ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-243086/23

04 июля 2025 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 июля 2025 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Мысака Н.Я., Перуновой В.Л.,

при участии в заседании:

от финансового управляющего должника: ФИО1, определение суда от 01.03.2024;

от ФИО2: ФИО3, доверенность от 22.02.2024;

от ООО «Оптилэнд»: ФИО4, доверенность от 29.08.2024;

от ФИО5: ФИО6, доверенность от 23.04.2024;

рассмотрев 24 июня 2025 года в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего должника ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 08 ноября 2024 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 18 февраля 2025 года

о признании обоснованным и включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО5 в размере 3.000.000 руб. задолженности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2024 в отношении ИП ФИО7 (далее - должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО1, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» от 16.03.2024 № 46.

В Арбитражный суд города Москвы 27.04.2024 поступило заявление ФИО5 (далее - кредитор) о включении требования в размере 3.000.000 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08 ноября 2024 года признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО5 в размере 3.000.000 руб. задолженности.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 февраля 2025 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий должника ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции финансовый управляющий должника ФИО1, представители ФИО2 и ООО «Оптилэнд» поддержали доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО5 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, между ФИО5 (заимодавец) и ФИО7 (заемщик) 20.01.2021 заключен договор займа № 2001/21, во исполнение которого 20.01.2021 кредитор перечислил платежным поручением № 49 в пользу должника денежные средства в размере 3.000.000 руб.

В назначении платежа указано «предоставление займа по договору беспроцентного займа № 2001/2021 от 20.01.2021».

На основании изложенного кредитор просил включить задолженность в размере 3.000.000 руб. в третью очередь удовлетворения реестра кредиторов должника.

Признавая обоснованным и включая в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО5, суды исходили из того, что требование кредитора подтверждено надлежащими доказательствами, представленными в материалы дела, а также правомерно руководствовались следующим.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве, требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 100 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Суды указали, что финансовый управляющий ссылался на то, что договор займа не был заключен, является мнимым, кроме того, стороны договора являются аффилированными, а также ФИО5 пропущен срок исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Если заимодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу (абзац второй пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом судам представлены доказательства распоряжения должником заемными денежными средствами.

Суды обоснованно отметили, что материалами дела не только подтвержден факт перечисления ФИО5 на банковский счет должника заемных денежных средств, но и факт принятия должником и дальнейшего расходования последним полученных денежных средств.

Такие доказательства судам представил непосредственно финансовый управляющий должника, который со ссылками на банковские выписки о движении денежных средств по счетам должника в суде первой инстанции пояснил, что после перечисления ФИО5 денежных средств ФИО7 перечислял их на иные свои счета, 1.350.000 руб. снял наличными (22.01.2021 - 700.000 руб., 28.01.2021 - 300.000 руб., 31.01.2021 - 350.000 руб.), остальные денежные средства израсходованы на личные нужды в безналичной форме (продукты, билеты, оплата услуг сотовой связи и так далее).

Апелляционный суд отметил, что аналогичные доводы приведены финансовым управляющим в апелляционной жалобе: исходя из банковской выписки, денежные средства перечислены несколькими операциями на счет № 40817810506000005017, принадлежащий ФИО7: 21.01.2021 - 1.500.000 руб.; 27.01.2021 - 1.000.000 руб.; 02.02.2021 - 250.000 руб.; 05.02.2021 - 115.000 руб. Сумма в размере 1.500.000 руб., перечисленная на счет № 40817810506000005017, распределена следующим образом: 21.01.2021 сумма в размере 750.000 руб. переведена на расчетный счет № 

<

***> и в дальнейшем небольшими платежами обратно возвращена на счет № 40817810506000005017; 22.01.2021 снята сумма в размере 700.000 руб. Сумма в размере 1.000.000 руб., перечисленная на счет № 40817810506000005017, распределена следующим образом: 27.01.2021 - 900.000 руб. переведено на расчетный счет № 

<

***> и в дальнейшем 28.01.2021 снято наличными 300.000 руб., 31.01.2021 - 350.000 руб.

Соответственно, наличными в период с даты предоставления займа (21.01.2021) и по 07.02.2021 должник снял наличными только 1.350.000 руб. (22.01.2021 - 700.000 руб. + 28.01.2021 - 300.000 руб. + 31.01.2021 - 350.000 руб.). Остальные денежные средства перечислялись на различные счета ФИО7 и тратились на личные нужды (продукты, билеты, оплата услуг связи и так далее) в безналичной форме.

Изложенное, как обоснованно отметили суды, опровергает доводы финансового управляющего об обналичивании должником предоставленных кредитором денежных средств и о возврате их последнему.

Таким образом, суды пришли к выводу о наличии и действительности заемных отношений.

Суды указали, что ФИО5 не заявлял, что утратил договор займа в результате пожара, в связи с чем не должен был доказывать справкой МЧС факт уничтожения документа. ФИО5 ссылался на причины, по которым не может представить его суду: договор займа утрачен в связи со срочным выездом кредитора с членами семьи из г. Белгорода, вызванным массовыми обстрелами города, что создавало угрозу жизни и здоровью граждан. ФИО5 не заявлял, что непосредственно его дом был разрушен, а пояснял, что практически ежедневно массово повреждались дома во всех районах города, что создавало угрозу жизни и здоровью жителей.

Судам представлена выписка по банковскому счету ФИО5 за трехлетний период, предшествующий дате перечисления денежных средств на счет должника.

Судами установлено, что налоговой декларацией формы 3-НДФЛ за 2020 год подтверждается, что кредитором в период, предшествующий перечислению займа, получен доход в сумме 37.254.226 руб., в том числе: в виде дивидендов от контролируемых иностранных компаний, код дохода 002/1, в сумме 1.725.000 руб.; иных доходов, за исключением доходов в виде сумм прибыли контролируемых иностранных компаний, код дохода 002/3, в сумме 16.902.113 руб. (раздел 2 декларации); доход от источников в Российской Федерации: от ООО «Региональные телесистемы групп» в сумме 1.725.000 руб., от АО «Альфа-банк» - 43.637 руб. (приложение 1 к декларации); доходы, полученные от предпринимательской деятельности в сумме 16.858.476 руб. (приложение 3 к декларации).

Кроме того, согласно выписке по банковскому счету ФИО8 за период с 18.09.2019 по 31.01.2021 обороты по счету кредитора составили 446 млн. руб., значительные денежные средства размещались ФИО5 на депозитных счетах в банке.

Таким образом, суды обоснованно заключили, что финансовая возможность кредитора предоставить должнику заем документально подтверждена.

Как отметили суды, приводя доводы о притворном характере сделки, финансовый управляющий не указывал, какую сделку прикрывает предоставленный ФИО5 заем, существенность сомнений в наличии долга не обоснована и не подтверждена документально.

Также суды указали, что финансовым управляющим не доказано, что кредитор, перечисляя в пользу должника денежные средства с соответствующим назначением платежа, преследовал иную цель, не связанную с исполнением обязательств по договору займа.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.04.2011 № 16324/10 по делу № А40-146172/09 указано, что даже в случае отсутствия оригинала договора займа с учетом доказанности реального исполнения заимодавцем своей обязанности по предоставлению займа у заемщика, в свою очередь, возникает обязательство по возврату заемных денежных средств.

Наступление срока исполнения данного обязательства должно определяться в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требованием заимодавца о возврате займа можно считать направленную должнику копию искового заявления о взыскании заемных средств.

Перечисление кредитором на расчетный счет должника денежных средств с указанием в платежном поручении их назначения - по договору займа и принятие их последним, подтверждают заключение договора займа, который является реальным, и несоблюдение письменной формы договора в виде подписания сторонами единого документа, не лишает такую сделку юридической силы при документальном подтверждении передачи заимодавцем определенной денежной суммы заемщику (постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.07.2022 по делу № А41-99744/18).

При таких обстоятельствах суды отметили, что само по себе отсутствие договора займа, с учетом иных имеющихся в материалах дела доказательств, не может являться основанием для констатации отсутствия правоотношений между сторонами.

Доводы финансового управляющего должника ФИО1 о заинтересованности кредитора и должника правомерно отклонены судами в связи со следующим.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, в ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности договорных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа (поставка товара) и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки.

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами установлено, что ФИО5 не является лицом, аффилированным с ФИО9 или его контролирующим. Отношения родства, свойства, одновременного участия в уставных капиталах юридических лиц, иной служебной или финансовой зависимости, отсутствуют.

Доводы финансового управляющего должника о пропуске срока исковой давности правомерно отклонены судами в связи со следующим.

Согласно сложившейся судебной практике, в случае отсутствия договора займа с учетом доказанности реального исполнения заимодавцем своей обязанности по предоставлению займа у заемщика, в свою очередь, возникает обязательство по возврату заемных денежных средств.

Наступление срока исполнения данного обязательства должно определяться в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Таким образом, заемщик будет считаться не исполнившим свое обязательство по истечении тридцати дней после предъявления заимодавцем требования о возврате суммы займа. Именно с истечения указанного тридцатидневного срока исчисляется срок исковой давности.

Вместе с тем, в силу абзаца второго пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве, срок исполнения возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании гражданина банкротом денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей для целей участия в деле о банкротстве гражданина считается наступившим.

В силу пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования.

При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

Судами установлено, что денежные средства по договору займа предоставлены кредитору 20.01.2021, с соответствующим заявлением ФИО5 обратился 27.04.2024.

Как правомерно отметили суды, общий срок исковой давности составляет три года и в силу статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит исчислению по прошествии 30 дней с момента предъявления требования о возврате займа.

Судам не представлены доказательства обращения кредитора в адрес должника с требованием о возврате займа ранее даты направления в Арбитражный суд заявления о включении требований в реестр кредиторов должника.

Вместе с тем, как указали суды, согласно письменной позиции кредитора, основанием для предъявления требования, основанного на договоре займа, послужил факт открытия в отношении должника процедуры, предусмотренной Законом о банкротстве, в связи с чем дальнейшее неистребование займа приведет к освобождению должника от обязательств перед кредитором после завершения процедуры.

Суды отметили, что дата предоставления заемных денежных средств (20.01.2021) является датой возникновения обязательств у сторон, но не датой, с которой подлежит исчислению срок исковой давности для взыскания заемных денежных средств, поскольку дата договора не является датой, устанавливающей срок возврата займа.

С учетом изложенного суды правомерно заключили, что требование кредитора о включении спорной суммы в реестр требований кредиторов должника заявлено в пределах установленного законом срока исковой давности.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о признании обоснованным и включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО5 в размере 3.000.000 руб.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, способных повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08 ноября 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 февраля 2025 года по делу № А40-243086/23 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего должника ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

Судьи                                                                                            Н.Я. Мысак

В.Л. Перунова