ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

24.06.2021Дело № А40-279204/19

Резолютивная часть постановления оглашена 22 июня 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 июня 2021 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего  –судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 08.06.2021;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.12.2020

по заявлению о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Интерпромсервис-гарант»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 12.08.2020 общество с ограниченной ответственностью «Интерпромсервис-гарант» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.12.2020, было удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а производство по заявлению конкурсного управляющего должника приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу опровержимой презумпции, установленной пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: - организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; - ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как следует из материалов дела, было установлено судом первой инстанции, ФИО1 с 30.10.2018 является единственным участником и руководителем должника, то есть контролирующим должника лицом, как следствие, может быть привлечен к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве, не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения, а также ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), разъяснено, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Между тем, судами установлено, а доводами кассационной жалобы по существу не оспаривается, что в подтверждение факта передачи необходимой документации арбитражному управляющему ФИО1 был представлен акт приема-передачи от 28.05.2020. согласно которому, с учетом письменных пояснений самого конкурсного управляющего должника, ему были переданы устав, сертификаты соответствия, документы по отчетности, предоставленной в налоговый орган и внебюджетные фонды, документы о взаимодействии с налоговым органом и внебюджетными фондами, договоры с контрагентами на 78 листах, выписки по расчетным счетам за 2017 год, документы по реализации за 2016 год, счет-фактуры за 9 месяцев 2017 года, поступления (товарные накладные) за 2017 год на 177 листах, документы по поступлению товаров, работ и услуг за 4-й квартал 2017 года на 164 л.

Таким образом, документы по поступлению товаров, работ и услуг переданы только за 4-й квартал 2017 года, счета-фактуры – за 9 месяцев 2017 года, товарные накладные за 2017 год.

Между тем, конкурсным управляющим должника были представлены сведения о том, что полученные документы не раскрывают состав и размер имущества, принадлежащего должнику (на 31.12.2017 согласно бухгалтерскому балансу, основные средства должника составляли 1 178 000 руб.).

Однако. документы, подтверждающие наличие либо выбытие указанного имущества из владения должника не представлены.

В рамках обособленного спора по рассмотрению заявления временного управляющего ФИО3 о признании недействительными сделок должника, заключенных с ФИО4, заинтересованное лицо ссылалось на договор поставки оборудования от 01.10.2017 № 100, тогда как должником данный договор в адрес конкурсного управляющего не представлен, как и список оборудования, поступившего в собственность должника в соответствии с условиями этого договора.

В обособленном споре о признании недействительными сделок должника, заключенных с ФИО4, последней была представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру от 04.05.2016 года на сумму 1 000 000 руб.

Однако, руководителем должника кассовые книги, книги покупок и продаж, авансовые отчеты не представлены.

Таким образом, конкурсный управляющий должника не имеет возможности оценить реальность данного поступления и расходования указанной суммы.

Кроме того, судами учтено, что должник был зарегистрирован в качестве юридического лица 23.12.2015 и фактически начал осуществлять свою деятельность с 2016 года, тогда как документы, представленные в адрес конкурсного управляющего бывшим руководителем переданы в большинстве своем за 2017 год.

При этом, хотя должник и осуществлял свою деятельность до июня 2018 года, документы, отражающие экономическую деятельность общества за 2018 год, конкурсному управляющему должника не передана.

В результате того, что ФИО1 не передал арбитражному управляющему документы о хозяйственной деятельности общества за весь проверяемый период, не был исследован перечень имущества должника, приобретенного или отчужденного должником, список дебиторов, договоры, на основании которых производилось отчуждение или приобретение имущества должника, изменение структуры активов, увеличение или уменьшение кредиторской задолженности, иные документы о финансово-хозяйственной деятельности должника.

При этом, факты о хозяйственной деятельности должника выясняются только в рамках рассмотрению обособленных споров по заявлениям временного управляющего об оспаривании сделок должника, о взыскании убытков и привлечении к субсидиарной ответственности, в результате представления заинтересованными лицами в подтверждение своих возражений документов, отражающих финансовую и хозяйственную деятельность должника.

Отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Поскольку бывшим руководителем должника ФИО1 не была исполнена установленная пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве обязанность по передаче арбитражному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, что привело к существенному затруднению процедуры банкротства, в том числе к невозможности взыскания дебиторской задолженности, а также учитывая, что привлекаемое к ответственности лицо не опровергло установленную подпунктом 2 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпцию, погашение требований кредиторов стало невозможным вследствие действий и (или) бездействия ФИО1, что является основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам контролируемого им лица на основании подпункта 2 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.12.2020 по делу № А40-279204/19 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Н.А. Кручинина

В.Л. Перунова