества, чтобы исключить распределение прибыли между его участниками, и такого рода платежи, как считает податель жалобы, не могут указывать на реальность спорной сделки.

Податель жалобы ссылается на то, что ФИО4 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 25.01.2021, менее, чем за месяц до заключения спорного договора, и прекратил осуществление предпринимательской деятельности 20.10.2022, после проведения последнего платежа по договору (26.08.2022). Первичные документы в подтверждение поставки товара отсутствуют, равно как и доказательства осуществления ФИО4 реальной предпринимательской деятельности.

Как утверждает податель жалобы, STAFF механизмы для скоросшивания это товар, который производится самим Обществом, и у него не имелось оснований для приобретения этого товара у иного лица.

Податель жалобы отмечает, что судом не дана оценка тому, что спорная сделка является сделкой с заинтересованностью, так как ФИО4 приходится братом участнику Общества – ФИО5.

ФИО4 представил письменные возражения относительно доводов апелляционной жалобы, в которых указал на то, что наличие у него реальной возможности оказания услуг подтверждается представленными в материалы дела договорами найма производственного помещения и квалифицированного персонала, объяснениями третьего лица.

В отзыве на апелляционную жалобу Общество возражало против ее удовлетворения, ссылаясь на то, что приобретение изделий осуществлялось ранее по договору от 01.01.2019, заключенному между Обществом и ФКУ ИК-7 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, с указанным лицом был заключен договор № 26, в рамках которого оно приняло на себя обязательства по сборке товаров с использованием материалов Общества.

По утверждению Общества доводы заявителя о самостоятельном изготовлении им необходимых изделий документально не подтверждены.

Наличие у ответчика возможности изготовления изделий, как полагает Общество, подтверждается копиями договора аренды нежилого помещения от 01.02.2021 № 11 и договора аренды нежилого помещения от 01.02.2022 № 12, заключенными с индивидуальным предпринимателем ФИО6 в отношении аренды части цеха раскроя листовых материалов с бытовой пристройкой площадью 32,5 кв.м. для использования в производственных целях; копией Трудового договора от 04.03.2021 № 1-04/03/2021, подтверждающего наличие в Общества работника, который фактически изготавливал изделия; договора купли-продажи оборудования от 01.12.2020 о приобретении ответчиком оборудования, необходимого для изготовления изделий.

По утверждению Общества, договор от 19.02.2021 № 1 представляет собой договор подряда, которым предусмотрено выполнение работ по изготовлению изделий. В связи с чем, именно наименование работ и указано в УПД. До заключения спорного договора, аналогичные правоотношения существовали между ответчиком и ФКУ ИК-7 УФСИН России по Санкт-Петербургу. 

Совершение сделки с заинтересованностью, как указывает заявитель, не было положено в основание заявленного иска. 

При рассмотрении апелляционной жалобы суд пришел к выводу о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, являющимся  безусловным основанием для отмены судебного акта: рассмотрении дела без привлечения к участию в нем в качестве соответчика Общества. Определением от 17.08.2023 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, Общество привлечено к участию в деле в качестве ответчика.

Общество представило отзыв на иск, в котором поддержало ранее заявленные возражения против его удовлетворения.

Общество пояснило, что во исполнение оспариваемого Договора предоставляло ФИО4 давальческие материалы для изготовления продукции, что подтверждается накладными. Приобретение материалов осуществлялось Обществом у обществ с ограниченной ответственностью «КЛФ-Логистик», «ТПК Политехника», «Кабельпром», «Спектр Изопласт», «Совместное предприятие Комплект». Использование материалов отражено в отчете ФИО4 о переработанном сырье. Передача готовой продукции оформлена УПД.

Как утверждает Общество, полученная от ФИО4 продукция реализовывалась третьим лицам, в подтверждение чего в материалы дела также представлены УПД и платежные поручения об оплате товара. 

Готовая продукция, согласно позиции Общества, поставлялась посредством самовывоза Обществом с использованием грузового фургона Мерседес-Бенц Спринтер С. 

Как указывает Общество, ФИО4 использовалась производственная площадка по адресу: 

<

...>, литера Д1 и склад производство Общества, с которого происходила отгрузка товара в адрес конечных покупателей (по тому же адресу литеры Б4 и Б7).

По утверждению Общества, после прекращения договора с ФИО4, аналогичный договор был заключен им с индивидуальным предпринимателем ФИО7

Дополнительно Общество сослалось на отсутствие у ФИО3 законного интереса в оспаривании сделки, так как он 21.07.2023 вышел из состава участников Общества на основании заявления от 03.07.2023.

ФИО4 представил письменные пояснения, в которых он привел возражения, аналогичные доводам Общества.

ФИО4, пояснил, что, помимо нежилого помещения в городе Волхов, им использовалось для производства нежилое помещение площадью 24,6 кв.м. по адресу: Санкт-Петербург, улица Заусадебная, дом 31, литера А, помещение К-11 на основании договора аренды № 18/22-АР, заключенного с закрытым акционерным обществом «Приморская мебельная фабрика». 

Согласно пояснениям ФИО4, им для производства работ был привлечен работник, которому выплачена заработанная плата в общем размере 2 204 269 руб. 78 кол., также 01.12.2020 ФИО4 был приобретен станок на основании договора купли-продажи оборудования и в собственности ФИО4 также находился тигель-вырубщик, который использовался им в работе.

Как указывает ФИО4, в ходе осуществления предпринимательской деятельности он также имел правоотношения и с иными контрагентами, изготавливал продукцию для индивидуального предпринимателя ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Синтез».

Для организации предпринимательской деятельности, по утверждению ФИО4, им использовалось программное обеспечение, в ходе деятельности представлялась налоговая отчетность и уплачивались обязательные платежи.

ФИО3 заявил об уточнении иска и просил признать Договор недействительной сделкой как сделку с заинтересованностью.

В обоснование причинение убытков заключением Договора, истец указал на то, что Общество является предприятием по производству гофрированной бумаги, картона, бумажной и картонной тары полного цикла, имеет производственные цеха, оборудование, штат сотрудников, позволяющий собственными силами производить продукцию для конечного потребителя. В частности, в 2020 году Общество приобрело по договору купли-продажи от 05.02.2020 № 7 станок гибки П-образных скоб из проволоки d3 мм с ПВХ оболочкой стоимостью 400 000 руб., с помощью которого могли изготавливаться механизмы для скоросшивателя Attache, STAFF металло-пластиковые механизмы для скоросшивания.

Из представленных ФИО4 документов, как полагает истец, усматривается, что работы были выполнены в производственном цехе Общества, на его оборудовании и его работником.

В письменных возражениях по отзывам ответчиков, истец ссылается на то, что их действия направлены на дробление бизнеса, что повлекло причинение ему вреда как участнику Общества.

В ходе рассмотрения дела апелляционным судом истец ходатайствовал о привлечении к участию в нем в качестве третьего лица Федеральной налоговой службы Российской Федерации.

Общество возражало против принятия уточнения истцом заявленных требований, полагая, что в связи с утратой статуса участника Общества истец утратил право на иск; при уточнении заявленных требований истец одновременно изменил основания и предмет заявленного иска. 

В письменных пояснениях Общество отрицает факты аренды ФИО4 части помещения, занимаемого Обществом; нахождения ФИО7 в трудовых отношениях с Обществом; доводы истца о наличии у Общества станка для производства спорных изделий. 

Аналогичные пояснения представлены ФИО4

Истец представил дополнительную правовую позицию, в которой указал на то, что ФИО4 с 2005 года являлся работником Общества, а от исполнения спорной сделки силами одного рабочего получил прибыль, сопоставимую с прибылью Общества.

По утверждению истца, в результате совершения спорной сделки Обществу причинен ущерб в размере 9 956 265 руб. 

В отзыве на уточненное заявление, ФИО4 возражает против его удовлетворения, полагая, что положения пункта 6 статьи 45 Федерального закона «О б обществах с ограниченной ответственностью» в данном случае не подлежат применению, так как сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности. 

Ответчик также заявил о пропуске истцом срока исковой давности для оспаривания сделки по этому основанию, с учетом того, что истец являлся работником Общества в период с 01.02.2007 по 03.12.2021 в должности директора по продажам и не мог не знать о заключении Договора.

ФИО4 отметил, что истец утратил статус участника Общества и правовой интерес в оспаривании сделки; не сформировал определенной позиции по размеру причиненных, по его мнению, убытков в результате совершения оспариваемой сделки.

Общество представило письменные пояснения, в которых указало на то, что в рамках оспариваемой сделки ФИО4 было перечислено 9 588 525 руб. 60 коп., за периоды 2019 – 2021 истцу как участнику Общества выплачивались дивиденды, в том числе за 2021 год в размере 2 084 346 руб.

Общество обращает внимание на то, что при расчете дохода от совершения сделки, истец не учитывает расходы, которые необходимо понести для осуществления производства.

Как пояснило Общество, при расходах на производство изделий в пользу ФИО4 в размере 9 588 525 руб. 60 коп. Общество получило выручку от их реализации покупателям в размере 18 280 430 руб., то есть, получило прибыль.

В дополнительном отзыве на уточненное заявление, Общество также поддержало ранее заявленные доводы.

Истец представил уточнение заявленных требований, в которых просил признать Договор недействительной сделкой и обязать ФИО4 возвратить Обществу 9 588 525 руб., а Общество – обязать возвратить ФИО4 изготовленные  офис-сшивки, либо возместить их стоимость в размере 3 008 580 руб. 

Согласно позиции истца, на дату подачи заявления, 10.02.2023 он являлся участником Общества, следовательно, обладал правом на иск.

Истец отмечает, что не был надлежащим образом извещен о совершении спорной сделки. 

Из сопоставления полученного ФИО4 дохода и представленного им расчета расходов истец приходит к выводу о том, что цена изделий завышена, поскольку рентабельность ФИО4 составила 218%.

В дальнейшем истец еще раз уточнил заявленные требования, просил признать недействительной сделкой договор на оказание услуг от 19.02.2021 № 1 и взыскать с ФИО4 в пользу Общества убытки в размере 6 264 033 руб. 95 коп. 

Истец настаивает на наличии у него права на обращение в суд об оспаривании сделки как бывшего участника Общества, полагая, что удовлетворение иска влияет на размер причитающейся ему действительной стоимости доли; оспаривает сделку как сделку с заинтересованностью; полагает, что в результате совершения сделки Обществу причинен ущерб в виде разницы между подтвержденными представленными в материалы дела доказательствами затратами ФИО4 на оказание услуги (3 008 590 руб.) и полученной ФИО4 от Общества суммы по договору (9 588 525 руб.), за минусом причитающейся ФИО4 прибыли по сделке, которая определена истцом в размере 10,5% от себестоимости услуги (315 901 руб. 05 коп.). 

 ФИО4 представил возражения относительно этого расчета, отметив, что сумма 9 588 525 руб. получена им за 17 месяцев, то есть выручка составляла в среднем 564 000 руб. в месяц, а ежемесячные работы – 350 000 руб. Стоимость работ по изготовлению того же количества изделий силами ФКУ ИК-7 УФСИН России по Санкт-Петербургу составила бы 6 000 000 руб. в ценах 2019 года, а с учетом инфляции на 2022 год – 7 000 000 руб. При этом, расходы ФИО4 на выплату заработной платы привлеченным для оказания услуг работникам превышают расходы ФКУ ИК-7 УФСИН.

В письменных объяснениях по делу ФИО4 поддерживает ранее приведенные доводы, отмечая, что расходы, понесенные для выполнения работ за период с 19.02.2021 по 26.08.2022 составили 4 698 229 руб. 50 коп., кроме того, были понесены расходы на обслуживание оборудования, транспорт,  а также сопутствующие расходы; также за счет осуществления деятельности по договору ФИО4 получал доход на собственное содержание. 

Податель жалобы отмечает, что в случае признания сделки недействительной, у Общества возникнет обязательство по возмещению в его пользу в порядке статьи 167 ГК РФ рыночной стоимости выполненных работ в размере 9 588 525 руб., а не их себестоимости. 

Серев А.А. настаивает на пропуске истцом срока исковой давности.

В отзыве на иск с учетом его уточнения, Общество возражает против его удовлетворения по основаниям, приведенным выше, отмечая, также, что спорная сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, не была убыточной, Общество получило прибыль от последующей реализации изделий третьим лицам в размере 8 691 904 руб. 40 коп.

Общество отмечает, что действительная стоимость доли, подлежащая выплате в связи с выходом истца из состава участников Общества подлежит определению по состоянию на 31.12.2022, и применение последствий недействительности сделки, с учетом того, что она оспаривается по мотивам ее оспоримости, не повлияет на расчет указанной действительной стоимости доли, которая будет определяться исходя из данных уже сформированной бухгалтерской отчетности.

Общество также заявило о пропуске истцом срока исковой давности для оспаривания сделки как сделки с заинтересованностью. 

Общество не согласно с доводами истца об убыточности оспариваемой сделки, кроме того, считает, истцом в данном случае одновременно изменен предмет и основание иска.  

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы иска с учетом его уточнения. Представители ответчиков против удовлетворения иска возражали по мотивам, изложенным в отзыве. 

Поскольку рассматриваемый спор правоотношений с участием его сторон и ФНС не затрагивает, оснований для привлечения налогового органа к участию в деле не имеется. 

Основанием для заявления требования о взыскании убытков в данном случае указано совершение ответчиками оспариваемой сделки.

Таким образом, апелляционный суд не усматривает несоответствия заявления об уточнении требований положениям статьи 49 АПК РФ, уточнение принято судом. 

Оценив доводы лиц, участвующих в деле и представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 04.11.2004, основным видом его деятельности является производство гофрированной бумаги и картона, бумажной и картонной тары.

Уставный капитал Общества составил 10 000 руб., его участниками с момента создания являлись ФИО5 с долей участия 34/67, ФИО3 с долей участия 33/37.

ФИО3 03.07.2023 составил в нотариальном порядке заявление о выходе из состава участников Общества. 

ФИО4 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 25.01.2021.

Обществом в лице генерального директора ФИО9 (заказчик) и ФИО4 (исполнитель) был подписан договор от 19.02.2021 № 1 на оказание услуг, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство по изготовлению металлических изделий с использованием металлических, пластиковых и прочих материалов, передаваемых заказчиком, согласно Приложениям к договору. 

Срок Договора согласован в пункте 3.1 в одни год, с условием о его автоматической пролонгации при отсутствии возражений другой стороны.

В спецификации, подписанной к договору, предусмотрено девять видов работ по изготовлению механизмов для скоросшивателей; согласованы сроки изготовления изделий.

Передача предусмотренных Договором изделий от ФИО4 Обществу оформлена УПД.

Совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждается факт производства изделий, являющихся предметом спорного Договора. С учетом изменения истцом оснований заявленного требования, ФИО3 данное обстоятельство не оспаривает.

Из представленных в дело документов следует, что изготовление механизмов скоросшивателей в Обществе поручалось третьим лицам. До заключения Договора, к изготовлению изделий были привлечены заключенные по договорам от 01.01.2017 № 26, от 01.01.2018 № 5, заключенным с КУ ИК-7 УФСИН России, после прекращении Договора, аналогичное соглашение было заключено с индивидуальным предпринимателем ФИО7 Именно это лицо в качестве работника привлекалось к исполнению Договора ФИО4

Таким образом, оснований для вывода о мнимости Договора не имеется. 

Заявляя об уточнении требования, истец изменил основания иска – оспорил Договор как сделку с заинтересованностью.

В силу положений пункта 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

Как утверждает истец и не оспаривается ответчиком, контрагентом по Договору является брат участника Общества с долей участия более 50% уставного капитала, следовательно, спорная сделка может быть квалифицирована как сделка с заинтересованностью.

В то же время, апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения иска о признании сделки недействительной по следующим основаниям. 

В силу пунктов 3, 4 статьи 45 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ФИО3 в период действия договора занимал в Обществе должность директора по продажам, то есть, был непосредственно вовлечен в текущую производственную деятельность Общества. 

Из представленных ответчиками доказательств усматривается, что заключение и исполнение Договора оформлялось надлежащим образом первичными документами и отражалось в бухгалтерском и налоговом учете Общества. 

Исходя из изложенного, апелляционный суд приходит к выводу о том, что истец должен был узнать о заключении Договора непосредственно по факту его заключения и исполнения. 

Тем не менее, до обращения в суд 09.02.2023, истец возражений относительно действительности указанной сделки не заявил. 

Как указано в пункте 6 статьи 45 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае, если сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершена в отсутствие согласия на ее совершение, член совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участники (участник), обладающие не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, вправе обратиться к обществу с требованием предоставить информацию, касающуюся сделки, в том числе документы или иные сведения, подтверждающие, что сделка не нарушает интересов общества (совершена на условиях, существенно не отличающихся от рыночных, и другую). Указанная информация должна быть предоставлена обратившемуся с требованием лицу в срок, не превышающий 20 дней с даты получения соответствующего требования.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Срок исковой давности по требованию о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

Ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий: отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки; лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта.

Между тем, указанные презумпции являются опровержимыми.

Из изложенного выше следует, что в результате исполнения Договора Общество приобретало изделия, которые впоследствии реализовывались им в пользу третьих лиц с коммерческими целями.

Доказательств, что изготовление изделий на условиях Договора явилось для Общества более дорогостоящим, нежели их самостоятельное производство исходя из имеющихся в распоряжении Общества мощностей, либо привлечения к производству изделий иных лиц, истец не представил. Доводы о получении ФИО4 высокой рентабельности при отсутствии подтверждения возможности  для Общества получить необходимые изделия  более экономичным способом, нежели по Договору, не могут указывать на убыточность спорной сделки.

Кроме того, в опровержение указанных доводов ответчиками представлен расчет расходов, которые понес ФИО4 для целей изготовлении изделий за весь период, за который им получена указанная истцом выручка, который не оспорен истцом, и который подтверждает, что прибыль ФИО4 от исполнения спорного договора, полученная за счет Общества, не превышала обычной прибыли от исполнения такого рода сделок. 

Доводы ответчиков, заявленные со ссылкой на представленные в материалы дела первичные документы о том, что Общество, в свою очередь, получило прибыль от реализации изделий третьим лицам, истцом также не опровергнуты. Вывод об убыточности оспариваемой сделки не может быть сделан. Предусмотренных статьями 15, 393, 1064 ГК РФ оснований для возникновения у ФИО4 ответственности перед Обществом в виде обязанности по возмещению убытков в заявленном размере, не имеется, поскольку факт причинения Обществу ущерба отсутствует, равно как и не доказано противоправности действий ответчика. 

В пункте 7 статьи 45 Закона о банкротстве указано, что не может быть признана как сделка с заинтересованностью сделка, совершенная в обычной хозяйственной деятельности.

Как указано выше, Общество ранее также поручало производство изделий третьим лицам, их производство непосредственно связано с коммерческой деятельностью Общества. 

Таким образом, Договор следует признать заключенным в процессе обычной хозяйственной деятельности, что не позволяет сделать вывод о его недействительности как сделки с заинтересованностью еще и по этим основаниям.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27  «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» разъяснено, что срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе, если оно непосредственно совершало данную сделку.

Из материалов дела не следует умышленного сокрытия сторонами сделки Договора от истца  в период его выполнения. Следовательно, специальный срок для оспаривания сделки в данном случае следует исчислять с момента его заключения в 2021 году, когда о совершении сделки стало известно генеральному директору Общества, подписавшему договор.

К моменту обращения истца в суд об оспаривании сделки, годичный срок исковой давности для признания ее недействительной по специальным основаниям статьи 45 Закона «Об  обществах с ограниченной ответственностью» истек, о чем заявлено ответчиками.

Данное обстоятельство в силу положений статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Кроме того, из материалов дела следует и не оспаривается истцом, что он утратил статус участника Общества на момент рассмотрения спора по существу. Таким образом, у ФИО3 отсутствует правовой интерес в оспаривании сделки с заинтересованностью.

Доводы о том, что оспаривание сделки может повлиять на размер причитающейся ФИО3 в связи с выходом из Общества действительной стоимости доли не может быть принят, так как истец не представил обоснования, каким образом применения последствий недействительности сделки в данном деле могут повлиять на размер причитающейся ему выплаты с учетом механизма расчета такой выплаты исходя из данных бухгалтерской отчетности Общества за период, предшествующий выходу участника из Общества, в то время как взыскание в порядке применения последствий недействительности сделки могло бы иметь место только в периодах после вынесения судебного акта. 

Наличие правового интереса в оспаривании Договора как сделки с заинтересованностью после утраты статуса участника Общества истец не обосновал.

Исходя из изложенного, в удовлетворении иска следует отказать. На основании положений статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела остаются на истце. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 13.05.2023 по делу №  А56-11508/2023 отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

В.В. Черемошкина

Судьи

С.А. Нестеров

 Н.С. Полубехина