ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва                                                                                                   А40-263315/20-113-1904

17 марта 2021 г.

Резолютивная часть решения объявлена 16 марта 2021 г.

Решение в полном объеме изготовлено 17 марта 2021 г.

Арбитражный суд г.Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «Строительно-монтажное управление-6» к ООО «Проминжстрой»,

о взыскании 56 011 862,4 рублей,

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности от 25 мая 2020 г. № 2505/2020;

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 19 июня 2020 г.;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца неустойки в размере 55 025 514,4 рублей за просрочку выполнения работ по договору от 28 августа 2017 г. № В-28/08/17-П (далее – Договор), заключённому между истцом (генподрядчик) и ответчиком (подрядчик), а также суммы гарантийного удержания по Договору в размере 986 348 рублей.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик по иску возражал по доводам отзыва на исковое заявление, заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, В соответствии с п. 2.1 Договора подрядчик обязался выполнить полный комплекс работ по монтажу ИТП, системы отопления и теплоснабжения, системы вентиляции и противодымной защиты, водопроводной станции на объекте строительства - жилой комплекс, с подземной автостоянкой, ДОУ и учебным центром, расположенным по адресу: г. Москва ЮЗАО, район Ломоносовский, ул. Вавилова, вл. 69а.

Дата окончания работ в соответствии с п. 3.3 Договора – 26 октября 2018 г.

Цена Договора является твёрдой и составляет в редакции дополнительного соглашения № 2 от 14 августа 2019 г. 148 808 212,69 рублей.

Как указывает истец, согласно подписанным КС-2 и КС-3 работы по Договору были сданы в полном объёме с нарушением срока окончания работ, а именно: 31 октября 2019 г., то есть с просрочкой в 370 дней.

Согласно п. 12.2 Договора за нарушение срока завершения работ в полном объёме, генподрядчик вправе взыскать неустойку с подрядчика в размере 0,1% от цены Договора в соответствии с протоколами твёрдой договорной цены.

Истцом рассчитана неустойка за период с 25 октября 2018 г. по 31 октября 2019 г.

Статьей 307 Гражданского кодекса предусмотрено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и односторонний отказ от их исполнения не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Частью 1 статьи 330 Гражданского кодекса предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Как усматривается из искового заявления, истец предъявляя требования, рассчитывает неустойку исходя не из стоимости конкретного этапа, выполненного с нарушением срока, а от общей стоимости Договора.

Следовательно, истец начисляет неустойку не только на стоимость ненадлежащим образом выполненных работ, но и на стоимость работ, срок выполнения которых не еще не наступил.

Как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 июля 2014 г. № 5467/14 по делу А53-10062/2013, начисление неустойки на общую сумму государственного контракта без учёта надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом.

Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

При наличии в договоре промежуточных сроков выполнения работ применение мер ответственности без учёта исполнения подрядчиком своих обязательств по договору противоречит статье 330 Гражданского кодекса.

Как установлено судом, согласно заключению о соответствии построенного, реконструированного объекта капительного строительства проектной документации, в том числе требованиям энергетической эффективности и требованиям оснащенности объекта капитального строительства приборам учета используемых энергетических ресурсов от 29 декабря 2018 г., а также Разрешению на ввод объекта Договора в эксплуатацию от 9 января 2019 г. все строительные работы по объекту Договора были завершены.

Как следует из пункта 2.4 Договора, результатом выполненных работ по Договору является законченный комплекс работ, согласно пункту 2 Договора, который сдан в эксплуатацию в порядке, установленном законодательством. При этом пункт 1.24 Договора устанавливает, что разрешение на ввод объекта в эксплуатацию – это документ, выдаваемый уполномоченным органом в соответствии со статьёй 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, исходя из дословного толкования Договора в порядке статьи 431 Гражданского кодекса, результат работ по Договору считается достигнутым при сдаче объекта в эксплуатацию с выдачей соответствующего разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Разрешение на ввод объекта Договора в эксплуатацию выдано 9 января 2019 г.

Таким образом, фактически работы по Договору выполнены не позднее 9 января 2019 г.

Формальное подписание КС по Договору спустя год после выполнения работ и начисление за это неустойки суд расценивает с позиции статьи 10 Гражданского кодекса.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Законодательством запрещены действия (бездействия) и соответствующие правовым нормам, но осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотреблением правом в иных формах.

Статья 10 Гражданского кодекса на всех граждан и юридических лиц, включая государственные органы.

Положения Арбитражного процессуального кодекса также предусматривают процессуальные последствия для лиц, злоупотребляющих своими процессуальными правами.

При этом при разрешении спора учитывается добросовестность и разумность действий участников гражданского оборота.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации в своём определении от 21 июня 2011 г. № 807-О-О также указал, что установленный в статье 10 Гражданского кодекса запрет злоупотребления правом в любых формах прямо направлен на реализацию принципа, закрепленного в статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и не может рассматриваться как нарушающий какие-либо конституционные права и свободы.

Субъекты предпринимательской деятельности вправе применять в рамках свободы экономической деятельности различные правовые средства. Однако, осуществляя субъективные права, они должны учитывать, что при этом они могут выйти за рамки собственно частных отношений и затронуть сферу публичных интересов. И когда имеет место очевидное игнорирование этих интересов, может иметь место злоупотребление предоставленными субъективными правами.

В соответствии со статьей 401 Гражданского кодекса лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим разом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 марта 2011 г № 14344/10, пунктом 3 статьи 405 Гражданского кодекса должник освобожден от ответственности перед кредитором за нарушение срока исполнения обязательства только в случае, если должник по зависящим не т него, а от кредитора причинам не может исполнить обязательство в срок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 Гражданского кодекса лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Согласно пункту 3 статьи 405 Гражданского кодекса должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 406 Гражданского кодекса кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных законом или договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Таким образом, расчёт неустойки возможен за период с 27 октября 2018 г. (а не с 25 октября 2018г., как указывает истец) по 9 января 2019г. с учётом выполнения и сдачи работ по частям.

Представленный истцом расчёт, исходя из вышеуказанной позиции, не верен ни по праву, ни по размеру.

При рассмотрении ходатайства ответчика о снижении размера неустойки в связи с её несоразмерностью суд пришёл к следующим выводам.

Договором вообще не предусмотрена ответственность генподрядчика за нарушение обязательств по Договору, что противоречит принципу юридического равенства сторон.

В силу пунктов 69, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке. Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса)

При этом согласно пункту 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса)

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7, правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса применяются также в случаях, когда неустойка определена законом.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса.

Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства, Гражданский кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае – в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

На основании изложенного суд считает возможным в порядке статьи 333 Гражданского кодекса снизить размере заявленной неустойки.

При рассмотрении требований о взыскании суммы гарантийных удержаний суд пришёл к следующим выводам.

Пунктом 4.4 Договора предусмотрено право генподрядчика удерживать сумму гарантийного обязательства с объёмов выполненных подрядчиком работ в размере 7% до окончания гарантийных обязательств по Договору.

Срок гарантийных обязательств на СМР по Договору составляет 60 месяцев. Сумма гарантийного удержания в размере 3,5% возвращается подрядчику в течение 15-ти банковских дней с момента подписания акта итоговой приемки законченного объекта генподрядчиком.

Стоимость выполненных работ по Договору составила 148 717 606,49 рублей. По мнению истца сумма гарантийного удержания составляет 10 410 232,45 рублей.

Генподрядчиком перечислено подрядчику по Договору за выполненные работы 144 498 838,27 рублей. По мнению истца он «переплатил» по Договору 986 348 рублей, права на которые подрядчик пока не имеет.

В судебном заседании истец так и не смог определиться с правовой природой указанного требования.

Суд рассматривает спор в пределах заявленных требований, которые характеризуются предметом, основанием и размером требований. Суд вправе самостоятельно определять квалификацию спорных правоотношений, но не основание заявленного истцом требования.

Истец самостоятельно избрал способ защиты права, определив основанием иска – «взыскание задолженности» на основании положений статьи 309 Гражданского кодекса.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 июля 2016 г. № 305-ЭС15-1943 по делу А40-186427/2013, согласно процессуальному законодательству суд не вправе изменить по своему усмотрению предмет заявления арбитражного управляющего для целей более эффективного способа защиты. Соответствующие действия являлись бы нарушением как требований статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса.

Аналогичная позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 2016 г. № 306-ЭС15-20034 по делу А12-24106/2014, от 29 сентября 2015 г. № 305-ЭС15-8891 по делу А40-39758/2014, от 16 сентября 2015 г. № 304-КГ15-5008 по делу А70-6034/2014.

Суд не вправе выходить за пределы требований истца и самостоятельно изменять предмет или основание иска. Такое право предоставляется только истцу. Процессуальное законодательство не содержит норм, позволяющих суду по собственной инициативе изменять основание заявленного истцом требования.

Договор не содержит обязанности подрядчика по уплате гарантийного удержания. Гарантийные удержания – есть порядок расчётов по Договору

Статьи 711, 721, 723 754, 755 Гражданского кодекса указывают на обязанность подрядчика обеспечить надлежащее качество выполненных работ и устанавливают ответственность подрядчика за ненадлежащее качество результата работ.

Положения Договора о гарантийном удержании направлены на обеспечение исполнения истцом гарантийных обязательств, в том числе обеспечение возможности эксплуатации результата работ на протяжении гарантийного срока.

Указанные условия Договора не исключают обязанности ответчика по оплате выполненных и принятых работ, но предусматривают события, с которыми связано возникновение обязательства по оплате.

Производить гарантийные удержания – право генподрядчика, как следует из положений пункта 4.4 Договора. Обязанности выплачивать их самостоятельно у подрядчика не имеется.

Генподрядчик своим правом на удержание не воспользовался.

Возврат денежных средств на основании положений главы 60 Гражданского кодекса также невозможен.

Суд учитывает, что как следует из правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30 июля 2015 г. № 305-ЭС15-3990, фактическая оплата работ, выполненных по договору подряда, исключает возможность квалифицировать полученные денежные средства как неосновательное обогащение.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 65, 101, 102, 106, 110, 123, 131, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Проминжстрой» (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление-6» (ОГРН 

<

***>):

неустойку в размере 1 000 000 (один миллион) рублей;

расходы по уплате государственной пошлины в размере 36 700 (тридцать шесть тысяч семьсот) рублей.

2.В удовлетворении остальной части иска отказать.

3.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление-6» (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 200 000 (двести тысяч) рублей.

4.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                                                   А.Г.Алексеев