СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail:17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-859/2024(3)-АК

Дело №А60-11351/2023

30 июля 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 июля 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 Т.В. Макарова, Т.С. Нилоговой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Э.Г. Хасаншиной, 

при участии в судебном заседании: 

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО1 – ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 16.11.2022,

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО3 – ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 28.02.2024,

иные лица, участвующие в деле, явку представителей в суд не обеспечили, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 23 апреля 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о взыскании убытков в размере 16 852 439,50 рубля с ФИО1, ФИО3,

вынесенное судьей А.В. Кириченко

в рамках дела №А60-11351/2023  

о признании ФИО5 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО1, ФИО3, 

 

установил:

в Арбитражный суд Свердловской области 09.03.2023 поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – ИП ФИО5, должник) о признании ее несостоятельной (банкротом), которое определением от 16.03.2023 принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.06.2023 (резолютивная часть от 25.05.2023) ИП ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО6 (далее – ФИО6), член ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №103(7548) от 10.06.2023.

В Арбитражный суд Свердловской области 19.01.2024 поступило заявление финансового управляющего ФИО6 о взыскании с ФИО1 (далее – ФИО1), ФИО3 (далее – ФИО3) убытков в размере 16 852 439,50 рубля. 

Определением от 26.01.2024 указанное заявление принято к производству суда.

В дальнейшем финансовым управляющим должника ФИО6 подано уточненное заявление, в котором управляющий просила взыскать солидарно с ФИО1, ФИО3 в пользу должника убытки в размере 16 090 324,90 рубля.

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.04.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник ФИО5 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 23.04.2024 отменить, заявленные требования удовлетворить.

Заявитель жалобы ссылается на то, что должником неоднократно давались объяснения относительно порядка взаимодействия с семьей Лессер, в том числе со ссылкой на материалы проверки органами полиции. Определением суда о принятии к рассмотрению указанного заявления и назначении судебного заседания от 26.01.2024 судом истребованы из ОП №5 УМВД России по г. Екатеринбургу материалы КУСП №33691 от 08.12.2022 по заявлениям ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ООО «Авалон» о возможных мошеннических действиях ФИО12 и ФИО3, совершённых путём заключения фиктивных договоров купли-продажи товаров в период с августа по декабрь 2022 года в 

<

...> в БЦ «Архитектор» на общую сумму 17 578 821,06 рубля. Должник направляла заявления об истребовании указанных материалов 24.01.2024, которое проигнорировано судом, 18.03.2024, судебное заседание назначено на 07.05.2024, отложено на 05.06.2024. Полагает, что материалы проверки имеют существенное значение для рассмотрения вопроса о привлечении ФИО1, ФИО3 к ответственности и судом преждевременно принято решение об отказе в удовлетворении заявления. Суд посчитал недоказанным факт взаимодействия с ИП ФИО5, что опровергается материалами дела, поступившими в рамках рассмотрения обособленного спора с ООО «Дизайн и Декор».

До начала судебного заседания от финансового управляющего должника ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить. Ссылается на то, что обстоятельства настоящего обособленного спора свидетельствуют о наличии оснований для взыскания с ФИО1 и ФИО3 убытков, причиненных должнику.

От ФИО1 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что при вынесении обжалуемого определения суд всесторонне и в полном объеме исследовал все доказательства и правильно установил все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения указанного дела; нарушений процессуального права не было допущено, нормы материального права судом первой инстанции были применены правильно. При рассмотрении дела в суде первой инстанции, а также обжаловании судебного акта в апелляционной инстанции ни финансовый управляющий, ни должник не представили каких-либо доказательств, подтверждающих мотивированность и обоснованность своих требований, а также наличие в действиях ФИО1 оснований возникновения убытков. В материалах дела отсутствуют доказательства, которые подтверждают наличие каких-либо конкретных действий (бездействия) ФИО1 по отношению ИП ФИО5 либо по отношению к кредиторам, которые повлекли возникновение убытков у должника, а также доказательства, подтверждающие существенность влияния действий (бездействия) ФИО1 на положение ИП ФИО5 и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1 и фактически наступившим объективным банкротством ИП ФИО5 Отсутствуют прямые и косвенные доказательства, подтверждающие извлечение ФИО1 выгоды из-за своего незаконного или недобросовестного поведения по отношению к ИП ФИО5 и/или кредиторов. В материалах арбитражного дела о несостоятельности (банкротстве) имеются доказательства и установленные арбитражными судами и судами общей юрисдикции обстоятельства, подтверждающие возникновение обязательств ИП ФИО5 перед кредиторами из-за её конкретной самостоятельной деятельности в качестве индивидуального предпринимателя (ведение предпринимательской деятельности в Интерьерном салоне LIVING, заключение трудовых договоров с работниками и выплата им заработной платы, заключение договоров с покупателями товаров и т.п.). Ни в одном гражданском и арбитражном судебных процессах о взыскании с ИП ФИО5 денежных сумм по заключенным ею договорам с покупателями товаров либо об установлении обоснованности требований кредиторов, ИП ФИО5 не было заявлено, что к данным договорным обязательствам она не имеет отношений и указанные обязательства возникли в результате действия (бездействий) ФИО1 Все денежные суммы, предъявленные кредиторами в рамках банкротства ИП ФИО5, которые финансовый управляющий и ФИО5 считают причиненными убытками ФИО1, являются суммами основной задолженности, неустойками, процентами и т.п. по договорам купли-продажи, заключенными ИП ФИО5 с покупателями. Объективной причиной банкротства (несостоятельности) ИП ФИО5 явилось изменение экономической ситуации на рынке, вызванное наложением секторальных санкций европейских стран на финансовые институты РФ, а также запреты на прямой экспорт товаров, услуг из европейских стран в Российскую Федерацию. В результате примененных санкций к РФ и физическим, юридическим лицам РФ, были нарушены финансовые и логистические связи ИП ФИО5 с поставщиками товаров из европейских стран и, как следствие, невозможность исполнения принятых на себя обязательств по заключенным договорам. В марте 2022 года из-за санкций произошел резкий рост курса рубля по отношению к евро и доллару (до 30%). Указанное изменение курса рубля стороны при заключении договоров не предвидели. ИП ФИО5 при всей своей добросовестности и заботливости не могла преодолеть указанные изменения. Существенное изменение курса рубля в сторону повышения нарушило соответствующее договорам изменение имущественных интересов, и ИП ФИО5 несла убытки, т.к. с потребителями товаров ИП ФИО5 заключала договоры в рублях, а приобретала для них импортный товар за евро и доллары. Доводы должника ФИО5 о том, что материалы проверки ОП №5 УМВД России по г. Екатеринбургу по заявлениям ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ООО «Авалон» о возможных мошеннических действиях ФИО1, совершенных путем заключения фиктивных договоров купли-продажи с августа по декабрь 2022 года, не являются существенными обстоятельствами при рассмотрении вопроса о привлечении ФИО1 к ответственности и не могут быть приняты судом во внимание. Определением от 26.10.2023 о включении в третью очередь реестра требований ФИО7 в размере 308 772,00 рублей установлено, что ФИО7 заключала договоры розничной купли-продажи с должником ФИО5 Все денежные расчеты производились между ФИО7 и ИП ФИО5 Каких-либо требований в отношении ФИО1, ни ФИО13, ни ФИО5 заявлено не было. 09.03.2023 ФИО5 в арбитражный суд было подано заявление о признании себя несостоятельным (банкротом), при этом, должник указала, что у неё имеется задолженность в размере 49 404 506,77 рубля. Неплатежеспособность и неспособность удовлетворить требования кредиторов в полном объеме является не следствием возможных действий ФИО1 по заключению якобы фиктивных договоров купли-продажи с августа по декабрь 2022 года, а деятельность ИП ФИО5 за весь её период. Указанные лица (за исключением ФИО13) не обращались в арбитражный суд к ФИО5 о включении их требований в реестр требований кредиторов. Соответственно, требования данных лиц не влияют на погашение задолженности ФИО5 и не уменьшают конкурсную массу.

От ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что в материалы дела не представлено каких-либо доказательств отнесения ФИО3 к лицам, контролирующим деятельность ИП ФИО5, а также наличие в её действиях (бездействиях) противоправности, наличие её вины и причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда. Ни финансовым управляющим в своем заявлении, ни должником ФИО5 в апелляционной жалобе не указаны конкретные незаконные действия (бездействия) ФИО3, которые причинили убытки ИП ФИО5 и/или повлекли банкротство ИП ФИО5, а также доводов о наличии вины ФИО3 в причинении убытков. Кроме того, отсутствуют указания на обстоятельства, по которым можно было отнести ФИО3 к категории лиц, контролирующих должника ФИО5 Вместе с тем, в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие, что ИП ФИО5 самостоятельно в полной мере осуществляла свою предпринимательскую деятельность - заключала договоры купли-продажи с покупателями, производила с ними денежные расчеты по своим счетам и через кассу, имела штат сотрудников, которым выплачивала зарплату, вела бухгалтерский и налоговые учеты. При этом, она в полной мере осознавала последствия совершенных действий и её действия не были под влиянием или обманом третьих лиц. Каких-либо доказательств, подтверждающих что ФИО3 вела совместную деятельность с ИП ФИО5, не представлено ни самой ФИО5, ни финансовым управляющим. Судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО3 не подписывала договоры и иные документы с контрагентами ИП ФИО5, не принимала от них платежей по договору, не вела бухгалтерский учет ИП ФИО5 и не имела каких-либо отношений к платежам с её расчетных счетов, не выплачивала зарплату сотрудникам, в её деятельность не вмешивалась, никакого влияния на неё не оказывала. Ссылка ФИО5 в апелляционной жалобе на материалы проверки ОП №5 УМВД России по г. Екатеринбургу КУСП 33691 от 08.12.2022 по заявлениям ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ООО «Авалон» о возможных мошеннических действиях ФИО1, совершенных путем заключения фиктивных договоров купли-продажи с августа по декабрь 2022 г., не могут быть приняты во внимание, т.к. они в данном споре не имеют значения. Указанные лица (кроме ФИО7, по которой судом первой инстанции установлено, что она заключала договоры и вела расчеты с ИП ФИО5), не заявили своих требований к ФИО5 и не являются её кредиторами. Таким образом, результаты рассмотрения указанных материалов не влияют на банкротство ФИО5 и его последствия для неё.

В судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО3 с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ФИО5 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в период с 03.06.2015 по 01.06.2023 (ОГРНИП 

<

***>).

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника ФИО6 ссылалась на следующие обстоятельства.

Исходя из пояснений должника, направленных финансовому управляющему, следует, что ФИО5 осуществляла деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с 03.06.2015 по оптовой и розничной торговле.

С семьей ФИО1 должник знакома более 20 лет, до недавнего времени считала их отношения дружескими и доверительными.

Познакомились они на фоне однородной деятельности, в частности должник и ФИО1 занимались подбором/заказом/продажей предметов мебели и отделочных материалов, в основном поступаемых по импорту.

Также с 2014 года ФИО5 покупала у ФИО1 (юр.лицо было оформлено на ФИО14, а директором была ФИО1) ООО «Дизайн и Декор», где до 2019 года была учредителем, а потом по просьбе ФИО1 продала её дочери ФИО3 

С 2014 по 2019гг. ФИО5 плотно сотрудничала с ФИО1, были совместные проекты, делились клиентами.

В 2019 году неожиданно для ФИО5, семья ФИО1 объявили себя банкротами, и у них началась процедура банкротства.

Поскольку между должником и ФИО1 сложились доверительные отношения, ФИО5 оказывала посильную помощь для выхода из сложившейся ситуации.

Через некоторое время ФИО1 обратилась к ФИО5 с просьбой «прогнать» нескольких своих клиентов через ее ИП.

Она пояснила, что в связи с процедурой банкротства она не может выполнить обязательства, по которым уже начата работа, не хочет подставлять людей, которым обещала поставить продукцию. Для ФИО5 это был разумный и справедливый поступок ФИО1, дополнительно указывающий на ее порядочность и готовность пойти на все, действуя в интересах своих клиентов, поэтому ФИО5 согласилась.

Кроме того, помимо человеческой стороны вопроса, для ФИО5, как для предпринимателя, также представляло экономический интерес с точки зрения выручки.

В результате начала ведения совместной деятельности, ФИО1 и ФИО3 помимо уже начатых заказов, приводили даже новых клиентов, с которыми начинали работать лично. Всех своих клиентов всегда вели лично, они были с ними на связи, обсуждали технические решения и так далее. О них ФИО5 узнавала лишь в том случае, когда они привлекали ее в качестве соисполнителя проекта либо когда ей нужно было подписать договор от ИП ФИО5 Позднее, ФИО5 стало известно, что были случаи, когда ФИО1 подписывала договоры за нее, о которых ей даже не было известно.

Общее ведение дел с ФИО1 и ФИО3 было построено следующим образом: так как она работала на площадке ИП ФИО5 и денежные средства по безналичному расчету поступали именно на него (как она говорила из-за банкротства она не могла вести деятельность, в связи с чем, это был единственный выход их сложившейся ситуации), они вели учет поступивших денежных средств и распределяли их поставщикам, заработную плату, дизайнерские гонорары и так далее на своё усмотрение.

Помимо ФИО5, доступ в базу 1С также имел и ФИО15 (муж ФИО1), для отслеживания своих финансовых потоков.

При возникшей необходимости, ФИО5 собирались с ФИО1 и ФИО3, и они говорили, какую сумму и куда нужно перевести для выполнения обеспечения ее заказов, это были: заработная плата, дизайнерские вознаграждения, оплата заказов.

Достаточно часто ФИО1 и ФИО3 обращались с просьбой обработать взятые ей заказы, а также просили вывести для нее наличные средства, поясняя, что именно таким способом просят оплачивать заказы их поставщики, на что ФИО5 соглашалась.

Также ФИО1 говорила подобным методом выводить деньги и на ФИО3 ФИО5 не имела оснований не доверять ее словам, поскольку работа велась, заказы исполнялись, причем ФИО5 была привлечена в качестве логиста и сопровождала доставку оплаченных ФИО1 и ФИО3 позиций.

Вместе с тем, деньги проводились через счета, открытые на ИП ФИО5

Были случаи, когда кассовый разрыв по делам ФИО1 и ФИО3 доходил до 10-ти и более миллионов рублей, ФИО5 говорила ей об этом, на что ФИО1 всегда отвечала: «прорвёмся, Юрьевна», после чего говорила, что денежные средства у нее есть и она знает, как ликвидировать данный кассовый разрыв.

Несколько раз так и происходило, при напоминании ФИО1 о росте суммы кредиторской задолженности, она находила деньги и тем самым ситуация разрешалась.

В свою очередь, ФИО1 предоставила ФИО5 для работы помещение, расположенное в ТЦ «Архитектор», по адресу: 

<

...>. Договор на аренду данного помещения заключался с ООО «Дизайн и Декор», директором и учредителем которого является ФИО3

Именно в данном помещении ФИО16 и ФИО3 заключали сделки и проводили рабочие встречи с заказчиками и дизайнерами.

Таким образом, работа шла с 2019 года по 01.12.2022. 30.11.2022 ФИО5 пришла в салон, где узнала, что ФИО1 и ФИО3 закрыли салон, распустили всех сотрудников и начали распродажу имущества.

В течение дня, находясь в салоне, ФИО5 все же удалось поговорить с ФИО1, которая рассказала, что она не в состоянии покрыть свои долги и что вообще ей сейчас не до этого.

Позднее, к ФИО5 пришли клиенты-заказчики ФИО1 и ФИО3 и начали спрашивать о состоянии их оплаченных заказов. Поскольку сумма задолженности перед ними превышала собственные активы ФИО5, она не смогла исполнить все взятые на себя обязательства ФИО1 и ФИО3

В ходе разбора ситуации выяснилось, что ФИО1 и ФИО3 вообще не размещали заказы на производство, при этом клиенты перечисляли ей денежные средства не только на счет ИП ФИО5, но и на личные карты ФИО3

ФИО1 была устроена у ИП ФИО5 и в её пользу на постоянной основе осуществлялась выплата заработной платы, которая уходила во исполнение судебных решений.

Фактически устроенная у ФИО5 ФИО1 работала именно на себя, вела свои заказы вместе со своей дочерью ФИО3

После событий 30.11.2022 на ФИО5 также начали выходить клиенты ФИО1 и ФИО3 с претензиями, что ФИО1 и ФИО3 их обманули, рассказывала им, что товары размещены, ждут доставки или проблемы на производстве.

ФИО5 написала заявление в УМВД России по г. Екатеринбургу (КУСП 44428 от 09.12.2022) в отношении ФИО1

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2023 по делу №А60-11351/2023 включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО5 требование ФИО7 в размере 308 772,00 рублей.

Управляющий полагает, что имеются основания для взыскания с ФИО1 и ФИО3 убытков, причиненных должнику.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также на то, что основная сумма задолженности возникла в связи с осуществлением ФИО5 предпринимательской деятельности совместно с ФИО1 и ФИО3, что подтверждается материалами проверки по уголовному делу и пояснениями должника, убытки подлежат взысканию в размере сумм включенных в реестр требований кредиторов должника, а именно в размере 16 090 324,90 рубля, финансовый управляющий должника ФИО6 обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании солидарно с ФИО1 и ФИО3 убытков в вышеуказанном размере.

При рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО1 и ФИО3 заявлены возражения с указанием на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих существенность влияния ответчиков на положение должника, а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и фактически наступившим банкротством должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим не указаны конкретные действия ответчиков, которые могли бы служить основанием для возникновения у должника убытков, а также не доказана вина ФИО1 и ФИО3, наличие причинно-следственной связи между возникновением у ФИО5 задолженности перед кредиторами и действиями (бездействием) ответчиков, оснований для удовлетворения заявления не имеется.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав представителя ФИО1 и ФИО3, участвующего в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.  

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Для взыскания убытков на основании статей 15, 393 ГК РФ подлежит доказыванию совокупность условий: факт причинения убытков; наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика; документально подтвержденный размер убытков.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, истец должен доказать факт наступление вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков и влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований об их возмещении.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника ФИО6 ссылается на возникновение убытков у должника в связи с организацией ведения бизнеса ФИО1 и ФИО3 через ФИО5

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, финансовый  управляющий не указал, в чём конкретно заключаются неправомерные действия ФИО1 и ФИО3 по отношению к должнику. 

Само по себе осуществление совместной деятельности должника с ФИО1 и ФИО3 не свидетельствует о возникновении убытков, а проверка экономической целесообразности решений, принимаемых лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, в компетенцию суда не входит.

Доказательства, свидетельствующие о том, ФИО5, будучи индивидуальным предпринимателем, соглашаясь на осуществление совместного бизнеса с ответчиками, была не способна осознавать последствия указанных действий либо действовала под влиянием насилия и угрозы со стороны ФИО1 и ФИО3, в материалах дела отсутствуют.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО5 не была в состоянии осознавать последствия совершения действий по приобретению гражданских прав и созданию для себя гражданских обязанностей, в деле не имеется.

Судом первой инстанции рассмотрены и правомерно отклонены доводы о том, что действия ответчиков представляли собой противоправное обогащение за счет должника, создание схемы «центр прибыли» и «центр убытков», при котором все долги остались на ФИО5, а денежные  активы выводились на ФИО1 и ФИО3, поскольку данные обстоятельства документально не подтверждены. 

В отсутствие документального подтверждения указанных обстоятельств, оснований полагать, что ФИО1 и ФИО3 являлись лицами, контролирующими деятельность ФИО5, либо являлись выгодоприобретателями, у суда не имеется.

При изложенных обстоятельствах, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности материалами дела причинения убытков должнику, его кредиторам, наличии причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) ответчиков ФИО1 и ФИО3 и наступившими последствиями, причинением вреда должнику, кредиторам.

Поскольку совокупность условий, необходимых для взыскания убытков доказана, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении  заявленных финансовым управляющим должника требований о взыскании с  ФИО1 и ФИО3 убытков в размере 16 090 324,90 рубля.

Ссылка апеллянта на материалы проверки, проводимой правоохранительными органами на предмет установления в действиях ФИО1 мошеннических действий в связи с заключением фиктивных договоров купли-продажи при осуществлении деятельности у ИП ФИО5, как доказательства, подтверждающие обстоятельства причинения убытков должнику, является несостоятельной, поскольку наличия в действиях ответчика признаков уголовно-наказуемого деяния правоохранительными органами не установлено, приговор суда, вступивший в законную силу, не представлен.

Из представленных в материалы дел документов следует, что договоры заключались непосредственно с должником. Доказательства того, что указанные договоры были заключены под влиянием обмана, не представлены. 

При включении требования ФИО7 в реестр требований кредиторов должника, сведений о том, что договорные отношения сложились не с должником, а с Лессер, также не было представлено. 

Бесспорные доказательства с достоверностью подтверждающие, что задолженность, включенная в реестр требований кредиторов должника, возникла в результате неправомерных действий ответчиков, отсутствуют. 

Соответственно, доводы должника в указанной части опровергаются фактическими обстоятельствами, установленными судом первой инстанции. Оснований переоценивать выводы суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется. 

Апелляционным судом доводы апеллянта проанализированы, сопоставлены с представленными в материалы дела доказательствами и сделан вывод о том, что финансовым управляющим не доказаны доводы о незаконности действий (бездействия) ответчиков, которые повлекли либо могли повлечь нарушение прав должника и его кредиторов и взыскание убытков.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену либо изменение обжалуемого определения.

Вопреки доводам должника, письменные пояснения относительно порядка взаимодействия должника с семьей Лессер не являются достаточными доказательствами, подтверждающими возникновение убытков на стороне должника в результате действий (бездействия) ответчиков.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы фактически выражают несогласие с судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, заявителем не уплачивалась. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 апреля 2024 года по делу №А60-11351/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

Т.В. Макаров 

 

Т.С. Нилогова