АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А39-5665/2018

10 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03.02.2025.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

при участии представителей

от общества с ограниченной ответственностью «Градус»:

ФИО1 по доверенности от 03.06.2024,

от ФИО2: 

ФИО3 по доверенности от 24.01.2025

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью 

«ЛВЗ Кристалл-Лефортово» ФИО4

и публичного акционерного общества «Банк «Объединенный финансовый капитал» 

в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации 

«Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 15.12.2023  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024

по делу № А39-5665/2018

по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Винный Торговый Дом СПб» и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью 

«ЛВЗ Кристалл-Лефортово» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

ФИО5 

о привлечении контролировавших лиц 

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЛВЗ Кристалл-Лефортово» (далее – ООО «ЛВЗ Кристалл-Лефортово», Общество; должник) его конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Винный Торговый Дом СПб» (далее – ООО «Винный ТД СПб») и конкурсный управляющий ФИО5 обратились в Арбитражный суд Республики Мордовия с заявлениями, объединенными судом в одно производство для совместного рассмотрения, о привлечении ФИО6, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Кристалл-Лефортово» (далее – ООО «УК Кристалл-Лефортово», Компания), ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «ПромМаркет» и акционерного общества «БКС Холдинг Лимитед», как контролировавших должника лиц, к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 15.11.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2023, прекратил производство по спору в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «ПромМаркет», в остальной части заявления удовлетворил частично: привлек ФИО7 и ФИО6 солидарно к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов солидарно ФИО6, ФИО7 и ФИО2 и отказал в удовлетворении остальной части требований; приостановил производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 07.08.2023 отменил определение от 15.11.2022 и постановление от 17.04.2023 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и направил спор в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Мордовия.

В ходе нового рассмотрения ООО «Винный ТД СПб» уточнил требования и просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскать с нее в конкурсную массу 961 934 390 рублей убытков, составляющих стоимость приобретенных должником у ООО «ПромМаркет» векселей. Определением арбитражного суда от 27.11.2023 произведена замена кредитора в реестре требований кредиторов – ООО «Винный ТД СПб» на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Градус». Вновь утвержденный конкурсный управляющий должника ФИО4 и ООО «Градус» поддержали требования ООО «Винный ТД СПб» в уточненном виде.

По итогам повторного рассмотрения спора суд первой инстанции определением от 15.12.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 15.12.2023 и постановление от 14.10.2024 и принять новый судебный акт о привлечении ФИО2 к ответственности в виде взыскания с нее убытков в размере 961 934 390 рублей.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что ФИО2 являлась генеральным директором и учредителем ООО «ПромМаркет» и ООО «КурИАСЭБ», учредителем и единственным участником которого с 04.05.2018 стало ООО «ПК Кристалл-Лефортово». Должник и ООО «ПромМаркет» имели общие хозяйственные интересы. Бывший руководитель Общества ФИО6 и ФИО2 через подконтрольные им ООО «УК Кристалл-Лефортово» и ООО «ПромМаркет» являлись мажоритарными акционерами ОАО «Иткульский спиртзавод». Таким образом, ООО «ПромМаркет» входило с компаниями «Кристалл-Лефортово» в одну группу лиц, а ФИО2 и ранее выполняла функции руководителя организаций, подконтрольных Сметане ФИО8 арбитражного суда от 15.11.2022 и постановлением апелляционной инстанции от 17.04.2023 в части, оставленной постановлением суда кассационной инстанции от 31.07.2023 без изменения, установлено, что сделки должника, в том числе с ООО «ПромМаркет», привели к уменьшению конкурсной массы. Ввиду наличия корпоративных связей ФИО2 входила в группу лиц, обладавших возможностью определять деятельность должника, являлась лицом, в пользу которого отчуждены его активы в результате применения бизнес-модели, при которой денежные средства передавались аффилированному лицу в отсутствие каких-либо оснований и экономической целесообразности в целях финансирования ООО «ПромМаркет» и лично ФИО2 Вместе с тем материалы дела содержат достаточные доказательства вхождения должника и ФИО2 в одну группу компаний, бенефициарным владельцем которой являлся ФИО6, и получения ООО «ПромМаркет» и ФИО2 необоснованной выгоды.

Как полагает конкурсный управляющий, суды необоснованно приняли в качестве надлежащего доказательства по спору аудиторское заключение ООО «КАФ «Инвест-Аудит», представляющее собой, по сути, частное мнение специалиста, принятое без учета анализа первичной документации, которое не может содержать достоверные сведения о дальнейшем движении векселей, так как подготовлено на основе судебных актов, принятых по обособленным спорам в рамках дела о банкротстве должника и бухгалтерской отчетности, не отражающей достоверно всех существенных моментов, характеризующих его финансовое состояние. При этом документального подтверждения погашения задолженности Общества перед третьими лицами спорными векселями не представлено; в отчете аудитора, представленному конкурсному управляющему должника, отражено создание искусственного документооборота по вексельным сделкам.

В суд округа с кассационной жалобой на определение от 15.12.2024 и постановление от 14.10.2024 обратился конкурсный кредитор – публичное акционерное общество «Банк «Объединенный финансовый капитал» (далее – Банк) в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство), который просит отменить обжалуемые судебные акты и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе заявитель ссылается на согласованность действий ФИО2 и бывших руководителей Общества ФИО6 и ФИО7 при совершении сделок купли-продажи векселей; на подтверждение факта их аффилированности вступившими в законную судебными актами по настоящему спору; на согласованность деятельности указанной группы лиц, повлекшую причинение вреда добросовестным кредиторам и банкротство Общества. Следовательно, ФИО2 может быть привлечена к субсидиарной ответственности, как контролировавшее должника лицо.

По мнению кредитора, вывод аудитора, изложенный в аудиторском заключении ООО «КАФ «Инвест-Аудит», об отсутствии влияния сделок по приобретению векселей на возникновение у Общества признаков банкротства является необоснованным. Аудиторами не проанализирована промежуточная бухгалтерская отчетность с расшифровкой активов и пассивов должника за 2014 – 2017 годы и условия сделок в целях однозначной оценки последствий их исполнения, не изучены основания выбытия ценных бумаг из учета Общества. При таких условиях заключение аудитора не может служить доказательством непричинения действиями ФИО2 убытков должнику.

В соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено путем использования системы веб-конференции с участием представителя ООО «Градус».

В письменных отзывах на кассационные жалобы и в ходе судебного заседания представитель ООО «Градус» поддержал позицию заявителей жалоб; представитель ФИО2 отклонил доводы заявителей, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Республики Мордовия от 15.12.2023 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационных жалобах и в отзывах на них, и заслушав представителей ФИО2 и ООО «Градус», суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 13.07.2018 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЛВЗ Кристалл-Лефортово»; определением от 19.11.2018 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 08.05.2019 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство.

Усмотрев наличие оснований для привлечения бывших руководителей Общества ФИО6 и ФИО7, а также ООО «УК Кристалл-Лефортово», ФИО2, ООО «ПромМаркет» и АО «БКС Холдинг Лимитед», как контролировавших должника лиц, к субсидиарной ответственности по его обязательствам, конкурсный управляющий и конкурсный кредитор должника обратились в арбитражный суд с соответствующими заявлениями.

В данном случае предметом рассмотрения является вопрос о наличии (отсутствии) оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и взыскания убытков с ФИО2, как выгодоприобретателя по совершенным должником сделкам по приобретению Обществом у ООО «ПромМаркет» по договорам купли-продажи от 25.07.2015, 25.01.2017, 10.10.2017, 25.10.2017, 21.11.2017, 30.11.2017, 06.12.2017, 19.12.2017 и 29.12.2017 векселей третьих лиц.

Определением от 05.11.2020 арбитражный суд признал недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры купли-продажи ценных бумаг от 25.07.2015, 25.01.2017, 10.10.2017, 25.10.2017, 21.11.2017, 30.11.2017, 06.12.2017, 19.12.2017 и 29.12.2017, заключенные ООО «ПромМаркет» (продавцом) и ООО «ЛВЗ Кристалл-Лефортово» (покупателем), и применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «ПромМаркет» в пользу Общества 961 934 390 рублей стоимости приобретенных векселей.

Поскольку спорные правоотношения имели место в период после 01.07.2017, к ним подлежат применению основания и правила привлечения к субсидиарной ответственности, установленные в статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.

В абзаце первом пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 20 Постановления № 53, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац третий).

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый).

По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная названными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Соответственно, заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае существенное значение как для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, так и для взыскания с нее убытков имеет наличие у нее признаков контролирующего должника лица.

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, к контролирующим должника лицам относится руководитель должника (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В пункте 3 Постановления № 53 разъяснено, что по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является также наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (абзац первый).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника (абзац второй).

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника (абзац третий).

Также предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим. В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности (пункт 7 Постановления № 53).

Не признав ФИО2 контролирующим должника лицом, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия доказательств извлечения ею существенной выгоды из недобросовестных действий руководителей Общества и совершенных ими сделок, вовлеченности в процесс управления должником. Судами не выявлено обстоятельств, свидетельствующих о наличии у ФИО2 возможности оказывать влияние на деятельность Общества, давать ему или контролирующим его лицам обязательные для исполнения указания, иным образом определять его действия, в том числе по совершению сделок.

Вопреки утверждению заявителей кассационных жалоб, суд кассационной инстанции при направлении спора в отношении ФИО2 на новое рассмотрение в постановлении от 07.08.2023 отразил, что, учитывая презумпцию ответственности руководителя должника за совершение сделок, причинивших вред кредиторам, имеются основания для привлечения бывших руководителей ФИО7 и ФИО6 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов должника ввиду совершения ими множества иных сделок, помимо договоров купли-продажи ценных бумаг, послуживших непосредственной причиной ухудшения финансового положения Общества, его последующего банкротства и невозможности погашения кредиторской задолженности.

В то же время окружной суд указал, что, признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по приобретению векселей на сумму 961 934 390 рублей, суды не установили, каким образом утрата должником активов в указанном размере отразилась на его финансовом положении, а также каким образом ФИО2 могла оказывать влияние на принятие должником решений о совершении спорных сделок, и совокупностью каких обстоятельств подтверждена ее возможность контролировать деятельность должника.

При новом рассмотрении спора суды установили, что полученные по договорам купли-продажи векселя были использованы Обществом и сняты с учета в связи с продажей либо предоставлением в качестве зачета встречных требований к нему со стороны контрагентов, что исключало причинение должнику убытков. При этом все приобретенные Обществом в 2017 году векселя были отражены в регистрах бухгалтерского учета Общества.

Наряду с изложенным суды приняли во внимание аудиторское заключение от 11.10.2023, выполненное специалистами ООО «КАФ «Инвест-Аудит», согласно которому общая сумма договоров купли-продажи ценных бумаг составляла 961 934 390 рублей и была равна номиналам полученных Обществом векселей, большей частью процентных; из них денежными средствами оплачено 420 973 437 рублей, остальная стоимость погашена путем зачета встречных требований.

При таких обстоятельствах суды констатировали, что все поступившие в 2017 году на баланс Общества векселя, эмитентами которых являлись ООО «ПромМаркет» и ФИО2, по состоянию на 31.12.2018 были либо погашены, либо использованы в расчетах путем зачета встречных требований.

Аудиторское заключение принято судами в качестве надлежащего и допустимого доказательства по спору и оценено в совокупности с иными представленными доказательствами. Суды, в частности, учли, что заключение выполнено аттестованными аудиторами с многолетним опытом соответствующей деятельности; при его подготовке, помимо прочего, использованы и проанализированы выборочные материалы дела о банкротстве, в том числе выполненный временным управляющим анализ финансового состояния должника, реестр требований кредиторов и оспариваемых сделок, отчет аудитора ООО «Аудиторская фирма «Финэкспертиза», представленный конкурсному управляющему по результатам проведения аудиторской проверки бухгалтерской (финансовой) отчетности Общества за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, данные отчетности за 2014 – 2017 годы.

Не согласившись с выводами аудиторов, заявители жалоб не представили в материалы дела доказательства, достоверно их опровергающие. Сомнения заявителей относительно отраженных в заключении сведений о дальнейшем движении векселей основаны на предположениях и не подтверждены документально, поэтому не являются основанием для признания аудиторского заключения недопустимым доказательством.

Кроме того, суд апелляционной инстанции исследовал представленные ООО «Градус» в обоснование апелляционной жалобы дополнительные документы, подтверждающие дальнейшее движение векселей после признания судом сделок с ними недействительными.

Проанализировав установленные обстоятельства и имеющиеся в материалах обособленного спора доказательства, суды пришли к выводу о том, что сделки по приобретению векселей не причинили должнику убытков и не оказали влияния на его платежеспособность. Судебные инстанции пришли к заключению о причинении вреда в результате исполнения договоров купли-продажи векселей исключительно Компании, в то время как убытков кредиторам Общества не возникло, поскольку последнее, напротив, являлось получателем денежных средств.

При таких условиях суды правомерно не нашли оснований как для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствами должника, так и для применения к ней меры гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Выводы судов двух инстанций отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (части 1 и 2 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), соответствуют нормам материального и процессуального права.

Доводы, приведенные в кассационных жалобах, основаны на несогласии заявителей с проведенной судами оценкой фактических обстоятельств спора и сводятся к их переоценке. Между тем переоценка установленных судами предыдущих инстанций фактов, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационных жалобах доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационных жалоб относится на заявителей.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 15.12.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 по делу № А39-5665/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЛВЗ Кристалл Лефортово» ФИО4 и публичного акционерного общества «Банк «Объединенный финансовый капитал» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Председательствующий

Е.В. Елисеева

Судьи

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева