АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ 

690091, 

<

...> Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-9220/2025

г. Владивосток

07 ноября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 23 октября 2025 года. Полный текст решения изготовлен 07 ноября 2025 года. 

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Фокиной А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Горпенюком В.А.,  

рассмотрев в судебном заседании 14-23 октября 2025 года с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн- заседание) дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «НК Джакс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 28.09.2017)  

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)  

о признании незаконным решения от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/281124/5147883,  

при участии: от заявителя – представителя ФИО1 (по доверенности от 07.07.2025), от таможни – не явились, извещены, установил: 

Общества с ограниченной ответственностью «НК Джакс» (далее по тексту – «заявитель», «декларант», «Общество») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными решения Владивостокской таможни (далее по тексту – «таможня», «таможенный орган») от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/281124/5147883 (далее – спорная ДТ).  

В обоснование требований декларант по тексту заявления указал, что спорное решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган не дал объективной оценки документам и сведениям, Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными подписями судей по делу № А51-9220/2025 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) используйте секретный код:  

 Возможность доступна для пользователей, авторизованных через портал государственных услуг (ЕСИА). 

представленным декларантом, в связи с этим просит признать незаконным решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.  

Таможенный орган требования общества не признал, указал, что в ходе таможенного контроля по спорной ДТ в результате анализа представленных декларантом документов установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа; ссылается, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости и формирование структуры таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях.  

Данные обстоятельства, по мнению таможенного органа, препятствуют применению первого метода определения таможенной стоимости товаров, в связи с чем считает, что оспариваемое решение по таможенной стоимости принято законно и обоснованно, в связи с чем оснований для удовлетворения жалобы на решение также не имелось.  

Из материалов дела следует, что в ноябре 2024 года ООО «НК Джакс» в целях исполнения обязательств по внешнеэкономическому контракту от 04.07.2024 № 04072024, заключенному с иностранной компанией «Q-WAY INC.» (Япония) (далее - Контракт), и в соответствии с коммерческим инвойсом № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 на условиях поставки FOB NANSHA ввезен на таможенную территорию ЕАЭС и помещен под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ № 10702070/281124/5147883 товар – «ГЕЛЬ ДЛЯ СТИРКИ», классифицируемый в подсубпозиции 3402500000 ТНВЭД ЕАЭС, страна происхождения - Китай.  

Заявленная таможенная стоимость товаров по ДТ в размере 8 475 000 яп.йен определена декларантом на основе стоимости сделки с ввозимыми товарами.  

01.12.2024 в адрес ООО «НК ДЖАКС» был направлен запрос документов и сведений в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости, на который 27.01.2025 поступил ответ декларанта.  

17.02.2025 в адрес ООО «НК ДЖАКС» в порядке пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС был направлен дополнительный запрос документов и сведений в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости, ответ на который поступил 25.02.2025.  

По итогам анализа всех представленных декларантом документов 01.03.2025 таможенным постом принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ; таможенная стоимость ввезённого товара определена по методу 3 – по стоимости сделки с однородными товарами.  

Не согласившись с решением таможни от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, считая, что все необходимые документы были представлены таможне и данное решение повлекло возложение на декларанта необоснованного и излишнего финансового бремени в виде дополнительно начисленных таможенных платежей, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд пришел к выводу о необходимости отказать в удовлетворении заявленного требования ввиду следующего.  

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному  

правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.  

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014, вступил в силу 01.01.2015) в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Евразийского экономического союза, а также в соответствии с положениями указанного Договора.  

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.  

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного Кодекса.  

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:  

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;  

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;  

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;  

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.  

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, к которым относятся и расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до — места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.  

Пунктом 1 Решения Коллегии ЕАЭК от 22.05.2018 № 83 «О расчете дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров» установлено, что в случае, если дополнительные начисления указанные в подпунктах 4 и 5 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, относятся ко всем или нескольким наименованиям  

товаров ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, определение величины дополнительных начислений, подлежащих добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за каждое наименование товара, осуществляется пропорционально величине, определяемой отношением веса брутто каждого наименования товара к общему весу брутто товаров, к которым относятся такие дополнительные начисления.  

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.  

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.  

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).  

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и  

полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.  

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств- членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.  

Согласно пункту 2 статьи 112 ТК ЕАЭС в случае, если при проведении таможенного контроля выявлены нарушения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования, которые в соответствии с абзацами вторым и третьим подпункта 9 пункта 1 статьи 125 настоящего Кодекса при их устранении не будут являться основанием для отказа в выпуске товаров, и таможенным органом для устранения таких нарушений установлена необходимость изменения (дополнения) сведений, заявленных в таможенной декларации, такие сведения должны быть изменены (дополнены) декларантом по требованию таможенного органа в пределах срока выпуска товаров, установленного пунктами 3 и 6 статьи 119 настоящего Кодекса.  

В силу пункта 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.  

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии», внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1.  

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения,  

заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).  

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» предусмотрено, что при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.  

В соответствии с пунктом 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42, при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаками недостоверного определения таможенной стоимости товаров являются, в частности, следующие обстоятельства:  

а) выявление несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в том же документе, а также сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, сведениям, полученным из информационных систем таможенных органов, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных органов (организаций) государств-членов, и (или) из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, сведениям, полученным другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, входящими в право Союза, и (или) законодательством государств-членов;  

б) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза;  

в) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, определенной в соответствии с информацией о биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, информацией из ценовых каталогов;  

г) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой компонентов (в том числе сырьевых), из которых произведены (состоят) ввозимые товары;  

д) наличие взаимосвязи продавца и покупателя ввозимых товаров в сочетании с более низкой ценой ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, продажа и покупка которых осуществлялись независимыми продавцом и покупателем;  

е) наличие оснований полагать, что структура таможенной стоимости ввозимых товаров не соблюдена (например, к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, не добавлены либо добавлены не в полном объеме лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров, расходы на страхование и т.п.).  

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования,  

выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении (до -72,06% по ФТС России), что подтверждается материалами дела, а также нашло отражение в оспариваемом решении.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.  

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.  

Так, в соответствии с пунктами 1.1, 2.1, 2.2 Контракта Продавец продает, а Покупатель приобретает Товары в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в Инвойсах. Цена товара может меняться в зависимости от рыночных факторов, объемов закупа товара Покупателем или по иным причинам. Валюта Контракта - японская иена (JPY).  

В силу пункта 2.3 Контракта цена товара определена для базиса поставки FOB. Количество, ассортимент, стоимость товара, а также условия и базис поставки согласовывается сторонами в проформе-инвойсе. Поставка товара, согласованного в проформа-инвойсе, может производиться партиями. На каждую партию товара выставляется отдельный инвойс. Количество товара по проформе-инвойсу может отличаться от фактически поставленного товара. Итоговая сумма, оплаченная за поставленные партии товара, может отличаться от суммы проформы-инвойса. Окончательные количество, ассортимент, цена товара определяются сторонами в коммерческом инвойсе.  

Согласно пункту 4.1 Контракта порядок оплаты каждой партии товара предварительно определяется сторонами в проформе-инвойсе и окончательно согласовывается в коммерческом инвойсе. Стороны имеют право применить 100% предоплату, отсрочку платежа или отсрочку оплаты части товара.  

В подтверждение условий сделки декларантом представлены:  

- проформа-инвойс «Q-WAY Inc.» № LZ2024100709 от 07.10.2024 в формализованном виде на сумму 15 700 000 JPY, где указаны условие оплаты: предоплата 100% до 12.10.2024, а также условие поставки FOB NANSHA,  

- проформа-инвойс № LZ2024100709 от 07.10.2024 в сканированном виде на то же количество товара, но на сумму 15 700 000,00￥, где не указаны условия оплаты,  

- коммерческий инвойс № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 в формализованном виде на сумму 8 475 000 JPY, где указано условие поставки FOB NANSHA, но не указаны условия оплаты,  

- коммерческий инвойс № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 в сканированном виде на сумму 8 475 000 JPY, где указан только базис поставки FOB, полные условия поставки (FOB NANSHA) отсутствуют, условия оплаты также не указаны.  

По изложенному следует, что в нарушение пункта 4.1 Контракта порядок оплаты рассматриваемой партии товара ни предварительно в проформе-инвойсе (в сканированном виде), ни окончательно в коммерческом инвойсе не согласован.  

При этом, в сканированной проформе-инвойсе № LZ2024100709 от 07.10.2024, подписанной обеими сторонами, цена и стоимость товара в различных колонках и строках одновременно указана и с обозначением валюты «JPY» (японские йены), и с  

обозначением «RMB» (китайский юань), и со значком «￥» (может использоваться для обозначения обеих указанных валют), что воспрепятствовало достоверному определению валюты и, соответственно, стоимости товара на этапе таможенного контроля.  

Кроме того, предоставленная декларантом экспортная декларация КНР № 516620240665174034 содержит сведения о цене товара в размере 57 750 долл.США, что не соответствует валюте и стоимости товара ни по проформе-инвойсу № LZ2024100709 от 07.10.2024, ни по коммерческому инвойсу № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 (с учётом курса 1 долл.США к рублю на 08.11.2024 – 98,0726 и курс 100 яп. иен у рублю – 63,4364, 57 750 долл.США составляет 8 928 143 яп. иен, однако в гр. 22 спорной ДТ стоимость товара указана 8 475 000 яп.иен; иные пояснения и расчёты декларантом ни в таможенный орган, ни суду не представлены).  

Помимо этого, указанная экспортная декларация не соответствует форме, установленной Порядком заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР, утвержденным уведомлением ГТУ КНР от 22.01.2019 № 18, поскольку в графе «дата экспорта» отсутствует какая-либо информация (дата); весовые характеристики (вес брутто 129870 кг и вес нетто 125000 кг) не соответствует данным гр. 35, 38 спорной ДТ; в графе «номер контракта» указан номер «LZ2024100809», который не соответствует ни номеру Контракта, ни реквизитам проформы-инвойса или коммерческого инвойса по рассматриваемой поставке.  

Суд отмечает, что экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.  

Следовательно, сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза.  

Кроме того, сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.  

Между тем, вышеуказанные обстоятельства не позволяют представленную экспортную декларацию принять в качестве документа, подтверждающего достоверность сведений о внешнеторговой сделке.  

Довод о том, что экспортные декларации составлялись не декларантом, а иным лицом, а также на обстоятельства исполнения сделки между продавцом «Q-WAY Inc.» и его поставщиком компанией «Zhongshan Richeng Washing Products Co., Ltd.», суд оценивает критически, поскольку указанное не отменяет обязанность декларанта в рамках 1 метода документально доказать заявленные сведения и представить таможенному органу достоверные и достаточные доказательства для проверки заявленных сведений.  

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой  

информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.  

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49).  

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможенного органа в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорной ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза.  

В подтверждение оплаты декларантом было представлено заявление на перевод № 130 от 10.10.2024 на сумму 15 700 000 JPY, в графе «назначение платежа» которого указано «contract 04072024 DD 04/07/2024, invoice LZ2024100709 DD07/10/24».  

Исходя из реквизитов «LZ2024100709 от 07.10.2024» и суммы платежа «15 700 000 JPY» заявление на перевод можно сопоставить только с проформой-инвойсом № LZ2024100709 от 07.10.2024, между тем, ни заявление на перевод, ни проформа-инвойс ссылку на коммерческий инвойс № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 по рассматриваемой поставке не содержат, сумма платежа стоимости товара по коммерческому инвойсу не соответствует; сам коммерческий инвойс № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 ссылку на проформу-инвойс № LZ2024100709 от 07.10.2024 либо на заявление на перевод № 130 от 10.10.2024 также не содержит.  

При подаче ДТ декларант пояснил, что по заказу № 3 по контракту 04072024 от 04.07.2024 согласован проформа-инвойс № LZ2024100709 от 07.10.2024 на общую сумму 15 700 000 иен; оплачено по заявлению на перевод № 130 от 10.10.2024; всю поставку поставщик отправляет партиями; по данной проформе отгружено, коммерческие инвойсы № LZ2024100809 от 28.10.2024 (4 контейнера) на сумму 6 088 800,00 иен и № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 (5 контейнеров) на сумму 8 475 000,00 иен.  

Между тем, инвойс № LZ2024100809 от 28.10.2024 на сумму 6 088 800,00 иен таможенному органу не представлен, а сумма двух указанных декларантом инвойсов (6 088 800 + 8 475 000) составляет 14 563 800 иен и не соответствует сумме платежа.  

Иные пояснения по оплате ни таможне, ни суду не представлены.  

Одновременно анализируя представленную Ведомость банковского контроля, суд усматривает, что итоговое сальдо составляет 98 401 586,72 иен (сумма платежей более, чем в 3 раза превышает стоимость поставленного товара), сумма платежей после 10.10.2024 составила 101 000 304 иен, следовательно, с учётом стоимости поставленного товара по подтверждающим документам спорный платёж от 10.10.2024 в размере 15 700 000 JPY, возможно, был доплатой за предыдущие поставки (из поставленного товара на общую сумму 26 976 628 иен до спорного платежа было оплачено только 21 753 888 иен), что входит в противоречие как с условиями 100% предоплаты, так и с пояснениями декларанта об оплате именно инвойсов № LZ2024100809 от 28.10.2024 на сумму 6 088 800,00 иен и № LZ2024100809-5 от 08.11.2024 на сумму 8 475 000,00 иен в размере указанных в них сумм.  

При этом, декларантом по запросу таможенного органа не была предоставлена информация по оплате предыдущих партий товара по данному Контракту, платёжные поручения, выписки по счёту предоставлены не были, что не позволило таможенному органу установить платежи по данному Контракту и проверить соблюдение условий оплаты.  

В условиях существенного отличия цены товара от уровня цен на однородный товар, имеющихся у таможенного органа, указанные обстоятельства могут свидетельствовать о наличии условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, что является ограничением к применение 1 метода.  

По изложенному следует согласиться с выводом таможенного органа о том, что в рамках 1 метода декларант не подтвердил факт и размер оплаты за товар по рассматриваемой партии, не представил доказательства согласования конкретных условий оплаты товара по рассматриваемой партии товара; представленные Обществом документы не устранили сомнения таможенного органа относительно заявленного метода таможенной стоимости и её величины.  

По изложенным обстоятельствам таможенный орган пришёл к обоснованному выводу о том, что представленные к таможенному оформлению коммерческие документы сделки не могут рассматриваться в качестве документов, однозначно подтверждающих заявленную таможенную стоимость.  

В то же время, довод таможни о том, что на данную партию товара был назначен таможенный досмотр товаров (АТД № 10714040/291124/102781), в результате которого выявлены расхождения сведений о весе товаров (заявленный вес брутто 129650кг, фактический составил 130040,63 кг, заявленный вес нетто составил 127000 кг, фактический - 125059, 380 кг), что, по мнению таможни, повлияло на значение индекса таможенной стоимости, судом отклоняется как документально не подтверждённый, поскольку исходя из согласования цены товара за единицу товара, такой единицей является не вес, а упаковки (штуки); исходя из описания товара в гр. 31, товар прибыл в контейнере, сведений о том, что заявлена часть товара, прибывшего в одном контейнере, у суда не имеется; транспортные расходы заявлены в ДТС-1 в полном объёме и в ходе таможенного контроля все документы о транспортных расходах декларантом таможне представлены, претензий по структуре таможенной стоимости и величине дополнительных начислений, исходя из содержания решения, у таможни не имеется.  

По изложенному следует признать, что результаты фактического контроля сами по себе не могут служить основанием для отказа в применении декларантом заявленного метода и величины таможенной стоимости, между тем, это не отменяет иные выводы суда, изложенные выше.  

С учетом изложенного суд считает, что в рассматриваемом случае сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.  

Делая указанный вывод, суд также отмечает, что письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товара, последним подготовлены не были, одновременно декларант пояснил, что никакие скидки не предоставлялись.  

В этой связи следует признать, что таможенный пост в порядке ТК ЕАЭС обоснованно принял решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.  

По правилам пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная  

стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.  

Как установлено судом, таможенная стоимость задекларированного в спорной ДТ товара скорректирована с применением метода 3 по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьями 37, 42 ТК ЕАЭС.  

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 настоящего Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.  

Однородными товарами являются товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.  

При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака. Товары не считаются однородными, если они не произведены в той же стране, что и оцениваемые товары, или если в отношении этих товаров проектирование, разработка, инженерная, конструкторская работа, художественное оформление, разработка дизайна, эскизов и чертежей и иные аналогичные работы были выполнены на таможенной территории Союза. Понятие «произведенные» («произведены») применительно к товарам имеет также значения «добытые», «выращенные», «изготовленные, в том числе путем монтажа, сборки или разборки товаров». Однородные товары, произведенные иным лицом, чем производитель оцениваемых товаров, рассматриваются лишь в случае, когда не выявлены однородные товары того же производителя либо имеющаяся информация не считается приемлемой для использования (статья 37 ТК ЕАЭС).  

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость определяется с учетом принципов и положений статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (далее - ГАТТ). В соответствии с частью 2 статьи VTI ГАТТ оценка ввезенного товара для таможенных целей должна основываться на действительной стоимости ввезенного товара или аналогичного товара.  

Под «действительной стоимостью» должна пониматься цена, по которой, во время и в месте, определенных законодательством страны ввоза, такой или аналогичный товар продается или предлагается для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, то есть это стоимость, по которой идентичные/однородные товары предлагаются к продаже большинству участников ВЭД, а не экстремально низкие и экстремально высокие значения стоимости идентичных/однородных товаров. Иными словами принципам ГАТТ соответствует выбор источников ценовой информации из массива средних стоимостей сделок с идентичными/однородными товарами. При этом если с учетом изложенных выше принципов выявлено более одной стоимости сделки с идентичными (однородными) товарами, применяется самая низкая из них (самая низкая из альтернативных действительных стоимостей).  

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах  

данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.  

Однородные товары должны иметь сходные характеристики и состоять из схожих компонентов, но не совпадающие; незначительные отличия в размерах и химическом составе при условии схожего назначения соответствует критериям однородности, следовательно, позволяет товарам быть коммерческим взаимозаменяемыми.  

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости по сделке с однородными товарами был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации сопоставим по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной декларации; товары являются коммерчески взаимозаменяемыми.  

Представленная таможней выборка ДТ по однородному товару показывает, что за сопоставимый период времени выбранный таможней источник ценовой информации, с учётом наименования товара и его количества, наиболее приближённого к спорной товарной партии, содержит минимальный ИТС.  

При этом, в соответствии с положениями статьи 42 ТК ЕАЭС и пунктов 6, 11-13 Правил применения методов определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с идентичными товарами (метод 2) и по стоимости сделки с однородными товарами (метод 3), утв. Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 30.10.2012 № 202, такие критерии как производитель, торговая марки, количество (вес) товара и пр. могут быть учтены таможенным органом только при наличии документов, подтверждающих, что указанные обстоятельства влияют на величину цены за товар, то есть только тогда, когда имеющаяся информация является приемлемой для использования, однако такие документы декларантом таможне не были представлены; ссылка в пояснениях б/н от 25.10.2025 о том, что товар приобретался крупным оптом, что существенно влияет на стоимость товара в сравнении с мелкими партиями, документально декларантом не обоснована.  

В этой связи суд приходит к выводу о том, что при выборе источника ценовой информации требования статей 45, 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение таможенного поста от 01.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы общества.  

В силу части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.  

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49 и части 3 статьи 201 АПК РФ, суд в удовлетворении требования заявителя отказывает.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.  

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд  

р е ш и л:

В удовлетворении требования общества с ограниченной ответственностью «НК Джакс» отказать.  

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  

 Судья Фокина А.А.