﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-7879/2021-ГК

г. Пермь

02 августа 2021 года

Дело № А60-50575/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 августа 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Ивановой Н. А.

судей Власовой О.Г., Лихачевой А.Н.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шималиной Т.В.,

при участии:

от истца: Пархоменко Ю.В.,

от ответчика: Гончарова Л.Ю.,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

истца, акционерного общества «Жировой комбинат»,

ответчика, общества с ограниченной ответственностью "Екатеринбургский масложировой комбинат"

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 22 апреля 2021 года

по делу № А60-50575/2020	

по иску акционерного общества «Жировой комбинат» (ИНН 6664014643, ОГРН 1026605759696)

к обществу с ограниченной ответственностью "Екатеринбургский масложировой комбинат" (ИНН 6685178089)

о запрете использования фирменного наименования,

установил:

Открытое акционерное общество "Жировой комбинат" (далее – ОАО «Жировой комбинат», истец) обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Екатеринбургский масложировой комбинат" (далее ООО «ЕМК», ответчик) о запрете использования фирменного наименования.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил требования: просит читать в просительной части, что требования предъявлены к обществу с ограниченной ответственностью "Екатеринбургский масложировой комбинат", п. 4 просительной части иска (требование ликвидировать ответчика путем внесения соответствующих сведений в ЕГРЮЛ) не поддерживает. Уточнение заявленных требований принято судом в порядке ст. 41, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22 апреля 2021 года исковые требования удовлетворены, суд обязал общество с ограниченной ответственностью "Екатеринбургский масложировой комбинат" (ИНН 6685178089) прекратить использование фирменного наименования сходного до степени смешения с фирменным наименованием открытого акционерного общества "Жировой комбинат" (ИНН 6664014643, ОГРН 1026605759696) при осуществлении деятельности по следующим ОКВЭД: 10.41 - производство масел и жиров; 46.33.3 - торговля оптовая пищевыми маслами и жирами.

Ответчик обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, в удовлетворении иска отказать. 

В обоснование доводов жалобы указывает, что судом нарушены нормы материального права, в частности ст. 1473 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), не применены положения ч. 3 ст. 1474 ГК РФ, неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, изложенные в решении выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Поскольку требование в защиту исключительного права на товарный знак истцом заявлено не было, доводы истца в отношении сходства сокращенного фирменного наименования ответчика и бренда, товарного знака истца, а также сходства упаковок майонеза не относятся к предмету и основаниям иска по настоящему делу. Вопреки требованиям ст. 170 АПК РФ в обжалуемом решении отсутствует анализ сходства спорных фирменных наименований сторон, основанных не только на позиции рядового потребителя, но и методологии, применяемой арбитражными судами. Вследствие этого из решения не представляется возможным установить, на основании каких критериев суд сделал выводы о степени сходства сравниваемых спорных фирменных наименований как тождественной. Судом проигнорированы доводы ответчика в отношении анализа состава, содержания и произвольной части фирменного наименования истца и ответчика, как собственно наименования юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности (ч. 1 ст. 1473 ГК РФ). Как указывает ответчик, сокращенная форма наименования ответчика полностью не идентична сокращенному наименованию истца. При этом наличие доминирующего элемента в полном наименовании ответчика «Екатеринбургский» и «масложировой» отличает его от полного наименования истца. Также суд первой инстанции необоснованно проигнорировал доводы ответчика о том, что словесные элементы произвольной части фирменного наименования истца указывают только на род деятельности истца, в силу чего не являются фирменным наименованием. 

Ответчик также ссылается на выводы, изложенные в решении Арбитражного суда Московской области от 29.04.2021 по делу № А41-65379/2020. 

Кроме того, ответчик полагает недоказанным вывод суда о том, что истец и ответчик фактически осуществляют определенные виды деятельности и что деятельность истца и ответчика носит аналогичный характер. Суд также сделал необоснованный вывод относительно доказанности фактического ведения деятельности ответчиком.        

В представленном отзыве на апелляционную жалобу ответчика истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Истцом также подана апелляционная жалоба на решение суда, в которой он просит решение изменить, исключить из мотивировочной части судебного акта вывод об отнесении судебных расходов на истца на основании ч. 2 ст. 111 АПК РФ, как не соответствующий обстоятельствам дела. 

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу истца просит оставить ее без удовлетворения. 

В судебном заседании представители истца и ответчика поддержали доводы, изложенные в своих апелляционных жалобах.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, истец - акционерное общество "Жировой комбинат" (ИНН 6664014643, ОГРН 1026605759696) зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 20.09.2002, юридический адрес 620085 Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Титова д.27.

Основным видом деятельности истца является: (ОКВЭД 10.42) производство маргариновой продукции.

Дополнительными видами деятельности значатся:

(ОКВЭД 10.41.5) производство рафинированных растительных масел и их фракций; (ОКВЭД 10.41.6) производство гидрогенизированных и переэтерифицированных животных и растительных жиров и масел и их фракции, рафинированных растительных масел и их фракций; (ОКВЭД 10.84) производство приправ и пряностей; (ОКВЭД 20.11) производство промышленных газов; (ОКВЭД 20.41.1) производство глицерина; (ОКВЭД 20.41.3) производство мыла и моющих средств, чистящих и полирующих средств; (ОКВЭД 35.30.14) производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными; (ОКВЭД 45.20.2) техническое обслуживание и ремонт прочих автотранспортных средств; (ОКВЭД 46.33.3) торговля оптовыми пищевыми маслами и жирами; (ОКВЭД 46.36.1) торговля оптовая сахаром; (ОКВЭД 46.38.29) торговля оптовая прочими пищевыми продуктами, не включенными в другие группировки; (ОКВЭД 49.20) деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки; (ОКВЭД 49.41.2) перевозка грузов неспециализированными автотранспортными средствами; (ОКВЭД 52.10.9) хранение и складирование прочих грузов; (ОКВЭД 52.21.21) деятельность стоянок для транспортных средств; (ОКВЭД 56.29) деятельность предприятий общественного питания по прочим видам организации питания; (ОКВЭД 68.20.2) аренда и управление собственными или арендованным нежилым имуществом; (ОКВЭД 68.32.1) управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе; (ОКВЭД 69.20) деятельность по оказанию услуг в области бухгалтерского учета, по проведению финансового аудита, по налоговому консультированию; (ОКВЭД 70.22) 70.22 консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления; (ОКВЭД 74.30) деятельность по письменному и устному переводу; (ОКВЭД 77.39.27) аренда и лизинг торгового оборудования; (ОКВЭД 78.10) деятельность агентств по подбору персонала; (ОКВЭД 82.19) деятельность по фотокопированию и подготовке документов и прочая специализированная вспомогательная деятельность по обеспечению деятельности офиса; (ОКВЭД 82.99) деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса, не включенная в другие группировки; (ОКВЭД 86.21) общая врачебная практика; (ОКВЭД 86.99) деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки.

Ответчик - общество с ограниченной ответственностью "Екатеринбургский масложировой комбинат" (ИНН 6685178089, ОГРН 1206600047587) зарегистрирован в качестве юридического лица 26.08.2020, юридический адрес - Свердловская область, Сысертский район. 

26.02.2021 г. ответчик сменил юридический адрес на 620078 Свердловская область Г.О. город Екатеринбург, г. Екатеринбург ул. Вишневая, стр. 35 помещ. 506, сокращенное наименование - ЕМЖК.

Основным видом деятельности ответчика является: (ОКВЭД 10.41) производство масла и жиров;

Дополнительными видами деятельности значатся: (ОКВЭД 46.33.3) торговля оптовыми пищевыми маслами и жирами; (ОКВЭД 46.38.29) торговля оптовая прочими пищевыми продуктами, не включенными в другие группировки; (ОКВЭД 49.41) деятельность автомобильного грузового транспорта; (ОКВЭД 52.10) деятельность по складированию и хранению.

Истец полагает, что ответчик, используя фирменное наименование, которое содержит те же слова, что и фирменное наименование истца, и занимаясь тем же видом деятельности, что и истец, нарушает его права и законные интересы, что явилось основанием для обращения в арбитражный суд с иском о защите исключительного права на фирменное наименование.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о тождественности фирменных наименований истца и ответчика, осуществлении ими аналогичной деятельности, наличии оснований для удовлетворения иска. 

Проанализировав доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон в судебном заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения суда на основании следующего.

Согласно статье 54 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо имеет свое наименование, содержащее указание на организационноправовую форму, а в случаях, когда законом предусмотрена возможность создания вида юридического лица, указание только на такой вид. Требования, к которому устанавливаются названным Кодексом и другими законами. Права на фирменное наименование определяются в соответствии с правилами раздела VII названного Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в ЕГРЮЛ при государственной регистрации юридического лица.

Фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности (пункт 2 названной статьи).

Как указано в пункте 1 статьи 1474 ГК РФ, юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет".

Сокращенные фирменные наименования, а также фирменные наименования на языках народов Российской Федерации и иностранных языках защищаются исключительным правом на фирменное наименование при условии их включения в ЕГРЮЛ.

На основании пункта 1 статьи 1229 ГК РФ правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Согласно пункту 3 статьи 1474 ГК РФ не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в ЕГРЮЛ ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

В силу пункта 6 статьи 1252 ГК РФ, если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет.

Таким образом, приведенными правовыми нормами и пунктом 59 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 26.03.2009 N 5/29) сформулировано три признака противоправности использования фирменного наименования: во-первых, тождественность используемого лицом обозначения с фирменным наименованием другого лица или их сходство до степени смешения; во-вторых, осуществление такими юридическими лицами аналогичной деятельности; в-третьих, более позднее включение в ЕГРЮЛ фирменного наименования второго лица. Исключительное право на фирменное наименование подлежит защите при установлении совокупности приведенных признаков.

Согласно пункту 4 статьи 1474 ГК РФ юридическое лицо, нарушившее правила пункта 3 той же статьи, по требованию правообладателя обязано по своему выбору прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, или изменить свое фирменное наименование, а также обязано возместить правообладателю причиненные убытки.

Защите подлежит исключительное право на фирменное наименование юридического лица, раньше другого включенного в реестр, вне зависимости от того, какое из юридических лиц раньше приступило к соответствующей деятельности.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 60 постановления от 26.03.2009 N 5/29, судам следует иметь в виду, что в силу пункта 4 статьи 1474 ГК РФ правообладатель может заявить только требование прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, и возместить правообладателю причиненные убытки.

Из приведенных правовых норм и правовых позиций высшей судебной инстанции следует, что право выбора способа устранения нарушения исключительного права на фирменное наименование истца принадлежит ответчику.

Под частичным запретом использования понимается в отношении фирменного наименования запрет его использования в определенных видах деятельности.

Следовательно, в предмет доказывания по настоящему делу входят сходство фирменных наименований, а также наличие угрозы их смешения и потенциальная возможность введения в заблуждение потребителей или контрагентов при использовании фирменного наименования ответчиком путем осуществления деятельности, аналогичной деятельности истца.

При исследовании вопроса о том, являются ли виды деятельности, осуществляемые юридическими лицами, аналогичными в смысле пункта 3 статьи 1474 ГК РФ, должна учитываться фактически осуществляемая деятельность. При отсутствии доказательств иного виды деятельности юридических лиц, отраженные в учредительных документах, считаются фактически осуществляемыми.

В силу статьи 49 ГК РФ коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом (кредитных организаций, страховых организаций и обществ взаимного страхования, инвестиционных фондов), наделены общей правоспособностью и могут осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом, в том случае, если в их учредительных документах не содержится исчерпывающий перечень видов деятельности, которыми они вправе заниматься.

Сведения о кодах ОКВЭД, то есть сведения о видах деятельности, которые юридическое лицо предполагает осуществлять, включаются в ЕГРЮЛ (подпункт "п" пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей").

Из разъяснений, содержащихся в пункте 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 5, Пленума ВАС РФ N 29 от 26.03.2009 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что при применении положений пункта 3 статьи 1474 ГК РФ судам необходимо учитывать: защите подлежит исключительное право на фирменное наименование юридического лица, раньше другого включенного в Реестр, вне зависимости от того, какое из юридических лиц раньше приступило к соответствующей деятельности.

Не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица (пункт 3 статьи 1474 ГК РФ).

При этом следует учитывать разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 10), согласно которым в ходе рассмотрения соответствующего спора судом должно быть установлено, что истец и ответчик имеют тождественные или сходные до степени смешения фирменные наименования и фактически занимаются конкретными установленными судом аналогичными видами деятельности.

В отношении ответчика истец может приводить данные, как о фактической деятельности ответчика, так и о деятельности, указанной в учредительных документах.

При этом, если истец ссылается на виды деятельности, указанные в учредительных документах ответчика, презюмируется фактическое осуществление этих видов деятельности, если ответчиком не доказано, что они фактически не осуществляются.

С учетом вышеизложенной презумпции и поскольку не доказано иного, следует считать, что соответствующие виды деятельности, указанные в выписке из ЕГРЮЛ осуществляется ответчиком фактически.

Суд первой инстанции правильно исходил из того, что при рассмотрении дел о нарушении права на фирменное наименование истец должен доказать, какими видами деятельности фактически занимается и он, и ответчик, а также аналогичность соответствующих видов деятельности. Именно фактическое осуществление аналогичных видов деятельности создает реальную угрозу смешения различных производителей и поставщиков товаров (услуг) в глазах потребителя.

Как установлено судом, согласно сайту https://www.rusagromaslo.com/SitePages/about-company.aspx истец с 2003 г. входит в состав Группы Компаний "Русагро". Продукция истца известна под брендом ЕЖК, который присутствует на упаковках майонеза, кетчупов, горчицы.

При этом истец, обладая всей полнотой сведений о видах деятельности, осуществляемой им самим, подтверждая виды деятельности, осуществляемые им самим, должен представить доказательства фактического осуществления им конкретных видов деятельности, в том числе указанных в его учредительных документах.

Так, истцом в материалы дела представлены документально подтвержденные сведения о фактически осуществляемой им деятельности и деятельности ответчика, декларируемой в ЕГРЮЛ.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что  соответствующие виды деятельности, указанные в выписке из ЕГРЮЛ, фактически не осуществляются ответчиком, как и о том, что истец не ведет деятельность по ОКВЭД: 10.41 - производство масел и жиров; 46.33.3 - торговля оптовая пищевыми маслами и жирами, ответчиком в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Как установлено судом из выписок из Единого государственного реестра юридических лиц, фирменное наименование истца включено в ЕГРЮЛ раньше, чем фирменное наименование ответчика, 20.09.2002 и 26.08.2020 соответственно. Исходя из этого, право истца на фирменное наименование возникло ранее права ответчика. 

Согласно пункту 2 статьи 51 ГК РФ лицо, добросовестно полагающееся на данные ЕГРЮЛ, вправе исходить из того, что они соответствуют действительным обстоятельствам. Предполагается, что юридическое лицо может осуществлять или осуществляет указанные в выписке из ЕГРЮЛ виды деятельности, пока не доказано иное.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, сам факт наличия в едином государственном юридических лиц информации об ответчике и видах его экономической деятельности может неблагоприятно повлиять на правильную идентификацию истца в хозяйственном обороте и вводить потенциальных потребителей в заблуждение относительно выполняемых им работ (услуг), отрицательно влияя на формирование его клиентской базы и портфеля заказов на осуществляемые работы (услуги).

ОКВЭД предназначен для классификации и кодирования видов экономической деятельности и информации о них. При этом он может использоваться, в том числе для определения основного и других фактически осуществляемых видов экономической деятельности хозяйствующих субъектов. ОКВЭД содержит коды классифицируемых группировок видов экономической деятельности, наименования и описания, раскрывающие содержание группировки и/или дающие ссылки на другие группировки классификатора. В ОКВЭД использованы иерархический метод классификации и последовательный метод кодирования. Его структура может состоять из классов, подклассов, групп, подгрупп, видов.

Аналогичность видов деятельности определяется судом исходя из позиции среднего потребителя товаров и услуг, адресата соответствующей деятельности. При этом учитывается, возможно ли смешение видов деятельности истца и ответчика в глазах такого потребителя.

Предполагается, что деятельность истца и ответчика, охватываемая одним подклассом экономической деятельности по ОКВЭД, в глазах потребителя является аналогичной, если не доказано иное восприятие потребителем конкретных видов деятельности истца и ответчика.

До тех пор, пока не доказано иное, деятельность двух юридических лиц, охватываемая одним подклассом видов экономической деятельности по ОКВЭД, считается аналогичной. Аналогичность видов деятельности определяется судом исходя из позиции среднего потребителя товаров и услуг, адресата соответствующей деятельности. При этом учитывается, возможно ли смешение видов деятельности истца и ответчика в глазах такого потребителя. Предполагается, что деятельность истца и ответчика, охватываемая одним подклассом экономической деятельности по ОКВЭД, в глазах потребителя является аналогичной, если не доказано иное восприятие потребителем конкретных видов деятельности истца и ответчика.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что наименования истца и ответчика тождественны между собой.

В соответствии с пунктом 41 Правил N 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком) - если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 тех же Правил N 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

Звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

Графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

Смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 162 постановления N 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, указано, что при выявлении сходства до степени смешения обозначений учитывается общее впечатление, которое они производят (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Сопоставив произвольные части фирменных наименований истца и ответчика в соответствии с фонетическими, семантическими и графическими критериями, учитывая общее впечатление, которое производят сравниваемые обозначения, аналогичность видов деятельности, осуществляемых истцом и ответчиком, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что имеется высокая вероятность смешения этих фирменных наименований потребителями.

Наличие в наименовании ответчика слов «Екатеринбургский» и «масложировой» само по себе не свидетельствует об отсутствии вероятности смешения фирменных наименований истца и ответчика в глазах рядового потребителя. 

Суд обоснованно исходил из того, что степень сходства фирменных наименований истца и ответчика затрудняет их индивидуализацию при участии в хозяйственном обороте по аналогичным видам деятельности, осуществляемой в одном регионе.

Суд также учел, что подлежат запрету все действия, способные каким бы ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента (статья 10bis Конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883, участником которой Российская Федерация является с 01.07.1995 (далее - Конвенция)). 

То есть, использование другими лицами тождественного фирменного наименования неправомерно, так как данная степень сходства затрудняет их индивидуализацию при участии в хозяйственном обороте по аналогичным видам деятельности.

В пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными рудами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что деятельность истца и ответчика носит аналогичный характер.

Также суд первой инстанции обоснованно учел, что сокращенное наименование ответчика "ЕМЖК", в то время как истцом выпускается продукция под брендом ЕЖК, следовательно,  в хозяйственном обороте существует вероятность смешения.

При этом судебными актами по делам № А70-19921/2020, А70-19923/2020, вступившими в законную силу, установлены факты схожести до степени смешения дизайна упаковки продукции ответчика с дизайном упаковки и товарным знаком истца. Таким образом, ответчик не только использует фирменное наименование, схожее с фирменным наименованием истца, уже действующего в течение длительного периода на рынке с соответствующей деловой репутацией, но и осуществляет выпуск продукции в упаковке схожей до степени смешения с товарным знаком и упаковкой истца.

Указанные обстоятельства также обоснованно учтены судом первой инстанции при принятии решения. 

Довод ответчика о том, что наличие произвольной части фирменного наименования в виде общепринятого словосочетания "Жировой комбинат", используется множеством субъектов, также обоснованно отклонен судом первой инстанции. 

Суд обоснованно исходил из того, что истец и ответчик осуществляют свою деятельность на территории одного субъекта. 

При этом законодательство не содержит требование различительной способности фирменного наименования, не предусматривает запрет на включение в фирменное наименование слов, являющихся описательными. Такие элементы не могут считаться "неохраняемыми" в том смысле, который придается этому понятию в законодательстве о товарных знаках.

В связи с этим не может быть отказано в защите исключительного права на фирменное наименование на том основании, что оно состоит из распространенных слов, не обладающих различительной способностью.

При этом в пункте 17 Информационного письма Президиума Высшего, Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что различие организационно-правовой формы как части фирменного наименования само по себе не свидетельствует об отсутствии нарушения права на фирменное наименование.

Указание на организационно-правовую форму не составляет часть фирменного наименования, таким образом, фирменное наименование АО "Жировой комбинат" составляют слова "Жировой комбинат". Как указывалось выше, истец выпускает продукцию известную у потребителей под брендом ЕЖК, в то время как сокращенное наименование ответчика "ЕМЖК", что свидетельствует о том, что в хозяйственном обороте существует вероятность смешения.

Таким образом, дав оценку идентичности фирменных наименований истца и ответчика, учитывая, что степень сходства затрудняет их индивидуализацию при участии в хозяйственном обороте по аналогичным видам деятельности, принимая во внимание даты регистрации истца и ответчика как юридических лиц, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ответчик нарушает исключительное право истца на фирменное наименование, в связи с чем признал исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе ответчика, по существу направленными на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьёй 71 АПК РФ.

Относительно доводов апелляционной жалобы истца суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Согласно общему правилу, закрепленному в ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу ч. 2 ст. 111 АПК РФ арбитражный суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта.

Часть 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязанность сторон заблаговременно раскрыть доказательства, то есть своевременно ознакомить иных лиц, участвующих в деле, с представляемыми в подтверждение требований или возражений доказательствами.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации копии документов, представленных в суд лицом, участвующим в деле, направляются им другим лицам, участвующим в деле, если у них эти документы отсутствуют.

Вместе с тем доказательства, не раскрытые лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания, представленные на стадии исследования доказательств, должны быть исследованы арбитражным судом первой инстанции независимо от причин, по которым нарушен порядок раскрытия доказательств (часть 5 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 35 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 82 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации"). Причины, по которым ранее не были раскрыты доказательства, могут быть учтены арбитражным судом при распределении судебных расходов (часть 2 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенные нормы процессуального права и их судебное толкование, применительно к обстоятельствам рассмотрения настоящего спора, суд первой инстанции усмотрел основания для отнесения расходов на уплату государственной пошлины по иску на истца. 

Как следует из материалов дела, истец неоднократно нарушал сроки предоставления и раскрытия доказательств, предоставляя новые доказательства непосредственно в день судебного заседания, что являлось, в том числе, основанием для отложения судебного разбирательства. Объективных причин, препятствующих исполнению своих процессуальных обязанностей, представитель истца не привел.

В том числе, как следует из материалов дела, определением от 08.04.2021 судебное заседание было отложено по ходатайству истца, истцу предложено при наличии возражений на отзыв ответчика не позднее 11.04.2021 направить суду и ответчику письменную позицию. 

Письменные пояснения истца с приложенными доказательствами, содержащие новые доводы, представлены в день судебного заседания 15.04.2021; доказательств направления данных документов ответчику не представлено. 

Таким образом, учитывая неисполнение истцом обязанностей по своевременному предоставлению возражений на отзыв ответчика, а также заблаговременному раскрытию представляемых доказательств, в отсутствие со стороны истца каких-либо удовлетворительных объяснений относительно причин такого процессуального поведения, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о возможности отнесении судебных расходов в порядке части 2 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 22 апреля 2021 года по делу № А60-50575/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационногопроизводства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Н.А. Иванова 

 

Судьи

 

О.Г. Власова 

 

А.Н. Лихачева