ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А22-1904/2020

19.09.2024

Резолютивная часть постановления объявлена 10.09.2024

Полный текст постановления изготовлен 19.09.2024

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Макаровой Н.В., судей: Годило Н.Н., Сулейманова З.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой М.Е., при участии в судебном заседании конкурсного управляющего сельскохозяйственного производственного кооператива «Чилгир-1» - ФИО1 (лично), представителя ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 28.11.2022), в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Канурка» на определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 26.09.2023 по делу № А22-1904/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 к СПК «Чилгир-1», ООО «Канурка» о признании сделки должника недействительной, применении последствий недействительности сделки, третьи лица: ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) СПК «Чилгир-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 08.10.2020 возбуждено производство по делу о признании сельскохозяйственного производственного кооператива «Чилгир-1» (далее -  СПК «Чилгир-1», должник)  несостоятельным (банкротом). 

Определением от 24.03.2021 в отношении СПК «Чилгир-1» введена процедура наблюдения. 

Решением от 23.12.2021 СПК «Чилгир-1» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Определением арбитражного суда от 25.05.2022 конкурсным управляющим СПК «Чилгир-1» утвержден ФИО1 

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой - договор купли-продажи от 14.10.2021, заключенный между СПК «Чилгир-1» и ООО «Канурка», применении последствий недействительности сделки. 

К участию в деле привлечены председатель СПК «Чилгир-1» ФИО2, ФИО5, ФИО4, ФИО6

Определением от 26.09.2023 суд признал недействительным договор от 14.10.2021, заключенный между СПК «Чилгир-1» и ООО «Канурка». Применил последствия недействительности сделки, обязав ООО «Канурка» возвратить в конкурсную массу СПК «Чилгир-1» овец (овцематка) в количестве 1 217 голов. Распределил судебные расходы.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Канурка» обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ФИО1 не согласен с доводами жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц изложили свои позиции по обстоятельствам спора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзыва, и проверив законность обжалуемого судебного акта  в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что определение от 26.09.2023 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, 14.10.2021 между СПК «Чилгир-1» и ООО «Канурка» был заключен договор купли-продажи.

Согласно пункту 1.1 договора  СПК «Чилгир-1» продало ООО «Канурка» 1 217 голов мелкого рогатого скота (овцематки).

Пунктом 3 договора стороны определили стоимость реализуемого поголовья в сумме 4 868 000 рублей, из них 4 000  рублей за одну голову. Согласовали, что покупатель производит оплату по договору в сумме 4 868 000  рублей на расчетный счет СПК «Чилгир-1».

Согласно товарно-транспортной накладной от 26.10.2021 №10 СПК «Чилгир-1» отгрузило и ООО «Канурка» приняло 1 217 голов овцематки на общую сумму 4 868 000 рублей.

Ранее должником и ООО «Канурка» заключен договор от 10.05.2016 о партнерстве и дополнительное соглашение к нему от 01.10.2019.  В соответствии с условиями договора партнеры (кредитор и должник) обязуются сотрудничать в производственной сфере агропромышленного производства с целью извлечения прибыли. 

Из пункта 2.2. указанного договора  следует, что денежные средства, направленные в адрес партнера, или третьих лиц на возмездной основе возвращаются по первому требованию партнера. 

Во исполнение условий вышеуказанного договора ООО «Канурка» производило оплаты по письменным обращениям должника за товары, услуги третьим лицам, коммунальные платежи и налоги, а взамен получало сельскохозяйственную продукцию, либо возврат денежных средств.

Между сторонами заключены также договоры купли-продажи от 09.02.2021, от 14.02.2021, от 15.02.2021, 10.03.2021. В рамках договора  от 09.02.2021 ООО «Канурка» поставило СПК «Чилгир-1» пшеницу в количестве 50 тонн, по договору купли-продажи от 14.02.2021 кредитор поставил в адрес должника ячмень фуражный в количестве 20 тонн и овес в количестве 5 тонн, по договору купли-продажи от 15.02.2021  - ячмень фуражный в количестве 60 тонн, по договору купли-продажи от 10.03.2021  -пшеницу в количестве 20 тонн.

Должником в счет исполнения обязательств произведена частичная оплата ООО «Канурка» в сумме 30 000 руб.

Согласно соглашению о зачете взаимных требований от 28.10.2021 между сторонами произведен зачет на сумму 4 898 000 руб.

Посчитав, что сделка по отгрузке мелкого рогатого скота привела к предпочтительному удовлетворению требований ООО «Канурка» относительно удовлетворения требований иных кредиторов; совершена после введения процедуры наблюдения без согласия управляющего, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявление.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признании сделки недействительной, в связи с чем удовлетворил заявление конкурсного управляющего. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены определения суда, исходя из нижеследующего.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных Законом о банкротстве, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения.

Сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 64 Закона о банкротстве, которые были совершены органами управления должника без согласия временного управляющего, являются оспоримыми.

Из вышеуказанного следует, что после введения наблюдения должник не вправе без согласия временного управляющего совершать сделки, указанные в пункте 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что на момент заключения оспариваемой сделки в отношении СПК «Чилгир-1» была введена процедура наблюдения (24.03.2021).

Согласно данным бухгалтерского баланса СПК «Чилгир-1» (на дату введения наблюдения) балансовая стоимость активов должника по состоянию на 31.12.2019 составляла 42 456 000 руб. Следовательно, из расчета стоимости активов должника и стоимости переданного ООО «Канурка» поголовья, стоимость сделки составляла более пяти процентов балансовой стоимости активов должника (2 122 800 руб. 5 % от стоимости активов).

Вместе с тем временный управляющий должника согласия на заключение сделки не давал, информацией о заключении оспариваемой сделки не обладал. Доказательство обратного в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд приходит к выводу, что оспариваемая сделка заключена без согласия управляющего, в нарушение абзаца 2 пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

По смыслу разъяснений, приведенных в пункте "д" Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.04.2009 N 129 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами положений абзаца второго пункта 1 статьи 66 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", такие сделки являются оспоримыми.

Соответственно, отсутствие согласия временного управляющего на совершение сделки не является достаточным для вывода об ее недействительности и подлежит установлению, какие нарушенные права подлежат защите посредством оспаривания сделки.

Из  материалов дела следует, что при заключении оспариваемой сделки должником допущено приоритетное удовлетворение требований аффилированного лица по отношению к независимым кредиторам.

Данный вывод апелляционного суда согласуется со следующим.

Из Картотеки арбитражных дел следует, что  производство по делу о банкротстве возбуждено 08.10.2020, оспариваемая сделка заключена 14.10.2021, т.е. в период подозрительности установленный частью 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 цитируемой статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2).

Из разъяснений пункта 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63) следует, что если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной.

В отношении преференциальной сделки подобная временная грань, влияющая на необходимость изучения судом вопроса осведомленности контрагента о кризисном экономическом положении должника, и некоторые юридически значимые обстоятельства, более приближена к дате принятия заявления о признании банкротом.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве дата совершения спорной сделки после даты принятия заявления о признании банкротом, что предполагает упрощенное доказывание недействительности сделки.

В пункте 12 постановления № 63 разъяснено, что при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (пункт 10 постановления № 63).

Из материалов дела следует аффилированность сторон сделки.

Оспариваемый договор заключен от лица СПК «Чилгир-1»- ФИО2 от ООО «Канурка» - ФИО4.

Согласно сведениям, размещенным в сети Интернет на сайте ФНС России https://egrul.nalog.ru ,учредителями СПК «Чилгир» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), являются ФИО2, владеющий 20% паевого фонда и ФИО4, также владеющий 20% паевого фонда, одновременно являясь председателем СПК «Чилгир».

На момент заключения оспариваемого договора от 14.10.2021 ФИО4 являлся работником СПК «Чилгир-1».

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-юридическому лицу признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом, согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Определяя заинтересованность лиц, участвующих в процессе о несостоятельности (банкротстве) через аффилированность, законодатель исходит из экономической, юридической и иной фактической возможности одного лица оказывать существенное влияние на действия, осуществляемые связанным с им лицом. При наличии отношений аффилированности субъекты гражданского оборота имеют общий экономический интерес, их действия взаимообусловлены, направлены на достижения одних и тех же целей либо на достижение цели, определяемой лицом, оказывающим непосредственное влияние на связанную с ним сторону.

Таким образом, исходя из диспозиции пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами.

Так, на момент совершения оспариваемой сделки СПК «Чилгир-1» имел неисполненные обязательства перед АО «Росагролизинг», на общую сумму 45 637 991 руб. 46 коп., в том числе:

- до 07.11.2016 по лизинговым платежам со сроком уплаты в размере 16 337 900  руб. 46 коп., включая 15 353 020 руб. долга, 984 880,46 руб. неустойки, что подтверждается решением Арбитражного суда г. Москвы от 02.05.2017 по делу №А40-9240/2017;

- до 14.08.2014 по договору купли-продажи племенных животных №5240008 от 07.04.2014 в размере 20 352 000 руб. перечисленной платы за непоставленный товар, 5 365 502 руб. 07 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, проценты в размере 1/365 ключевой ставки ЦБ РФ с 28.06.2017 по день фактического исполнения обязательства по оплате задолженности в размере 20 352 000 руб., а также расходы по уплате госпошлины в размере 140 982  руб., что подтверждается решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.10.2017  по делу №А40-150674/2017;

- до 07.11.2016 по лизинговым платежам со сроком уплаты в размере 1 231 816 руб. 59 коп., включая 1 142 540 руб. долга, 89 276,59 руб. неустойки, неустойки в размере 1/365 процентной ставки рефинансирования Банка России от суммы долга 1 142 540 руб. за каждый день просрочки, начиная с 8 ноября 2016 по день фактического исполнения обязательства, что подтверждается решением Арбитражного суда г. Москвы от 03.05.2017 по делу № А40-13054/2017;

- до 07.11.2016 по лизинговым платежам со сроком уплаты в размере 6 026 639 руб. 53 коп., что подтверждается решением Арбитражного суда города Москвы от 02.05.2017 по делу №А40-13062/2017.

Обязательства СПК «Чилгир-1» перед ООО «Канурка»  по договору о партнерстве от 10.05.2016 и дополнительному соглашению к нему от 01.10.2019, на которые ссылается ООО «Канурка», в счет исполнения обязательств по которым отгружен мелкий рогатый скот должником, в рамках оспариваемой сделки,  возникли после 01.10.2020.

Из материалов дела следует, что срок  исполнения обязательств должника  перед кредитором (АО «Росагролизинг») наступил до совершения оспариваемой сделки с аффилированным лицом. 

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что в результате совершенной сделки ответчику оказано большее предпочтение, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности, установленной Законом о банкротстве.

Учитывая заключение оспариваемой сделки без согласия временного управляющего при наличии обязательств перед независимым  кредитором с более ранним сроком исполнения требований, и наличие аффилированности между сторонами сделки, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 и абзаца 2 пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В рассматриваемом случае, ООО «Канурка» в материалы дела не представило доказательств невозможности возврата овец (овцематка) в количестве 1 217 голов (в том числе равноценного рогатого скота), в связи с чем суд первой инстанции обоснованно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Канурка» возвратить спорное имущество в конкурсную массу должника.

При таких обстоятельствах, оснований для переоценки выводов суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено 

Руководствуясь статьями  266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 26.09.2023 по делу № А22-1904/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             Н.Н. Годило

             З.М. Сулейманов