ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15027/2024

г. Челябинск

27 января 2025 года

Дело № А76-12757/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 января 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Курносовой Т.В., Кожевниковой А.Г., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Маркиной А.Е., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 01.10.2024 по делу № А76-12757/2023 об удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебное заседание явились:

представитель ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 15.01.2024, срок действия 3 года)

ФИО3 (паспорт).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.05.2023 по заявлению кредитора - индивидуального предпринимателя ФИО4 возбуждено производство по делу о банкротстве должника - общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» (далее – ООО «Перспектива»).

Определением суда от 05.10.2023 произведена замена кредитора - ИП ФИО4 на общество с ограниченной ответственностью «АВАНТ», в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 192 от 14.10.2023.

Временный управляющий ФИО3 21.11.2023 (далее – заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица - ФИО1 (далее – ответчик, податель жалобы) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Перспектива» за доведение должника до банкротства, невозможность полного погашения требований кредиторов должника, а также за неисполнение обязанности, предусмотренной ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), приостановлении рассмотрения заявления в части установления размера ответственности ФИО1 до окончания расчетов с кредиторами (вх. от 21.11.2023).

Определением суда от 22.11.2023 заявление принято к производству суда, назначено к рассмотрению.

Определением суда от 06.03.2024 дело о банкротстве ООО «Перспектива» прекращено по основаниям абз.8 п.1 ст.57 Закона о банкротстве.

Определением суда от 03.04.2024 произведена замена заявителя по настоящему спору на ООО «Авант» с размером задолженности 3 832 912 руб. 09 коп., арбитражного управляющего ФИО3 с размером требования в сумме 180 676 руб. 42 коп., включая вознаграждение за процедуру    наблюдения  – 150 000 руб., судебные расходы – 30 676, 42 руб.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 01.10.2024  заявление удовлетворено. Суд привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Перспектива». Взыскал с ФИО1 в пользу ООО «Авант» в порядке субсидиарной ответственности 3 832 912 рублей 09 копеек, в пользу ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности 180 676 рублей 42 копейки.

Не согласившись с указанным определением, ФИО1 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на то, что вывод суда о том, что нарушение мер эпидемиологического контроля повлекло приостановление хозяйственной деятельности ООО «Перспектива» не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку само прекращение деятельности должника произошло в марте 2021 года, в то время как постановление по делу об административном правонарушении, которым общество было привлечено к административной ответственности вынесено 16.04.2021 и вступило в силу только 29.04.2021. Судом не учтено, что руководитель ООО «Перспектива» предпринимал необходимые меры для соблюдения требований законодательства при осуществления деятельности компании в условиях распространения новой короновирусной инфекции Covid-2019.

Также ссылается на преюдициальность постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2023 делу № А76-18629/2021, в котором установлено, что о совершении ФИО1 действий, направленных на расторжение договора аренды, факт получения ИП ФИО4 от ООО «Перспектива» соглашения о расторжении, отсутствие возражений ИП ФИО4 относительно наличия причин невозможности расторжения договора по соглашению сторон.

Вывод денег в счет погашения имеющегося займа и в подотчет при наличии обязательств по внесению арендной платы в марте 2021г. в размере 134 400 рублей, не свидетельствует о недобросовестном поведении руководителя. 

Кроме того, суд необоснованно не применил положения п. 2 ст. 1083 ГК РФ, согласно которым размер возмещения должен быть уменьшен, если поведение самого потерпевшего содействовало увеличению вреда. 

Судом на основании ст.ст. 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела, поступивший от  ФИО3 отзыв на апелляционную жалобу с доказательством его направления в адрес лиц, участвующих в деле.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, их представителей. 

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в обоснование доводов заявления о привлечении к субсидиарной ответственности заявители указывают на то, что ФИО1 своими неразумными и недобросовестными действиями довел Общество «Перспектива» до объективного банкротства и невозможности полного удовлетворения требований кредиторов. Клуб «Гэтсби» (ООО «Перспектива») открылся 28.11.2020, то есть в день выявления признаков административного правонарушения в условиях эпидемиологических ограничений. По мнению заявителей, полное погашение требований кредиторов в настоящем деле, в том числе, невозможно в результате совершения контролирующим должника лицом нескольких действий по выводу денежных средств при наличии непогашенной задолженности по арендной плате.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителями представлены доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и объективным банкротством общества.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан в силу ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу ст. 61.10  Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с приведенными в п. п. 1, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям закона N   127-ФЗ,   подлежат   применению   общие   положения   глав   25   и   59   ГК   РФ   об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.16 Обзор судебной практики ВС РФ N 4 (2016)).

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Действующее законодательство допускает применение данных положений и вне рамок дела о банкротстве, в частности, когда производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур банкротства (подп. 1 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в ст. 1064 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) ООО «Перспектива» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.10.2020; видом деятельности должника является деятельность предприятий общественного питания.

Единоличным исполнительным органом должника и его участником с долей в размере 100% уставного капитала является ФИО1

Дело о банкротстве должника возбуждено 02.05.2023 по заявлению кредитора -индивидуального предпринимателя ФИО4, перед которой у должника возникла задолженность по договору аренды, заключенному между сторонами 30.10.2020 в отношении нежилого здания по адресу: 

<

...>, с целевым использованием – для организации деятельности культурно-досугового центра и размещения офисных помещений (т.1 л.д.92-100). По акту приема-передачи от 30.10.2020 помещение передано ООО «Перспектива».

Постановлением Центрального районного суда г. Челябинска от 16.04.2021 по делу № 5-206/2021 Общество «Перспектива» подвергнуто административному наказанию в виде приостановления деятельности сроком на 30 суток по основаниям ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ за организацию и осуществление предпринимательской деятельности по оказанию услуг общественного питания 28.11.2020 (ночной клуб «Гэтсби») в отсутствие устройств по обеззараживанию воздуха в зале обслуживания посетителей, без журнала здоровья, в отсутствие действий по измерению температуры тела посетителей, невыполнение санитарно-гигиенических мероприятий в условиях введенного на территории Челябинской области режима повышенной готовности в связи с угрозой распространения коронавирусной инфекции.

Как установлено решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.10.2022 по делу № А76-18629/2021, у арендатора - ООО «Перспектива» перед арендодателем с 01.02.2021 по 31.08.2021 образовалась задолженность по арендной плате в размере 2 457 600 руб., по переменной плате – 97 347 руб.49 коп., с февраля 2021 года арендатор перестал исполнять обязательства по оплате арендной платы и не предпринимал реальных действий по возврату арендованного имущества. Составленный им акт приема-передачи имущества от 31.03.2021 о возврате помещения арендодателю признан сфальсифицированным и не принят в качестве доказательства (т.1 л.д.18-23, 78-91).

Из объяснений представителя ответчика следует, что деятельность ООО «Перспектива» прекращена в марте 2021 года.

В реестр требований кредиторов ООО «Перспектива» включены требования ООО «Авант» на сумму 3 832 912 руб. 09 коп., из которых основной долг – 2 554 947 руб. 49 коп., неустойка – 1 251 918 руб. 60 коп., госпошлина – 26 046 руб.

Согласно анализу сведений о выручке, полученных МИФНС России № 28 по Челябинской области с применением контрольно-кассовой техники, последняя выручка у ООО «Перспектива» зафиксирована 08.03.2021 (4 кассовых чека).

С 26.02.2021 на банковский счет № 40702810272000046122, открытый в ПАО «Сбербанк», поступило (зачислено) 117 109, 08 рублей, из которых 107 000 рублей были обналичены директором ООО «Перспектива» ФИО1 за период с 27.02.2021 по 31.03.2021. 

Размер постоянной части арендной платы по договору с арендодателем составлял:

- арендная плата за ноябрь и декабрь 2020 года не начислялась;

- 134 300 руб. ежемесячно за период январь-март 2021 года;

- 427 800 руб. из расчета 500 руб. за один квадратный метр, за площадь объекта ежемесячно, начиная с апреля 2021 года и далее. Постоянная часть арендной платы за неполный календарный месяц рассчитывалась исходя из фактического количества дней аренды объекта.

Претензией от 12.04.2021 арендодатель предлагал ООО «Перспектива» оплатить задолженность по договору аренды, а также неустойку, ответа на указанную претензию не последовало.

Исходя из анализа движения средств по счету         № 40702810272000046122, по состоянию на 01.03.2021 у ООО «Перспектива» было достаточно денежных средств для оплаты текущей задолженности по договору аренды нежилого помещения, но средства были обналичены (выведены) ФИО1

Клуб «Гэтсби» (ООО «Перспектива») открылся 28.11.2020, то есть в день выявления признаков административного правонарушения в условиях эпидемиологических ограничений.

Таким образом, по состоянию на 01.03.2021 у ФИО1, как руководителя и единственного участника ООО «Перспектива», имелись основания полагать, что ООО «Перспектива» не сможет продолжить хозяйственную деятельность ввиду возбужденного административного производства, действующих эпидемиологических ограничений.

Кроме того, при наличии денежных средств для оплаты текущей задолженности, ФИО1 не предпринял должных мер по ее погашению и возврату помещения арендодателю, не разработал план выхода из кризисной ситуации.

Фактически, ФИО1, действуя в ущерб экономическим интересам ООО «Перспектива», продолжал аккумулировать кредиторскую задолженность по договору аренды вплоть до августа 2021 года.

Также из материалов дела следует, что по заявлению ответчика, ФИО1 обналичены денежные средства Общества «Перспектива» в сумме 90 000 рублей (02.03.2021, 09.03.2021 и 16.03.2021) для целей возврата суммы займа ФИО1

При этом платежи производились в момент фактического прекращения хозяйственной деятельности ООО «Перспектива», при наличии задолженности перед арендодателем в размере 134 300 руб., то есть кредиторская задолженность Общества превышала совокупную стоимость его активов (денежных средств на расчетных счетах).

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что ООО «Перспектива» в лице ФИО1 с первого для ведения хозяйственной деятельности пренебрегло действующими ограничениями, что выходит за рамки обычного предпринимательского риска, поскольку при должном соблюдении предусмотренных нормативными правовыми актами мер, деятельность клуба не была бы приостановлена, а хозяйственная деятельность Общества не была бы прекращена. 

Установленные судами факты фальсификации доказательств, уклонения от передачи нежилого помещения, от погашения задолженности на протяжении 6 месяцев без наличия какого-либо экономически обоснованного плана преодоления имущественного кризиса, действия ФИО1 по выводу денежных средств Общества при наличии неисполненных обязательств, указывают на отклонение от пределов обычного делового риска, являются  противоправными и недобросовестными.

Согласно разъяснений, изложенных в п. 17 постановления Пленума № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

По общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве) (п. 56 постановления Пленума № 53).

В данной ситуации создание ФИО1 условий для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств является очевидным.

Таким образом, суд пришел к выводу о наличии оснований о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Относительно оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве заявителями указано на следующие факты.

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

 Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Общество «Перспектива» не имело и не имеет объектов недвижимого и движимого имущества (за исключение денежных средств).

По состоянию на 09.03.2021 ООО «Перспектива» не имело активов, достаточных для погашения имеющейся текущей кредиторской задолженности, а хозяйственная деятельность Общества была прекращена (что не оспаривается ответчиком).

Тем самым, обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Перспектива» несостоятельным (банкротом) возникла у ФИО1 не позднее чем 09.04.2021.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 14 Постановления № 53, согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, к числу обстоятельств, входящих в предмет доказывания, относится объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, по мнению заявителей, ФИО1 отвечает за образование задолженности у ООО «Перспектива» в период с 09.04.2021 по 02.05.2023.

Вместе с тем, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по п.1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, судом не установлено,  поскольку обязательство перед кредитором – заявителем по делу возникло у ответчика до наступления признаков банкротства.

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалуется, что исключает оценку выводов суда первой инстанции в указанной части.

Судом отклонены доводы ответчика об исключении из размера субсидиарной ответственности обязательств перед кредитором ООО «Авант», поскольку обоснованность и размер требований ИП ФИО4 к Обществу «Перспектива» установлен вступившим в законную силу определением суда. Состоявшееся процессуальное правопреемство заявителя по делу о банкротстве на ООО «Авант» не противоречит положениям действующего законодательства. Права требования к ООО «Перспектива» приобретены Обществом «Авант» по стоимости, являющейся приемлемой и разумной для сторон состоявшейся цессии, поскольку требование, де-факто, передавалось к банкроту, при наличии потенциальной возможности восстановления нарушенного права кредитора в процедуре банкротства либо вне такой процедуры.

Привлечение контролирующего лица к гражданско-правовой ответственности по обязательствам Общества является одним из законных способов восстановления нарушенного права кредитора, что не может расцениваться как очевидное злоупотребление правом.

 Факт регистрации ООО «Авант» по адресу получения почтовой корреспонденции арбитражного управляющего ФИО3 не указывает на наличия очевидного злоупотребления в действиях арбитражного управляющего или кредитора и не имеет правового значения при рассмотрении настоящего спора.

Более того, процедура банкротства (до момента ее прекращения) является публичной процедурой, деятельность арбитражного управляющего контролируется Арбитражным судом и уполномоченным органом.

В процедуре наблюдения, открытой в отношении ООО «Перспектива», апеллянт с жалобами на действия арбитражного управляющего или ходатайством об его отстранении не обращался, беспристрастность арбитражного управляющего сомнения у лиц, участвующих в деле о банкротстве, не вызывала.

Задолженность ООО «Перспектива» перед ИП ФИО4 возникла и установлена до момента уступки прав требования и утверждения кандидатуры ФИО3 в процедуре наблюдения.

Определяя размер субсидиарной ответственности, суд исходил из следующего.

Пунктом 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве предусмотрено, что если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

На момент завершения рассмотрения настоящего дела процедура банкротства ООО «Перспектива» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве (определение суда от 06.03.2024).

 Как следует из материалов дела о банкротстве, в настоящее время отсутствует какое-либо имущество, за счёт реализации которого имеется возможность погашать требования кредиторов, отсутствуют нераспределённые денежные средства, в связи с чем, возможно определить размер субсидиарной ответственности

Пунктом 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер требований включённых в реестр требований кредиторов ООО «Перспектива» составляет 3 832 912, 09 руб.

Иных заявленных, но не включенных в реестр требований кредиторов, требований не имеется.

Пункт 1 ст. 20.6 Закона о банкротстве определяет, что арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

В силу п. 1 ст. 59 Закона о банкротстве в случае, если иное не предусмотрено этим Законом или соглашением с кредиторами, все судебные расходы, в том числе расходы на уплату государственной пошлины, на опубликование сведений в порядке, установленном статьей 28 Закона, а также расходы на выплату вознаграждения арбитражным управляющим и оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражными управляющими для обеспечения исполнения своей деятельности, относятся на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди.

Требования арбитражного управляющего по выплате ему вознаграждения представляют собой требования кредитора по текущим платежам.

Задолженность по фиксированной сумме вознаграждения арбитражного управляющего также включается в размер субсидиарной ответственности и погашается за счет сумм, взысканных судом по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности.

 В ситуации недостаточности имущества у должника вознаграждение и расходы арбитражного управляющего могут быть возложены на три категории лиц: по общему правилу - на должника (пункт 1 статьи 59 Закона о банкротстве), при недостаточности у него имущества - на его учредителей и участников (пункт 5 статьи 61, пункт 2 статьи 62 ГК РФ, пункт 10 постановления Пленума № 53, определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 N 307-ЭС20-1134(2)), а также на заявителя по делу о банкротстве (пункт 3 статьи 59 Закона о банкротстве).

В то же время для целей обращения к указанным лицам не требуется окончания мероприятий исполнительного производства в отношении должника в связи с невозможностью исполнения, а достаточно привести доводы о наличии (по внешним признакам) разумных оснований полагать, что имеющегося у должника имущества недостаточно для эффективного и оперативного осуществления выплаты (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.04.2023 № 307-ЭС20-22306(4)).

При доказанности оснований для обращения к учредителям (участникам) или заявителю по делу о банкротстве с требованием о взыскании расходов указанные лица наряду с должником отвечают перед арбитражным управляющим солидарно (статьи 322, 323 и 325 ГК РФ).

Возложение на участников подобных расходов осуществляется в силу принадлежащего им статуса и не обусловлено фактом подачи заявления о банкротстве (п. 9 «Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г.», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023).

Деликтный характер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подразумевает наличие вины в наступлении банкротства и причинении вреда имущественным правам кредиторов, тогда как обязанность участников по оплате соответствующих расходов при недостаточности имущества должника возлагается на них в силу закона независимо от вины в доведении должника до банкротства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 N 307-3020-1134(2)).

Из материалов дела следует, что размер вознаграждения арбитражного управляющего ФИО3 за процедуру наблюдения составляет – 150 000 руб.

Также имеются не возмещенные расходы, понесенные временным управляющим при проведении процедуры наблюдения, в размере 30 676, 42 руб., из которых 13 721, 22 руб. – публикация в газете «Коммерсантъ» о введении процедуры наблюдения, 9 137,63 руб. – публикация в газете «Коммерсантъ» о прекращении производства по делу, 6 317, 57 руб. – расходы на публикации в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, 1 500 руб. – почтовые расходы.

Таким образом, сумма задолженности за период с 05.10.2023 (с момента введения процедуры наблюдения) и до 06.03.2024 (до момента прекращения производства по делу о банкротстве) по невыплаченному вознаграждению и расходам, понесенные временным управляющим при проведении процедуры банкротства составляет 180 676, 42 руб.

Таким образом, совокупный размер ответственности ФИО1 по денежным обязательствам ООО «Перспектива» перед кредитором ООО «Авант» и арбитражным управляющим ФИО3 составляет 4 013 588, 49 руб., из которых 3 832 912, 09 руб. – задолженность перед кредитором ООО «Авант», 180 676, 42 руб. – текущая задолженность перед арбитражным управляющим ФИО3

При этом, оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности ФИО1 судом не установлено.

Основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц могут служить, в частности: имевшие место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельства, повлекшие неплатежеспособность должника; доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов; деятельное раскаяние ответчика, например погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров (пункт 29 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2023 года).

Поскольку таких обстоятельств ответчиком раскрыто не было, доказательств, указывающих на добросовестность и разумность своих действий, суду не представлено, вышеуказанные действия ответчика в совокупности повлекли невозможность погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной образования признаков несостоятельности должника, арбитражный суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества «Перспектива» на сумму 4 013 588, 49 руб., из которых 3 832 912, 09 руб. – задолженность перед кредитором ООО «Авант», 180 676, 42 руб. - текущие платежи.

Довод апеллянта об отсутствии в его деяниях недобросовестных и неразумных действий подлежит отклонению как противоречащий фактическим обстоятельствам дела, поскольку вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.10.2022 по делу № А76-18629/2021 установлено, что акт приема-передачи от 31.03.2020 к договору аренды от 30.10.2020, представленный в материалы дела ФИО1, был сфальсифицирован. Доводы ФИО1 о том, что он не уклонялся от передачи помещения и не аккумулировал кредиторскую задолженность, ранее являлись предметом рассмотрения Арбитражных судов и были отклонены как необоснованные и не нашедшие своего подтверждения.

В силу ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные указанными судебными актами, имеют преюдициальное значение для правильного разрешения настоящего спора.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на исключение конфликта, обеспечение стабильности и общеобязательности судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или в ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела, что служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Довод апелляционной жалобы о несоответствии вывода суда о пренебрежении мерами эпидемиологического контроля фактическим обстоятельствам также подлежит отклонению, поскольку как установлено судом, прекращение хозяйственной деятельности ООО «Перспектива» находится в прямой причинно-следственной связи с правонарушением, совершенным в день открытия ночного клуба по вине руководителя ООО «Перспектива».

 Также отклоняется ссылка на преюдициальность постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2023 делу № А76-18629/2021, в котором установлено, что о совершении ФИО1 действий, направленных на расторжение договора аренды, факт получения ИП ФИО4 от ООО «Перспектива» соглашения о расторжении, отсутствие возражений ИП ФИО4 относительно наличия причин невозможности расторжения договора по соглашению сторон.

Суды в рамках дела № А76-18629/2021 установили, что после направления арендодателю уведомления об отказе от договора ООО «Перспектива» не предпринимало каких-либо реальных действий по возврату арендованного помещения. Доказательств необоснованного уклонения арендодателя от своевременного принятия спорного помещения, ООО «Перспектива» в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представило.

Более того, судом установлено, что апеллянтом, после фактического прекращения хозяйственной деятельности, обналичены денежные средства Общества «Перспектива» в сумме 90 000 руб. (02.03.2021, 09.03.2021 и 16.03.2021) для целей возврата суммы займа самому себе. При этом платежи производились в момент наступления признаков объективного банкротства ООО «Перспектива», при наличии задолженности перед арендодателем в размере 134 300 руб.

 Доводы апелляционной жалобы о том, суд необоснованно не применил положения п. 2 ст. 1083 ГК РФ, согласно которым размер возмещения должен быть уменьшен, если поведение самого потерпевшего содействовало увеличению вреда, отклоняются как противоречащие установленным по делу обстоятельствам.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.  

Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не подтверждает нарушений норм материального и процессуального права.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в силу ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 01.10.2024 по делу № А76-12757/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          Т.В. Курносова

                                                                                     А.Г. Кожевникова