ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-233/2020

г. Вологда

28 августа 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2020 года.

В полном объеме постановление изготовлено 28 августа 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Черединой Н.В., судей Зайцевой А.Я. и Ралько О.Б. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Магазин               № 1 «Стройматериалы»» представителя ФИО2 по доверенности от 3.08.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Магазин № 1 «Стройматериалы»» на решение Арбитражного суда Архангельской области от 22 июня 2020 года по делу № А05-233/2020,

                                             у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Магазин № 1 «Стройматериалы»» (адрес: 163016, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к ФИО3 о взыскании                              3 659 306 руб. 35 коп. убытков, в частности 276 127 руб. убытков, взысканных решением Ломоносовского районного суда города Архангельска суда от 08 октября 2019 года по делу № 2-2445/2019, а именно денежной компенсации морального вреда в размере 7 000 руб., процентов за задержку выплат за период с 01.06.2019 по 08.10.2019 в размере 15 188 руб. 54 коп., расходов на оплату юридических услуг в размере 15 000 руб., процентов в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, начисленных на задолженность от не выплаченных в срок сумм компенсации за неиспользованный отпуск в размере 124 188 руб. 75 коп. и компенсации при увольнении в размере 114 750 руб. за период с 09.10.2019 по день фактической уплаты включительно; 28 109 руб. 34 коп. убытков в виде упущенной выгоды за недополучение платы за коммунальные услуги с индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – ИП ФИО4), 3 264 069 руб. 72 коп. убытков виде упущенной выгоды от сдачи помещений в аренду ИП ФИО4 по заниженной цене; 91 000 руб. убытков, возникших вследствие уплаты налога на доходы физических лиц в связи с выплатой части действительной стоимости доли. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены                     ИП ФИО4, Инспекция Федеральной налоговой службы по городу Архангельску (далее – Инспекция).

Решением суда от 22 июня 2020 года в удовлетворении иска Обществу отказано; с истца с учетом определения суда об исправлении арифметической ошибки от 22 июня 2020 года в доход федерального бюджета взыскано              41 297 руб. государственной пошлины.

Общество с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, удовлетворить заявленные требования. В обоснование жалобы указывает, что в состав взыскиваемых убытков не были включены компенсация за неиспользованный отпуск в размере 124 188 руб. 75 коп. и компенсация при увольнении в размере              114 750 руб. Взысканные с Общества в пользу ФИО3 компенсация морального вреда, проценты за задержку выплат, расходы на оплату юридических услуг являются убытками истца, возникшими по вине ответчика. Ответчик, выплатив действительную стоимость доли, лишил Общество возможности произвести с ним расчет как с увольняющимся сотрудником и нарушил очередность удовлетворения требований кредиторов, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Ссылается также на то, что договор аренды от 01.07.2017 с ИП ФИО4 заключен на заведомо невыгодных для Общества условиях, более того, исполнение указанного договора причиняет Обществу значительный ущерб, поскольку торговые площади, принадлежащие истцу, сдаются в аренду по заниженной цене. Также в силу того, что договор аренды заключен на 10 лет и у истца отсутствует возможность одностороннего отказа от его исполнения, истец и в дальнейшем будет нести убытки от исполнения данного договора.

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Ответчик в отзыве с доводами подателя жалобы не согласился.

Отзывы на жалобу от третьих лиц не поступили.

Судебное заседание состоялось в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ в отсутствие представителей ответчика, третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения жалобы.

Заслушав пояснения представителя истца, исследовав доказательства по делу, апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения решения суда. 

Как следует из материалов дела, Общество создано 13.09.1996, зарегистрировано Управлением по регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей мэрии города Архангельска за номером 2148. Впоследствии Общество зарегистрировано Инспекцией как юридическое лицо, созданное до 01.07.2002, с присвоением ОГРН 

<

***>.

Судом установлено, что состав участников Общества с момента его образования менялся, с сентября 2012 года участниками Общества являлись ФИО5 с долей 50,0054 % и ФИО3 с долей 49,9946 %. 

В связи со смертью 30.08.2016 участника Общества ФИО5 ее доля перешла к наследникам ФИО6 (25,0027 %) и ФИО7 (25,0027 %). До вступления указанных лиц в права наследников доля ФИО5 находилась в доверительном управлении у ФИО3 на основании нотариально удостоверенного договора доверительного управления наследственным имуществом от 04.10.2016 № 29АА0881224.

На основании заявления о выходе участника ФИО3 из состава участников Общества от 09.01.2019, ее доля перешла к Обществу.

Доли ФИО7 и ФИО6 по договорам купли-продажи переданы гражданину ФИО8, в результате чего последний с августа 2019 года стал единственным участником Общества и является таковым по настоящее время. 

Судом также установлено, что решением внеочередного общего собрания участников Общества, оформленным протоколом от 07.10.2016 № 1,      ФИО3 назначена на должность генерального директора Общества.  

Приказом от 07.10.2016 № 6 на ответчика возложены полномочия генерального директора, а также главного бухгалтера Общества в связи с отсутствием в штате организации данной должности. 

Полномочия директора ФИО3 прекращены с 31.05.2019 на основании решения общего собрания участников Общества от 29.05.2019; действие трудового договора с ФИО3 как директором Общества прекращено на основании приказа от 31.05.2019 № 5; новым генеральным директором избрана ФИО9 

Таким образом, в период с октября 2016 года по май 2019 года          ФИО3 осуществляла функции единоличного исполнительного органа Общества. 

Истец, указывая на то, что в период осуществления ФИО3 полномочий генерального директора, ее действиями были причинены убытки Обществу, обратился в суд с настоящим иском. 

Суд первой инстанции по результатам рассмотрения спора пришел к выводу о недоказанности истцом правомерности заявленных требований.

Апелляционный суд не находит оснований не согласиться с выводами суда, содержащими в обжалуемом судебном акте.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), в случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В силу пункта 3 статьи 44 Закона № 14-ФЗ при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В пункте 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 Постановления № 62).

В пункте 2 Постановления № 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Согласно пункту 3 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вступившим в законную силу решением Ломоносовского районного суда города Архангельска от 08.10.2019 по делу № 2-2445/2019 с Общества в пользу ФИО3 взысканы денежные средства в размере 276 127 руб. 29 коп., в том числе: 124 188 руб. 75 коп. компенсации за неиспользованный отпуск;              114 750 руб. компенсации за увольнение; 7 000 руб. морального вреда;                   15 188 руб. 54 коп. процентов за задержку выплат за период с 01.06.2019 по 08.10.2019; 15 000 руб. судебных расходов на оплату юридических услуг. 

Общество считает, что в результате неправомерных действий ответчика, который в период нахождения в должности директора не обеспечил выплату себе положенных компенсаций при достаточности денежных средств на расчетном счете Общества, последнему причинены убытки в размере, взысканных указанным решением суда сумм. 

Ссылка апеллянта на то, что в состав взыскиваемых убытков не включены компенсация за неиспользованный отпуск в размере 124 188 руб.                  75 коп. и компенсация при увольнении в размере 114 750 руб., не принимается апелляционным судом, поскольку опровергается заявлением об уточнении исковых требований от 10.03.2020, в котором прямо указано на взыскание с ответчика убытков, взысканных решением Ломоносовского районного суда города Архангельска от 08.10.2019 по делу № 2-2445/2019, и пояснениями представителя Общества, данными апелляционному суду в судебном заседании 26.08.2020.

Суд первой инстанции, отказывая истцу в удовлетворении требования о взыскании 238 938 руб. 75 коп. убытков, составляющих сумму взысканных компенсаций за неиспользованный отпуск и за увольнение, правомерно исходил из того, что компенсация за неиспользованный отпуск и компенсация при увольнении начислены и подлежат выплате Обществом ФИО3 на основании действующего трудового законодательства, локальных нормативных актов Общества и условий трудового договора с ФИО3 от 07.10.2016, при этом размер и обоснованность компенсации, равно как и право ФИО3 на ее получение подтверждены вступившим в законную силу решением Ломоносовского районного суда, имеющим в силу части 3 статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора. Таким образом, оснований рассматривать данные суммы компенсации  в качестве убытков не имеется.   

На основании актов приема-передачи от 29.05.2019, 11.06.2019, 19.06.2019 новому генеральному директору переданы учредительные и иные документы, касающиеся деятельности Общества.   

В связи с этим, как верно отметил суд, Общество в лице нового генерального директора имело возможность проверить обоснованность и произвести положенные ФИО3 выплаты, связанные с ее увольнением, до июля 2019 года, т.е. до обращения ФИО3 в Ломоносовский районный суд за защитой своих трудовых прав.

Установлено, что ФИО3 уволена с должности директора 31.05.2019, генеральным директором назначена ФИО9 С иском в Ломоносовской районный суд о взыскании компенсации ФИО3 обратилась 05.07.2019, таким образом, в течение июня 2019 года Общество в лице его нового директора имело возможность выплатить ФИО3 все суммы, причитающиеся увольняющемуся работнику, и, соответственно, избежать судебного разбирательства и несения судебных издержек.

Суд правомерно отказал истцу во взыскании убытков в размере процентов за задержку выплат, расходов на возмещение морального вреда и судебных издержек, поскольку возникновение данных расходов не связано с действиями ответчика, а обусловлено неисполнением Обществом в добровольном порядке требований работника о выплате ему причитающихся денежных сумм.

Отказывая истцу во взыскании убытков, причиненных в результате недополучения с ИП ФИО4 платы за коммунальные услуги и сдачи ответчиком помещений в аренду ИП ФИО4 по заниженной цене, суд правомерно исходил из следующего.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 15.10.2012 серии 29-АК № 854896 Обществу на праве долевой собственности (доля в праве 9/10) на основании договора купли-продажи арендуемого муниципального имущества с условием о рассрочке от 20.09.2012 принадлежит нежилое помещение общей площадью 451 кв. м в здании по адресу:                            

<

...>. 

Оставшаяся 1/10 доля в праве общей долевой собственности на данное помещение принадлежит ИП ФИО4 на основании договора купли-продажи арендуемого муниципального имущества от 20.09.2012.

Обществом в лице генерального директора ФИО5 и                             ИП ФИО4 01.10.2012 заключено соглашение о порядке пользования имуществом, находящемся в собственности каждого из долевых собственников. 

Согласно данному соглашению от 01.10.2012 ИП ФИО4 имеет долю в размере 1/10 (45,1 кв. м) в общей долевой собственности, из них              40 кв. м торговой площади и 5,1 кв. м – вспомогательных помещений; Общество имеет долю 9/10 (405,9 кв. м) в общей долевой собственности. Расположение занимаемых сторонами помещений определено в плане-схеме (приложение 1 к соглашению от 01.10.2012). 

Третьим лицом в материалы дела представлены план помещения и экспликация (приложение 1 к соглашению от 01.10.2012), согласно которым ИП ФИО4 принадлежат торговые помещения 40 кв. м, являющиеся частью помещения № 47 на плане, и вспомогательные помещения площадью 5,1 кв. м - № 40, 41 на плане.

В пункте 1.2 соглашения от 01.10.2012 предусмотрено, что стороны, являясь долевыми собственниками, осуществляют расходы по коммунальным платежам (водоснабжение, канализация, энергоснабжение, охранное обслуживание, связь), а также прочие расходы, связанные с содержанием, исходя из размера занимаемой площади. 

При этом Общество на правах большей долевой собственности заключает договоры с обслуживающими организациями, оплачивает выставленные ими счета и производит расчет ежемесячной стоимости содержания помещения, приходящегося на долю ИП ФИО4 Последняя на основании выставленных платежных документов не позднее 30-го числа текущего месяца оплачивает расходы по содержанию занимаемых площадей. 

Обществом в лице директора ФИО3 и ИП ФИО4 17.10.2016 заключено новое соглашение о порядке пользования нежилыми помещениями.

В соглашении от 17.10.2016 стороны установили следующий порядок пользования имуществом, находящимся в общей долевой собственности:

– Обществу переданы в пользование помещения на поэтажном плане:              № 26 (витрина) площадью 6,5 кв. м, № 27 (витрина) площадью 2,3 кв. м, № 28 (витрина) площадью 4,1 кв. м, № 30 (кабинет) площадью 9,1 кв. м, № 30а (кабинет) площадью 3 кв. м, № 31 (бытовое помещение) площадью 11,1 кв. м, № 31а (коридор) площадью 3,4 кв. м, № 32 (кладовая) площадью 1,2 кв. м, № 33 (раздевалка) площадью 1,3 кв. м, № 34 (подсобное помещение) площадью                1,4 кв. м, № 37 (кладовая) площадью 1,2 кв. м, № 43 (вспомогательное помещение) площадью 16,8 кв. м, № 44 (торговый зал) площадью 48,8 кв. м,              № 45 (торговый зал) площадью 69,1 кв. м, № 46 (торговый зал) площадью         116,1 кв. м, часть № 47 (торговый зал) площадью 29,9 кв. м, № 49 (склад) площадью 17,7 кв. м, № 50 (склад) площадью 10 кв. м, № 51 (склад) площадью 18,2 кв. м; общая площадь – 373,5 кв. м.   

– ИП ФИО4 переданы в пользование помещения на поэтажном плане - № 40 (вспомогательное помещение) площадью 1,7 кв. м, № 41 (вспомогательное помещение) площадью 1,3 кв. м, часть помещения № 47 (торговый зал) площадью 40 кв. м; общая площадь – 43 кв. м.

– в совместное пользование сторон переходят помещения: № 29 (тамбур) площадью 1,4 кв. м, № 35 (умывальная) площадью 1,4 кв. м, № 36 (туалет) площадью 1,3 кв. м, № 38 (коридор) площадью 8,7 кв. м, № 39 (коридор) площадью 7,4 кв. м, № 42 (лестничная клетка) площадью 8,9 кв. м, № 48 (тамбур) площадью 5,4 кв. м; общая площадь – 34,5 кв. м.

Согласно пункту 8 соглашения от 17.10.2016 зона эксплуатационной ответственности сторон за помещения ограничивается внутренними границами помещений, переходящих в пользование каждой из сторон; в отношении помещений, переходящих в общее пользование, эксплуатационная ответственность определяется в соответствии с долей в праве общей долевой собственности: на Общество приходится 90 %, на ИП ФИО4 – 10 %. 

Общество также обязалось обеспечивать помещение отоплением, электроснабжением, водоснабжением и водоотведением, кроме того, заключать и пролонгировать договоры с организациями, обеспечивающими нормальную эксплуатацию помещений, оплачивать их услуги, а ИП ФИО4 – компенсировать Обществу понесенные затраты ежемесячно, на основании выставленных Обществом счетов (пункты 14, 15, 16, 17, 18 соглашения от 17.10.2016). 

В обоснование иска Общество в том числе сослалось на то, что по соглашению от 17.10.2016 ИП ФИО4 перешли торговые площади, пригодные для сдачи в аренду третьим лицам, и лишь незначительная часть вспомогательных помещений, тогда как Обществу помимо торговых помещений достались складские, подсобные и иные помещения (кабинеты, раздевалки и пр.), не пригодные для сдачи в аренду и не приносящие Обществу прибыли. 

Изложенное, по мнению истца, свидетельствует о том, что                   ФИО3, заключая соглашение от 17.10.2016, действовала не в интересах Общества, а в интересах третьего лица. 

Согласно абзацу 7 пункта 2 Постановления № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица (абзац 8 пункта 2 Постановления № 62).

Суд первой инстанции, оценив собранные по делу доказательства, пришел к обоснованному выводу о недоказанности истцом факта недобросовестности и неразумности действий ответчика при заключении соглашения от 17.10.2016.

Само по себе заключение соглашения от 17.10.2016 на указанных в нем условиях не свидетельствует о противоправности действий директора, поскольку осуществление деятельности на таких условиях представляло собой длительную и нормальную практику взаимоотношений Общества и третьего лица. 

Судом принято во внимание, что до вступления ФИО3 в должность генерального директора, у Общества и ИП ФИО4 было заключено соглашение о порядке пользования нежилыми помещениями от 01.10.2012, которое со стороны Общества подписывалось директором ФИО5 Данное соглашение от 01.10.2012 содержало аналогичные условия распределения помещений между двумя собственниками, как по площади, так и по составу, равно как и аналогичные условия по порядку возмещения расходов на содержание и эксплуатацию помещений. Соглашение от 17.10.2016 лишь более подробно и детально конкретизировало условия ранее действовавшего между сторонами соглашения от 01.10.2012. 

Поскольку ФИО3 заключила соглашение от 17.10.2016 на сопоставимых условиях с ранее действовавшим соглашением от 01.10.2012, оснований полагать, что она действовала без проявления должной степени осмотрительности, не имея разумной деловой цели, исключительно для создания неблагоприятных последствий для Общества, не имеется. 

При этом доказательств, свидетельствующих о том, что установленный соглашением от 17.10.2016 порядок распределения помещений между двумя долевыми собственниками существенно нарушает или ущемляет права Общества, истцом не представлено.

Заявляя о взыскании с ответчика 28 109 руб. 34 коп. убытков, Общество ссылается на то, что в период с октября 2016 года по май 2019 года понесло расходы на оплату коммунальных услуг, охрану и обслуживание охранно-пожарной сигнализации в размере 2 351 972 руб. 32 коп., соответственно,                   ИП ФИО4 подлежало возмещению Обществу 10 % этих затрат, что составляет 235 197 руб. 23 коп. Поскольку за указанный период третье лицо возместило затраты в сумме 207 087 руб. 89 руб., размер убытков Общества  составил 28 109 руб. 34 коп.

Вместе с тем, оценив расчеты сторон, суд установил, что истец при определении размера платы, приходящейся на долю ИП ФИО4, использует все произведенные Обществом платежи за спорный период и умножает эту величину на 10 %. Такой расчет признан судом неверным, поскольку не учитывает платежи, поступившие в счет оплаты коммунальных услуг от остальных арендаторов, и влечет возникновение на стороне Общества неосновательного обогащения.

Судом также установлено, что согласно выписке по расчетному счету Общества за период с 2016 по 2019 год сумма денежных средств, фактически перечисленных Обществом в счет оплаты услуг ресурсоснабжающих и обслуживающих организаций за период с октября 2016 года по май 2019 года, составила 1 735 577 руб. 20 коп., а не 2 351 972 руб. 32 коп., как указывает истец.

Из представленных в материалы дела платежных поручений следует, что третьим лицом оплачены услуги по содержанию помещения, начиная с октября 2016 года, в общей сумме 207 087 руб. 89 коп., включая услуги за период с июня по сентябрь 2019 года, который находится за пределами спорного периода.  

При этом ИП ФИО4 в отношении помещения площадью 45,1 кв. м, что соответствует площади помещений, принадлежащих третьему лицу на праве долевой собственности, заключен прямой договор с публичным акционерным обществом «ТГК № 2» на отпуск и потребление тепловой энергии в горячей воде от 30.06.2017 № 4213. Таким образом, возложение на третье лицо дополнительных затрат по отоплению помещений, принадлежащих Обществу, является необоснованным. 

Кроме того, ИП ФИО4 в отношении своего помещения (площадью 45,1 кв. м) заключены договоры и самостоятельно оплачиваются услуги по вывозу и утилизации твердых бытовых отходов; услуги по содержанию и текущему ремонту общего имущества многоквартирного дома на основании договора управления с ТСН «Ленинградский 352». 

При таких обстоятельствах суд, придя к выводу об отсутствии у третьего лица задолженности по коммунальным платежам, правомерно отказал во взыскании с ответчика 28 109 руб. 34 коп. убытков.

Судом установлено, что ИП ФИО4 не только имеет долю в праве общей собственности на здание, но и арендует у Общества часть помещений по договору аренды от 01.07.2017. 

Согласно указанному договору аренды, заключенному Обществом в лице генерального директора ФИО3 (Арендодатель) и ИП ФИО4 (Арендатор), последней передано во временное владение и пользование нежилое помещение, общей площадью 65,6 кв. м, номера на поэтажном плане № 43, 44, расположенное по адресу: 

<

...>, для торговли непродовольственными и продовольственными товарами, в том числе алкогольной продукцией.

Согласно пункту 5.1 договора он заключен на срок 10 лет с даты подписания договора. 

Помещения переданы Арендатору по акту приема-передачи от 01.07.2017. 

Договор аренды прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке. 

Дополнительным соглашением от 18.01.2018 № 1 к договору аренды от 01.07.2017 стороны увеличили площадь арендуемых помещений до 66,7 кв. м; оформлен соответствующий акт приема-передачи.

Пунктом 2.4.1 договора предусмотрено право ИП ФИО4 сдавать помещения или его части в субаренду. 

Согласно пункту 3.2 договора арендная плата по нему составляет               50 000 руб. ежемесячно. 

По мнению истца, в результате действий директора Общества ФИО3, выразившихся в заключении договора аренды от 01.07.2017 с ИП ФИО4 на невыгодных условиях, Обществу причинены убытки, поскольку согласованная арендная плата по договору значительно ниже арендной платы, установленной третьим лицом для субарендаторов (не ниже          70 000 руб. в месяц).

Убытки исчислены Обществом за 10 лет действия договора аренды, так как, по мнению истца, Арендодатель не имеет возможности расторгнуть договор аренды в одностороннем порядке, и составили 3 264 069 руб. 72 коп.

Однако, как верно указал суд, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ истец не представил доказательств того, что арендуемые у Общества помещения третье лицо сдает в субаренду по цене 70 000 руб. в месяц. 

При этом судом принят во внимание акт осмотра помещений от 15.06.2020, составленный ответчиком и третьим лицом в присутствии двух незаинтересованных в исходе дела лиц, а также совместный осмотр от 17.06.2020, из которых следует, что в арендуемых помещениях размещается магазин третьего лица, а собственные помещения сдаются ИП ФИО4 в аренду. Таким образом, факт сдачи третьим лицом помещений истца в субаренду не доказан.

Проверяя доводы истца о сдаче ответчиком помещений в аренду третьему лицу по заниженной цене, суд установил следующее.

Арбитражным судом Архангельской области рассматривалось гражданское дело № А05-10157/2019 по иску ФИО3 к Обществу о взыскании 5 647 694 руб. действительной стоимости доли в уставном капитале Общества в связи с выходом из Общества. 

В рамках указанного дела проведена судебная экспертиза, в ходе которой эксперт установил, что стоимость аренды помещений коммерческого назначения в г. Архангельске на дату оценки (декабрь 2018 года) находится в диапазоне от 255 руб./кв. м до 1500 руб./кв. м и зависит от месторасположения, качества отделки помещений и т.п., средняя стоимость аренды определена в размере 550 руб. за 1 кв. м в месяц. Эксперт в табличной форме привел стоимость аренды коммерческих помещений (таблица № 7) с указанием назначения помещения, его адреса, площади и прочих технических характеристик. Из экспертного заключения следует, что помещения, сопоставимые по территориальному расположению со спорным (находящиеся за пределами центра города Архангельска, округ Майская горка, Варавино-Фактория), предлагаются в аренду по цене от 250 до 500 руб. за 1 кв. м. 

Экспертное заключение оценено судом по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности с иными материалами дела в качестве иного документа, допускаемого в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ. При этом выводы эксперта относительно средней стоимости аренды помещений коммерческого назначения в г. Архангельске соответствуют расчетам ответчика, составленным исходя из анализа договоров аренды, заключенных с арендаторами помещений в здании по адресу:                              просп. Ленинградский, д. 352.

Принимая во внимание экспертное заключение, договоры, заключенные с иными арендаторами в спорном здании, из которых следует, что за период с октября 2012 года по 2018 год, стоимость аренды варьируется от 529 руб./кв. м до 1 434 руб./кв. м, суд пришел к выводу, что Общество при заключении договора аренды с ИП ФИО4 по цене 50 000 руб. в месяц (750 руб./кв. м) не допустило существенных отклонений от среднерыночных цен, характерных для договоров с аналогичными условиями. 

Судом также учтено, что Общество какую-либо производственную деятельность в своих помещениях не ведет, площади сдаются в аренду. В связи с этим Общество, не имея иных источников получения прибыли, должно быть заинтересовано в установлении долгосрочных договорных отношений по сдаче имущества в аренду.

Расчет истца, согласно которому средняя ставка арендной платы за              1 кв. м составляет 1 157 руб. 43 коп., не принят судом, поскольку не учитывает необходимость исключения из арендной платы стоимости коммунальных услуг (для единообразного подхода к определению арендной платы по всем арендаторам), а также особенностей заключенных договоров (срок аренды, площадь помещений и пр.).     

Таким образом, поскольку Общество не доказало факт существенного отклонения цены договора аренды от 01.07.2017 от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, оснований для вывода о недобросовестности действий ответчика при заключении договора аренды от 01.07.2017 с третьим лицом, не имеется.

Ссылка истца не невыгодность сделки ввиду невозможности ее досрочного расторжения по инициативе Арендодателя и увеличения размера арендной платы на протяжении срока действия договора (10 лет), правомерно отклонена судом. Условия, при которых договор аренды может быть досрочно расторгнут по требованию Арендодателя, предусмотрены в статье 619 ГК РФ и пункте 5.5 договора. Кроме того, договором предусмотрена возможность увеличения Арендодателем в период действия договора размера арендной платы. 

Суд также отклонил доводы истца о том, что договор аренды от 01.07.2017 является крупной сделкой, на совершение которой не было получено одобрение со стороны иных участников.

Договор аренды от 01.07.2017 по специальным основаниям как крупная сделка не оспорен, недействительным не признан; заключен Обществом в процессе обычной хозяйственной деятельности, о чем свидетельствуют аналогичные договоры аренды, подписанные Обществом в период с 2016 года по 2018 год с иными контрагентами. 

Доказательств того, что спорная сделка привела или может привести к прекращению деятельности Общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов, равно как и доказательств возникновения у Общества убытков или иных неблагоприятных последствий, связанных с заключением и исполнением сделки, истцом не представлено. 

Суд также обоснованно обратил внимание на то, что по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было (пункт 14 Постановления № 25). 

Взысканием убытков в пользу лица должно производиться устранение нарушенных прав и законных интересов. Возникновение убытков не может произойти ранее, чем соответствующее имущественное право истца было нарушено.

В данном случае сумма убытков в виде упущенной выгоды от сдачи помещений в аренду ИП ФИО4 по заниженной цене определена истцом за 10 лет действия договора аренды (до 2027 года). 

Однако, как верно указал суд, взыскание убытков на будущее время означало бы возможность принятия неправомерного решения, ограничивающего ответчика в его правах вне зависимости от новых обстоятельств. 

Признавая неправомерными требования Общества о взыскании с ответчика 91 000 руб. убытков, причиненных в результате перечисления налога на доходы физических лиц, суд обоснованно указал, что исполнение Обществом публично-правовой обязанности по уплате налогов и сборов не может свидетельствовать о причинении организации убытков в гражданско-правовом смысле. 

Более того, Общество, будучи налоговым агентом, перечислило не собственные денежные средства, а денежные средства, принадлежащие вышедшему участнику как плательщику соответствующего налога (статья 207 Налогового кодекса Российской Федерации). Соответственно, спорная сумма не может рассматриваться как убытки самого Общества. 

Таким образом, поскольку Обществом не доказана совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, причинно-следственную связь между действиями ответчика и убытками, заявленными истцом к возмещению, суд первой инстанции правомерно отказал Обществу в удовлетворении исковых требований.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебной коллегией не установлено оснований для ее удовлетворения.

Доводы, приведенные истцом в жалобе, не опровергают правомерность обжалуемого решения, основаны на иной правовой оценке апеллянтом обстоятельств спора, что не свидетельствует об ошибочности выводов суда и не может служить основанием для отмены или изменения судебного акта.

Решение суда принято на основе всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам, представленным доказательствам, нормы материального права применены судом правильно, нарушений норм процессуального права, которые привели или могли бы привести к принятию неправильного решения, судом не допущено.

В свете изложенного апелляционная жалоба Общества удовлетворению не подлежит.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателя. Поскольку определением суда от 10 августа 2020 года Обществу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере                   3 000 руб. подлежит взысканию с подателя жалобы в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Архангельской области от 22 июня                    2020 года по делу № А05-233/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Магазин № 1 «Стройматериалы» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Магазин № 1 «Стройматериалы» (адрес: 163016, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.В. Чередина

Судьи

А.Я. Зайцева

О.Б. Ралько