АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 октября 2017 года

Дело №

А13-13190/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 октября 2017 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Кравченко Т.В., Троховой М.В.,

рассмотрев 17.10.2017 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего некоммерческого партнерства «Общество взаимного кредита Гордеевой» ФИО1 на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2017 по делу № А13-13190/2014 (судьи Козлова С.В., Виноградов О.Н., Шумилова Л.Ф.),

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 15.07.2015 некоммерческое партнерство «Общество взаимного кредита Гордеевой», место нахождения: 160000, 

<

...>, каб. 334, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Партнерство), признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

ФИО2 07.09.2015 обратилась в суд с заявлением, уточненным в процессе рассмотрения спора в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере     19 077 250 руб.

Конкурсный управляющий ФИО1 25.11.2015 обратился в суд с заявлением о признании недействительным сделки по возврату ФИО2 заемных денежных средств на общую сумму 22 484 737 руб.   

Указанные заявления объединены судом в одно производство.  

Определением от 27.02.2017 суд отказал в удовлетворении заявлений ФИО3 и конкурсного управляющего.

ФИО2 обжаловала определение от 27.02.2017 в апелляционном порядке в части отказа в удовлетворении ее заявления и в процессе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции отказалась от заявления в части требования в сумме 7 441 000 руб. 

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2017 определение от 27.02.2017 отменено в части отказа во включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО2 в размере    7 441 000 руб., производство по заявлению в указанной части прекращено. 

Этим же постановлением определение от 27.02.2017 отменено в части отказа в признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО2 в размере 4 865 000 руб., требование в указанной части признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов Партнерства; в остальной обжалованной части определение от 27.02.2017 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит отменить постановление от 13.07.2017 в части признания обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника требования ФИО2 в размере 4 865 000 руб., в указанной части принять новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления.

По мнению подателя жалобы, ФИО2 не представила доказательства, подтверждающие наличие у нее денежных средств для предоставления займа Партнерству.

Конкурсный управляющий считает, что ни договор купли-продажи от 02.05.2014, ни решения Вологодского городского суда Вологодской области о взыскании с ФИО2 задолженности в пользу иных лиц не позволяют сделать вывод о том, что ФИО2 внесла денежные средства в кассу Партнерства. 

Кроме того, отмечает ФИО1, доводы ФИО2 о размере полученного дохода как директора Партнерства противоречат ее же пояснениям, приведенным при рассмотрении Вологодским городским судом Вологодской области дела по иску ФИО2 к Партнерству о взыскании задолженности по заработной плате с 01.01.2014 по 15.12.2015. 

Федеральная налоговая служба (далее - ФНС) в отзыве поддержала доводы подателя кассационной жалобы.

Лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 АПК РФ надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность судебных актов, принятых по результатам рассмотрения заявления ФИО2, проверена в кассационном порядке в обжалуемой части.

Как установлено судами, рассматриваемое требование заявлено кредитором на основании договоров о внесении участником личных сбережений от 10.03.2011 № 001172, 10.06.2011 № 001132/О, 08.12.2011 № 001351/О, 22.01.2013 № 001628/Б, 28.01.2013 № 001629/О, 28.03.2013 № 001679/Спир, 19.09.2013 № 001750/Спир, 12.11.2013 № 001889, 18.03.2014 № 001933/Сух, 19.03.2014 № 001934/Сух, 31.03.2014 № 001937/Сух, 08.05.2014 № 001929, из текста которых следует, что ФИО2 обязалась предоставить Партнерству денежные средства на общую сумму 4 865 000 руб., а Партнерство - возвратить внесенные взносы в установленные сроки и уплатить проценты.

Договоры со стороны Партнерства подписаны директором ФИО2

В качестве доказательств внесения денежных средств по указанным договорам ФИО2 представила квитанции к приходным кассовым ордерам от 10.03.2011 № 86, 10.06.2011 № 250, 08.12.2011 № 483, 484, 02.04.2012 № 98, 27.04.2012 № 140, 03.07.2012 № 234, 07.07.2012 № 250, 22.01.2013 № 17, 28.01.2013 № 22, 28.03.2013 № 118, 19.09.2013 № 494, 12.11.2013 № 467, 18.03.2014 № 345, 19.03.2014 № 346, 31.03.2014 № 349, 08.05.2014 № 7 на указанную сумму.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что означенные договоры являются договорами займа. Установив, что ФИО2 не представила доказательства, подтверждающие ее финансовое положение, позволяющее ей давать денежные средства взаймы, суд пришел к выводу о недоказанности реальности заемных отношений. 

Апелляционный суд, повторно рассмотрев дела по имевшимся в деле и дополнительно представленным доказательствам, сделал вывод о наличии у ФИО2 доходов в размере, достаточном для финансирования деятельности Партнерства путем предоставления заемных средств. 

Суд апелляционной инстанции указал также, что в материалах дела имеются сведения о том, как полученные от ФИО2 средства истрачены Партнерством.

На этом основании суд апелляционной инстанции отменил определение от 27.02.2017 в указанной части и удовлетворил заявление кредитора в этой части.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы и отзыва, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Как следует из пунктов 4 и 5 статьи 100 Закона о банкротстве, арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов независимо от наличия возражений относительно этих требований.

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Таким образом, если передача должнику денежных средств подтверждается только документами, исходящими от него самого, то заявитель, предъявляя в суд соответствующее требование, обязан подтвердить наличие своей возможности предоставить должнику денежные средства.

Поскольку заем был выдан в форме наличных денежных средств с представлением в качестве доказательств его реальности квитанций к приходным кассовым ордерам, суд апелляционной инстанции, приняв во внимание разъяснения, изложенные в пункте 26 Постановления № 35, указал на наличие у заявителя источника доходов в виде полученных от физических лиц сумм займа, впоследствии взысканных в судебном порядке; суд также сослался на наличие в деле иных документов, подтверждающих, что финансовое положение кредитора позволяло предоставить Партнерству денежные средства, не конкретизировав при этом такие доказательства. 

При таких условиях суд апелляционной инстанции пришел к выводу о правомерности заявленных требований.

Между тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Судами установлено и из материалов дела следует, что ФИО2 являлась членом Партнерства и его директором в рассматриваемый период. 

Основным видом деятельности Партнерства являлось привлечение денежных средств граждан с последующим возвратом этих средств и выплатой процентов. 

В материалы дела представлены решения Вологодского городского суда Вологодской области, согласно которым с ФИО2 в пользу физических лиц взыскана задолженность по договорам займа, в том числе по тем договорам, на которые ФИО2 указала как на доказательства ее финансового состояния. 

По мнению суда кассационной инстанции, вопреки доводам кредитора, обстоятельства, установленные при рассмотрении этих судебных актов, не являются достаточным основанием для вывода о финансовом положении ФИО2, и не свидетельствуют о том, что она действительно внесла полученные от иных лиц денежные средства в кассу Партнерства. 

В данном случае платежеспособность кредитора должна устанавливаться в соответствии со статьей 71 АПК РФ в результате оценки в совокупности и взаимной связи всех собранных по делу доказательств. 

Между тем, согласно справке Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области от 31.05.2017 сведения о доходах ФИО2 за 2011 - 2012 годы не представлялись в налоговый орган. 

В дело представлены справки о доходах ФИО2 за 2013 - 2014 годы. Вместе с тем, конкурсный управляющий обращал внимание судов на имеющиеся противоречия между сведениями, отраженными в справках о доходах физического лица за 2013 и 2014 годы и пояснениями самой    ФИО2, данными ею в деле о взыскании с Партнерства задолженности по заработной плате о том, что ее труд не оплачивался с 01.01.2014. 

Кроме того, в материалы данного обособленного спора представлены документы по исполнительным производствам, возбужденным в отношении ФИО2 в 2014 - 2015 годах, при этом сведения об исполнении ФИО2 судебных актов в этих материалах не содержатся, напротив, постановлением от 09.06.2017 судебный пристав-исполнитель объединил исполнительные производства, возбужденные в отношении названного должника, начиная с 08.04.2014. 

ФИО2 в подтверждение наличия у нее денежных средств в 2011 году сослалась на договор купли-продажи от 03.11.2010, по которому произвела отчуждение принадлежащего ей имущества. Вместе с тем, доказательства получения ФИО2 денежных средств по этому договору в дело не представлены.

По мнению суда кассационной инстанции, надлежащая оценка собранным по делу доказательствам в совокупности и взаимной связи судом апелляционной инстанции не дана.

При таком положении вывод суда апелляционной инстанции о благополучном финансовом положении ФИО2 не может быть признан соответствующим имеющимся в деле доказательствам.  

Кроме того, суд кассационной инстанции считает необходимым отметить следующее.

При функционировании должника ФИО2 как член высшего органа управления, а в данном случае и как единоличный исполнительный орган объективно влияла на хозяйственную деятельность Партнерства (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на ФИО2  подлежит распределению риск банкротства контролируемого ею лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на представленных в дело договорах требований ФИО2 следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. 

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд должен дать оценку соответствия поведения кредитора требованиям статьи 10 ГК РФ. Однако такая оценка не дана судами первой и апелляционной инстанций. 

Между тем, при рассмотрении настоящего обособленного спора суды установили, что по представленным кредитором договорам срок возврата денежных средств составлял от трех месяцев до одного года. 

ФИО2 являлась директором Партнерства, то есть давала указания относительно движения поступающих в кассу организации денежных средств. 

Каких-либо пояснений относительно причин допущенной просрочки возврата денежных средств, внесенных по утверждению ФИО2 в кассу Партнерства, она не привела. 

В рамках уголовного дела № 14022451, возбужденного в отношении ФИО2 по основаниям, установленным частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, проведена экспертиза. 

По результатам исследования документации Партнерства эксперт ФИО4 в заключении от 25.05.2015 № 13эф пришла к выводу о том, что общая сумма денежных средств, выплаченных членам Партнерства по договорам займа и договорам сберегательных взносов за период с 01.01.2009 по 09.09.2014 превышает сумму внесенных членами Партнерства по этим договорам средств на 628 025 руб. 47 коп.

В силу статей 64, 89 АПК РФ заключение эксперта, полученное не в рамках данного дела, является иным доказательством, содержащим сведения о фактах.

Представленное в дело заключение не получило оценки судов первой и апелляционной инстанций.  

В этой связи суд кассационной инстанции приходит к выводу, что судами первой и апелляционной инстанций не были установлены обстоятельства, имеющие существенное значение для проверки обоснованности заявленного требования и возражений конкурсного управляющего.

Изложенное в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены определения от 27.02.2017 и постановления от 13.07.2017, принятые по результатам проверки обоснованности заявления ФИО2 о включении ее требования в размере 4 865 000 руб. в реестр требований кредиторов Партнерства. 

На основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ дело в отмененной части следует направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

В остальной части постановление от 13.07.2017 не обжаловано в кассационном порядке участвующими в деле лицами. 

Руководствуясь статьями 286 - 290  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 27.02.2017 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2017 по делу № А13-13190/2014, принятые по результатам проверки обоснованности заявления ФИО2 о включении ее требования в размере 4 865 000 руб. в реестр требований кредиторов некоммерческого партнерства «Общество взаимного кредита Гордеевой» отменить. 

Дело в отмененной части направить в Арбитражный суд Вологодской области.

В остальной части постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.07.2017 по тому же делу оставить без изменения.

Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи

Т.В. Кравченко

 М.В. Трохова