ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-5546/2020

26 октября 2021 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 октября 2021 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Котлярова Н.Е.,

судей  Дубок О.В., Зюкова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10554/2021) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 11.08.2021 по делу                                      № А70-5546/2020 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении контролирующего должника лица - ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АдонисАвто» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании от ФИО2 - представителя ФИО4 (по доверенности б/н от 12.03.2021 сроком действия на три года); 

от общества с ограниченной ответственностью «Астерион» - представителя ФИО5 (по доверенности от 09.01.2021 № 001 сроком действия один год),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 15.10.2020 (резолютивная часть объявлена 08.10.2020) общество с ограниченной ответственностью «Адонис-Авто» (далее - ООО «Адонис-Авто», должник) признано несостоятельным (банкротом), с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее - конкурсный управляющий должника).

В Арбитражный суд Тюменской области 04.03.2021 обратился конкурсный управляющий должника с заявлением о привлечении ФИО2 (далее - ФИО2 ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Адонис-Авто»; взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Адонис-Авто» 40 580 050 руб. 93 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.08.2021 по делу                                      № А70-5546/2020 (далее - обжалуемое определение) заявленные требования удовлетворены. Признано доказанным наличие оснований для привлечения                    ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам                                         ООО «Адонис-Авто» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Приостановлено рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой обратилась ФИО2, просила обжалуемое определение отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что:

- ответчик представил в материалы дела всю необходимую информацию за свой период деятельности, наличие неплатежеспособности до вступления в должность, а также доказательства того, что в период руководства ФИО2 никаких сделок, ухудшающих финансовое состояние должника, не совершалось;

- ФИО2 стала единственным участником и исполнительным органом ООО «Адонис-Авто» с 26.04.2016. С указанного периода ООО «Адонис-Авто» не вело хозяйственной деятельности, состав баланса не изменялся. Отсутствие собственных средств (отрицательные чистые активы) отмечены в балансе общества уже в отчетности за 2015 год - убыток около 17 000 000 руб.

Кредиторская задолженность в сумме 40 000 000 руб. перед конкурсными кредиторами формировалась, начиная с 2009 года по 2014 год, то есть ФИО2 не имеет никакого отношения к данным событиям;

- деловой интерес ФИО2 состоял в наличии у общества нематериальных активов - лицензионных прав на пользование товарным знаком компании «Мерседес». Учитывая обнаруженные проблемы в обществе, ФИО2 не смогла воспользоваться нематериальными активами и каким-либо образом получить от них доход, в то же время не имела возможности прекратить свое положение участника и руководителя общества;

- ответчиком представлена расшифровка статей баланса, которая не опровергнута конкурсным управляющим, кредитором.

ФИО2 в материалы дела были представлены документы по аренде земельного участка, на котором производились работы по благоустройству, разрешение на указанные работы.

Отсутствие первичной бухгалтерской документации по указанным расходам не влияет на возможность расчета с кредиторами, так как сами по себе расходы активом, за счет которого возможно производить расчеты, не являются.

В тоже время, передача разрешительной документации, указание местонахождения незаконченного строительством объекта по благоустройству, предоставляет конкурсному управляющему возможность оценить объект.

ФИО2 не отражала в балансе расчеты с ООО «Астерион» после вступления в свою должность, однако неотражение зачета по расчетам с конкурсным кредитором само по себе не ведет к потере платежеспособности и банкротству.

ФИО2 не получала имущества общества, не распоряжалась им, в том числе не получала транспортного средства ЛУИДОР-22360С, 2011 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***> VIN 

<

***>, которое не состояло на балансе общества по состоянию на апрель 2016 года.

- выводы суда о том, что ФИО2 должна была восстанавливать бухгалтерский учет за период, когда она не была руководителем, а также должна представить документы по уничтожению документов, не основаны на законе.

Согласно статье 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) срок хранения документов составляет 5 лет, то есть даже если бы ФИО2 получила документацию за период 2009-2014 года, то срок её хранения истек в 2019 году;

- из приговора Калининского районного суда от 07.06.2018 по делу № 1-5-18 в отношении ФИО6 следует, что в процессе следствия были изъяты документы общества, которые остались на хранения при уголовном деле;

- ФИО2 представила документы о наличии дебиторской задолженности, не отраженной в бухгалтерской отчетности, что подтверждается определением Арбитражного суда Тюменской области от 10.04.2017 по делу А70-14266/2016. Должником общества является кредитор по настоящему делу – ООО «Астерион», сумма задолженности составляет 50 000 руб.;

- задолженность, которая послужила основанием для возбуждения настоящего дела, установлена постановлением Восьмого апелляционного суда от 27.08.2018 по делу № А70-20104/2018, при этом рассмотрение дела было инициировано уже после вступления в должность ФИО2, но касалось обстоятельств, которые возникли ранее: имущество, необходимое для погашение указанных обязательств отсутствовало на момент передачи полномочий ФИО2

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2021 апелляционная жалоба ФИО2 принята к производству, назначено судебное заседание по ее рассмотрению на 19.10.2021.

27.09.2021 от ФИО2 в материалы дела поступили дополнительные документы – определение Арбитражного суда Тюменской области от 02.11.2020.

От ООО «Астерион» 12.10.2021  поступил отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании 19.10.2021 представитель ФИО2 просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ООО «Астерион» просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)                   о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей                в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части                       1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена                                в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Как отмечено ранее, конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации управляющему, искажение документации должника, указал, что вменяемые действия (бездействие) существенно затруднили процесс формирования конкурсной массы должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования в части установления обстоятельств для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, заключил, что: 

- ФИО2 как бывший руководитель ООО «Адонис-Авто» обязана передать всю документацию, касающуюся деятельности общества, конкурсному управляющему; доказательства того, что истребуемая документация была утрачена, уничтожена, ФИО2 не представлены;

- приведенные ответчиком в отзыве объяснения по строкам баланса не подтверждаются какими-либо первичными документами должника. При таком подходе не исключена произвольная трактовка строк баланса бывшим руководителем должника;

- утверждая, что документы общества хранятся пять лет, в связи с чем отсутствуют у ФИО2 за более ранние периоды деятельности должника, ФИО2 не представила доказательств, подтверждающих уничтожение документов;

- поведение ФИО2 можно охарактеризовать и как недобросовестное искажение данных бухгалтерской отчетности, а именно зная об отсутствии первичных документов, зная об отсутствии фактических взаимоотношений, признавая состоявшимся зачет встречных требований, ФИО2 начиная с 2016 года не приводила данные бухгалтерского учета должника в соответствие с действительными фактами хозяйственной жизни общества, тем самым представляла заведомо недостоверную бухгалтерскую отчетность, умышленно вводила пользователей отчетности в заблуждение относительно финансово-хозяйственного состояния должника;

- изначально отрицая наличие у должника транспортного средства ЛУИДОР22360С, 2011 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***> ФИО2 в ходе производства по настоящему обособленному спору осуществила его передачу конкурсному управляющему;

- довод ФИО2 о том, что она являлась лишь номинальным руководителем должника, отклоняется за необоснованностью, как не подтверждённый документально. Доказательств, того что обязанности директора фактически осуществляло иное лицо, в материалах дела также отсутствуют;

- ненадлежащее исполнением ФИО2 функций руководителя должника, в виде непринятия мер к восстановлению, ведению, получению документации, материальных и иных ценностей должника, не может быть признано судом добросовестным и разумным поведением, отвечающим экономическим интересам должника. Такое поведение лица контролирующего должника выходит за пределы обычного делового (предпринимательского) оборота;

- презумпция невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц последними не опровергнута, в связи с чем имеются оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Адонис-Авто» - ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по подпунктам 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции соглашается с изложенными выводами суда первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица 03.03.2021.

Поэтому требование конкурсного управляющего подлежит рассмотрению по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 266-ФЗ.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции учитывает, что указанные правила применяются судом только в части процессуальных и процедурных правоотношений.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» нормы материального права, регулирующие основания привлечения к субсидиарной ответственности, должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

То есть применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11 - 61.12 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, касающихся субсидиарной ответственности, зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Такой же подход к действию закона во времени изложен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, а также в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

Поэтому применению к спорным правоотношениям подлежат нормы, предусмотренные редакциями статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11 - 61.12 Закона о банкротстве, действовавшими в соответствующий период.

Конкурсным управляющим в вину ответчику вменяется неисполнение обязанности, предусмотренной абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, а также искажение бухгалтерской документации.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как разъяснено в пункте 42 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта о введении процедуры, применяемой в деле о банкротстве, утверждении арбитражного управляющего, то датой соответственно введения процедуры, возникновения полномочий арбитражного управляющего будет дата объявления такой резолютивной части, при этом срок на обжалование этого судебного акта начнет течь с даты изготовления его в полном объеме.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 15.10.2020 (резолютивная часть объявлена 08.10.2020) ООО «Адонис-Авто» признано несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Поскольку обязанность ответчика по передаче документации должника наступила в октябре 2020 года, искажение документации в основном имело место после 26.04.2016, суд апелляционной инстанции полагает применимым к спорным правоотношениям Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

ФИО2 с 26.04.2016 являлась единственным участником и исполнительным органом должника. Судом первой инстанции опровергнуты доводы ФИО2 о номинальности ее статуса руководителя должника, апелляционная жалоба не содержит соответствующих доводов.

Принимая во внимание, что содержащаяся в подпункте 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция ФИО2 не опровергнута, суд признает ее контролирующим должника лицом, субъектом субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

Из пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

По правилам части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, то есть лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о бухучете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, на основании которых формируются регистры бухгалтерского учета.

Руководитель экономического субъекта - это лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа (пункт 7 статьи 3 Закона о бухучете).

Из положений Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»  (далее – Закон об ООО) следует, что в случае смены единоличного исполнительного органа общества, печать, учредительные документы, бухгалтерская отчетность и иная документация, необходимая для осуществления руководства текущей деятельностью общества и имущество, подлежат передаче вновь избранному (назначенному) исполнительному органу общества.

Само по себе наличие обязанности по передаче документации и имущества должника ответчиком не отрицается.

Из материалов дела следует, что 26.10.2020 в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника с ходатайством об истребовании у бывшего руководителя должника ФИО2:

1) Бухгалтерской и иной документации ООО «Адонис-Авто», в том числе, подтверждающей наличие активов общества на 19 170 000 руб.;

2) Печатей, штампов;

3) Материальных и иных ценностей, в том числе, транспортного средства ЛУИДОР-22360С, 2011 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***> VIN 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 21.12.2020 заявленные конкурсным управляющим должника требования удовлетворены в полном объеме.

Доказательств исполнения указанного определения не представлено в материалы дела.

ФИО2 пояснила, что стала единственным участником и исполнительным органом ООО «Адонис-Авто» с 26.04.2016. С указанного периода ООО «Адонис-Авто» не вело хозяйственной деятельности, состав баланса не изменялся. Отсутствие собственных средств (отрицательные чистые активы) отмечены в балансе общества уже в отчетности за 2015 год - убыток около                      17 000 000 руб.

Кредиторская задолженность в сумме 40 000 000 руб. перед конкурсными кредиторами формировалась, начиная с 2009 года по 2014 год, то есть ФИО2 не имеет никакого отношения к данным событиям.

Кроме того, ответчик указывает, что срок хранения документов составляет 5 лет, то есть даже если бы ФИО2 получила документацию за период 2009-2014 года, то срок её хранения истек в 2019 году.

Изложенные доводы подлежат отклонению с учетом следующего.

Согласно пункту 4 статьи 32 и статье 40 Закона об ООО руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган, отвечает за сохранность документов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об ООО единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Пункт 1 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете также возлагает на экономических субъектов обязанности по хранению первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета, бухгалтерской (финансовой) отчетности, аудиторских заключений о ней в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

К документам бухгалтерского учета и (или) отчетности согласно статьям 9, 10, 13 Закона о бухгалтерском учете относится: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация. Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции. Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Закона об ООО общество обязано хранить перечисленные в этом пункте документы, касающиеся создания и деятельности общества, а также иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества. Указанные документы общество хранит по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества (пункт 2 статьи 50 названного Закона).

Требование о предоставлении документов и информации, по общему правилу, заявляется к руководителю должника за трехлетний период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве.

Доказательства утилизации (уничтожения) каких-либо документов, хранение которых в соответствии с Законом о бухгалтерском учете с учетом истечения пятилетнего срока хранения не являлось обязательным, не представлено.

Фактически ФИО2 указывает, что, даже если бы ею истребовались документы должника, то их хранение производилось бы до 2019 года, следовательно, ФИО2 не предпринимались попытки к истребованию или восстановлению документации должника.

ФИО2 утверждает, что с апреля 2016 года ООО «Адонис-Авто» не осуществляло хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, как следует из неопровергнутых пояснений конкурсного управляющего, в 2016 и в 2017 годах ФИО2 заключались договоры на оказание юридических услуг с ИП ФИО7, произведена оплата по договорам через кассу общества на общую сумму 245 000 руб. Далее ФИО2 произвела уступку прав на получение денежных средств в сумме 50 000 рублей в пользу ФИО8, о чем известила ООО «Астерион». По итогам 2016 года ФИО2 подана налоговая декларация, согласно которой 2 физических лица получили доход                     200 754,88 руб., был уплачен налог 26 098 руб. Финансовые операции никаких изменений в отчетности ООО «Адонис-Авто» не повлекли, документы по финансово-хозяйственной деятельности за 2016 год ФИО2 конкурсному управляющему не передала.

Доводы жалобы о том, что из приговора Калининского районного суда от 07.06.2018 по делу № 1-5-18 в отношении ФИО6 следует, что в процессе следствия были изъяты документы общества, которые остались на хранении при уголовном деле, подлежат отклонению.

Из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления № 53, следует, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном объеме. В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064, абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Приведенные разъяснения об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя распространяются как на случаи привлечения к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должником заявления о собственном банкротстве, так и на случаи привлечения к ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Из постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2019                            № 08АП-4067/2019 по делу № А70-4126/2017 следует, что вступившим в законную силу приговором Калининского районного суда г. Тюмени от 07.06.2018 по делу № 1-5-18 установлен факт совершения ФИО6, являвшимся лицом, выполняющим управленческие функции в ООО «Адонис-Авто», в период с 20.07.2007 по 12.11.2013 преступления против интересов службы в коммерческой организации, выразившегося в злоупотреблении полномочиями.

ФИО6 в период работы в ООО «Адонис-Авто» с 12.04.2004 решил использовать свои полномочия генерального директора вопреки законным интересам общества, в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, что выразилось в заключении им незаконных договоров займа, переуступки права аренды земельного участка (при этом ООО «Адонис-Авто» понесло затраты в виде финансовых вложений) в пользу ООО «Фирма Адонис», ЗАО «Адонис Интерьер», ИП ФИО6 и ООО «Адонис Центр», что повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам учредителя ФИО9 и ООО «Адонис-Авто», в виде имущественного и экономического вреда.

При этом вышеуказанным приговором установлены обстоятельства реализации ФИО6 своего преступного умысла, его действий вопреки законным интересам ООО «Адонис-Авто», в нарушение статьи 45 Закона об ООО, в целях извлечения выгод и преимуществ для себя, которые также отражены в обжалуемом определении суда первой инстанции и лицами, участвующими в деле, не оспариваются.

Кроме того, вышеупомянутым приговором установлено, что в период с 27.02.2012 по 12.11.2013 ООО «Фирма Адонис» и ООО «Адонис Центр», где собственником вышеуказанных юридических лиц является ФИО6 и ИП ФИО6 компенсация затрат ООО «Адонис-Авто» в полном объеме по уплате арендных платежей за пользование земельными участками, предоставленными Департаментом ООО «Адонис-Авто» в общей сумме 6 790 470,87 руб. не произведена. При этом ООО «Фирма Адонис» произвело расчеты с ООО «Адонис-Авто» в рамках договора субаренды земли № 024/13 от 01.03.2013 на сумму 248 08,97 руб. (2 и 3 кварталы 2013 года) путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО «Адонис-Авто».

Таким образом сумма понесенных затрат ООО «Адонис-Авто» по уплате арендных платежей за пользование земельными участками составила 6 765 661,90 руб. (6 790 470,87 руб. - 24 808,97 руб.).

ФИО6 при совершении вышеуказанных преступных действий осознавал, что нарушает перечисленные выше положения ФЗ «Об Обществах с ограниченной ответственностью», Устава ООО «Адонис-Авто» и трудового договора, а также то, что его действия противоречат интересам названного общества, и его действия причинили существенный вред ООО «Адонис-Авто», выразившийся, в том числе, в причинении реального материального ущерба для ООО «Адонис-Авто» в результате перечисления арендных платежей в адрес Департамента имущественных отношений Тюменской области в общей сумме 6 765 661,90 руб.

Из постановлений Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2019 № 08АП-14743/2019 по делу № А70-335/2016, от 08.02.2019 № 08АП-16355/2018 по делу № А70-4126/2017 следует, что с 17.03.2016 ФИО2 является генеральным директором ООО «Респект» и ООО Фирма «Адонис», в период по 12.08.2015 единственным участником которого являлся ФИО6, а с 12.08.2015 - сын                       ФИО6 ФИО8

С 08.05.2015 по 10.01.2018 ФИО2 являлась генеральным директором ООО «Адонис-Интерьер» (ранее - ЗАО «Адонис-Интерьер»), мажоритарным акционером, а после преобразования - мажоритарным участником и генеральным директором ранее являлся ФИО6, продавший 21.12.2015 свою долю в обществе ООО Фирма «Адонис».

С 29.04.2016 ФИО2 является единственным участником и директором ООО «Адонис-Авто», конечным бенефициаром которого является ФИО6

С учетом изложенного, ФИО2 номинально аккумулирует на себе имущество ФИО6 в виде долей участия в обществах с ограниченной ответственностью (ООО «Адонис-Авто», ООО «Респект»), является доверенным лицом, уполномоченным семьей А-вых руководить хозяйственной деятельностью принадлежащих им обществ (ООО «Адонис-Интерьер», ООО «АдонисАвто», ООО »Респект», ООО Фирма «Адонис»).

Вместе с тем, даже с учетом установленных выше обстоятельств, суду апелляционной инстанции не раскрыты разумные мотивы непринятия каких-либо действий ФИО2 с целью истребования у бывшего руководителя должника документации, как то ожидаемо от добросовестно осуществляющего функции управления обществом руководителя. ФИО2, если и предположить номинальность ее статуса (согласно доводам, заявленным суду первой инстанции) руководителя общества, не раскрывает и не указывает, кто фактически осуществлял функции руководителя должника и владеет необходимой документацией, не раскрывает, как осуществлялся процесс руководства обществом.

Кроме того, не опровергнуты пояснения управляющего о том, что на страницах 24, 25, 57, 65, 68, 83 приговора Калининского районного суда указано об изъятии документов у ООО «Адонис-Авто» (ИНН 

<

***>), то есть у ООО «Астерион» (до переименования ООО «Адонис-Авто»), а также о получении документов в ФНС, Росреестре. Об изъятии документов у должника ООО «Адонис-Авто» (ИНН 

<

***>) информации не имеется.

Кроме того, ФИО2 направляла первичные документы в материалы дел №№ А70-14266/2016, А70-4126/2017. Представленные ФИО2 документы датированы 2010, 2011, 2012, 2013, 2014 годами, заверены подписью ФИО2

Таким образом, сами по себе доводы о номинальности исполнения обязанностей руководителя должника не свидетельствуют об отсутствии вины ФИО2

Если документация общества и была изъята в рамках рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО6, предполагается совершение ФИО2, как заинтересованным в получении документации общества лицом, совершение каких-либо действий, направленных на получение документов из материалов уголовного дела в оригиналах либо в копиях. Невозможность их получения из материалов уголовного дела (в случае их нахождения в деле) не обоснована.

Доводы жалобы о том, что ФИО2 представила документы о наличии дебиторской задолженности, не отраженной в бухгалтерской отчетности, что подтверждается определением Арбитражного суда Тюменской области от 10.04.2017 по делу А70-14266/2016 (должником общества является кредитор по настоящему делу – ООО «Астерион», сумма задолженности составляет 50 000 руб.) не свидетельствуют об исполнении обязанности ФИО2 по передаче документации должника.

Кроме того, учитывая неотражение указанной дебиторской задолженности в бухгалтерской отчетности должника, суд первой инстанции заключил верный вывод об искажении ответчиком бухгалтерских документов, ненадлежащем ведении таких документов.

ФИО2, подавая бухгалтерский баланс в налоговый орган, подтверждала, что у должника имеются активы на 19 000 000 руб.

ФИО2 представлена расшифровка строк баланса, составленная в период банкротства в произвольной форме за подписью представителя                           ФИО2

Учитывая, что расшифровки строк бухгалтерской отчетности ООО «Адонис-Авто» не раскрыты, проверка представленных ответчиком сведений не представляется возможной. При этом достоверность такой информации должна быть доказана ФИО2

Согласно доводам ФИО2, по строке 1150 бухгалтерского баланса отражены документально неподтвержденные вложения в объект «Благоустройство территории - Площадка, ул. Беляева, 35» в сумме 6 002 327,16 руб., который передан в пользование ООО «Астерион».

Вместе с тем, такие взаимоотношения между должником и ООО «Астерион» отсутствуют, доказательств обратного не представлено.

При этом отсутствие каких-либо отношений по «пользованию площадкой» установлено в рамках дела № А70-14266/2016, в котором ФИО2 представлен отзыв на исковое заявление, ФИО2 отрицала наличие правоотношений и утверждала, что соглашение о пользовании, как документ, не существует, заключено  не было, сторонами никогда не исполнялось.

ФИО2 подтверждает, что осведомлена об отсутствии первичных документов, свидетельствующих о наличии каких-либо вложений в площадку, тогда как формирование 08 счета должно подтверждаться договорами с поставщиками и подрядчиками и другими фактами хозяйственной жизни.

Кроме того, ФИО2 утверждает, что дебиторская задолженность в сумме 13 111 492,51 руб., отраженная в бухгалтерской отчетности должника, является дебиторской задолженностью ООО «Астерион», в учете ООО «Адонис-Авто» отражены следующие требования к ООО «Астерион»: 5 485 781,51 руб. - за пользование площадкой-автостоянкой; 7 242 390 руб. - оказание услуг; 375 221 руб. - услуги питания.

Вместе с тем, в июне 2015 года ООО «Астерион» получило от ООО «Адонис-Авто» заявление о зачете взаимных требований от 15.06.2015.

В заявлении о зачете указано, что зачетом прекращаются следующие обязательства ООО «Астерион»: 5 485 781,51 руб. - по соглашению о пользовании площадкой; 7 242 390 руб. - по договору об оказании услуг; 375 221 руб. - услуги питания.

Следовательно, по итогам 2015 года и в дальнейшем в учете должника не могла отражаться указанная дебиторская задолженность ООО «Астерион».

При рассмотрении обособленного спора о включении требований ООО «Астерион» в реестр требований кредиторов ФИО6 в рамках дела о банкротстве № А70-4126/2017 подлежал доказыванию вопрос, существовали ли обязательства, которые якобы прекращены зачетом, то есть, могла ли дебиторская задолженность отражаться в бухгалтерском учете ООО «Адонис-Авто».

По итогам рассмотрения обособленного спора установлено, что в действительности обязательства отсутствуют, то есть ООО «Адонис-Авто» не подтвердило существование обязательства, которые произведены к зачету.

Следовательно, с 2015 года сведения о наличии дебиторской задолженности ООО «Астерион» не могли быть отражены ООО «Адонис-Авто».

Об обстоятельствах проведенного зачета ФИО2, как директору, было известно. Так, в рамках дела № А70-20104/2018, возражая относительно требований ООО «Астерион» о взыскании суммы займа, ООО «Адонис-Авто» под руководством ФИО2 ссылалось на состоявшийся факт зачета (письменные объяснения от 05.03.2019, ходатайство от 03.04.2019).

Также ФИО2 отрицала наличие взаимоотношений по пользованию площадкой в рамках дела А70-14266/2016.

Совокупность изложенных обстоятельств свидетельствует об обоснованности доводов конкурсного управляющего о непередаче контролирующим должника лицом документации управляющему, искажении документации ответчиком.

Предусмотренное подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основание создает презумпцию вины, контролирующего должника лица о невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие его действий и (или) бездействия, только если заявителем будет с разумной степенью достоверности обосновано, что именно в результате таких действий (бездействий) было существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6), включенной в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020, причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в гражданском обороте.

Названная презумпция является опровержимой.

В отсутствие представления ФИО2 доказательств того, что отсутствие у конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации в полном объёме не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства должника, а также доказательств отсутствия вины в не передаче ФИО2 конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, презумпция невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц последними не опровергнута, в связи с чем, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Адонис-Авто» - ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по подпунктам 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве является верным.

Доводов, которые бы оказали влияние на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта в части приостановления производства по обособленному спору до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами, апелляционная жалоба не содержит, что исключает наличие у суда апелляционной инстанции оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в соответствующей части (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Тюменской области от 11.08.2021 по делу                                 № А70-5546/2020.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 11.08.2021 по делу                                 № А70-5546/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Н.Е. Котляров

Судьи

 

О.В. Дубок

В.А. Зюков