АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1711/19 

Екатеринбург

16 апреля 2019 г.

Дело № А71-3191/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2019 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Краснобаевой И.А., Оденцовой Ю.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Минк» (далее – общество «Минк», кредитор) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2019 по делу № А71-3191/2018 Арбитражного суда Удмуртской Республики.

В судебном заседании приняли участие представители:

Тузикова Алексея Александровича – Руденко А.В. (доверенность от 12.02.2019);

Федеральной налоговой службы (далее – уполномоченный орган) – Чурин В.Г. (доверенность от 21.12.2018);

общества «Минк» – Гамбург А.А. (доверенность от 20.02.2019).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.05.2018 в отношении акционерного общества «Чепца» (далее – общество «Чепца», должник) введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, – наблюдение, временным управляющим утвержден Туданов Дмитрий Валерьевич.

Общество «Минк» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 20 814 221 руб. 88 коп. (с учетом уточнения цены иска, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.11.2018 (судья Темерешева С.В.) заявление кредитора удовлетворено: требование в размере 20 814 221 руб. 88 коп. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2019 (судьи Макаров Т.В., Дюкин В.Ю., Скромова Ю.В.) определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым постановлением, общество «Минк» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции. По мнению заявителя, апелляционный суд необоснованно признал договор оказания транспортных услуг и поставки материалов от 09.01.2017 мнимой сделкой, не приняв во внимание представленные в материалы дела доказательства поставки товара должнику; судом в данной части неправильно применены нормы материального права – статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кредитор также полагает неправомерной квалификацию апелляционным судом договора займа и перечислений денежных средств третьим лицам в качестве действий, направленных на увеличение уставного капитала должника.

В отзывах на кассационную жалобу Тузиков А.А. и уполномоченный орган просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Законность обжалуемого постановления проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.03.2018 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Ижевский завод нефтяного оборудования» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества «Чепца».

Определением арбитражного суда от 28.05.2018 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, в реестр требований кредиторов включено требование правопреемника заявителя – Тузикова А.А. в размере 808 435 руб. долга и неустойки.

Решением арбитражного суда от 29.11.2018 общество «Чепца» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. 

В процедуре наблюдения общество «Минк» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включения требования в сумме 20 814 221 руб. в реестр требований кредиторов должника. Согласно заявлению кредитора обязательства общества «Чепца» в указанной сумме возникли в связи со следующим. 

Во-первых, 09.01.2017 обществом «Чепца» (заказчик) и обществом «Минк» (исполнитель) заключен договор № 1-01/2017, в соответствии с которым исполнитель обязался предоставлять заказчику транспортные услуги с использованием автотранспортных средств и механизмов с экипажем по перевозке грузов, транспортные услуги с использованием специального оборудования, а также услуги по поставке материалов, а заказчик – оплачивать фактически оказанные транспортные услуги и поставку материалов в соответствии с тарифами, определенными приложением к договору.

Как указало общество «Минк», в рамках указанного договора в период с января 2017 года по август 2017 года исполнитель оказал должнику транспортные услуги на сумму 2 470 634 руб. и реализовал товар на сумму 85 800 руб., которые не были должником оплачены. В подтверждение факта оказания услуг и поставки материалов (песка и торфа) заявитель представил в суд акты об оказании услуг, путевые листы, товарные накладные, счета-фактуры.

Во-вторых, общество «Минк» на основании писем должника 24.02.2016 и 29.02.2016 произвело за общество «Чепца» платежи в пользу третьих лиц на общую сумму 520 000 руб., в подтверждение чего представило соответствующие платежные поручения. 

В-третьих, общество «Минк» в период с 2016 года по 2017 год предоставило должнику заемные средства в общей сумме 18 307 787 руб. Заем предоставлялся по договору беспроцентного денежного займа от 02.03.2016 № 01 путем перечисления денежных средств как самому должнику, так и его контрагентам. В подтверждение выдачи займа в материалы дела представлены соответствующие платежные поручения, акты сверки задолженности. 

Удовлетворяя заявление кредитора, суд первой инстанции исходил из доказанности факта оказания кредитором должнику транспортных услуг и поставки в его адрес материалов, признал также подтвержденным факт передачи заемных средств, отклонил при этом возражения должника и уполномоченного органа относительно притворности указанных сделок.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, пришел к выводам о мнимости заключенного 09.01.2017 договора оказания транспортных услуг и поставки материалов, о заключении договора займа от 02.03.2016 в целях подмены механизма увеличения уставного капитала общества, в связи с чем определение суда первой инстанции отменил, в удовлетворении заявления общества «Минк» отказал.  

Оснований для отмены обжалуемого постановления суд округа не усматривает.

При рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что должник и кредитор являются аффилированными лицами; данный вывод основан на положениях статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», сделан исходя из того, что единственный участник и директор общества «Минк» Игрунов Михаил Михайлович на дату возникновения спорных обязательств являлся акционером общества «Чепца», так же как акционером, владеющим 85,31% акций названного общества, являлась его дочь Чудакова Наталия Михайловна. Кроме того, судами принят во внимание тот факт, что 03.04.2017 советом директоров общества «Чепца» Игрунов М.М. назначен на должность генерального директора общества. 

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о том, что очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, Верховным Судом Российской Федерации сформирована судебная практика, согласно которой при определенных обстоятельствах участнику либо иному аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано во включении его требования в реестр, в частности, когда заем прикрывал (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) корпоративные отношения по увеличению уставного капитала либо когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать (определения от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1), (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2)). 

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях), может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении займодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

В данном случае, несмотря на заявленные самим должником и уполномоченным органом доводы о корпоративном характере займа, вышеуказанные обстоятельства кредитором раскрыты не были.

Суд апелляционной инстанции, исходя из изложенного, приняв во внимание, что должник и кредитор являются аффилированными лицами, установив тот факт, что заем предоставлялся на условиях, не отвечающих рыночным, в частности, не предусматривал уплату процентов за пользование займом (при том, что договор заключен на срок более года), не предполагал предоставление обеспечения, выдавался в условиях недостаточности собственных денежных средств должника, когда все поступающие в качестве займов денежные средства расходовались на исполнение текущих обязательств общества «Чепца» перед контрагентами либо перечислялись им напрямую, отметив также, что заемные средства предоставлялись на регулярной основе, в то время как должник их не возвращал, а кредитор возврата не требовал, посчитал неопровергнутыми доводы кредитора о корпоративном характере займа, соответственно, гражданско-правовую природу обязательства – недоказанной. 

Суд кассационной инстанции оснований для иных выводов не усматривает, полагает, что обстоятельства дела в данной части исследованы судом полно и всестороннее, представленные сторонами доказательства получили надлежащую оценку, по результатам которой сделан правильный вывод об отказе во включении требования в размере предоставленного финансирования в реестр требований кредиторов должника. 

Отказ во включении в реестр требований кредиторов общества «Чепца» требований кредитора, вытекающих из договора оказания транспортных услуг и поставки материалов от 09.01.2017, также является правильным с учетом сделанного судом вывода о мнимости соответствующих отношений сторон. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как

следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. 

Особо Верховный Суд Российской Федерации подчеркивает необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спорпо задолженности между таким кредитором и должником, носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами – собственниками бизнеса (через аффилированных лиц), если должник юридическое лицо. Подобные споры характеризуются, в частности, предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

С учетом вышеуказанных правовых позиций, принимая во внимание, что установленными в деле о банкротстве могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, заинтересованный по отношению к должнику кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, исходя из заявленных участвующими в деле лицами возражений. При этом на такого кредитора может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений с несостоятельным должником с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований, созданных формально для искусственного формирования задолженности.

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110).

В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. 

При проверке обоснованности заявленного кредитором требования по договору от 09.01.2017 должник и уполномоченный орган ссылались на то, что фактически услуги по данному договору обществом «Минк» оказаны не были, товар должнику не поставлен, документы оформлены формально, в отсутствие действительных обязательств. Уполномоченный орган дополнительно сослался на материалы выездной налоговой проверки, в ходе проведения которой было установлено, что часть работников работали в обществе «Чепца» и в обществе «Минк», указывал, что должник имел в собственности 17 транспортных средств, в связи с чем заключение договора с аффилированным кредитором не имело экономического смысла, должник мог обеспечить выполнение работ собственными силами. 

Учитывая, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, он объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. 

Поскольку возражения должника и уполномоченного органа в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кредитором не были опровергнуты, помимо приложенных к заявлению документов (товарных накладных, актов выполненных работ, путевых листов, счетов-фактур) иных доказательств, позволяющих достоверно установить факт оказания услуг и поставки материалов, не представлено, учитывая тот факт, что наличие задолженности перед обществом «Минк» в бухгалтерской отчетности общества «Чепца» не отражено, а из иных прямых либо косвенных доказательств наличие долга не следует, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о недоказанности наличия оснований для включения требования и в данной части в реестр требований кредиторов должника.  

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судом апелляционной инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебном акте мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно. 

Доводы кассационной жалобы по своей сути не затрагивают вопросов правильности применения судом норм права, а сводятся к несогласию заявителя с произведенной апелляционным судом оценкой имеющихся в деле доказательств: общество «Минк» просит повторно оценить доказательства и признать доказанным наличие на стороне должника неисполненных доказательств. Однако основания для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа отсутствуют.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьям 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде округа, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду округа подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2019 по делу № А71-3191/2018 Арбитражного суда Удмуртской Республики оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Минк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           Г.М. Столяренко 

Судьи					           И.А. Краснобаева 

                                                                                            Ю.А. Оденцова