АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-11167/2021

06 февраля 2023 года

г. Курск

 

Резолютивная часть решения объявлена 30 января 2023 года

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Кочетовой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании 30.01.2023 после перерыва, объявленного 26.01.2023, дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Русьинвест»

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

об обязании ответчика прекратить незаконное использование промышленных образцов истца путем демонтажа павильона самообслуживания, расположенного по адресу: 

<

...> (у входа в ТЦ «Пушкинский»);

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на промышленные образцы в размере 1 000 000 руб., а также судебных расходов по оплате госпошлины в размере 29 000 руб. 00 коп.,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Фаворит»,

при участии в судебном заседании представителей: 

от истца: ФИО3 по доверенности от 25.09.2022;

от ответчика:  ИП ФИО2 - паспорт; ФИО4 по доверенности 10.01.2022;

от третьего лица: не явился, извещен надлежащим образом.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «РЕАЛКОФФ» обратилось в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об обязании ответчика прекратить незаконное использование промышленных образцов истца путем демонтажа павильона самообслуживания, расположенного по адресу: 

<

...> (у входа в ТЦ «Пушкинский»); о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на промышленные образцы в размере 1 000 000 руб., а также судебных расходов по оплате госпошлины в размере 29 000 руб. 00 коп.

Определением суда от 16.12.2021 (судья Хмелевской С.И.) исковое заявление было принято к производству по общим правилам искового судопроизводства.

В предварительном судебном заседании 29.03.2022 представитель ответчика представила ходатайство об истребовании у Федеральной службы по интеллектуальной собственности доказательств по делу, а именно заявок истца на выдачу спорных патентов на промышленные образцы с приложением описания.

В соответствии с частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

Из указанного следует, что ходатайство об истребовании доказательства подлежит удовлетворению только в том случае, если обозначенные в таком ходатайстве обстоятельства, которые могут быть установлены в результате исследования соответствующего доказательства, входят в круг обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего дела. 

Оценив круг обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего дела с учетом предмета и основания иска, а также подлежащих применению норм материального права, суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства ответчика об истребовании доказательств, в связи с чем в удовлетворении указанного ходатайства судом было отказано, о чем было объявлено протокольное определение в порядке статьи 184 АПК РФ.

Определением от 29.03.2022 суд назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручено патентному поверенному №1079 ФИО5

Определением суда от 30.03.2022 производство по делу было приостановлено до получения экспертного заключения.

29.04.2022 от эксперта через канцелярию суда поступило ходатайство о продлении срока проведения экспертизы.

Определением суда от 30.05.2022 ходатайство эксперта о продлении срока проведения экспертизы удовлетворено, срок экспертизы был продлен.

Определением суда от 28.06.2022 производство по делу возобновлено и назначено предварительное судебное заседание.

01.07.2022 от эксперта получено ходатайство о повторном продлении срока проведения экспертизы.

Определение от 18.07.2022 предварительное судебное заседание отложено, срок проведения экспертизы повторно продлен.

20.07.2022 от эксперта ФИО5 через канцелярию суда поступило экспертное заключение от 19.07.2022, которое приобщено судом к материалам дела.

11.08.2022 от ответчика через канцелярию суда поступило ходатайство о снижении размера компенсации ниже низшего предела, о назначении повторной судебной экспертизы и исключении из числа доказательств по делу судебной экспертизы от 19.07.2022 и письма ФИПС о внесении изменений в патент на промышленный образец №125326.

Ввиду отсутствия правовых оснований для применения положений ч.3 ст. 71 АПК РФ, а также ст. 161 АПК РФ (в отсутствие ходатайства о фальсификации доказательств), судом отказано в удовлетворении ходатайства об исключении письма ФИПС о внесении изменений в патент на промышленный образец №125326 из числа доказательств по делу, о чем объявлено протокольное определение в порядке статьи 184 АПК РФ.

Определением от 11.08.2022 суд возобновил производство по делу и назначил судебное разбирательство.

Определением суда от 12.09.2022 по делу А35-111674/2021 произведена замена судьи Хмелевского С.И. на судью Кочетову И.В.

В судебном заседании 21.09.2022 ответчиком было заявлено ходатайство об установлении права преждепользования.

В судебном заседании 03.11.2022 представитель ответчика устно просила суд не рассматривать вышеуказанное ходатайство, в связи с чем, оно судом не рассматривалось. Дополнительно представитель ответчика представил ходатайство о приостановлении производства по делу до вынесения Палатой по патентным спорам РФ решения, принятого по результатам рассмотрения возражений относительно выдачи патента №125326, исключительные права на который принадлежат истцу.

Согласно пункту 1 части 1 и части 2 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом; пребывания гражданина-ответчика в действующей части Вооруженных Сил Российской Федерации или ходатайства гражданина-истца, находящегося в действующей части Вооруженных Сил Российской Федерации; смерти гражданина, являющегося стороной в деле или третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, если спорное правоотношение допускает правопреемство; утраты гражданином, являющимся стороной в деле, дееспособности; арбитражный суд приостанавливает производство по делу и в иных предусмотренных федеральным законом случаях.

Из содержания статьи 143 АПК РФ следует, законодатель связывает возможность арбитражного суда приостановить производство по делу не с наличием другого дела или вопроса, рассматриваемого в порядке конституционного, гражданского, уголовного или административного производства, а с невозможностью рассмотрения спора до принятия решения по другому делу или вопросу, в силу которых невозможно принять решение по данному делу по существу.

Следовательно, объективной предпосылкой для применения названной процессуальной нормы является невозможность рассмотрения одного дела до принятия решения по другому делу или вопросу, имеющему процессуальные или материальные последствия для разбирательства по рассматриваемому делу.

Таким образом, основанием к приостановлению может служить не любое обстоятельство, имеющее отношение к участвующим в настоящем деле лицам, а только то, которое касается одного и того же материального правоотношения, что и разрешаемые по этому делу вопросы.

В силу п. 142 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении Роспатентом возражений против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара или исключительного права на ранее зарегистрированное наименование места происхождения товара суд вправе приостановить производство по делу о нарушении прав.

В случае если после рассмотрения дела о нарушении исключительного права на патент или на товарный знак, наименование места происхождения товара патент будет аннулирован или предоставление правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара, предоставление исключительного права на ранее зарегистрированное наименование места происхождения товара будет признано недействительным, судебный акт по делу о нарушении исключительного права может быть пересмотрен по новым обстоятельствам (пункт 1 части 3 статьи 311 АПК РФ).

В силу части 3 статьи 8 АПК РФ арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Из смысла вышеприведенных норм права следует, что приостановление производства по делу является не обязанностью суда, а его правом, реализуемом при соблюдении совокупности условий, закрепленных процессуальным и материальным правом. При рассмотрении вопроса о необходимости приостановления производства по делу суд должен оценить в совокупности все обстоятельства дела, обеспечить соблюдение баланса интересов лиц, участвующих в деле.

Согласно заявленному ходатайству ответчик просил приостановить производство по делу до принятия решения Палатой по патентным спорам (Роспатент) по представленным ответчиком возражениям, поскольку полагал, что рассмотрение настоящего дела напрямую связано с наличием у истца исключительных прав на промышленный образец, охраняемый патентом № 125326. В случае аннулирования данного патента, истец утратит исключительные права на патент, что будет означать отсутствие каких-либо нарушений исключительных прав истца со стороны третьих лиц.

Между тем, арбитражный суд отмечает, что наличие решения Палаты по патентным спорам РФ, принятого по факту рассмотрения возражений против выдачи патента № 125326 не является безусловным основанием для приостановления производства по делу, предусмотренным статьей 143  АПК РФ.

Кроме того, рассмотрение дела по существу не лишает сторону в дальнейшем, при обнаружении новых обстоятельств, обратиться в суд с заявлением о пересмотре судебного акта по новым обстоятельствам в порядке ст. 311 АПК РФ.

Помимо этого, суд принял во внимание, что предметом спора в рамках настоящего дела является установление факта наличия/отсутствия нарушений ответчиком исключительных прав истца в отношении четырех патентов, а не только патента №125326. При этом, в отношении иных патентов возражения ответчиком не заявлены.

Следует отметить, что институт приостановления производства по делу призван обеспечить принципы процессуальной экономии и эффективности, на достижение которых направлен, в том числе, пункт 142 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10.

С учетом изложенного, учитывая сроки рассмотрения дела, суд отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о приостановлении производства по делу, о чем вынес протокольное определение в порядке ст. 184 АПК РФ.

Определением арбитражного суда от 03.11.2022 по ходатайству ответчика к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Фаворит». ООО «Фаворит» письменного мнения на иск и дополнительных документов не представило, явку представителя в судебное заседание не обеспечило.

09.12.2022 от общества с ограниченной ответственностью «Русьинвест» поступило ходатайство о процессуальной замене истца.

Ответчик возражал против удовлетворения ходатайства о процессуальном правопреемстве. Считал, что реализация правомочий, составляющих содержание исключительного права, в полном объеме возможна только при условии государственной регистрации перехода патентных прав. Поскольку ООО «Русьинвест» не предоставило доказательств совершения действий по обращению в Патентную палату РФ за государственной регистрацией перехода права, а также доказательств такого перехода, то, по мнению ответчика, ООО «Русьинвест» не является правопреемником ООО «РЕАЛКОФФ». Считая, что при таких обстоятельствах перехода прав не произошло, ответчик полагал ООО «РЕАЛКОФФ» ликвидированным юридическим лицом и просил прекратить производство по делу по указанному основанию. 

Суд, с учетом положений пункта 5 части 1 статьи 150 АПК РФ, а также представленных документальных доказательств, суд не усмотрел оснований для прекращения производства по делу, о чем вынес протокольное определение в порядке ст. 184 АПК РФ.

Определением суда от 26.12.2022 произведена процессуальная замена истца по делу № А35-11167/2021 с общества с ограниченной ответственностью «РЕАЛКОФФ» на общество с ограниченной ответственностью «Русьинвест».

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылался на нарушение ответчиком исключительных прав на патенты, принадлежащие истцу, как правообладателю. Помимо этого, истец указывал на известность брэнда Общества в сфере деятельности по продаже кофе через вендинговые аппараты, длительный период нарушения ответчиком исключительных прав истца и отсутствие, в связи с этим оснований для снижения размера заявленной к взысканию компенсации ниже низшего предела.

Ответчик в письменном отзыве против удовлетворения исковых требований возражал, ссылаясь на отсутствие вины в нарушении исключительных прав истца, поскольку, по мнению ответчика, спорное изделие (павильон самообслуживания) обладает признаками, отличными от существенных признаков патентов, принадлежащих истцу. Размер компенсации за нарушение исключительных прав, заявленный к взысканию, ответчик полагал  необоснованным и несоразмерным допущенному правонарушению, ходатайствовал о его снижении ниже низшего предела.

Общество с ограниченной ответственностью «Фаворит», привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, письменного мнения на иск не представило. Представитель третьего лица не явился, извещен надлежащим образом.

Суд, руководствуясь положениями ст. 123, 156, 170 АПК РФ, рассмотрел дело в отсутствие представителя третьего лица, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Изучив материалы дела, и, выслушав представителей истца и ответчика, арбитражный суд установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «РЕАЛКОФФ» (правопреемник – ООО «Русьинвест») является обладателем исключительных прав на группу промышленных образцов на павильоны самообслуживания и их интерьера на основании Патентов № 125809, 126532, 125326, 125811.

В соответствие с Патентом на промышленный образец № 125809 на павильон самообслуживания, зарегистрированным в Государственном реестре промышленных образцов Российской Федерации 04 июня 2021 года, сроком действия исключительного права до 13 октября 2025 года, патентообладателем является ООО «РЕАЛКОФФ», авторами – ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10.

Согласно Патенту на промышленный образец № 125326 на павильон самообслуживания, зарегистрированному в Государственном реестре промышленных образцов Российской Федерации 19 мая 2021 года, сроком действия исключительного права до 13 октября 2025 года, патентообладателем является ООО «РЕАЛКОФФ», авторами – ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10.

Согласно Патенту на промышленный образец № 126532 на интерьер павильона самообслуживания, зарегистрированному в Государственном реестре промышленных образцов 27 июля 2021 года, патентообладателем является ООО «РЕАЛКОФФ», авторами – ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10. Срок действия исключительного права на промышленный образец истекает 14 октября 2025 года.

Согласно Патенту на промышленный образец № 125811 на интерьер павильона самообслуживания, зарегистрированному в Государственном реестре промышленных образцов 04 июня 2021 года, патентообладателем является ООО «РЕАЛКОФФ», авторами – ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10. Срок действия исключительного права на промышленный образец истекает 14 октября 2025 года.

Как следует из искового заявления, 24.09.2021 правообладателем был произведен осмотр павильона самообслуживания «Кофе с собой», расположенного по адресу: 

<

...> (у входа в Торговый центр «Пушкинский»), в результате которого выявлено, что внешнее и внутреннее оформление павильона воспроизводит все существенные признаки промышленных образцов № 125809, 125326, 125811, 126532, исключительные права на которые принадлежат истцу.

В подтверждение принадлежности спорного павильона ответчику истцом представлен кассовый чек безналичной оплаты от 24.09.2021 покупки, совершенной через платежный терминал павильона самообслуживания, содержащий сведения об ИНН продавца – 

<

***>, месте расчетов – 

<

...>, а также письмо АО «Тинькофф банк», согласно которому вышеуказанная операция совершена в пользу IP Bezdetko Kursk RUS.

Ссылаясь на указанные обстоятельство, ООО «РЕАЛКОФФ» направило в адрес ответчика досудебную претензию от 08.10.2021, в которой предлагало добровольно уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 1 000 000 руб. 00 коп.

Поскольку указанная претензия была оставлена без исполнения, ООО «РЕАЛКОФФ» обратилось в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением.

Оценив представленные доказательства, арбитражный суд полагает заявленные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с нормами статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо вправе обратиться в суд за защитой нарушенных или оспоренных гражданских прав. 

Предъявление любого иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если указанным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

Согласно статье 1345 ГК РФ, интеллектуальные права на изобретения, полезные модели и промышленные образцы являются патентными правами.

В силу пункта 1 статьи 1349 ГК РФ объектами патентных прав являются результаты интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, отвечающие установленным этим Кодексом требованиям к изобретениям и полезным моделям, и результаты интеллектуальной деятельности в сфере дизайна, отвечающие установленным Гражданским кодексом Российской Федерации требованиям к промышленным образцам. 

Согласно положениям статьи 1352 ГК РФ в качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства. 

В силу статьи 1353 ГК РФ исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец признается и охраняется при условии государственной регистрации соответствующих изобретения, полезной модели или промышленного образца, на основании которой федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности выдает патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец. 

Промышленному образцу предоставляется правовая охрана, если по своим существенным признакам он является новым и оригинальным (статья 1352 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела ответчиком был заявлен довод об отсутствии новизны и оригинальности у спорных промышленных образцов ООО «РЕАЛКОФФ» (правопреемник – ООО «Русьинвест»).

Вместе с тем, доводы ответчика, позволяющие, по его мнению, признать промышленные образцы истца по спорным патентам, не соответствующими условиям патентоспособности «новизна» и «оригинальность», не имеют правового значения в рамках рассмотрения настоящего дела, поскольку охраноспособность полезной модели подлежит проверке в административном порядке, а не в рамках гражданского спора, в связи с чем, указанные доводы не могут быть приняты во внимание арбитражным судом.

В то же время, арбитражный суд отмечает, что ответчик не лишен права заявить возражения в отношении патентов истца в Палату по патентным спорам (Роспатент), при наличии оснований полагать, что правовая охрана спорным промышленным образцам была предоставлена в нарушение требований, установленных патентным законодательством.

В соответствии со статьей 1354 ГК РФ патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец удостоверяет приоритет изобретения, полезной модели или промышленного образца, авторство и исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец. 

Как следует из искового заявления, общество с ограниченной ответственностью «РЕАЛКОФФ» (правопреемник – ООО «Русьинвест») является обладателем исключительных прав на группу промышленных образцов на павильоны самообслуживания и их интерьера на основании Патентов № 125809, 126532, 125326, 125811, представленных в материалы дела.

Следовательно, обращение истца в арбитражный суд за защитой нарушенного права путем взыскания компенсации правомерно.

В силу пункта 1 статьи 1363 ГК РФ, исключительное право на изобретение, полезную модель, промышленный образец и удостоверяющий это право патент действуют при условии соблюдения требований, установленных настоящим Кодексом, с даты подачи заявки на выдачу патента в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности или в случае выделения заявки (пункт 4 статьи 1381) с даты подачи первоначальной заявки: двадцать лет - для изобретений; десять лет - для полезных моделей; пять лет - для промышленных образцов. 

Таким образом, исключительные права на промышленный образец, указанный в Патенте № 125809 возникли у истца с 13.10.2020 (дата подачи заявки № 2021500071), в Патенте № 126532 – с 14.10.2020 (дата подачи заявки № 2021500069), в Патенте № 125326 – с 13.10.2020 (дата подачи заявки № 2020504752), в Патенте № 125811 – с 14.10.2020 (дата подачи заявки № 2020504781).

Ссылка ответчика на то, что спорное изделие было изготовлено 22.07.2020 на основании договора подряда с ФИО11 и установлено возле ТЦ «Пушкинский» 15.11.2020 на основании договора аренды № ПШК-У/1 от 15.11.2020, то есть ранее срока опубликования сведений о зарегистрированных патентных правах на промышленные образцы (04.06.2021), ввиду чего отсутствует вина ответчика в нарушении исключительных прав истца, судом отклоняется как несоответствующая нормам действующего права.

Как следует из материалов дела, 22.07.2020 ИП ФИО2 заключила с ФИО11 договор подряда на изготовление Павильонов Кофейня самообслуживания в количестве 3 шт., согласно техническому заданию, отраженному в приложении № 1 к договору подряда.

Актом приема-передачи от 30.09.2020 торговые павильоны самообслуживания в количестве 3 шт. переданы заказчику.

Вместе с тем, несмотря на факт изготовления объектов 30.09.2020, спорный павильон самообслуживания был введен в гражданский оборот с целью извлечения прибыли 15.11.2020, что подтверждается имеющимся в материалах дела договором аренды № ПШК-У/1 от 15.11.2020.

Поскольку исключительные права на патенты возникли у истца, в соответствии с положениями статьи 1363 ГК РФ, с даты подачи заявок – с 13.10.2020, 14.10.2020, то введение в гражданский оборот спорного товара 15.11.2020, после подачи заявок, нарушает права истца, как правообладателя исключительных прав на патенты.

Гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное (п. 1 ст. 1229 ГК РФ). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если данным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных указанным Кодексом. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1358 ГК РФ, патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец. 

В силу пункта 1 статьи 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 названной статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец. 

Согласно пункту 2 статьи 1358 ГК РФ использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности: 

1) ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец; 

2) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом. Если продукт, получаемый запатентованным способом, является новым, идентичный продукт считается полученным путем использования запатентованного способа, поскольку не доказано иное; 

3) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ; 

4) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, предназначенного для его применения в соответствии с назначением, указанным в формуле изобретения, при охране изобретения в виде применения продукта по определенному назначению; 

5) осуществление способа, в котором используется изобретение, в том числе путем применения этого способа. 

Пунктом 3 статьи 1358 ГК РФ установлено, что промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

К существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия (абзац 3 пункта 1 статьи 1352 ГК РФ).

Признаки должны быть выражены понятиями, смысловое содержание которых однозначно понятно пользователю изделия. Характеристика признака должна позволять однозначно идентифицировать его с визуально воспринимаемым признаком, нашедшим отражение на изображении внешнего вида изделия. Не допускается включать в перечень характеристики неидентифицируемых на изображениях признаков промышленного образца, в частности, характеристики зрительно неразличимых на изображениях элементов внешнего вида изделия, зрительно неразличимых соотношений размеров элементов и абсолютных размеров элементов, указания на отсутствие каких-либо элементов.

В силу пункта 4 статьи 1358 ГК РФ если при использовании промышленного образца используется каждый существенный признак другого промышленного образца или совокупность признаков другого промышленного образца, производящая на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение, другое изобретение, другая полезная модель или другой промышленный образец также признаются использованными (пункт 4 статьи 1358 ГК РФ).

В пункте 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 10) разъяснено, что полезная модель признается использованной в продукте, если продукт содержит каждый признак полезной модели, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы полезной модели.

Использование без согласия патентообладателя не всех существенных признаков промышленного образца, а равно не всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, исключительное право патентообладателя не нарушает.

Наличие в продукте, способе, изделии ответчика дополнительных признаков, помимо признаков изобретения или полезной модели, приведенных в независимом пункте формулы, или всех существенных признаков промышленного образца, а равно всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, не может служить основанием для вывода об отсутствии использования изобретения, полезной модели, промышленного образца.

Следует учитывать, что исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец охватывается использование их непосредственно в продукте, способе или изделии соответственно, но не в документации (в том числе проектной) на изготовление находящегося в процессе разработки продукта или изделия, осуществление способа. Нарушением будет являться совершение действия, необходимого для осуществления хотя бы одной из стадий производства с применением указанной документации.

При этом использование описания изобретения, полезной модели или промышленного образца в произведении науки, литературы и искусства исключительным правом правообладателя не охватывается.

Таким образом, в предмет доказывания по рассматриваемому спору о нарушении исключительного права на промышленный образец входит установление обстоятельств использования в изделиях ответчика всех существенных признаков промышленного образца или совокупности признаков, производящей на информированного потребителя такое же общее впечатление.

Установление указанных обстоятельств имеет существенное значение, в связи с чем, требует применение специальных знаний.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2018 № 19АП-8240/18, Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 24.04.2019 № С01-62/2019, Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 21.03.2019 № С01-57/2019.

В целях установления факта использования ответчиком в спорном павильоне самообслуживания всех или части существенных признаков промышленных образцов, принадлежащих истцу, судом по ходатайству сторон была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено патентному поверенному №1079 ФИО5.

На разрешение эксперта был поставлен следующий вопрос:

1.Содержит ли изделие «Павильон самообслуживания», находящийся по адресу: 

<

...> (у входа в ТЦ «Пушкинский»), все существенные признаки промышленных образцов №125809, 126532, 125326, 125811 или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производят запатентованные промышленные образцы, при условии, что изделия имеют сходное назначение?

Согласно заключению эксперта от 28.04.2022 «Павильон Самообслуживания» содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, как и патент на промышленный образец № 125811;  «Павильон Самообслуживания» не содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такой же общее впечатление, как и патент на промышленный образец № 126532. 

В отношении патентов на промышленные образцы № 125326 и 125809 эксперт провел анализ признаков на основании сайта ФИПС и пришел к выводу об идентичности изображений, указанных в патентах № 125326 и 125809, указав, что экспертиза в отношении указанных патентов возможна после устранения неточностей, в связи с чем, ходатайствовал о предоставлении дополнительных материалов.

Судом установлено, что со стороны регистрирующего органа была допущена техническая ошибка, при внесении данных в отношении патента № 125326. Согласно письму ФИПС № 2020504752/49 техническая ошибка была устранена, выдан исправленный патент на промышленный образец.

В ходе рассмотрения дела ответчиком было заявлено ходатайство об исключении из числа доказательств письма ФИПС в отношении сведений на промышленный образец № 125326, ввиду несоответствия требованиям, предъявляемым законодательством к его оформлению, отсутствия подписи (графической, электронной), позволяющих установить подлинность документа. В обоснование возражений ответчик ссылался, что уведомления ФИПС всегда содержат подпись лица, выдавшего данный документ, графический QR-код в верхнем правом углу, кроме того бланк должен быть очерчен одной жирной полосой.

Из разъяснений, изложенных в абз.2 п.39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» следует, что в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Ответчик, заявляя ходатайство об исключении из числа доказательств письма ФИПС № 2020504752/49 в отношении сведений на промышленный образец № 125326 на наличие признаков подложности указанного письма не ссылался, ходатайств о фальсификации доказательств не заявлял.

Согласно части 3 статьи 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Согласно пункту 71 Приказа Минэкономразвития России от 03.11.2015 № 811 «Об утверждении административного регламента предоставления Федеральной службой по интеллектуальной собственности государственной услуги по внесению изменений в государственные реестры изобретений, полезных моделей, промышленных образцов Российской Федерации, а также в патенты на изобретение, полезную модель, промышленный образец» (далее – Приказ от 03.11.2015 № 811) административное действие по внесению изменений в соответствующий Государственный реестр включает внесение в соответствующий Государственный реестр изменений, касающихся, в том числе, исправления очевидных и (или) технических ошибок в Государственных реестрах.

В силу пункта 77 Приказа от 03.11.2015 № 811 результатом административной процедуры внесения изменений в соответствующий Государственный реестр и (или) в патент являются внесение изменений в соответствующий Государственный реестр и (или) в патент, направление заявителю уведомления об удовлетворении заявления и документа об изменениях в течение пяти дней с даты подписания указанного уведомления.

Результат административной процедуры фиксируется:

- в Государственном реестре;

- в документе об изменениях;

- в уведомлении заявителя об удовлетворении заявления, просьбы (пункт 78 Приказа от 03.11.2015 № 811).

Таким образом, внесение в Государственный реестр и в описание спорного патента исправлений осуществляется путем выполнения последовательных административных процедур: рассмотрение заявления (результат - уведомление об удовлетворении заявления), внесение изменений в Государственный реестр и в описание спорного патента (результат - внесение изменений в Государственный реестр, направление заявителю уведомления об удовлетворении заявления и документа об изменениях), официальная публикация сведений о внесенных изменениях.

Законодательно установленных требований к форме и содержанию уведомления Приказ от 03.11.2022 № 811 не содержит, в связи с чем, документ изготавливается в произвольной форме в соответствие с принятым деловым оборотом в ФСИП.

Ввиду отсутствия правовых оснований для рассмотрения ходатайства ответчика с учетом положений ст. 161 АПК РФ (в отсутствие ходатайства о фальсификации доказательств), а также отсутствие доказательств несоответствия письма критериям, установленным ч.3 ст. 71 АПК РФ, судом отказано в удовлетворении ходатайства об исключении письма ФИПС № 2020504752/49 о внесении изменений в патент на промышленный образец №125326 из числа доказательств по делу, о чем объявлено протокольное определение в порядке статьи 184 АПК РФ.

19.07.2022, после изучения изменений, внесенных ФСИП, от эксперта поступило дополнительное экспертное заключение, согласно которому «Павильон Самообслуживания» содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, как и патент на промышленный образец № 125326. Как указывает эксперт в исследовательской части, в спорном объекте присутствуют все доминантные признаки патента на промышленный образец № 125326, высокая насыщенность аналогового ряда и степень дизайнерской свободы в выборе формы, геометрических размеров, композиционного и масштабного сочетания элементов, цветового решения являются основаниями для вывода о совпадении общих зрительных впечатлений.

«Павильон Самообслуживания» также содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, как и патент на промышленный образец № 125811. Эксперт отметил, что наличие таких композиционных элементов во фронтальной части интерьера, как оригинальный вендинговый аппарат для приготовления кофе и выполнения боковых панелей, соразмерной с ним высоты, темного цвета, создает такое зрительное впечатление от всего интерьера павильона, что главным элементом объемной композиции является вендинговый аппарат и все внимание потребителя сосредоточено на вендинговом аппарате, а влияние колористического оформления панелей сильно ослаблено. Вместе с тем, совпадение всех доминантных признаков и большего количества нюансных признаков, выявленные отличия и насыщенность аналогового ряда, высокая степень дизайнерской свободы в выборе формы, материала, компоновки деталей, цветового решения и полная свобода в выборе вендингового аппарата как центра композиции, а также материала, фактуры, рельефа, масштабного соотношения элементов интерьера свидетельствуют о совпадении общих зрительных впечатлений, производимых «Павильоном Самообслуживания».

Согласно выводам эксперта, совокупность признаков, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, как и патенты на промышленные образцы №№ 125809, 126532 «Павильон Самообслуживания» не содержат.

Таким образом, экспертом было установлено использование ответчиком в спорном павильоне самообслуживания существенных признаков промышленных образцов №№ 125326, 125811.

Ответчик, оспаривая результаты проведенной экспертизы, ходатайствовал перед судом о проведении повторной экспертизы. Кроме того, Предприниматель указывала, что эксперт провел повторный осмотр спорного павильона в ее отсутствие, чем нарушил право ответчика на присутствие во время проведения осмотра, полагала, что результаты экспертизы не отвечают критериям достоверности и допустимости.

Оценивая указанные доводы ответчика, арбитражный суд принимает во внимание следующее. 

В силу статьи 64 АПК РФ заключения экспертов являются доказательствами, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

Вместе с тем, никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ст. 71 АПК РФ). 

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. 

Согласно статье 16 указанного Закона эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам. 

Частью 2 статьи 87 АПК РФ предусмотрено, что в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов. 

Из анализа указанных положений следует, что необходимость в повторной экспертизе возникает при наличии у суда сомнений в обоснованности экспертного заключения, которые могут возникнуть при наличии противоречивых выводов эксперта, отсутствии ответов на поставленные вопросы (неполные ответы). 

По смыслу процессуального законодательства повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона. 

При наличии сомнений у суда и неопределенности в ответах, проведением повторной экспертизы, могут быть устранены выявленные противоречия, в ином же случае, при получении противоположного вывода повторной экспертизы у суда отсутствуют процессуальные основания для исключения первой, либо повторной экспертизы по делу из числа доказательств. 

Исходя из буквального толкования приведенных норм права, в совокупности с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом. 

Судом установлено, что отводов конкретному эксперту и экспертному учреждению в порядке статьи 23 АПК РФ до назначения судом экспертизы и начала ее проведения заявлено не было.

В соответствии с частью 3 статьи 82 АПК РФ лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц или о проведении экспертизы в конкретном экспертном учреждении. 

При определении кандидатуры экспертов, принимая во внимание отсутствие оснований, предусмотренных статьями 21, 23 АПК РФ, а также, учитывая, что предложенная истцом в качестве эксперта кандидатура отвечала требованиям, установленным АПК РФ (данные об образовании, стаже работы эксперта имеются в материалах дела и позволяют сделать вывод о наличии у эксперта необходимого образования и опыта работы), суд поручил проведение экспертизы патентному поверенному №1079 ФИО5.

Проанализировав заключение эксперта от 19.07.2022, суд пришел к выводу о том, что заключение соответствует требованиям, предъявляемым законом, экспертом полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, даны подробные пояснения по вопросу, поставленному на его разрешение, в связи с чем, в удовлетворении ходатайства ответчика о проведении повторной экспертизы было отказано, о чем вынесено протокольное определение в порядке ст. 184 АПК РФ.

Арбитражный суд принимает во внимание, что оценка заключения судебной экспертизы, являющегося одним из доказательств по делу, входит в компетенцию непосредственно арбитражного суда (статьи 64, 65, 67, 68, 71, 86 АПК РФ, пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», позиция Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по делу № ВАС-13839/2013). 

Исходя из абзаца 1 статьи 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статьи 14 Закона об оценочной деятельности, выбор способов и методов исследования входит в компетенцию эксперта.

Экспертом описана методика проведенного исследования, указаны используемые справочно-нормативные и научно-технические документы, обосновано их применение. 

Возражения ответчика, не подкрепленные надлежащими доказательствами, не могут быть положены в основу судебного акта и приняты в качестве причины, порочащей экспертное заключение. Относимых, допустимых и достоверных доказательств, опровергающих выводы эксперта, ответчиком в материалы дела не представлено. 

На основании изложенного, довод ответчика о том, что заключение эксперта основано на неправильной методике проведения экспертизы, ввиду чего выводы эксперта являются неполными, судом отклоняется.

Из разъяснений, изложенных в абз.1 п.11 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что при применении части 3 статьи 82, части 2 статьи 83 АПК РФ, статьи 24 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон об экспертной деятельности) судам необходимо исходить из того, что лица, участвующие в деле, вправе реализовать свое процессуальное право на присутствие при проведении экспертизы (если экспертиза проводится не в месте нахождения лица, участвующего в деле, и вне зала судебного заседания), подав в суд до назначения экспертизы ходатайство об этом. При разрешении данного ходатайства суд учитывает, возможно ли присутствие лиц, участвующих в деле, при проведении экспертизы, не помешает ли оно нормальной работе эксперта. На присутствие лица, участвующего в деле, при проведении экспертизы суд указывает в определении о назначении экспертизы.

С учетом указанных разъяснений, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих об обращении Предпринимателя в суд с соответствующим ходатайством, ссылки ответчика на проведение экспертом осмотра павильона в его отсутствие отклоняются судом, как неосновательные. 

Помимо этого, суд принимает во внимание пояснения ответчика, озвученные в судебном заседании 30.01.2023, из которых следует, что в период времени с первичного до повторного осмотра экспертом спорного павильона никаких изменений во внутренний дизайн и внешний вид павильона Предпринимателем не вносилось. При таких обстоятельствах, проведение экспертом повторного осмотра павильона в отсутствие ответчика не свидетельствует о нарушении процедуры проведения экспертизы.

Доводы ответчика о том, что к заключению эксперта нужно относится критически, поскольку вывод об использовании ИП ФИО2 в спорном павильоне существенных признаков патентов, принадлежащих истцу, основан на сравнении установленного в центре павильона вендингового аппарата, на котором сосредотачивается все внимание потребителя, в отсутствие оценки признаков спорного павильона, позволяющих отличить его от других, арбитражным судом не принимаются ввиду следующего.

Согласно абзацу 7 пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» наличие в продукте, способе, изделии ответчика дополнительных признаков, помимо признаков изобретения или полезной модели, приведенных в независимом пункте формулы, или всех существенных признаков промышленного образца, а равно всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, не может служить основанием для вывода об отсутствии использования изобретения, полезной модели, промышленного образца.

Таким образом, использование ответчиком дополнительных признаков в спорном павильоне не свидетельствует об отсутствии факта нарушения, поскольку наличие совокупности признаков (существенных и нюансных) влияет на общее впечатление, которое производит торговый павильон ИП ФИО2, соответствующее общему впечатлению, производимому промышленными образцами по патентам №№ 125326, 125811.

Оценив представленные в материалы дела фотоматериалы спорного павильона с точки зрения простого потребителя, арбитражный суд приходит к выводу о том, что общее впечатление, которое производит павильон самообслуживания ИП ФИО2, сходно до степени смешения с впечатлением, производимым павильонами самообслуживания, принадлежащими ООО «Русьинвест».

Оценивая довод ответчика о том, что у Предпринимателя  отсутствовала возможность дизайнерской свободы в отношении спорного павильона, поскольку на территории г. Курска решением Курского городского Собрания от 20.12.2019 № 102-6-РС установлен единый Дизайн-код, на основании которого в отношении стационарных торговых объектов утвержден дизайн-проект (высота павильона – 3 метра, ширина козырька – 1 метр, ширина подоконника – 50 см., материал отделки – гладкие, металлические листы черного цвета, деревянные рейки, вывеска – объемные световые буквы белого цвета), арбитражный суд отмечает следующее.

Согласно статье 4 решения Курского городского Собрания от 20.12.2019 № 102-6-РС «Об утверждении Правил благоустройства территории городского округа «Город Курск» дизайн-код – свод правил по формированию стилистически единой, комфортной и безопасной городской среды, включающий правила оформления и размещения информационных, рекламных конструкций, фасадов зданий, нестационарных объектов, малых архитектурных форм и иных элементов благоустройства, являющихся обязательными к применению на территории города Курска.

В целях формирования стилистически единой, комфортной и безопасной городской среды для отдельных элементов благоустройства, перечень которых определяется Администрацией города Курска, устанавливаются требования к внешнему виду, оформлению и размещению - Дизайн-код отдельных элементов благоустройства (пункт 1 статьи 10 решения Курского городского Собрания № 102-6-РС).

Дизайн-код отдельных элементов благоустройства представляет из себя комплект документов в текстовом и графическом виде, содержащий требования к месторасположению, типам и визуальным габаритам элементов благоустройства, размещаемых на фасадах всех зданий, строений, сооружений, на объектах благоустройства (пункт 4 статьи 10 решения Курского городского Собрания № 102-6-РС).

Согласно пунктам 6-7 статьи 10 решения Курского городского Собрания № 102-6-РС дизайн-код отдельных элементов благоустройства, в том числе нестационарных торговых объектов, утверждается муниципальным правовым актом. После утверждения Дизайн-кода отдельных элементов благоустройства юридические лица, индивидуальные предприниматели и граждане, являющиеся собственниками, арендаторами либо пользователями зданий, строений, земельных участков, объектов (элементов) благоустройства, при благоустройстве и содержании обязаны соблюдать требования Дизайн-кода. Размещение элементов благоустройства с нарушением требований, установленных в Дизайн-коде, не допускается.

Таким образом, дизайн-код устанавливает общие дизайнерские требования для оформления и размещения отдельных элементов нестационарных торговых объектов. При этом, соблюдение требований Дизайн-кода, не лишает ответчика возможности соблюсти требования, установленные законодательством о защите интеллектуальных прав.

Ввиду вышеизложенного, ссылка ответчика на установленный в г. Курске единый дизайн-код, несостоятельна, поскольку вышеуказанное решение Курского городского Собрания не содержит норм, направленных на ограничение охраны исключительных прав, в том числе, патентных прав. 

Довод ответчика о том, что внешний вид спорного торгового объекта оформлялся в соответствии с требованиями арендодателя – ООО «Фаворит», отраженными в письме № 98 от 04.05.2021 и содержащими условия о необходимости приведения торгового павильона в соответствие с требованиями дизайн-кода, согласно прилагаемому макету, судом отклоняются ввиду следующего.

Сравнив предлагаемый ИП ФИО2 арендодателем макет торгового павильона, отраженный в письме № 98 от 04.05.2021 (т.д. 1, стр. 91), с торговыми павильонами самообслуживания, принадлежащими как истцу, так и ответчику (т.д. 1, стр. 83), суд установил, что арендодателем было предложено иное дизайнерское решение внешней отделки торгового объекта, отличное от внешнего оформления павильона самообслуживания, принадлежащего истцу. А именно в качестве основного декоративного элемента торгового павильона выступают деревянные рейки, располагающиеся как на нижней, так и на верхней частях объекта, в то время как в спорном объекте ИП ФИО2 деревянные рейки отсутствуют вовсе, основным привлекающим внимание отделочным материалом выступают металлические листы черного цвета; на переднем плане фасада павильона, предложенного в качестве макета, находится окно, состоящее из трех листов стекла, занимающее центральное место объекта, на спорном объекте такое окно отсутствует.

На основе вышесказанного, арбитражный суд установил, что общий стиль и декоративная отделка торгового павильона ИП ФИО2 имеют существенные отличия от предложенного ООО «Фаворит» макета, в связи с чем, довод ответчика признан судом необоснованным. 

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Согласно части 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В ходе рассмотрения настоящего спора, по ходатайству ответчика, судом был допрошен в качестве свидетеля ФИО11, изготовивший Павильон «Кофейня самообслуживания» по заданию ответчика. Согласно пояснениям свидетеля, при изготовлении павильона подрядчиком открытые сведения о наличии исключительных прав на промышленные образцы не проверялись, учитывались пожелания заказчика и эскизы, предоставленные ИП ФИО2

При таких обстоятельствах, ввиду отсутствия доказательств правомерного использования патентов на промышленные образцы и на интерьер павильона самообслуживания, арбитражный суд приходит к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на патенты.

Статьей 1406.1 ГК РФ установлено, что в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель. 

Из материалов дела усматривается, что размер компенсации определен истцом на основании пункта 1 статьи 1406.1 ГК РФ в размере 1 000 000 руб. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 10), в случае если истцом определен общий требуемый размер компенсации без разделения по количеству нарушений, суд исходит из того, что в заявленном размере компенсации учтены суммы компенсации за каждое нарушение в равных долях.

В рассматриваемом случае ООО «Русьинвест» не конкретизировало размер компенсации применительно к каждому патенту, в связи с чем, арбитражный суд считает, что суммы компенсации по каждому патенту являются равными и составляют 250 000 рублей (1 000 000 руб./4 патента = 250 000 руб.).

Поскольку в ходе рассмотрения настоящего спора нашел подтверждение факт нарушения ответчиком исключительных прав на патенты №№ 125326, 125811, арбитражный суд считает обоснованным взыскание с ответчика компенсации в размере 500 000 руб. (250 000 руб.*2 патента (№№ 125809, 126532) = 500 000 руб.).

В ходе рассмотрения дела ответчиком было заявлено ходатайство о снижении размера компенсации ниже низшего предела. В обоснование заявленного ходатайства ответчик ссылался на тяжелое материальное положение, вызванное несением бремени по выплате кредитных обязательств на сумму более 4 миллионов рублей, отсутствие сведений о привлечении к ответственности за совершение аналогичных правонарушений.

В свою очередь, истец возражал против удовлетворения заявленного ходатайства, полагая основания для такого снижения отсутствующими.

 Оценивая доводы сторон в отношении данного ходатайства, арбитражный суд отмечает следующее.

Снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях, с учетом абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, постановлений Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», от 24.07.2020 «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» № 40-П и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика. 

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», снижение размера компенсации менее размера, установленного пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, возможно в исключительных случаях, если размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципа равенства и справедливости предел; снижение судом размера компенсации ниже низшего предела возможно лишь по заявлению ответчика и при одновременном наличии следующих условий: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

При этом следует учитывать, что ответчику, заявляющему о необходимости снижения размера компенсации на основании критериев, указанных в постановлении № 28-П, надлежит доказать наличие не одного из этих критериев, а их совокупность, поскольку каждый из них в отдельности не является самостоятельным основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, установленного действующим гражданским законодательством.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Из приведенной правовой позиции следует, что если использование индивидуальным предпринимателем при осуществлении предпринимательской деятельности результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, в нарушение этих прав носит очевидно грубый характер либо размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным правилам, сопоставим с размером причиненных правообладателю убытков, то тяжесть последствий применения данной меры ответственности, как обусловленная целями охраны интеллектуальной собственности, должна презюмироваться соразмерной содеянному и не может влечь негативную конституционную оценку.

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев.

При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

Вместе с тем, ответчиком не представлено доказательств наличия совокупности критериев, указанных в постановлении № 28-П, позволяющих снизить размер взыскиваемой компенсации ниже минимально установленных размеров.

Как следует из материалов дела, коммерческая деятельность в виде торговли через автоматы самообслуживания является существенной частью хозяйственной деятельности ИП ФИО2 (ОКВЭД 47.99.2 Деятельность по осуществлению торговли через автоматы).

Согласно имеющимся в материалах дела договорам аренды (договор аренды от 20.04.2011 № 5, заключенный с ИП ФИО12,  договор аренды от 01.12.2014 № 18, заключенный с ИП ФИО13, договор аренды от 20.11.2015, заключенный с ОАО «Курск-Лада»), ответчик длительное время осуществляет деятельность в сфере установки комбинированных автоматов, в том числе кофейных автоматов (самый ранний договор, представленный в материалы дела, датируется 20.04.2011).

Суд также принимает во внимание сведения, размещенные на официальном сайте «Вендинг Черноземья», согласно которым компания ответчика является ведущей вендинговой компанией Черноземья и занимается установкой и обслуживанием кофемашин, кофейных и других торговых аппаратов в городах Курск, Воронеж, Орел, Москва, Белгород, Железногорск и Старый Оскол, соответственно является известной широкому кругу лиц в области установки кофемашин и торговых автоматов; ответчик длительное время незаконно использовал промышленный образец ввиду отсутствия правовых оснований.

Согласно официальным данным сайта Федеральной службы судебных приставов (банк данных исполнительных производств), в отношении ИП ФИО2 исполнительных производств и сведений о банкротстве не найдено, ввиду чего довод ответчика о наличии кредитных обязательств на сумму более 4 миллионов рублей, при наличии постоянного дохода от осуществления предпринимательской деятельности на территории нескольких субъектов Российской Федерации и не повлекших для Предпринимателя отрицательных последствий, не может служить правовым основанием для снижения компенсации ниже низшего предела.

Ввиду отсутствия совокупности всех критериев, являющихся в соответствии с положениями постановления Конституционного Суда Российской Федерации № 28-П от 13.12.2016, основаниями для снижения размера компенсации ниже низшего предела, у арбитражного суда отсутствуют правовые основания для снижения компенсации ниже низшего.

В тоже время, арбитражный суд, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, полагает возможным снизить размер компенсации до 400 000 руб., руководствуясь следующим.

Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума № 10 рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). 

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом (в данном случае - третьим лицом) требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). 

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Судом установлено, что ответчик к ответственности за совершение аналогичных правонарушений ранее не привлекался (согласно сведениям Картотеки арбитражных дел).

Доводы истца о неоднократности нарушений исключительных прав ООО «Русьинвест» со стороны ответчика, ввиду размещения павильонов самообслуживания во всех районах города Курска, не свидетельствуют о повторности нарушения ответчиком законодательства об интеллектуальных правах, ввиду отсутствия вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего указанные обстоятельства. С учетом указанного, данные ссылки являются субъективным суждением истца и документально не подтверждены.

Помимо этого, суд принимает во внимание, что ответчиком были предприняты меры по устранению совпадения существенных признаков  в отношении патента №125811 (дополнительно установлен вендинговый аппарат для продажи еды, убраны тумбы с оборудованием, располагающиеся слева от вендингового аппарата).

В свою очередь, истец не представил в материалы дела договор коммерческой концессии, позволяющий установить размер паушального взноса в качестве обоснования коммерческой ценности павильона самообслуживания, а также размер возможных убытков, возникших на стороне ООО «Русьинвест», сославшись на наличие в указанном договоре сведений, составляющих коммерческую тайну. Поскольку истец не настаивал на оценке судом доводов, касающихся указанного договора, с учетом положений ст. 65 АПК РФ, такое процессуальное поведение истца является его правом.

При указанных обстоятельствах, с учетом характера допущенного нарушения, отсутствия сведений о привлечении ответчика к ответственности за совершение аналогичных правонарушений, совершение ответчиком действий, направленных на устранение совпадений существенных признаков спорного торгового объекта и патентов, принадлежащих истцу, руководствуясь принципами разумности и соразмерности компенсации допущенному правонарушению, арбитражный суд приходит к выводу о том, что компенсация в размере 400 000 руб. отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации, учитывая иные установленные по делу обстоятельства (отсутствие доказательств причинения значительного ущерба интересам правообладателя).

Учитывая установленные судом обстоятельства, исковые требования о взыскании о взыскании компенсации подлежат частичному удовлетворению в размере 400 000 руб.

В отношении требования истца об обязании индивидуального предпринимателя ФИО2 прекратить незаконное использование промышленных образцов истца путем демонтажа павильона самообслуживания, расположенного по адресу: 

<

...> (у входа в ТЦ «Пушкинский»), арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В пункте 57 постановления Пленума № 10 разъяснено, что в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения.

Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ может быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 57 постановления Пленума № 10, доказанность факта использования ответчиком спорных патентов в павильоне, принадлежащем Предпринимателю (что свидетельствует о наличии действий, нарушающих право истца или создающих угрозу его нарушения), арбитражный суд приходит к выводу об обоснованности требования истца об обязании ответчика демонтировать спорный павильон самообслуживания.

В соответствии со ст. 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

При распределении заявленных к взысканию судебных расходов, арбитражный суд руководствуется следующим. 

Как разъяснено в пункте 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации. 

На основании статьи 110 АПК РФ и с учетом частичного удовлетворения требований истца расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 200 руб. (9 200 руб. – имущественное требование, 6 000 руб. – неимущественное требование) относятся на ответчика.

Поскольку ИП ФИО2 при заявлении ходатайства о проведении повторной экспертизы произведено перечисление денежных средств на депозит суда, в связи с отказом в проведении повторной экспертизы, денежные средства, перечисленные на депозит суда платежным поручением № 512 от 25.03.2022 в размере 25 000 руб., подлежат возврату ответчику.

На основании статей 1252, 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст. ст. 16, 17, 27, 28, 102, 110, 167-171, 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Русьинвест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Русьинвест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  компенсацию за нарушение исключительных прав на промышленные образцы в размере 400 000 руб., а также судебные расходы по оплате госпошлины в размере 15 200 руб. 00 коп.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 прекратить незаконное использование промышленных образцов истца путем демонтажа павильона самообслуживания, расположенного по адресу: 

<

...> (у входа в ТЦ «Пушкинский»).

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Возвратить  индивидуальному предпринимателю ФИО2 с депозитного счета Арбитражного суда Курской области денежные средства в размере 25 000 руб. 00 коп., по следующим реквизитам:

Наименование получателя: ИП ФИО2

ИНН 

<

***>

ОГРН 

<

***>

Юр. адрес: 305048 

<

...> 

р/с 

<

***>

Банк: КУРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ N8596 ПАО СБЕРБАНК Г. КУРСК

БИК 043807606

к/с 30101.810.3.00000000606

Данное решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже.

 Судья И.В. Кочетова