, № 11АП-2170/2025

Дело № А65-9477/2023

г. Самара

08 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2025 года

 

Постановление

 в полном объеме изготовлено 08 сентября 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А.,

с участием:

от ООО Правовая Консалтинговая Группа «Корпорэйт» - ФИО1 (протокол внеочередного собрания № 12 от 15.09.2024),

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 25 августа 2025 года в помещении суда в зале №2 апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2, ФИО3 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 декабря 2024 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, к ответчикам - ФИО3, ФИО4 и Шарафиеву Ильясу Мансуровичу

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПКФ Базис», 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.04.2023 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПКФ Базис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2024 ООО «ПКФ Базис» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

16.10.2023 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 14.12.2021, заключенного между должником и ФИО3, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика действительной стоимости транспортного средства на 14.12.2021.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.10.2023 заявление принято судом к рассмотрению, назначено судебное заседание.

16.10.2024 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило уточненное заявление конкурсного управляющего 

- о признании договора купли-продажи транспортного средства от 14.12.2021, заключенного между должником и ФИО3, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика действительной стоимость транспортного средства на 14.12.2021, 

- о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства между ФИО3 и ФИО5, применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника автомобиля марки RENAULT KAPTUR, 2018 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, номер кузова (кабины) 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.02.2024 уточнение принято судом, ФИО5 привлечен к участию в споре в качестве соответчика. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке статьи 51 АПК РФ, привлечены - ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р.

21.01.2024 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило уточнение заявления конкурсного управляющего:

 - о привлечении ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Казань, ИНН 

<

***>, адрес регистрации: 420029, 

<

...>) в качестве соответчика; 

- о признании договора купли-продажи транспортного средства от 14.12.2021, заключенного между должником и ответчиком, недействительным, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4 и ФИО3 действительной стоимости транспортного средства на 14.12.2021.

 - о признании договора купли-продажи транспортного средства между ФИО3 и ФИО5 недействительным, применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника автомобиля марки RENAULT KAPTUR, 2018 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, номер кузова (кабины) 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.05.2024 уточнение принято судом, ФИО4 привлечен к участию в споре в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2024 заявление управляющего, удовлетворено частично. Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 14.12.2021, заключенный между должником и ответчиком - ФИО3. Применены последствия недействительности сделки - с ФИО3 в конкурсную массу должника взыскано 1 600 000 руб. В остальной части в удовлетворении заявления, отказано. 

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение суда первой инстанции, в которых просят его отменить.

В обоснование апелляционных жалоб заявители ссылаются на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ.

Конкурсный управляющий ФИО2 в обоснование своей апелляционной жалобы указывает, что ФИО3 не заключал договор с ФИО5, т.к. продавец с 28.09.2022 находился в Республике Казахстан; ФИО3 заявлял ходатайство о фальсификации договора купли-продажи от 25.09.2023; ФИО5 не производил оплату по договору купли-продажи от 25.09.2023 ФИО3; ФИО5 на дату сделки знал, что приобретает автомобиль не у собственника без доверенности в связи с чем, ФИО5 не может быть признан добросовестным приобретателем; кроме того, ФИО5 не представил надлежащих доказательств финансовой возможности приобрести спорное транспортное средство.

ФИО3 и ФИО4 в обоснование своей апелляционной жалобы указывают, что цена договора купли-продажи от 14.12.2021 устанавливалась с учетом амортизации транспортного средства (т.2 л.д.72); платежеспособность подтверждена материалами дела, 350тыс.руб. были внесены в кассу предприятия, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру и налоговой декларацией должника по НДС за 2021 год; ФИО3 указывает, что не получал денежные средства за спорный автомобиль от ФИО5 по договору от 29.09.2023.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2025 апелляционные жалобы оставлены без движения.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2025 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание с учетом отложения назначено на 25.08.2025.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Исходя из разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда РФ в пункте 25 постановления от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", при применении положения части 2 статьи 261 АПК РФ об определении времени и места судебного заседания арбитражным судам следует иметь в виду, что апелляционные жалобы на один судебный акт могут быть поданы несколькими участвующими в деле лицами в течение всего срока, установленного для подачи жалобы. С учетом этого обстоятельства, а также того, что апелляционная жалоба может быть подана в последний день срока на апелляционное обжалование, в определении о принятии жалобы к производству указывается дата судебного заседания, которое не может быть назначено ранее истечения срока на подачу апелляционной жалобы.

Все апелляционные жалобы, поданные на один судебный акт, должны назначаться к рассмотрению в одном судебном заседании.

Срок рассмотрения апелляционной жалобы, установленный статьей 267 Кодекса, исчисляется со дня поступления в арбитражный суд последней апелляционной жалобы на обжалуемый судебный акт.

11.04.2025 от ФИО5 в материалы дела поступили письменные возражения на апелляционную жалобу.

12.05.2025 от УМВД России по г. Казани в материалы дела поступил письменный ответ на запрос суда.

20.05.2025 от ФИО3 и ФИО4 в материалы дела поступили письменные пояснения по апелляционной жалобе.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2025 в связи с нахождением в очередном отпуске судьи Львова Я.А. в судебном составе, рассматривающем настоящие апелляционные жалобы, произведена его замена на судью Бондареву Ю.А. После замены судьи рассмотрение апелляционных жалоб начато с самого начала.

05.06.2025 от ФИО3 и ФИО4 в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения по апелляционной жалобе.

04.07.2025 от ФИО3 и ФИО4 в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения по апелляционной жалобе.

08.07.2025 от ФИО5 в материалы дела поступили письменные возражения на апелляционную жалобу.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2025 в связи с нахождением в очередном отпуске судьи Гольдштейна Д.К. в судебном составе, рассматривающем настоящие апелляционные жалобы, произведена его замена на судью Львова Я.А. После замены судьи рассмотрение апелляционных жалоб начато с самого начала.

13.07.2025 от ФИО3 и ФИО4 в материалы дела поступили письменные уточнения апелляционной жалобы.

14.07.2025 от УМВД России по г. Казани в материалы дела поступил письменный ответ на запрос суда.

19.08.2025 от кредитора - ООО Правовая Консалтинговая Группа "Корпорэйт" в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения по апелляционной жалобе.

20.08.2025 от ФИО3 и ФИО4 в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения по апелляционной жалобе.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

24.08.2025 от ФИО3 и ФИО4 в материалы дела поступило письменное ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы.

В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

По смыслу указанной нормы назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью.

Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос. При этом вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств.

В связи с этим, определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований. Как разъяснено Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 09.03.2011 № 13765/10, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Оценив приведенное обоснование ходатайства о назначении судебной экспертизы, апелляционный суд исходит из отсутствия целесообразности назначения соответствующей экспертизы с учетом возможности оценки имеющихся в материалах дела доказательств без проведения экспертизы.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2025 в связи с нахождением в очередном отпуске судьи Бондаревой Ю.А. в судебном составе, рассматривающем настоящую апелляционную жалобу, произведена ее замена на судью Гольдштейна Д.К. После замены судьи рассмотрение апелляционных жалоб начато с самого начала.

В ходе судебного заседания представитель ООО Правовая Консалтинговая Группа «Корпорэйт» поддержал доводы апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 14.12.2021 должник в лице директора ФИО4 по договору купли-продажи продал ФИО3 31.10.1999г.р., транспортное средство марки RENAULT KAPTUR, 2018 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, номер кузова (кабины) 

<

***>.

Цена договора согласована сторонами в сумме 350 000 руб.

В качестве подтверждения доказательств оплаты за спорное авто ответчик ссылался на квитанцию к приходно-кассовому ордеру № 38 от 14.12.2021 (т.2 л.д.42). В качестве финансовой возможности на выписки по счету дебетовой карты СберБанка (т.2 л.д.43-71).

Согласно сведениям, представленным конкурсным управляющим, стоимость транспортного средства на дату совершения сделки составляла 1 151 000 руб. (справка № 1021/23 о рыночной стоимости) (т.1 л.д. 30-31).

25.09.2023 ответчик - ФИО3 по договору реализовал оспариваемый автомобиль ФИО5 по цене 1 600 000 руб. 

Согласно сведениям ГИБДД до настоящего времени собственником спорного авто является ФИО5 (т.3 л.д. 45).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными указанных договоров как цепочки сделок по выводу активов должника, указывая в качестве правового основания ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признавая недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 14.12.2021, заключенный между должником и ФИО3 и отказывая управляющему в удовлетворении остальной части заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался следующим. 

В соответствии с п.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (п.1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ №63).

Предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок, что также прямо указано в п.4 Постановления Пленума ВАС РФ №63.

В силу п.2 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Право на обращение с заявлением о признании сделки должника недействительной принадлежит конкурсному управляющему на основании п.1 ст.61.9, п.3 ст.129 Закона о банкротстве.

Согласно позиции, изложенной в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 N 306-ЭС17-11031(6), от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678 по делу N А11-7472/2015, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

И в такой ситуации право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 ГК РФ, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

В отношении прикрывающих сделок документы, как правило, изготавливаются так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворных договоров. Бенефициар, не имеющий формальных полномочий собственника, не заинтересован в раскрытии своего статуса перед третьими лицами, поэтому он обычно не составляет документы, в которых содержатся явные и однозначные указания, адресованные должнику и участникам притворных сделок, относительно их деятельности. В такой ситуации суду следует проанализировать поведение лиц, которые, участвовали в оформлении притворных договоров. О наличии их подконтрольности бенефициару как единому центру, чья воля определяла судьбу имущества должника, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов скоординированы в отсутствие к тому объективных экономических причин; по отдельности эти действия противоречат экономическим интересам и возможностям каждого из лиц; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам, добросовестность конечных приобретателей имущества; установление наличия (отсутствия) факта притворности сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Таким образом, пункт 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" предусматривает возможность банкротящемуся должнику признать недействительной сделку, совершенную должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В силу пункта 9 Постановления N 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 указанного Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству определением от 12.04.2023, договоры купли-продажи транспортного средства заключены 14.12.2021 и 25.09.2023.

Таким образом, сделка от 14.12.2021 совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании банкротом, следовательно, положения п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве не подлежат применению к нему, в указанных обстоятельствах подлежит применению лишь пункт 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Сделка от 25.09.2023 совершена после принятия заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пп.5,6 постановления Пленума ВАС РФ №63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;

б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правамкредиторов;

в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника кмоменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособностиили недостаточности имущества;

б)имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым- пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательств намеренного уклонения должника от исполнения указанных обязательств при наличии денежных средств, достаточных для удовлетворения требований кредиторов, суду не было представлено.

Исходя из п. 5 постановления Пленума № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с п. 7 постановления Пленума №63 при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о том, что целью сделки является причинение вреда имущественным правам кредиторов, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 N135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Ответчик - ФИО3 является сыном директора и учредителя ООО «ПКФ Базис» ФИО4, что свидетельствует об аффилированности лиц в силу ст.19 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 14.12.2021 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило исковое заявление ООО "ПМК ПрофМет" (ИНН 

<

***>) к ООО "ПКФ Базис" (ИНН 

<

***>) о взыскании 870 000 руб. предварительной оплаты, 20 040, 36 руб. договорной неустойки.

В этот же день должник под руководством ФИО4 заключает договор купли-продажи спорного автомобиля своему сыну ФИО3

Стоимость транспортного средства, отчуждаемого должником по договору от 14.12.2021, определена сторонами в размере 350 000 руб., тогда как согласно сведениям, представленным конкурсным управляющим, стоимость транспортного средства на дату совершения сделки составляла 1 151 000 руб. согласно справке № 1021/23 о рыночной стоимости (т.1 л.д.37).

Таким образом, должник реализовал транспортное средство по цене более чем в два раза ниже рыночной. 

Доказательства оплаты по договору в материалы дела не представлены.

Далее автомобиль был продан от имени ФИО3 через посредников по договору от 25.09.2023 ФИО5

В ходе судебного заседания ответчик - ФИО5 указывал, что ФИО3 он не видел, все переговоры по сделке он вел непосредственно с ФИО4.

В материалы дела поступили истребованные судом сведения о пересечении ФИО3 границы Российской Федерации (рег.№21/77/57 - 9109 от 04.09.2024). 

Согласно данным, представленным Погранслужбой ФСБ РФ ФИО3 28.09.2022 выехал в Казахстан (через пункт пропуска Бугристое - автомобильный многосторонний пункт на границе с Казахстаном в Троицком районе Челябинской области.). После 28.09.2022 въезд на территорию Российской Федерации не осуществлял.

Согласно данным Российского союза автостраховщиков по состоянию на 01.01.2022 договор ОСАГО заключен ФИО4, при том, что собственником значился его сын ФИО3 (т.1 л.д.7).

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что владел и пользовался спорным транспортным средством директор должника ФИО4, несмотря на то, что должник продал автомобиль 14.12.2021 его сыну.

Исходя из того, что с 28.09.2022 ФИО3 не находится на территории Российской Федерации, он не мог подписать договор купли-продажи от 25.09.2023, фактически сделка совершалась ФИО4

В этой связи суд, расценил сделку по продаже автомобиля должником в пользу ФИО3 притворной сделкой, поскольку реальный умысел ФИО4 как руководителя должника был направлен на вывод ликвидного имущества должника для последующей его реализации третьим лицам.

Об этом свидетельствуют факты отсутствия оплаты ФИО3 в адрес должника, владения и пользования автомобилем ФИО4 и последующая реализация именно ФИО4 автомобиля ФИО5

Доводы представителя ФИО4, ФИО3 о том, что доказательства оплаты содержатся в самом тексте договора, были отклонены судом, поскольку факт поступления денежных средств в кассу должника, на его банковский счет, расходование полученной суммы, материалами дела не подтверждается.

Конкурсный управляющий требования также предъявил к ФИО5, считая, что последующая продажа ему спорного автомобиля входит в цепочку сделок, целью которой было причинение имущественного вреда кредиторам должника.

25.09.2023 ФИО5 по договору купли-продажи продал свой автомобиль Фольксваген Поло 2012 по цене 700 000 рублей. гр.ФИО6

22.09.2023 ФИО5 с Банком ВТБ (ПАО) заключил кредитный договор N°V621/2064-0006/16, сумма кредита составила 1 081 247,29 руб.

Согласно отзыву ФИО5 кредит был получен с целью приобретения спорного автомобиля, так как денежных средств от продажи автомобиля Фольксваген Поло было бы недостаточно. Спорный автомобиль с целью обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору был передан в залог (п.4.2.4.2 кредитного договора). Дополнительным соглашением от 18.10.2023 в п.33 кредитного договора от 22.09.2023 N°V621/2064-0006116 внесены изменения, а именно определено, что банку в залог передается спорный автомобиль. 24.10.2023 уведомлением №2023-008-608631-756 сведения о залоге внесены в Реестр уведомлений о залоге движимого имущества, что подтверждается распечаткой с сайта www.reestr-zalogov.ru.

Таким образом, оплата за транспортное средство по договору от 25.09.2023 произведена в размере 1 600 000 руб. за счет средств, вырученных от продажи автомобиля Фольксваген Поло и кредитных средств.

Рассматривая вопрос о вовлеченности конечного приобретателя в процесс отчуждения имущества, суд установил, что ФИО5 не является заинтересованным по отношению к должнику лицом. В процедуре купли-продажи автомобиля принимали участие третьи лица, что соответствует обычной практике в указанной сфере, при этом доказательства знакомства сторон до совершения сделки в материалах дела отсутствуют, что может являться одним из признаков, характеризующих реальность сделки. Стоимость имущества по договору купли-продажи от 25.09.2023 соответствует рыночной цене автомобиля.

Суд также пришел к выводу, что отсутствие письменной доверенности (несоблюдение её письменной формы) либо отсутствие надлежащего письменного договора купли-продажи само по себе не влечёт недействительность сделки и не является основанием для признания приобретателя недобросовестным.

О добросовестности конечного покупателя также свидетельствует то обстоятельство, что автомобиль используется последним, из его владения не выбыл.

Сам по себе факт предоставления договора от 25.09.2023 с указанием в качестве продавца ФИО3 не свидетельствует о недостоверности доказательства, так как законом не установлена обязанность прилагать такие документы при регистрации транспортного средства в органах ГИБДД.

В этой связи заявление представителя ФИО3 и ФИО4 о фальсификации договора от 25.09.2023 судом были признано необоснованным.

При том, что подпись в договоре проставлена не ФИО3, также не является безусловным основанием для признания договора купли-продажи, заключенного 25.09.2023 недействительным, поскольку как установлено судом выше, автомобиль выбыл из собственности должника в результате совершения Щ-выми притворной сделки.

Продажа ФИО3 автомобиля в пользу ФИО5 не является сделкой должника в связи с чем, оспариванию в настоящем деле не подлежит.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления к ФИО5

В соответствии с п.2 ст.167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п.1 ст.61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Из материалов дела следует, что в настоящий момент спорный автомобиль принадлежит ФИО5 в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности возврата имущества в конкурсную массу должника в натуре в связи с его принадлежностью иному лицу.

При таких обстоятельствах в качестве применения последствий недействительной сделки суд взыскал с ответчика ФИО3 действительную стоимость имущества в размере 1 600 000 руб.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего дела, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.

Учитывая установленную судом и подтвержденную материалами дела заинтересованность ФИО3 по отношению к должнику через ФИО4 к представленным им документальным доказательствам (квитанции к приходно-кассовому ордеру № 38 от 14.12.2021) суд апелляционной инстанции относится критически, учитывая, что стороны сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, например, составив внешне безупречный документооборот.

При наличии факта заинтересованности/аффилированности сторон, которым не составляет труда в отсутствие реальных фактов хозяйственной деятельности оформить формальный (искусственный) документооборот между сторонами в целях обоснования передачи должнику денежных средств заинтересованным лицом.

Представленные ФИО3 и ФИО4 документы, составление которых зависит исключительно от действий указанных заинтересованных сторон, не может являться достаточным доказательством.

Относительно доводов апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 апелляционный суд учитывает позицию, изложенную в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6), от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 по делу №А11-7472/2015, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации. 

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекс Российской Федерации а (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности. 

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами. 

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта констатировал притворность первой сделки по купле продаже спорного авто совершенной 14.12.2021, установив, что фактически спорным авто до его реализации ФИО5 продолжал пользоваться бывший руководитель должника ФИО4, реальный умысел которого был направлен на вывод ликвидного имущества должника через притворную сделку.

Конкурным управляющим должника не доказано, что сделка с ФИО5 является притворной либо мнимой; в материалах дела отсутствуют доказательства его аффилированности/заинтересованности к ФИО3 и ФИО4; а также доказательства того, что ФИО5 как конечный собственник, фактически является выгодоприобретателем и непосредственным участником рассматриваемой взаимосвязанной цепочки сделок. 

Между тем, ФИО5 в свою очередь, в материалы дела представлено достаточно доказательств реальности совершенной с ним 25.09.2023 сделки и ее возмездности, представлены доказательства наличия финансовой возможности приобрести спорное транспортное средство и расчетов за приобретенное имущество, в т.ч. за счет кредитных денежных средств, доказательства владения и пользования транспортным средством, несение расходов на содержание (заключение договора ОСАГО и т.п.) в связи с чем, оснований для признания ФИО5 недобросовестным приобретателем судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в признании недействительной последующей сделки, фактически совершенной ФИО4 и ФИО5,

С учетом недействительности только одной из оспоренных сделок (между должником и ФИО3), суд первой инстанции правомерно применил последствия ее недействительности в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 1 600 000 руб., уплаченных ФИО5 по договору купли-продажи от 25.09.2023.

Последствия недействительности сделки, примененные судом, соответствуют положениям статьи 61.6 Закона о банкротстве и направлены на компенсацию должнику рыночной стоимости отчужденного имущества.

Доводы управляющего и ФИО3 о неполучении последним оплаты от ФИО5 за спорное авто, а также неподписание договора от 25.09.2023 от имени продавца ФИО3, в рассматриваемом случае при установленных по настоящему спору обстоятельствах, не имеют правового значения.

Учитывая изложенное, доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон и фактических обстоятельств дела, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб, не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя и подлежат взысканию в доход федерального бюджета РФ в связи с предоставленной конкурсному управляющему ФИО2 отсрочкой.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 декабря 2024 года по делу №А65-9477/2023 - оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы должника ООО «ПКФ Базис» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий А.В. Машьянова          

Судьи Д.К. Гольдштейн

 Я.А. Львов