﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 июня 2019 года

Дело №

А56-54216/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Боровой А.А., Мирошниченко В.В., 

при участии от закрытого акционерного общества «Эйч Ди Энерго»      Климова А.А. (доверенность от 01.01.2019 № 3т/2019), от  публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания «Единой энергетической системы» Попова А.В. (доверенность от 04.04.2017 № 47-17), от компании «Хэндэ Корпорейшн» (Hyundai Corporation) Гасанова М.М. (доверенность от 21.03.2018), Эберенца Д.В. (доверенность от 13.11.2018), Андриановой Г.Н. (доверенность от 01.02.2019), от компании «Хэндэ Электрик и Энерджи Системс Ко Лтд» Эберенца Д.В. (доверенность от 13.11.2018), от временного управляющего закрытым акционерным обществом «Эйч Ди Энерго» Халиуллина Т.А. представителя Носовой Е.В. (доверенность от 20.05.2019 № 20-05/19-Д-11), от общества с ограниченной ответственностью «Тенкон» Ситдиковой С.В. (доверенность от 01.04.2019 № 12/Д), 

рассмотрев 05.06.2019 в открытом судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы», компании «Эл Ви Кей Центр Лимитед» (LVK Centre Limited), закрытого акционерного общества «Эйч Ди Энерго», общества с ограниченной ответственностью «Тенкон» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2019 по делу № А56-54216/2017 (судьи Бурденков Д.В.,  Аносова Н.В., Зайцева Е.К.),  

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 08.08.2017 по заявлению кредитора возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Эйч Ди Энерго», место нахождения: 197374, Санкт- Петербург, Планерная ул., д. 7, лит. А, пом. 1Н, ОГРН 5067847488561, ИНН 7814356880 (далее – Общество). 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения. 

Определением от 19.06.2018 временным управляющим должником утвержден Халиуллин Тимур Анварович. 

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 10.02.2018 № 25. 

Компания «Хэндэ Корпорейшн» (Hyundai Corporation), место нахождения: Республика Корея, Сеул, Чонно-Гу, Юльгок-го, 2-киль, 25 (далее - Корпорация), 07.03.2018 обратилась с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 4 349 416 874 руб. 02 коп., в том числе 4 222 734 829 руб. 15 коп. основного долга и 126 682 044 руб. 87 коп. неустойки. 

В ходе рассмотрения заявления Корпорация уточнила размер требования и просила включить в реестр требований кредиторов должника требование в размере 3 508 884 912 руб. 09 коп., в том числе 3 382 202 867 руб. 22 коп. основного долга и 126 682 044 руб. 87 коп. неустойки, отказать во включении в реестр требования Корпорации в размере 840 531 961 руб. 93 коп. 

Определением от 02.11.2018 суд первой инстанции в удовлетворении заявления Корпорации о включении требования в реестр требований кредиторов Общества отказал.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2019  определение от 02.11.2018 отменено. Требование Корпорации в размере 3 508 884 912 руб. 09 коп., в том числе 3 382 202 867 руб. 22 коп. основного долга и 126 682 044 руб. 87 коп. неустойки включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества  с учетом неустойки отдельно как подлежащей удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

В кассационных жалобах публичное акционерное общество «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» (далее – ПАО «ФСК ЕЭС»), компания «Эл Ви Кей Центр Лимитед» (LVK Centre Limited; далее – Компания), общество с ограниченной ответственностью «Тенкон», ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции.

Общество в своей кассационной жалобе просит отменить постановление апелляционного суда и направить дело в суд апелляционной инстанции на новое рассмотрение. 

Податели жалоб утверждают, что представленные Корпорацией в материалы дела документы не подтверждают реальность отношений по поставке оборудования. По мнению подателей жалоб, суду следовало затребовать дополнительные доказательства, опровергающие доводы кредиторов о мнимости договоров/заявок и сформировавшейся на их основе задолженности.  Податели жалоб обращают внимание суда кассационной инстанции на то обстоятельство, что Корпорация не представила паспорта внешнеторговых сделок; заявленная задолженность не отражена в бухгалтерской документации Общества. Заявителем не доказан факт поставки оборудования в рамках трехсторонних договоров поставки; ни в одном из документов Корпорация не указана в качестве поставщика или грузоотправителя. Как утверждают податели жалоб, представленные Корпорацией документы являются копиями коносаментов и таможенных деклараций, представленных Компанией в рамках обособленного спора по требованиям 1 и 2; заявитель не располагал данными документами до момента их приобщения к материалам дела Компанией. Также податели жалоб считают, что заявителем не доказан факт возмездного приобретения оборудования у производителя; в материалах дела не имеется доказательств оплаты со стороны заявителя. По мнению подателей жалоб, Корпорация не представила доказательств наличия у нее права собственности в отношении спорного оборудования.  Податели жалоб оспаривают вывод апелляционного суда о недоказанности аффилированности должника и заявителя. Также податели жалоб не согласны с выводом суда о применимости норм английского права к спорным договорам поставки.

Кроме того, податели жалоб утверждают, что апелляционный суд в нарушение  положений части 3 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) фактически увеличил размер требований после принятого судом первой инстанции уменьшения требования в порядке статьи 49 АПК РФ на 840 531 961 руб. 93 коп. Ссылаясь на положения статей 153, 154, 313, 410 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), податели жалоб оспаривают вывод апелляционного суда о том, что уведомление от 30.11.2017 № НДС/20171130 является заявлением о прекращении обязательств зачетом, прекращающим обязательства между должником и ПАО «ФСК ЕЭС».

Временный управляющий должником Халиуллин Т.А. в отзыве поддерживает доводы кассационных жалоб и просит отменить постановление апелляционного суда. 

В отзывах на кассационные жалобы Корпорация и заявивший свои требования кредитор -  компания «Хэндэ Электрик и Энерджи Системс Ко Лтд» (Hyundai Electric and Energy Systems Co., Ltd; далее – Фирма) – правопреемник компании «Хэндэ Хэви Индастис Ко Лтд» (Hyundai Heavy Industries Co., Ltd) возражают против удовлетворения кассационных жалоб и просят оставить без изменения постановление апелляционного суда, считая его законным и обоснованным. 

В судебном заседании представители Общества, ПАО «ФСК ЕЭС», общества с ограниченной ответственностью «Тенкон», а также временного управляющего Халиуллина Т.А. поддержали доводы, приведенные в кассационных жалобах, а представители  Корпорации и Фирмы возражали против удовлетворения жалоб по основаниям, указанным в отзывах.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, схема договорных правоотношений Корпорации, Компании и Общества основана на двух соглашениях: дистрибьюторском соглашении от 20.11.2008 в редакции дополнительного соглашения, заключенного между Корпорацией, компанией  Hyundai Heavy Industries Co., Ltd. (далее – Производитель) и  Обществом, и  соглашении о совместной деятельности от 19.01.2009, заключенном между Корпорацией, Компанией и  Обществом.

В соответствии с условиями дистрибьюторского соглашения от 20.11.2008 Производитель обязался произвести электротехническое оборудование, а должник получил исключительное право на реализацию данного оборудования на всей территории России. 

Согласно статье 6 дистрибьюторского соглашения Общество приняло на себя обязательство реализовывать продукцию за собственный счет и на свой страх и риск в соответствии с соглашением.

В соответствии с пунктами 1.1 и 2.1 соглашения о совместной деятельности от 19.01.2009 стороны объединяют свои усилия и ресурсы с целью ведения совместной деятельности по поставке на территорию Российской Федерации оборудования. Кредитор обязался осуществлять поставки высокотехнологичного электротехнического оборудования в адрес должника на условиях, предусмотренных отдельными договорами, а должник обязался принимать данное оборудование и оплачивать его в установленный срок.

Стороны договорились, что названное соглашение является исчерпывающим (пункт 1.4). Соглашением предусмотрена обязанность Компании обеспечить  Корпорации финансовые гарантии исполнения договоров поставки должником и своевременность перечисления платежей Корпорации. Совместно с должником или каждая в отдельности стороны обязуются исполнять платежные обязательства по договорам (пункт 2.3).

Таким образом, дистрибьюторское соглашение и соглашение о совместной деятельности представляют собой рамочные договоры, то есть договоры, определяющие общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, которые могут быть конкретизированы и уточнены сторонами путем заключения отдельных договоров.

В подтверждение заявленных требований в материалы дела кредитором также представлены договоры поставки и заявки на поставку, заключенные между  Корпорацией (поставщиком),  Обществом и Компанией (покупателями в рамках соглашения о совместной деятельности), условиями которых предусмотрена поставка оборудования на условиях FCA в порт Республики Кореи согласно Инкотермс 2000 (пункт 2.1 договоров). В силу пунктов 2.1.3 договоров датой поставки считается дата «чистого» бортового коносамента, право собственности и риск случайной гибели вещи переходят от продавца к покупателю в момент пересечения борта судна (пункт 2.1.2 договоров).

В материалы дела представлены следующие договоры поставки (заявки на поставку): договор поставки от 14.02.2011 № 013-LS-2011, заявка на поставку по проекту от 20.11.2013 № LAES-2; договор поставки от 12.01.2012 № 025-EU-2012, заявка на поставку по проекту от 30.10.2012 № Elga Ugol; договор поставки от 30.01.2012 № 028-N-2012; договор поставки  от 30.01.2012 № 029-N-2012; договор поставки от 09.01.2013 № 035-K-2013; договор поставки от 30.01.2013 № HD-BG-13-232; договор поставки  от 17.10.2012 № 031-V-2012; договор поставки от 11.10.2012 № 025-TM-2012; договор поставки от 15.01.2013 № 038-A-2013; договор поставки от 12.03.2014 № 045-L-2013; договор поставки от 06.02.2013 № 039-SP-2012.

Указанные выше договоры поставки имеют сходные или аналогичные условия, за исключением наименования предмета поставки, сроков поставки и уплачиваемой цены. Согласно пунктам 1.1 названных договоров продавец обязуется поставить покупателю оборудование, указанное в приложении к договору. Цена и сроки поставки определены в пунктах 3 и 4 каждого договора.

Представленные договоры (заявки на поставку) подписаны надлежащим образом со стороны Корпорации, должника и Компании.

В соответствии с разделом 6 договоров поставки «Условия платежа» авансовый платеж в размере 10% от стоимости каждого договора перечисляется с момента подписания договора, а 90% от стоимости каждого договора уплачивается  с момента получения упаковочных листов, сертификатов качества (происхождения) оборудования продавца, гарантийного письма продавца о качестве и комплектности поставленного оборудования, протоколов испытания оборудования. 

Определением от 08.08.2017 в отношении Общества возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Ссылаясь на поставку оборудования Обществу и неисполнение последним условий договоров о полной оплате поставленного оборудования, Корпорация обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требования Корпорации, указав на отсутствие достаточных доказательств его обоснованности.

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции. Постановлением от 26.03.2019 заявление о включении в реестр требований кредиторов основного долга и неустойки по договорам поставки удовлетворено в части. Суд посчитал, что кредитором представлены доказательства приобретения оборудования у производителя и его поставки должнику на основании договоров (заявок), доказательства оплаты оборудования в полном объеме не представлены, при этом задолженность определена с учетом исполнения обязательств должника третьим лицом и зачета требований.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд в течение пятнадцати календарных дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия.

В силу пунктов 3 и 5 статьи 71  Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов независимо от наличия или отсутствия возражений относительно указанных требований.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В данном случае требование Корпорации основано на обязательствах должника, вытекающих из договоров поставки, сторонами  которых являются как российское юридическое лицо (должник), так и   иностранные юридические лица (Корпорация и Компания). 

В соответствии с  пунктами 1 – 3 статьи 1210 ГК РФ стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору. Соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела. Выбор сторонами подлежащего применению права, сделанный после заключения договора, имеет обратную силу и считается действительным, без ущерба для прав третьих лиц и действительности сделки с точки зрения требований к ее форме, с момента заключения договора.

Из материалов дела следует, что Корпорация, Производитель и Общество 06.11.2014 и 07.11.2014 провели встречи в целях урегулирования вопроса по суммах задолженности по различным контрактам на поставку оборудования.   Результаты достигнутых сторонами договоренностей отражены в протоколе встречи от 07.11.2014 (т.д. 32 (5), л.д. 24-27). 

В соответствии с подпунктом 3 (к)(ii) протокола применимым материальным правом является право Англии. 

 Корпорацией в суде первой инстанции было представлено в дело юридическое заключение по английскому праву, подготовленное членом лондонской коллегии 20 Essex St. Chambers барристером Коллином Хенли (т. д. 9 (1), л.д. 116-148).

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» разъяснено, что арбитражный суд Российской Федерации вправе считать содержание норм иностранного права установленным, если представленное одной из сторон заключение по вопросам содержания норм иностранного права содержит необходимые и достаточные сведения и не опровергнуто при этом другой стороной путем представления сведений, свидетельствующих об ином содержании норм иностранного права.

Согласно представленному Корпорацией заключению по английскому праву в случаях, когда по договору купли-продажи «право собственности на товары перешло к покупателю, а он неправомерно не оплачивает или отказывается оплатить товары на условиях договора», продавец может предъявить ему иск с требованием оплаты товаров.

Указанные положения  корреспондируют нормам статей 454, 506, 516       ГК РФ, а также статей 30 и 53 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года. 

В подтверждение обоснованности заявленных требований в материалы дела Корпорацией представлены трехсторонние договоры поставки оборудования. 

В соответствии с пунктом 2.1.2 вышеуказанных договоров  Корпорация (продавец) обязалась передать право собственности на поставленное оборудование Компании и должнику, которые являлись участниками названных соглашений.

В качестве доказательств права собственности Корпорации на оборудование, которое является предметом настоящего спора и было поставлено должнику, в материалы дела представлены договоры купли-продажи от 14.01.2011 № EME-110112GE01; от 26.03.2012 № EME-12032601; от 31.10.2012 № EME-121031SH04; от 21.03.2012 № EME-120321 GEO 1; от 16.09.2013 № HEE-HG-130916-001; от 28.09.2012 № EME-120928SH04; от 30.05.2012 № EME-120530-SH01; от 28.06.2012 № EME-12628SH01; № HEE-120918SH01; от 12.03.2014 № HEE-HG-140312-001; от 22.11.2013 № HEE-HG-131122-001 (т.д. 11, л.д. 142–226), заключенные между Корпорацией и компанией Производителем,  подтверждающие, что компания Производитель передала в собственность Корпорации спорное оборудование.

В статье 1 договоров названных договоров купли-продажи индивидуализировано оборудование, которое было передано в адрес Корпорации. В преамбуле договоров также индивидуализированы проект и цель, для исполнения которой осуществлялась поставка оборудования от Производителя в адрес Корпорации. В данных договорах указывается, что они заключаются в порядке взаимного сотрудничества в целях реализации договоров поставки между Корпорацией и Обществом.

Таким образом, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что Корпорация доказала наличие у нее права на распоряжение спорным оборудованием.

Наличие спорного оборудования у Общества подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Суд апелляционной инстанции  обоснованно указал, что многочисленными судебными актами установлен факт продажи должником оборудования, произведенного компанией Производителем, контрагентам (решения от 13.12.2016 по делу № А40-138374/16; от 26.10.2017 по делу № А40-125881/16; от 10.04.2017 по делу № А40-170287/2015; от 21.10.2016 по делу                         № А40-138364/2016; от 25.11.2016 по делу № А40-138371/16; от 14.11.2016 по делу № А40-169079/16).

В материалы дела кредитором представлены доказательства, подтверждающие исполнение им трехсторонних договоров поставки оборудования, а именно: экспортные декларации (т.д. 11, л. 69-127), в которых указано, что Корпорация является экспортером, а должник – покупателем; коносаменты, коммерческие инвойсы, упаковочные листы, таможенные декларации (т.д. 13, л. 90-93, т.д. 5, л.д. 10-47), содержащие информацию о том, что грузополучателем является должник. 

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в материалы дела представлены достаточные  доказательства, подтверждающие наличие у  Корпорации права собственности на переданное Обществу оборудование и  реальное исполнение Корпорацией договоров поставки (заявок на поставку). 

Материалы дела содержат документы и переписку, подтверждающие проведение встреч с целью реструктуризации задолженности  Общества перед кредитором, а также факт признания и частичной уплаты задолженности со стороны должника (трехстороннее соглашение от 24.12.2013, протоколы встреч от 07.11.2014, от 02.06.2015, меморандум о взаимопонимании от 08.03.2017, соглашение об установлении особого порядка распоряжения счетом за 2016 и 2017 годы).

Податели жалоб оспаривают наличие у должника задолженности перед Корпорацией, указывая, что поставка спорного оборудования была произведена в рамках других договоров поставки и дополнительных соглашений к договорам поставки, подписанных Обществом и Компанией.

В соответствии  с частью 1 статьи 65 АПК РФ  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств наличия прямых правоотношений между Компанией и Производителем по поставке спорного оборудования материалы дела не содержат.

Определением от 26.10.2018, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от  11.03.2019 и суда округа от 29.05.2019 Компании было отказано в признании обоснованным заявленного ею требования и включении в реестр кредиторов должника.  

Представленные в материалы настоящего обособленного спора платежные поручения о перечислении денежных средств в качестве аванса за поставленное оборудование от должника в адрес Компании и от последней в адрес Корпорации подтверждают только наличие совместной деятельности по поставке товара на территорию Российской Федерации, но не правомочия Компании на распоряжение спорным оборудованием.

Двусторонние дополнительные соглашения к договорам поставки не могут быть приняты во внимание, так как из всех представленных в материалы дела документов, правомерно оцененных апелляционным судом по правилам статьи 71 АПК РФ в их совокупности с иными обстоятельствами по делу и представленными сторонами доказательствами, следует, что отношения сторон по поставке спорного оборудования регулировались трехсторонними договорами поставки, которые не могут быть изменены двухсторонними соглашениями. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что должник свои обязательства по оплате по каждому договору исполнил лишь частично, следовательно, у Общества имеется задолженность перед Корпорацией.

Кредитором представлен расчет задолженности по каждому договору поставки: по договору от 14.02.2011 № 013-LS-2011 задолженность составляет 17 220 185 долларов США; по заявке от 20.11.2013 № LAES-2 - 5 893 119 долларов США; по договору от 12.01.2012 № 025-EU-2012 - 2 627 934 доллара США; по заявке от 30.10.2012 № Elga Ugol -  3 671 313 долларов США; по договору от 30.01.2012 № 028-N-2012 - 14 644 655 долларов США; по договору от 30.01.2012 № 029-N-2012 - 7 781 733 долларов США; по договору от 09.01.2013 № 035-K-2013 - 7 030 733 доллара США; по договору от 30.01.2013 № HD-BG-13-232 - 1 777 959 долларов США; по договору от 17.10.2012 № 031-V-2012 - 1 282 140 долларов США; по договору от 11.10.2012 № 025-TM-2012 -      5 453 100 долларов США; по договору от 15.01.2013 № 038-A-2013 - 3 562 500 долларов США; по договору от 12.03.2014 № 045-L-2013 - 2 182 582 доллара США; по договору от 06.02.2013 № 039-SP-2012 - 2 031 075 долларов США.

С учетом совокупности представленных доказательств: дистрибьюторского соглашения, соглашения о совместной деятельности, договоров поставки, заявок, передаточных документов, платежных поручений о частичной оплате и т.д. суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии доказательств, подтверждающих договорные отношения между сторонами, факт поставки оборудования должнику и наличие у Общества долга за поставленный товар в размере 3 382 202 867 руб. 22 коп.

Кроме того, судом учтено, что размер обязательств и задолженность по каждому договору поставки в требуемой кредитором сумме были признаны должником в трехстороннем соглашении от 24.12.2013, заключенном  между Производителем, кредитором и должником.

Названные лица  06.11.2014 и 07.11.2014 по итогам переговоров подписали протокол, согласно которому стороны, в частности, должник полностью признал, что сумма его долга перед кредитором составляет 100 346 969  долларов США 30 центов.

К данному протоколу составлено приложение, в котором не только фиксировался общий размер задолженности перед кредитором, но и указывались стоимость и размер задолженности по каждому договору, сумма, выплаченная должником в пользу кредитора.

Впоследствии данная сумма уменьшилась до 75 159 028 долларов США в результате произведенной должником частичной оплаты.

Согласно пункту 4 протокола встречи от 07.11.2014 стороны договорились, что составление данного протокола не представляет собой отказа от каких-либо прав, претензий или средств правовой защиты, которые могут быть доступны в отношении должника, в связи с любым предыдущим договором, протоколом, в силу закона или на любом другом законном основании.

Между Производителем, кредитором и должником 02.07.2015 также подписан протокол встречи, согласно которому должник полностью признал задолженность по всем 13 договорам поставки (заявкам), на основании которых кредитор предъявляет требования в рамках настоящего дела.

Задолженность в размере 75 159 028 долларов США также признана должником в меморандуме о взаимопонимании от 08.03.2017, подписанном Производителем, кредитором и должником.

Факт задолженности также подтверждается обширной перепиской, которую вели стороны в период попыток мирного урегулирования спора.

В вышеуказанных документах, стороны подтвердили, что кредитор не отказывается и от возможности взыскания штрафных санкций по 13 договорам поставки.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны Корпорации при заключении спорных сделок, а также признаков мнимой сделки при осуществлении поставки спорного оборудования должнику (статьи 10, 171 ГК РФ).

Доводы о том, что  Корпорация является фактически аффилированным с должником лицом, отклоняются, поскольку материалы дела не содержат сведений о каком-либо фактическом контроле или возможности дачи Корпорацией должнику указаний о порядке ведения хозяйственной или иной деятельности.

С учетом изложенного требование  Корпорации правомерно включено апелляционным судом в третью очередь реестра требований кредиторов  должника в размере 3 508 884 912 руб. 09 коп., в том числе 3 382 202 867 руб. 22 коп. основного долга и 126 682 044 руб. 87 коп. неустойки, подлежащей удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Расчет суммы долга и процентов проверен судом и признан обоснованным; контррасчет в материалы дела не представлен. 

Вопреки доводам кассационных жалоб, судом апелляционной инстанции не допущено нарушений норм процессуального права, поскольку об уменьшении заявленного требования в порядке статьи 49 АПК РФ Корпорацией не заявлено. 

В ходе судебного разбирательства  Корпорация представила дополнения (т.д. 5, л. 225 – 229), в которых указала, что по состоянию на 30.10.2017 должник имел права требования к ПАО «ФСК ЕЭС» на основании договоров возмездной уступки права требования (цессии) между должником и обществом с ограниченной ответственностью  «Русинжиниринг» от 02.06.2015 № 32/03-2015 от 18.06.2015 № 35/03-2015в общей сумме 840 531 961 руб. 93 коп.

Уведомлением от 30.11.2017 № HDC/20171130 об исполнении обязательства третьим лицом и приобретении прав требования путем зачета в порядке статьи 313 ГК РФ Корпорация произвела зачет задолженности         ПАО «ФСК ЕЭС» перед должником в названном размере и прав требования  Корпорации к должнику по договору поставки от 14.02.2011 № 013-LS-2011 на сумму 17 220 185 долларов США, тем самым приобретя права требования к ПАО «ФСК ЕЭС» на сумму 840 531 961 руб. 93 коп. и погасив свои требования в соответствующем размере по данному договору поставки.

Указанная сделка не оспорена и не признана недействительной в установленном законом порядке, должник против данной сделки возражений не заявил.

 С учетом данной сделки апелляционный суд отказал в удовлетворении требования  кредитора в размере 840 531 961 руб. 93 коп.

Апелляционный суд правомерно указал, что исходя из принципа диспозитивности гражданского судопроизводства заинтересованное лицо по своему усмотрению выбирает формы, способы и объем защиты своих прав, не запрещенные законом.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены  апелляционным судом правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2019 по делу № А56-54216/2017 оставить без изменения, а кассационные жалобы публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы», компании «Эл Ви Кей Центр Лимитед» (LVK Centre Limited), закрытого акционерного общества «Эйч Ди Энерго», общества с ограниченной ответственностью «Тенкон» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

А.А. Боровая

 В.В. Мирошниченко