АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4153/2023

18 сентября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 сентября 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Кучеренко С.О., Никитина Е.О.

при участии: 

представители участвующих в деле лиц не явились

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2023

по делу №  А59-1617/2021 Арбитражного суда Сахалинской области

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1            (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)  

о включении требований в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Бест Фиш» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 694020, 

<

...>) несостоятельным (банкротом) 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Сахалинской области от 26.04.2021 принято к производству заявление акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (далее - АО «Россельхозбанк», Банк)  о признании общества с ограниченной ответственностью «Бест Фиш»              (далее - должник, ООО «Бест Фиш», общество) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 12.07.2021 в отношении ООО «Бест Фиш» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением суда от 11.04.2022 ООО «Бест Фиш» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3.

В рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - ИП ФИО1, заявитель, кредитор, кассатор) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требований по договору займа от 24.12.2014 в размере 30 000 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 01.08.2022 требования ИП ФИО1 в размере 30 000 000 руб. (основной долг) признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Бест Фиш».

Названное определение суда первой инстанции обжаловано в апелляционном порядке АО «Россельхозбанк».

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 определение суда первой инстанции от 01.08.2022 изменено в части, требования ИП ФИО1 в размере 30 000 000 руб. (основной долг) признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Бест Фиш», указанных в               пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                   «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта                8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)           (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

Также названным постановлением апелляционный суд возвратил              АО «Россельхозбанк» из федерального бюджета ошибочно уплаченную государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере                 3 000 руб.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 26.12.2022 постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 по делу № А59-1617/2021 в части возврата АО «Россельхозбанк» из федерального бюджета ошибочно уплаченной государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб. с указанием на выдачу справки на возврат государственной пошлины оставлено без изменения, в остальной части названное постановление апелляционного суда от 10.10.2022 по настоящему делу отменено, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Пятый арбитражный апелляционный суд.

Определением апелляционного суда от 18.01.2023 апелляционная жалоба АО «Россельхозбанк» принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 15.02.2023.

В ходе рассмотрения спора судом апелляционной инстанции в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщены к материалам дела: ответ УФНС России по Сахалинской области от 07.03.2023 № 24-11/07460 с приложением копии регистрационного дела в отношении ООО «Бест Фиш»; ответ Агентства записи актов гражданского состояния Сахалинской области от 11.04.2023                 № 3.24-432/23, содержащий информацию о родителях кредитора –                         ФИО1; ответ УФНС России по Сахалинской области от 12.04.2023                 № 07-09/02/0081815дсп, содержащий информацию об учредителях и руководителях ООО «Океан», ООО «Фабрика орудий лова», копии бухгалтерской отчетности в отношении ООО «Фабрика орудий лова»,                  ООО «Бест Фиш», копии налоговых деклараций в отношении ИП ФИО1; ответ УФНС России по Сахалинской области от 17.05.2023                          № 08-10/01052дсп, содержащий копии бухгалтерской отчетности в отношении ООО «Фабрика орудий лова», ООО «Бест Фиш», копии налоговых деклараций в отношении ИП ФИО1.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2023 определение суда от 01.08.2022 по делу № А59-1617/2021 изменено в части определения очередности требований ИП ФИО1. Требования названного кредитора в размере 30 000 000 руб. (основной долг) признаны обоснованными, подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление апелляционного суда от 11.07.2023 отменить  в части изменения очередности удовлетворения его требований, оставить в силе определение суда первой инстанции от 01.08.2022 по настоящему делу.

В обоснование своей позиции заявитель кассационной жалобы указывает, что в нарушение статьи 286 АПК РФ при принятии обжалуемого постановления суд апелляционной инстанции вышел за пределы доводов апелляционной жалобы, а также доводов лиц, заявлявшихся в суде первой инстанции; судом апелляционной инстанции по своей инициативе были применены нормы и разъяснения о компенсационном финансировании, аффилированных лицах, понижении очередности требований и постановлены выводы, не основанные на материалах дела и на законе, подлежащем применению. Однако апелляционным судом не учтено, что ФИО1 не являлся учредителем и до 2019 года не являлся собственником доли в      ООО «Бест Фиш», приобретение доли в уставном капитале общества предпринято с целью возврата заемных средств, а не контроля над должником и создания ложной кредиторской задолженности.

Определением от 23.08.2023 кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 17 час. 30 мин. 11.09.2023.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

Заявитель жалобы, а также иные лица, участвующие в настоящем обособленном споре и в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в судебное заседание не явились, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ позволяет суду округа рассмотреть кассационную жалобу в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемого судебного акта исходя из аргументов рассмотренной кассационной жалобы, а также в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для изменения постановления апелляционного суда по доводам кассатора не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судами двух инстанций, 24.12.2014 между заявителем (займодавец) и должником (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого займодавец обязуется передать, а заемщик обязуется возвратить заем в сумме 30 000 000 руб., принятых на пополнение оборотных средств. Заем выдается на беспроцентной основе (пункты 1.1, 1.8 договора).

Денежные средства предаются заемщику путем перечисления на его расчетный счет (пункт 2.1 договора).

В соответствии с пунктом 3.1 договора заемщик обязуется возвратить полученный заем не позднее 01.10.2015.

Дополнительными соглашениями № 1 от 01.10.2015, № 2 от 28.02.2018 срок возврата займа продлен до 01.03.2018 и до 01.09.2019, соответственно.

В последующем во исполнение принятых на себя по договору обязательств заявителем на счет должника в КБ «Долинск» перечислены денежные средства по платежным поручениям № 33 от 30.12.2014 в сумме  24 000 000 руб. и № 17137277 от 31.12.2014 в сумме 6 000 000 руб.

Далее судами констатировано, что факт поступления денежных         средств в сумме 30 000 000 руб. на счет должника, а равно их           расходования последним на приобретение имущества, уплату задолженности                   (комиссия, просроченные проценты, основной долг) перед кредитором                  АО «Россельхозбанк» и иные хозяйственные нужды документально подтвержден, в том числе по результатам проверки представленной  конкурсным управляющим документации.

Также судами установлено, что ИП ФИО1 с 2013 года является единственным участником ООО «Океан» и являлся директором последнего на момент выдачи займов; наличие у кредитора в период заключения договора займа от 24.12.2014 возможности предоставить должнику заем в указанном размере подтверждается представленными в материалы дела заключенными заявителем (заемщик) с ООО «Океан» (займодавец) договорами займа от 21.03.2014, от 26.12.2014 и от 29.12.2014 и платежными поручениями к ним от 21.03.2014, от 26.12.2014 и от 29.12.2014 на общую сумму 35 000 000 руб.

Сочтя доказанным перечисление кредитором на расчетный счет должника денежных средств во исполнение обязательств в части предоставления займа по договору от 24.12.2014 и финансовые возможности предоставить заем в заявленном размере, в отсутствие доказательств их возврата должником ИП ФИО1, суд первой инстанции признал обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Бест Фиш» требование ИП ФИО1 в размере суммы основного долга – 30 000 000 руб.

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, поддержал позицию суда первой инстанции относительно размера исследованной задолженности, при этом признал необоснованным вывод суда об отсутствии оснований для субординации требования ИП ФИО1 и отнесении указанной суммы к третьей очереди удовлетворения, в связи с чем изменил определение суда от 01.08.2022 в данной части.

При формировании соответствующей правовой позиции и постановке в пределах имеющейся компетенции собственных выводов, суд апелляционной инстанции руководствовался следующими положениям нормативного регулирования и фактическими обстоятельствами спора.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием ко включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18- 3533, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2)).

В частности, если обстоятельства выдачи займа, заключения и исполнения его сторонами свидетельствуют о наличии у сторон корпоративного интереса, экономически обусловленного наличием возможности управления делами в обществе и получения от этого выгод, и существенно отличаются от разумного общепринятого стандарта заемных отношений с условиями платности, своевременности возврата денежных средств, обеспеченности обязательства, соотносимости с рыночными условиями процентной ставки и т.п., то такое требование лица считается возникшим из отношений, связанных с участием в корпоративных организациях или с управлением ими.

Таким образом, во внимание принимаются экономические интересы сторон заемных отношений исходя из распределенных ими юридических прав и обязанностей на момент достижения соглашения, то есть учитываются справедливые правовые ожидания сторон, которые они имели при вступлении в договорные отношения.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», для квалификации обязательств должника в качестве текущих или реестровых следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику. Требования об уплате процентов за пользование заемными (кредитными) средствами, вытекающие из денежных обязательств, возникших после принятия заявления о признании должника банкротом, являются текущими платежами.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В «Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее - Обзор от 29.01.2020) обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора от 29.01.2020).

Вместе с тем, сама по себе аффилированность сторон сделки, на основании которой заявлены требования, не препятствует включению требований в реестр, однако согласно сложившейся правоприменительной практике (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533 по делу № А40-247956/2015, от 10.12.2018 № 308-ЭС17-10337 по делу                          № А32-16352/2016) при наличии сведений об аффилированности должника и кредитора к заявленному требованию, как выше уже указывалось, должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, проведена более тщательная проверка обоснованности требований, в частности, проверено не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценены разумные доводы и доказательства, указывающие на пороки сделок (мнимость, притворность и т.п.).

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Таким образом, доказательств наличия у кредитора финансовой возможности предоставления спорной денежной суммы недостаточно в отсутствие раскрытия экономических причин предоставления заемных денежных средств должнику и их дальнейшего расходования.

Установление в отношении кредитора статуса аффилированного лица является необходимым элементом стандарта доказывания при субординации требований. Интересы аффилированного по отношению к должнику лица не могут противопоставляться интересам независимых кредиторов.

Исходя из сложившейся судебной практики о наличии фактической аффилированности сторон могут также свидетельствовать следующие подлежащие оценке обстоятельства: единый адрес регистрации юридических лиц; единые номера ОКВЭД; расчетные счета, открытые в одних и тех же банках; интересы участников группы в судебных делах представляют одни и те же представители и пр.

В рассматриваемом случае, возражая против субординации требований, ФИО1 указал, что до 2019 года не являлся собственником доли в уставном капитале ООО «Бест Фиш», доля в уставном капитале общества им приобретена в феврале 2019 года, займ должнику предоставлен за 5 лет до инициирования процедуры банкротства, оспорил выводы о намерении осуществления контроля за должником.

При проверке заявленных кредитором доводов апелляционной коллегией  по результатам исследования и оценки как представленных в материалы дела доказательств, так и из сведений, размещенных в свободном доступе на официальном сайте ФНС России (https://egrul.nalog.ru), установлено, что согласно информации, содержащейся в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Бест Фиш» (ИНН 

<

***>), учредителями общества являются ФИО4 с номинальной стоимостью доли 4 500 руб. или 45% и ФИО1 с номинальной стоимостью доли 5 500 руб. или 55%; также                    ФИО1 является участником с долей участия 100% или 128 880 руб. в уставном капитале ООО «Океан» (ИНН 

<

***>).

Между ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк» и обществом с ограниченной ответственностью «Фабрика орудий лова» (заемщик) заключен кредитный договор с юридическим лицом от 14.02.2012 № УК-12/2012.

ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк» 29.12.2014 обратилось в Корсаковский городской суд Сахалинской области (дело № 2-293/2015) с исковым заявлением к заемщику ООО «Фабрика орудий лова» и поручителям: ООО «Авега», ООО «Бест Фиш», ФИО4, ФИО5 о солидарном взыскании задолженности по кредитному договору от 14.02.2014 № УК-12/2012.

Определением Корсаковского городского суда от 20.04.2015 по делу  № 2-293/2015 произведена замена истца в гражданском деле по исковому заявлению ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк» к ООО «Фабрика орудий лова», ООО «Авега», ООО «Бест Фиш», ФИО4, ФИО5 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество на ФИО6 Су, к которому права требования по названному кредитному договору перешли на основании договора уступки права требования (цессии) от 01.04.2015.

Определением Корсаковского городского суда от 28.05.2015 по делу        № 2-293/15 утверждено мировое соглашение по которому ответчики:                 ООО «Фабрика орудий лова», ООО «Авега», ООО «Бест Фиш»,                          ФИО4, ФИО5 признают исковые требования полностью и оплачивают ФИО6 Су сумму задолженности в размере 125 000 000 руб. до 01.10.2015.

Поскольку условия мирового соглашения его участниками не соблюдались, обязательства согласно определению Корсаковского городского суда от 28.05.2015 по делу № 2-293/15 в срок до 01.10.2015 не исполнены, ФИО6 Су обратился в суд с ходатайством о выдаче исполнительного листа, 08.11.2017 ФИО6 Су получил исполнительный лист ФС № 010818307 и обратился в арбитражный суд с заявлением об инициировании процедуры банкротства в отношении ООО «Бест Фиш», делу присвоен номер № А59-6211/2018, изложенная информация содержится в свободном доступе в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru, дело № А59-6211/2018).

Помимо указанного, ФИО6 Су обратился в арбитражный суд с заявлениями о банкротстве должников: ООО «Фабрика орудий лова»,                   ООО «Авега», ФИО4, ФИО5

Вместе с тем, на дату рассмотрения обоснованности заявления о признании ООО «Бест Фиш» банкротом в судебном заседании установлено, что определением суда от 13.05.2019 по делу № А59-6215/2018 о признании ООО «Фабрика орудий лова» (заемщика по кредитному договору от 14.02.2014 № УК-12/2012) несостоятельным (банкротом) утверждено мировое соглашение, заключенное между ООО «Фабрика орудий лова» и кредитором ФИО6 Су 13.05.2019, в связи с указанным производство по делу прекращено.

По условиям мирового соглашения кредитор ФИО6 Су предоставил ООО «Фабрика орудий лова» рассрочку исполнения обязательства по оплате задолженности определенной в пункте 2 настоящего Мирового соглашения (124 999 877,24 руб.), сроком до 13.05.2021.

В связи с утверждением мирового соглашения в рамках дела                            № А59-6215/2018 заявление ФИО6 Су о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Бест Фиш» оставлено без рассмотрения (определение суда от 16.05.2019 в деле № А59-6211/2018).

По запросу апелляционного суда в материалы настоящего дела поступил ответ Агентства записи актов гражданского состояния Сахалинской области от 11.04.2023 № 3.24-432/23, содержащий сведения о том, что ФИО6 Су является отцом ФИО1 (сын).

На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о фактической заинтересованности (аффилированности) в силу статьи 19 Закона о банкротстве ФИО6 Су и ФИО1, посчитав,          что осведомленность последнего о финансовом состоянии должника, свидетельствующем о неплатежеспособности ООО «Бест Фиш», возникшей по состоянию на 01.10.2015, в данном случае презюмируется в силу поручительства по кредитному договору от 14.02.2012 № УК12/2012, в связи с неисполнением обязательств, установленных определением Корсаковского городского суда от 28.05.2015 по делу № 2-293/15.

Далее, оценив представленные в материалы дела доказательства на предмет соответствия положениям, изложенным в Обзоре от 29.01.2020, апелляционный суд констатировал, что, в частности, дополнительные соглашения (от 01.10.2015 и от 28.02.2018) о продлении сроков пользования заемными средствами по договору займа от 24.12.2014 очевидно свидетельствуют о том, что ИП ФИО1 допускал продолжение их нахождения в имущественной сфере должника уже в условиях имущественного кризиса и высокой вероятности будущего банкротства  ООО «Бест Фиш», поскольку последнее не обладало достаточным объемом ликвидных активов и собственного капитала для погашения кредиторской задолженности и ведения коммерческой деятельности.

При этом апелляционной коллегией также были приняты во внимание сведения бухгалтерской отчетности, размещенной в свободном доступе на сайте ФНС России (https://bo.nalog.ru), и конкретные условия договора займа от 24.12.2014 о предоставлении денежных средств  сроком на 9 месяцев на беспроцентной основе с предоставлением в счет обеспечения исполнения обязательств по указанному займу со стороны ФИО4 по договору залога принадлежащей ему доли в размере 55% в уставном капитале ООО «Бест Фиш», притом, что общество в последующем не осуществило возврат указанных заемных средств кредитору в срок до 01.10.2015 (пункт 3.1 договора займа от 24.12.2014), а также 01.03.2018 и 01.09.2019 в сроки, установленные дополнительными соглашениями от 01.10.2015 и от 28.02.2018, соответственно.

При постановке указанных выше выводов суд апелляционной инстанции мотивированно учел, помимо прочего, как то обстоятельство, что ФИО6 Су в результате правопреемства обладал правами займодавца (кредитора) по отношению к ООО «Фабрика орудий лова» и правами взыскания задолженности с ООО «Авега», ООО «Бест Фиш», ФИО4, ФИО5 по кредитному договору от 14.02.2012 № УК-12/2012, как с поручителей, так и то, что ФИО1 (сын), являющийся заинтересованным по отношению к ФИО6 Су (отец), предоставивший должнику по договору займа от 24.12.2014 денежные средства до 01.10.2015, продлив срок исполнения обязательств до 01.03.2018 и до 01.09.2019 (дополнительные соглашения от 01.10.2015 № 1, от 28.02.2018 № 2), располагал информацией о нахождении общества в ситуации имущественного кризиса, поскольку ФИО6 Су получил исполнительный лист ФС № 010818307 (08.11.2017) в отношении задолженности по кредитному договору от 14.02.2012 № УК12/2012 и инициировал процедуру банкротства в отношении ООО «Бест Фиш» (№ А59-6211/2018).

В подобной ситуации для кредитора, в частности, не могла не являться очевидной высокая вероятность приобретения им в будущем прав на (заложенную) долю в уставном капитале несостоятельного должника (что в действительности в последующем и случилось, причем доля была приобретена им не через залоговый механизм, а по договору купли-продажи и с соответствующей оценкой стоимости такой доли находящегося в имущественном кризисе общества лишь в 5 000 руб. (определение суда от 07.10.2021 в деле № А59-6214/2018), то есть при неликвидном обеспечении), вместе с тем отсутствие с его стороны каких-либо ординарных для обычного кредитора мероприятий, направленных на возврат вложенных по займу средств (равно как и при беспроцентном характере такого займа), а напротив, только неоднократные продления сроков возврата займа, в данном случае подтверждают обоснованность выводов апелляционного суда об отсутствии свидетельств иной цели выбора указанной модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства (применительно к упоминаемому самим кассатором пункту 11 Обзора от 29.01.2020 изложенное как раз и отвечало признакам ситуации принятия кредитором такого рискованного решения о способе выхода из сложившейся ситуации с отклонением от обычного стандарта поведения, подразумевающего отнесение вытекающих рисков именно на данного кредитора, который изначально и не мог рассчитывать на получение какой-либо иной выгоды, например, в виде согласованного в договоре процента за пользование займом, поскольку подобное условие в договоре займа отсутствовало и он являлся, как указано, беспроцентным).

Ввиду перечисленных обстоятельств, а также сославшись на неистребование кредитором у ООО «Бест Фиш» длительное время заемных средств и неосуществление взыскания задолженности в судебном порядке, апелляционная коллегия пришла к выводу о том, что в рассматриваемом случае подлежит применению правовая позиция, изложенная в Обзоре от 29.01.2020 (в частности, пункт 3.2 указанного Обзора), в соответствии с которой требования ИП ФИО1 подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

У суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для несогласия с выводами суда апелляционной инстанции, сделанными на основе надлежащей правовой оценки совокупности представленных в материалы дела доказательств и установленных фактических обстоятельств, в связи с чем возражения заявителя кассационной жалобы, основанные исключительно на несогласии с итоговым выводом суда о наличии оснований для понижения очередности  его требований в реестре кредиторов должника, и мотивированные ссылкой на необоснованность позиции суда о фактически сложившейся и исследованной взаимосвязи сторон спора, отклоняются судом округа как направленные на переоценку имеющихся в деле доказательств.

В данном случае при рассмотрении дела апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что предоставление кредитором спорного займа с учетом конкретного характера и условий установленных взаимоотношений сторон при соответствующем финансовом положении должника следует отнести к компенсационному финансированию, притом также, что какие-либо иные разумные экономические мотивы такого поведения, как выше уже отмечалось, раскрыты не были.

При этом ссылки кредитора на то, что заем предоставлен кредитором   за пять лет до введения в отношении должника процедуры банкротства, а приобретение доли в обществе и предшествующие этому отношения с             ООО «Бест Фиш» предприняты исключительно с целью возврата заемных денежных средств, а не получения контроля над должником и создания ложной кредиторской задолженности, не принимаются судом округа, как сами по себе безусловно не опровергающие вышеперечисленных обстоятельств и выводов апелляционной коллегии по данному спору, сделанных по результатам правовой оценки всей совокупности имеющихся доказательств.

Следовательно, суд апелляционной инстанции правомерно признал требования ИП ФИО1 подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

В связи с этим приведенная кредитором ссылка на правовую позицию пункта  11 Обзора от 29.01.2020 также, как выше уже отмечалось, отклонена судом округа, как неприменимая к рассматриваемым требованиям: в настоящем случае (и с учетом всей прочей совокупности оцененных в рамках собственной компетенции нижестоящим судом обстоятельств и деталей конкретного спора) сам вывод о необходимости субординирования заявленных требований мотивирован апелляционным судом не ввиду собственно как такового предоставленного кредитором должнику финансирования при залоге доли в его уставном капитале, а именно на основании такого исследованного (нетипичного для ординарного, в том числе и залогового, кредитора) поведения стороны, которое свидетельствовало о невостребовании спорного займа в разумный срок, равно как и при отказе от реализации права на его истребование, но, напротив, с неоднократным подписанием дополнительных соглашений о продлении как варианта финансирования в условиях уже состоявшегося имущественного кризиса, о котором кредитор был однозначно осведомлен.

Следовательно, является ошибочным и не соответствует действительности также и мнение кассатора о том, что апелляционный суд допустил какие-либо буквальные выводы о допустимости установления признаков контроля, влекущего субординирование требований, только из самого факта обладания правами залогодержателя доли участия в должнике.

Указание заявителя на нарушение судом апелляционной инстанции норм процессуального права, выраженное в выходе за пределы заявленных доводов апелляционной жалобы, судом округа отклоняется как противоречащее материалам дела и содержанию обжалуемого апелляционного постановления, основанное на неверном толковании заявителем норм действующего законодательства.

Так, в соответствии со статьей 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся              в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

При рассмотрении обособленных споров в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными в целях включения в реестр кредиторов могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). Признание в любой форме должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В данном конкретном случае, как следует из мотивировочной и описательной части обжалуемого судебного акта, все имеющиеся в материалах дела документы являлись предметом исследования и оценки суда; на протяжении всего периода рассмотрения обособленного спора предмет требований и основной материально-правовой интерес кредитора заключался во включении его требований в реестр требований кредиторов должника с отнесением требований к третьей очереди удовлетворения; арбитражный суд апелляционной инстанции осуществлял проверку  определения суда первой инстанции о включении требований ИП ФИО1 в реестр требований кредиторов должника в полном объеме, в соответствии с поданной Банком апелляционной жалобой, а не по собственному усмотрению, как указывает кассатор; при этом установление определенной Законом о банкротстве очередности удовлетворения требования кредитора (в том числе установление наличия/отсутствия определенных оснований для понижения такой очередности в соответствии с правовыми подходами к рассмотрению такой категории споров, приведенными в Обзоре от 29.01.2020) также является обязанностью арбитражного суда.

Нормы материального права применены апелляционным судом правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, судом не допущено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт изменению, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2023  по делу №  А59-1617/2021 Арбитражного суда Сахалинской области оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко

 

Е.О. Никитин