СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-14730/2015-ГК

г. Пермь

13 апреля 2017  года

Дело № А60-53030/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 	06 апреля 2017  года, 

постановление в полном объеме изготовлено  	13 апреля 2017  года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего		Романова В.А.,

судей	 					Васевой  Е.Е.,

                                                     	Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Клаузер О.О. 

рассмотрев в открытом судебном заседании 

апелляционную жалобу конкурсного 

кредитора АО «Чехословацкий банк» 

на 	определение Арбитражного суда Свердловской области  от 09  января 2017 года, вынесенное судьей Веретенниковой С.Н. в рамках дела № А60-53030/2014 о признании банкротом ООО «Верхнесалдинский металлургический завод» (ИНН 6658176340, ОГРН 1036602690783) 

по 	обособленному спору по заявлению АО «Чехословацкий банк» о признании  недействительными заключенных между должником и ООО НПФ «Уральская металлургическая компания»  договоров поставки  от 17.09.2014 № 46/2014-УМК и от 01.11.2014  № 82/2014-УМК, применении последствий их недействительности,

в 	судебном заседании принял участие Гришечкин В.В. (уд-е) – представитель  кредитора АО «Чехословацкий банк»  по доверенности от 06.06.2016

(иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения жалобы извещены надлежащим образом в порядке ст. 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2015 принято к производству заявление ООО «Верхнесалдинский металлургический завод» (далее - Должник, Общество «ВСМЗ») в лице его руководителя  Молчанова Владимира Антоновича о признании общества банкротом.

Определением арбитражного суда от 02.03.2015 (резолютивная часть от 19.02.2015) заявление признано обоснованным, в отношении Общества «ВСМЗ» введено наблюдение, временным управляющим утвержден Пархоменко Алексей Сергеевич, чья кандидатура заявлена Молчановым В.А. 

Решением арбитражного суда от 09.01.2017 Общество «ВСМЗ» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Рущицкая Ольга Евгеньевна. 

Конкурсный кредитор АО «Чехословацкий банк» (далее - Банк) обратился в арбитражный суд 08.07.2016 с заявлением о признании недействительными договоров поставки № 46/2014-УМК от 17.09.2014, № 82/2014-УМК от 01.11.2014, заключенных между Должником и ООО НПФ «Уральская металлургическая компания» (далее - Общество НПФ «УМК», ответчик), и применении последствий их недействительности в виде взыскания с Общества НПФ «УМК» в конкурсную массу Общества «ВСМЗ» 465.729.219,20 руб. (с учетом принятия судом первой инстанции уточнения требований в порядке ст.  49 АПК РФ).

В качестве правового основания своих требований Банк ссылается на положения ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст.ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.01.2017 (судья Веретенникова С.Н.) в удовлетворении заявления отказано.

Банк обжаловал определение от 09.01.2017 в апелляционном порядке, просит его отменить ввиду неправильного применения судом норм материального права и несоответствия выводов суда обстоятельствам дела и принять новый судебный акт об  удовлетворении заявленных  требований. 

Апеллянт считает, что судом не дана надлежащая оценка его доводам о том, что Общество НПФ «УМК» создано аффилированным с Должником лицом в условиях неплатежеспособности Должника и без какой-либо позитивной экономической целесообразности. Банк отмечает, что ответчик не имел и не имеет каких-либо активов, отсутствует по юридическому адресу, являлось  организацией, использовавшейся для вывода денежных средств Должника в ущерб его кредиторам посредством фактического перевода на Общество НПФ «УМК» с помощью оспариваемых сделок финансовых потоков Должника. Ввиду изложенных обстоятельств апеллянт считает, что суд первой инстанции должен был признать оспариваемые сделки недействительными по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст.ст. 10, 168 ГК РФ и применить заявленные последствия их недействительности. 

Письменных отзывов от лиц участвующих в деле не поступило.

В судебном заседании представитель Банка поддержал апелляционную жалобу и просил определение от 09.01.2017 отменить. 

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили, в соответствии с ч.3 ст.156, ст.266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, Общество ПКФ «УМК» создано 05.08.2014. При этом его руководителем и участником с долей в 95% уставного капитала стал Молчанов Владимир Антонович, который одновременно являлся учредителем и генеральным директором Общества «ВСМЗ». 

Следовательно, Общество ПКФ «УМК» является заинтересованным лицом по отношению к Обществу «ВСМЗ» (ст. 19 Закона о банкротстве). 

Общество «ВСМЗ» на момент создания Общества ПКФ «УМК» обладало признаками неплатежеспособности, что подтверждается содержанием реестра требований кредиторов по настоящему делу о банкротстве. В частности, Обществом «ВСМЗ» не исполнялись просроченные денежные обязательства перед Банком в размере 1.357.896,75 евро долга и 135.789,68 евро неустойки, подтвержденные решением Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате РФ, для принудительного исполнения которого на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 13.05.2013 по делу № А60-459/2013 был выдан исполнительны лист и возбуждено исполнительное производство. 

После создания Общества ПКФ «УМК» между ним и Обществом «ВСМЗ» были совершены договоры поставки от 17.09.2014 № 46/2014-УМК и от 01.11.2014 № 82/2014-УМК. 

При этом в соответствии с договором поставки от 17.09.2014 № 46/2014-УМК Общество «ВСМЗ» (поставщик) обязалось поставлять Обществу ПКФ «УМК» (покупатель) металлопродукцию, а последнее – её принимать и оплачивать. 

В соответствии с договором поставки от 01.11.2014 № 82/2014-УМК уже Общество ПКФ «УМК» (поставщик) обязалось поставлять Обществу «ВСМЗ» (покупатель) металлопродукцию, а последнее – её принимать и оплачивать. 

В последующем оба договора поставки исполнялись параллельно и взаимосвязано. Как подтверждается материалами настоящего дела, Общество ПКФ «УМК» в рамках договора поставки от 11.11.2014 № 82/2014-УМК Общество ПКФ «УМК» осуществляло передачу в Общество «ВСМЗ» заготовок для производства металлопродукции, а по договору поставки от 17.09.2014 № 46/2014-УМК получало от Общества «ВСМЗ» готовую продукцию (уголки, швеллера), которую реализовывало потребителям.

Если до создания Общества ПКФ «УМК» поставки заготовок от внешних поставщиков производились непосредственно в Общество «ВСМЗ», а также последнее непосредственно выполняло, как поставки готовой продукции её потребителям, так и расчеты за полученные заготовки и отгруженную готовую продукцию, то после совершения указанных двух договоров поставки поступление заготовок в Общество «ВСМЗ» и отгрузка его готовой продукции стали осуществляться исключительно через Общество ПКФ «УМК», на которое были замкнуты все отношения с внешними поставщиками (потребителями) заготовок и готовой продукции, изготовленной Обществом «ВСМЗ». 

При этом оплата за готовую продукцию, поступавшая от её внешних потребителей осуществлялась в Общество ПКФ «УМК» и частично засчитывалась в счет оплаты Обществу «ВСМЗ» по договору поставки от 11.11.2014 № 82/2014-УМК. Из этих же поступлений Обществом ПКФ «УМК» осуществлялась оплата заготовок, поступавших от их внешних поставщиков (ООО «УГМК-Сталь», ООО «ЕВРАЗ Нижнетагильский металлургический комбинат»), а также оплата за Общество «ВСМЗ» потребляемых данным предприятием ресурсов. Взаиморасчеты между Обществом «ВСМЗ» и Обществом ПКФ «УМК» применительно к указанным выше двум договорам поставки осуществлялись посредством взаимозачетов. Так, в деле имеются сведения о совершении четырёх таких взаимозачетов – по актам от 31.12.2014 на сумму 115.508.110,25 руб. (за период с 05.11.2014 по 28.12.2014), от 31.12.2014 на сумму 2.189.401,50 руб., от 28.02.2015 на 52.066.002,33 руб. (за период с 29.12.2014 по 19.02.2015) и от 14.10.2015 (за период с 19.01.2015 по 03.07.2015).

Результатом применения данной схемы явилось почти полное замыкание хозяйственных отношений Общества «ВСМЗ» на Общество ПКФ «УМК» с одновременным исключением из этих отношений собственно денежных расчетов между ними. Вследствие этого было существенно затруднено осуществление исполнительного производства в интересах Банка и иных кредиторов за счет обращения взыскания на денежные средства Общества «ВСМЗ». Последнее подтверждается, в частности, тем, что при вышеуказанных суммах взаимозачетов между Обществом «ВСМЗ» и Обществом ПКФ «УМК» исполнение в пользу Банка в ходе исполнительного производства составило лишь 143.350,16 руб. 

Даная схема применялась вплоть до 03.07.2015, то есть использовалась и после возбуждения 19.01.2015 настоящего дела о банкротстве по заявлению Общества «ВСМЗ» и в ходе наблюдения, введенного 19.02.2015.

В ходе наблюдения требования Банка, основанные на указанных выше решении третейского суда и определении арбитражного суда от 13.05.2013, были включены в состав реестра требований кредиторов Общества «ВСМЗ» в размере 96.519.300,99 руб. основного долга. 

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании взаимосвязанных договоров поставки № 46/2014-УМК от 17.09.2014, № 82/2014-УМК от 01.11.2014 недействительными по основаниям ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст.ст. 10, 168 ГК РФ. 

Отказывая в удовлетворении требований Банка, арбитражный суд первой инстанции принял во внимание постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2016 по делу № А60-60818/2015 и указал, что в данном постановлении содержатся выводы о том, что само по себе заключение подобных сделок не противоречит закону и обычаям делового оборота, а также о том, что в результате взаимоотношений по оспариваемым сделкам Должник должен был бы получить определенную прибыль и сделки имели для него определенный экономический смысл. С учетом данных выводов суд первой инстанции по настоящему спору не нашел оснований для применения заявленных Банком оснований недействительности сделок. 

С изложенной позицией суда первой инстанции согласиться нельзя ввиду нижеследующих обстоятельств. 

Вышеупомянутое постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2016 было принято в рамках искового производства по делу № А60-60818/2015 и не образует преюдиции для настоящего спора в силу различного состава лиц, участвующих в указанном деле и настоящем деле о банкротстве (ст. 69 АПК РФ, пункты 14-16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве"). Кроме того, в обжалуемом определении от 09.01.2017 арбитражный суд первой инстанции действительно не дал надлежащей оценки доводам Банка о недействительности взаимосвязанных договоров поставки № 46/2014-УМК от 17.09.2014, № 82/2014-УМК от 01.11.2014 применительно к п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Разъяснения в отношении порядка применения нормы п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63). 

Так, согласно п. 5 данного постановления для признания сделки недействительной по основанию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названого постановления Пленум ВАС РФ указал, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно п. 7 названного постановления Пленума ВАС РФ в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Из материалов настоящего спора усматривается, что на момент совершения оспариваемых взаимосвязанных сделок Должник обладал признаками неплатежеспособности, о чём безусловно был осведомлен ответчик Общество ПФК «УМК», являющееся заинтересованным лицом по отношению к Должнику и возглавляемое тем же лицом, что и  Должник. 

При этом стоимость переданного в результате оспариваемых Банком взаимосвязанных сделок имущества Должника превышает 20% его активов. 

Следовательно, усматривается наличие как условия а), так и условия в) для признания сделок недействительными согласно п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63.

Также усматривается, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку результатом внедрения сформированной с помощью, в том числе, и двух оспариваемых договоров поставки схемы стала ситуация крайней затруднительности исполнения уже вступивших в законную силу судебных актов в пользу кредиторов за счет обращения взыскания на денежные средства Должника. Последнее обусловлено тем, что реализация указанной схемы в условиях неплатежеспособности Должника и замыкания всей его хозяйственной деятельности на ответчика практически исключила собственно денежный оборот из взаимоотношений Должника с ответчиком. 

Последнее обстоятельство позволяет признать оспариваемые сделки ничтожными также применительно к ст. 10 ГК РФ как совершенные с целью создать условия для неисполнения вступивших в законную силу судебных актов, то есть обеспечить действия в обход закона с противоправной целью.

Кроме того, реализация указанной схемы, необходимым элементом которой были оспариваемые Банком договоры, фактически обеспечила изъятие у Должника денежных средств. 

Последнее следует из того, что несмотря на заявленные Банком доводы об отсутствии какой-либо экономически позитивной для Должника и его кредиторов цели формирования и использования вышеописанной схемы, ни со стороны Должника, ни со стороны ответчика какие-либо удовлетворительные пояснения о необходимости и целесообразности переустройства взаимодействия Должника с его контрагентами посредством замыкания этих отношений на специально для этого созданное Общество ПКФ «УМК» не даны. 

Следует обратить внимание и на то, что у Общества ПКФ «УМК» фактически отсутствовали какие-либо производственные активы или основные средства, оно было создано для осуществления и осуществляло исключительно посредническо-распорядительные действия в отношении финансовых и товарных потоков между Должником и его прежними контрагентами. 

Согласно приведенным расчетам Банка в результате введения указанной схемы Должник не получил денежные средства в сумме 465.729.219,20 руб., составляющих разницу между поступившими в Общество ПКФ «УМК» денежными средствами за реализацию последним продукции, изготовленной Должником, и теми расходами Общества ПКФ «УМК», которые так или иначе оно понесло в интересах обеспечения деятельности Должника. 

Данный расчет, выполненный Банком применительно к доступным ему сведениям в банковских счетах о хозяйственных операциях и платежах, участниками настоящего дела о банкротстве не оспорен. 

Таким образом, усматриваются все предусмотренные нормой п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (с учетом пунктов 5-7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63) основания для признания договоров поставки № 46/2014-УМК от 17.09.2014, № 82/2014-УМК от 01.11.2014 недействительными.

С учетом изложенного применение последствий их недействительности  в соответствии с положениями ст. 167 ГК РФ и ст. 61.6 Закона о банкротстве должно заключаться во взыскании с Общества ПКФ «УМК» в пользу Общества «ВСМЗ» 465.729.219,20 руб.

Обжалуемое определение от 09.01.2017 подлежит отмене по основаниям пунктов 3 и 4 части 1 ст. 270 АПК РФ. 

Судебные расходы  относятся на ответчика (ст. 110 АПК РФ). 

Руководствуясь ст. ст. 176,  258 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного  суда  Свердловской области от 09 января 2017 года по делу № А60-53030/2014 отменить.

Признать совершенные  между ООО «НПФ «Уральская металлургическая компания» и ООО «Верхнесалдинский металлургический завод» договоры поставки от 17.09.2014 № 46/2014-УМК и от 01.11.2014 № 82/2014–УМК  недействительными. 

Применить последствия недействительности сделок: 

Взыскать с НПФ «Уральская металлургическая компания» в пользу ООО «Верхнесалдинский металлургический завод» 465.729.219 рублей 20 копеек.

Взыскать с ООО НПФ «Уральская металлургическая компания» в пользу АО «Чехословацкий банк» 15.000 рублей в счет возмещения расходов по уплате госпошлины за подачу иска и апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области

 

Председательствующий

В.А.Романов

 

Судьи

 

Е.Е. Васева

 

Т.Ю.Плахова