ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

 

№ 11АП-12736/2023

г. Самара

19 февраля 2024 года

Дело №А65-15470/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 19 февраля 2024 года 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Бондаревой Ю.А., Гадеевой Л.Р., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 и помощником ФИО2,

с участием до перерыва:

от ФИО3 - ФИО4, доверенность от 22.08.2023, паспорт

иные лица не явились, извещены,

с участием после перерыва:

лица не явились, извещены,

 рассмотрев в открытом судебном заседании 05 февраля 2024 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 июля 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица -  ФИО3 

  в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Автоматика",

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2021 ООО "Автоматика", г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и открыто в отношении него конкурсное производство сроком на 4 месяца, до 4 июля 2021 года. 

Утвержден конкурсным управляющим ФИО5 (ИНН 

<

***>, рег. № 15873, адрес для корреспонденции: 420066, г. Казань, а/я 20).

30.03.2021 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 об истребовании сведений и документов должника, к ответчику - ФИО3 (вх. 18128).

26.04.2023 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (вх.23266).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2023 объединены в одно производство для их совместного рассмотрения заявление конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (вх.23266) и заявление конкурсного управляющего ФИО5 об истребовании сведений и документов должника, к ответчику - ФИО3 (вх. 18128).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.07.2023 (резолютивная часть объявлена 27.06.2023) заявление удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Автоматика", г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Приостановлено рассмотрение заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в части установления размера субсидиарной ответственности, до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.07.2023, ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить. 

В обоснование жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.08.2023 указанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 04.09.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

01.08.2023 от кредитора ИП ФИО6 в материалы дела поступил письменный отзыв по существу апелляционной жалобы.

04.10.2023 от апеллянта в материалы дела поступили письменные пояснения к апелляционной жалобе с приложением дополнительных документальных доказательств в обоснование доводов жалобы.

30.10.2023 от кредитора ИП ФИО6 в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения к отзыву на апелляционную жалобу.

01.11.2023 от апеллянта в материалы дела поступили дополнительные письменные пояснения к апелляционной жалобе.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст.262  АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2023 в судебном составе, рассматривающем настоящую апелляционную жалобу, произведена замена отсутствующего по уважительной причине судьи Серовой Е.А. на судью Гольдштейна Д.К.

После замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

Апелляционным судом установлено, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2023 арбитражный управляющий ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве общества ограниченной ответственностью "Автоматика". Судебное заседание по вопросу об утверждении кандидатуры нового конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Автоматика" назначено на 07.12.2023.

Рассмотрение настоящего обособленного спора невозможно без вновь назначенного конкурсного управляющего, который в силу статьи 34 Федерального закона от 26.10.2002 №127 «О несостоятельности (банкротстве)» является основным участником дела о банкротстве и разрешение настоящего спора в суде апелляционной инстанции в отсутствие лица, участвующего в деле, приведет к нарушению принципов равноправия участников процесса.

Учитывая изложенное определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2023 рассмотрение апелляционной жалобы был отложено на 15.01.2024, вновь утвержденному конкурсному управляющему должника - апелляционный суд предложил представить письменное отношение на доводы апеллянта и документальные доказательства, приложенные к апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Председательствующим в судебном заседании 15.01.2024 в порядке ст. 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 29.01.2024 до 12 час. 50 мин., зал № 2, информация о котором размещена в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru).

После перерыва судебное заседание было продолжено 29.01.2024 в том же составе суда.

18.01.2024 от конкурсного управляющего ФИО7 в материалы дела поступил письменный отзыв по существу апелляционной жалобы.

29.01.2024 от апеллянта в материалы дела поступили письменные возражения на отзыв конкурсного управляющего ФИО7

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст.262  АПК РФ.

В ходе судебного заседания представитель апеллянта поддержал в полном объеме доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, просил суд апелляционной инстанции отменить обжалуемый судебный акт и отказать конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований.

В целях надлежащего ознакомления лиц, участвующих в деле, с поступившими в день судебного заседания документами и представления своей правовой позиции, председательствующим в судебном заседании 29.01.2024 в порядке ст. 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 05.02.2024 до 12 час. 30 мин., зал № 2, информация о котором размещена в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru).

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024 в судебном составе, рассматривающем настоящую апелляционную жалобу, произведена замена отсутствующего по уважительной причине судьи Гольдштейна Д.К. на судью Гадееву Л.Р. в связи с чем, рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

После перерыва судебное заседание было продолжено 05.02.2024 в новом составе суда.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание после перерыва не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, 30.03.2021 конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании у бывшего руководителя ООО «Автоматика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 420108, 

<

...>) - ФИО3 следующих документов:

1.учредительные документы (устав, учредительный договор, свидетельство о регистрации, с

соответствующими изменениями, если таковые производились);

2.копии решений (протокол) общего собрания участников и иных органов управления Общества;

3.бухгалтерскую отчетность (бухгалтерские балансы, отчеты о прибылях и убытках, приложения к годовой бухгалтерской отчетности) поквартально. В представляемой отчетности должны быть отражены следующие показатели:

- стоимость нематериальных активов, в т.ч. отдельно - деловая репутация и организационные расходы;

- стоимость основных средств, в т.ч. отдельно - капитальные затраты на арендуемые основные средства;

- стоимость незавершенных капитальных вложений, в т.ч. отдельно - незавершенные капитальные затраты на арендуемые основные средства;

-стоимость доходных вложений в материальные ценности;

-размер долгосрочных финансовых вложений;

-стоимость прочих внеоборотных активов;

-сумма стоимости запасов, в т.ч. отдельно - стоимость отгруженных товаров;

- сумма дебиторской задолженности общая, отдельно - сумма долгосрочной дебиторской задолженности и сумма краткосрочной дебиторской задолженности;

-размер налога на добавленную стоимость по приобретенным ценностям;

-размер задолженности участников (учредителей) по взносам в уставный капитал;

-стоимость собственных акций (долей в уставном капитале), выкупленных у акционеров (участников);

-стоимость прочих оборотных активов;

-размер краткосрочных финансовых вложений;

-сумма списанной в убыток дебиторской задолженности;

-сумма выданных гарантий и поручительств;

-размер уставного капитала;

-размер резервов;

-размер доходов будущих периодов;

-размер резервов предстоящих расходов;

- размер текущих обязательств (займов и кредитов, подлежащих погашению в течение 12 месяцев после отчетной даты, кредиторской задолженности, задолженности участникам (учредителям) по выплате доходов и прочих краткосрочных обязательств);

-размер долгосрочных обязательств (займов и кредитов, подлежащих погашению более чем через 12 месяцев после отчетной даты, и прочих долгосрочных обязательств);

-размер выручки от реализации товаров, выполнения работ, оказания услуг, в т.ч. отдельно - с указанием суммы НДС (к уплате), акцизов и других аналогичных обязательных платежей;

-   сумма НДС по приобретенным ценностям (к возмещению);

-размер нераспределенной прибыли (убытка) отчетного периода, после уплаты налога на прибыль и других аналогичных обязательных платежей.

4. Сведения о капитале и резервах:

-размер и формирование уставного капитала;

-размер и формирование добавочного капитала;

-размер и формирование резервного капитала;

-размер фондов социальной сферы;

-размер целевого финансирования и поступлений;

-размер нераспределенной прибыли или непокрытого убытка прошлых лет и в отчетном году.

5.Ведомость основных средств (в том числе полностью изношенных) на последнюю отчетную дату, с указанием отдельно мобилизационных и законсервированных основных средств, с указанием следующих данных:

-наименование;

-год ввода в эксплуатацию;

-балансовая стоимость (первоначальная, восстановительная);

-норма амортизационных отчислений; 

- процент начисленного износа; 

- остаточная стоимость;

-возможный срок полезного действия;

-характеристика специализации (узкоспециализированное или нет);

- участие в производственном процессе (круглогодично или часть года);

-наличие предусмотренных законодательством документов;

-источник приобретения;

-размер расходов на содержание мобилизационных и законсервированных основных средств.

6. Сведения о составе производственных мощностей на последнюю отчетную дату, в том числе:

-балансовая стоимость активов, принимающих участие в производственном процессе, при выбытии которых невозможна основная деятельность должника (первая группа);

-активы, реализация которых затруднительна (вторая группа).

7. Документы, подтверждающие права общества на недвижимое имущество, с приложением технических (кадастровых) паспортов зданий (сооружений) и кадастровых планов земельных участков.

8. Перечень арендуемых и сдаваемых в аренду основных средств. Копии договоров аренды.

9. Расшифровка долгосрочных и краткосрочных финансовых вложений на последнюю отчетную дату.

10. Расшифровка объектов незавершенного строительства и не установленного оборудования на последнюю отчетную дату, с указанием:

-степени готовности объектов незавершенного строительства;

-размера средств, необходимых для завершения строительных работ, и срок возможного пуска в эксплуатацию объектов;

- необходимости или целесообразности завершения строительных работ либо консервации объектов незавершенного строительства;

- возможной стоимости объектов незавершенного строительства при реализации на рыночных условиях.

11. Расшифровка нематериальных активов на последнюю отчетную дату.

12. Расшифровка материальных запасов, товаров, готовой продукции на последнюю отчетную дату, с указанием:

-степени готовности незавершенного производства, времени и величины средств, необходимых для доведения его до готовой продукции;

- размера запаса сырья и материалов, ниже которого производственный процесс останавливается;

-размера запаса сырья и материалов, который может быть реализован без ущерба для производственного процесса;

-реестра цен, по которым приобретались сырье и материалы;

-причины задержки реализации готовой продукции;

-перечень запасов, реализация которых по балансовой стоимости затруднительна с указанием причин.

13. Развернутый реестр кредиторской задолженности 2017-2020 годы, а также по состоянию на 02.12.2020, с отдельным указанием:

-срока исполнения обязательств;

-просроченной кредиторской задолженности;

-  сведения об обязательствах, которые могут быть оспорены;

-сведения об обязательствах, которые могут быть прекращены;

-возможностей реструктуризации сроков исполнения обязательств;

-разделения кредиторской задолженности на основной долг и санкции;

-размера обязательств, срок исполнения которых наступит: (а) в ближайший месяц, (6) 2 месяца, (в) квартал, (г) полугодие, (д) год;

14. Расшифровка дебиторской задолженности на последнюю отчетную дату (наименование и адрес дебитора, сумма задолженности, дата и основание возникновения, сроки погашения).

15. Положение об учетной политике, в том числе об учетной политике для целей налогообложения, рабочий план счетов бухгалтерского учета.

16. Сведения о движении денежных средств, поквартально.

17. Сведения о валовой выручке (выручке по оплате), помесячно.

18. Схема (описание) организационной и производственной структуры должника, положения об отделах, службах, обособленных подразделениях (филиалы, представительства), должностные инструкции, а также следующие сведения за 2017-2020 годы:

-направления деятельности с указанием их финансового результата; 

-  основные виды выпускаемой продукции;

-текущие и планируемые объемы производства;

-состав основного и вспомогательного производства;

-загрузка производственных мощностей;

-объекты непроизводственной сферы и затраты на их содержание;

-основные объекты, не завершенные строительством;

-перечень структурных подразделений и схема структуры управления предприятием;

-численность работников, включая численность каждого структурного подразделения, фонд оплаты труда работников предприятия, средняя заработная плата;

-штатное расписание;

-перечень дочерних и зависимых хозяйственных обществ с указанием доли участия должника в их уставном капитале и краткая характеристика их деятельности;

-сведения об основных поставщиках сырья и материалов;

-сведения об основных потребителях продукции, а также об объемах поставок;

-данные по ценам на сырье и материалы в динамике;

-данные по ценам на продукцию в динамике;

-данные по срокам и формам расчетов за поставленную продукцию с основными контрагентами.

19. Справка об изменениях руководящего состава (руководитель, главный бухгалтер, заместители руководителей, руководители филиалов, коллегиальные органы управления должника, иные лица, имеющие право давать обязательные для должника указания либо возможность иным образом определять его действия).

20. Действующий коллективный договор с работниками (при наличии). Списочный состав работников на текущую дату с указанием места жительства. Списочный состав бывших работников, которым на текущую дату не выплачена в полном объеме заработная плата, с указанием места жительства.

21. Копии действующих лицензий, сертификатов, допусков СРО.

22. Номенклатурный перечень и технические характеристики выпускаемой продукции (оказываемых услуг, выполняемых работ).

23. Копии договоров, заключенных должником со всеми юридическими и физическими лицами.

24. Структура портфеля заказов (перечислить основных заказчиков, указать их долю в общем объеме заказов).

25. Объемы производства и реализации продукции (работ, услуг) помесячно по видам продукции (работ, услуг) в натуральном и стоимостном выражении.

26. Статистическая отчетность (по объемам производства, структуре себестоимости, численности и др.).

27. Справка о структуре расчетов за продукцию, в том числе в денежной форме.

28. Сведения об основных поставщиках и потребителях продукции (оценочно: доля в общем объеме реализации, поставок).

29. Отчеты оценщиков по оценке имущества предприятия.

30. Заключения по итогам аудиторских проверок.

31. Материалы ежегодных или внеочередных инвентаризаций имущества должника.

32. Схема (описание) системы документооборота, внутреннего контроля, страхования.

33. В случае наличия филиалов - все изложенные выше документы и сведения по каждому из филиалов.

34. Реестр выданных доверенностей за период с 2017 по 2020 годы, перечень агентских договоров и договоров комиссии, предоставляющих право действовать от имени (в интересах) общества без доверенности.

35. Сведения об участии в исполнении государственного оборонного заказа.

36. Сведения о наличии мобилизационных мощностей.

37. Сведения о наличии имущества ограниченного оборота.

38. Сведения о необходимости осуществления природоохранных мероприятий, а также о стоимости таких мероприятий.

39. Сведения об имеющихся торговых ограничениях в деятельности общества.

40. Возможная стоимость активов, используемых в производственном процессе, при реализации на рыночных условиях.

41. Возможная стоимость активов, не используемых в производственном процессе, при реализации на рыночных условиях.

42. Справка о задолженности перед бюджетами всех уровней и внебюджетными фондами с указанием раздельно размеров основной задолженности, штрафов, пеней и иных финансовых (экономических) санкций по состоянию на 2017 год и на 2020 год, копии актов сверки с ИФНС.

43. Сведения о возможности увеличения отпускной цены, раздельно по прибыльным и убыточным направлениям деятельности (производствам).

44. Сведения о размере затрат на содержание законсервированных объектов, мобилизационных мощностей и государственных резервов.

45. Структура затрат за исследуемый период.

46. Перечень имущества должника на 20.07.2020, а также перечень имущества, приобретенного или отчужденного за период с 20.07.2017 по настоящее время.

47. Копии протоколов, заключений и отчетов ревизионной комиссии.

48. Справка об аффилированных лицах должника, поквартально.

49. Материалы судебных процессов должника (копия заявления, искового заявления, итоговый судебный акт, либо последний принятый судебный акт по делу).

50. Материалы налоговых проверок (акт налоговой проверки, решение налогового органа).

51. Сведения о задолженности по заработной плате, поквартально.

52. Полная копия программы 1С (или иной программы бухгалтерского учета) на электронном носителе за весь период деятельности предприятия.

53. Список расчетных (иных) счетов, включая закрытые.

54. Иные учетные (аналитические) документы, характеризующие финансово-хозяйственную деятельность должника, которые могут оказать влияние на результаты проведения финансового анализа и проверку наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства за период 2017 - 2020 годов.

Документы, печати, штампы, материальные и иные ценности обязать представить в оригиналах по акту приема-передачи.

26.04.2023 конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя ООО «Автоматика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 420108, 

<

...>) - ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указывая на следующие обстоятельства.

Согласно сведениям с сайта https://casebook.ru ФИО3 являлся руководителем должника с 23.04.2007 и до введения в отношении должника первой процедуры банкротства (13.06.2019). 

Также, ФИО3 является единственным участником должника с 16.02.2018.

В качестве оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности заявитель указывал следующее:

- не передача первичной документации и документов бухгалтерского учета в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пп. 2 и 4 п. 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве),

- неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд о признании его банкротом (ст. 61.12 Закона о банкротстве),

- невозможность полного погашения требований кредиторов по вине ответчика. Причинение вреда имущественным правам кредиторов вследствие совершения убыточных сделок (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Указанные заявления объединены судом в одно производство для совместно рассмотрения.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, согласно данным бухгалтерского баланса (данные с сайта https://casebook.ru) в 2018 году у должника имелись запасы на сумму         7 154 000,00 руб. и дебиторская задолженность на сумму 4 449 000,00 руб.

Общая сумма активов ООО «Автоматика» составила 11 603 000,00 руб.

Между тем, документация должника на указанное имущество ответчиком не передана.

Недобросовестное поведение контролирующего лица существенно затруднило проведение процедуры банкротства ООО «Автоматика» и повлекло:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность принятия мер, направленных на поиск и возврат имущества должника;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Не передача руководителем бухгалтерской и иной документации должника, по мнению управляющего, является безусловным основанием презумпцией, установленной пп. 2 и 4 п. 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В части неисполнения руководителем обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признания должника банкротом, конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

- решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.12.2018 по делу №А65-27178/2018 с должника в пользу ИП ФИО6 взыскана задолженность в размере 3 412 847,40 руб., возникшая в результате неисполнения обязательств по договору поставки (срок исполнения обязательства – 10.08.2016),

- решением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.12.2018 по делу №А32-38636/2017 с должника в пользу ПАО «МобильныеТелеСистемы» взыскана задолженность в размере 2 363 320,30 руб. (срок исполнения обязательства – 04.04.2017),

- решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.12.2016 по делу №А32-13999/2016 с должника в пользу ПАО «МобильныеТелеСистемы» взыскана задолженность в размере 364 693,23 руб. (срок исполнения обязательства – 2014 год).

Поскольку основания для обращения в суд с заявлением о банкротстве имелись в 2014 году, рассматриваемая обязанность не была исполнена руководителем должника.

Банкротство должника было возбуждено на основании заявления кредитора ИП ФИО6 в 2020 году (первое банкротство было возбуждено по заявлению кредитора ИП ФИО8 в 2018 году).

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.12 Закона о банкротстве.

В части привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за совершение сделок, причинивших имущественный вред должнику и его кредиторам, конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства:

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.10.2021 по делу №А65-15470/2020 признано недействительным осуществление должником платежей в адрес ФИО9 на общую сумму 2 926 980 руб., применены последствия недействительности сделки,

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2022 по делу №А65-15470/2020 признаны недействительными договор аренды пескоструйного аппарата от 10.05.2017 и произведенные на его основании платежи должника в адрес ФИО10 сумму 1 100 000 руб., применены последствия недействительности сделки,

- постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022 по делу №А65-15470/2020 признано недействительным перечисление ООО «Автоматика» по платежному поручению №21 от 02.02.2018 на сумму 308 320,09 руб. на банковскую карту ФИО3, применены последствия недействительности сделки,

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.10.2022 по делу №А65-15470/2020 признаны недействительными договор аренды специального оборудования от 05.05.2017 и произведенные на его основании платежи должника в адрес ответчика на сумму         3 070 000 руб., применены последствия недействительности сделки,

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.01.2023 по делу №А65-15470/2020 признано недействительным осуществление должником платежа в адрес ФИО11 02.02.2018 на сумму 200 000 руб., применены последствия недействительности сделки.

Поскольку ответчик совершал сделки, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, и в результате которых невозможно полное погашение требований кредиторов, по мнению конкурсного управляющего имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Автоматика" в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве - не передача конкурсному управляющему документации должника, руководствовался следующим.

Конкурсным управляющим в рамках обособленного спора об истребовании документации должника указано, что 30.11.2021 от ответчика получена бандероль с документами должника, 21.12.2022 и 08.02.2023 от конкурсного управляющего ФИО12 (управляющий по делу А65-32203/2018) также была получена документация должника.

В результате анализа полученной документации, конкурсный управляющий указывал, что ответчиком не переданы следующие документы:

- расшифровка дебиторской задолженности на последнюю отчетную дату,

- схема производственной структуры должника, должностные инструкции,

- списочный состав работников, по которым имеется задолженность по заработной плате,

- материалы инвентаризации имущества должника,

- реестр выданных доверенностей с 2017 по 2020 г.г.,

- перечень имущества должника за период с 20.07.2017 по настоящее время,

- справка об аффилированных лицах должника (поквартально),

- полная копия программ 1С: Управление торговлей, система «Контур-Экстерн», 1С:Бухгалтерия 8 ПРОФ на электронном носителе за весь период деятельности предприятия.

В обоснование наличия у должника электронных программ заявитель указывал, что ответчиком переданы лицензионные договоры на использование данных программ от 14.07.2016 и 26.06.2017, но не переданы электронные носители информации.

В соответствии с положениями статей 6, 8, 9, 17 Федерального закона от 06.12.2011 N402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководителем экономического субъекта. Бухгалтерский учет ведется организацией непрерывно с момента ее регистрации в качестве юридического лица до реорганизации или ликвидации в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Все хозяйственные операции и результаты инвентаризации подлежат своевременной регистрации на счетах бухгалтерского учета без каких-либо пропусков или изъятий. Все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации.

Согласно ч.1 ст.61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», ст.40, 50 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», на руководителе должника лежит обязанность по сохранению документации общества с ограниченной ответственностью.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Конкурсный управляющий указал, что переданная документация должника была неполной, и не позволяет выявить активы должника, проанализировать его хозяйственную деятельность.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Подобных доказательств не представлено.

Доводы ответчика о том, что им передана вся имеющаяся документация должника суд признал необоснованным в силу следующего. 

Действительно ответчиком передана часть хозяйственной документации должника (кассовые книги, договоры с контрагентами, некоторые оборотно-сальдовые ведомости, акты сверки).

В то же время, конкурсным управляющим указано, что не переданы следующие документы и материалы: 

- расшифровка дебиторской задолженности на последнюю отчетную дату, 

- материалы инвентаризаций имущества должника, 

- полная копия программ 1С: Управление торговлей, система «Контур-Экстерн», 1С:Бухгалтерия 8 ПРОФ, 

которые имеют непосредственное отношение к хозяйственной деятельности должника, позволяют выявить контрагентов должника, дебиторскую задолженность, идентифицировать имущество должника, выявить оспоримые сделки, тем самым сформировать конкурсную массу.

В контексте рассмотрения оснований для привлечения к субсидиарной ответственности суд пришел к выводу, что отсутствие данных документов и материалов у конкурсного управляющего привело к существенным затруднениям при ведении процедуры банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Суд учитывал, что окончательный перечень истребуемых конкурсным управляющим документов включает в себя документацию, отражающую хозяйственную деятельность должника и потенциально влияющую на формирование конкурсной массы (расшифровка дебиторской задолженности на последнюю отчетную дату, материалы инвентаризаций имущества должника, полная копия программ 1С: Управление торговлей, система «КонтурЭкстерн», 1С:Бухгалтерия 8 ПРОФ).

Соответственно, по мнению суда, отсутствие указанных документов и материалов объективно не позволило конкурсному управляющему выявить активы должника, дебиторскую задолженность, совершенные в период подозрительности сделки, и тем самым сформировать конкурсную массу.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе не передача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В данном контексте ссылка ответчика на то, что часть документации находится у бывшего конкурсного управляющего ФИО12 или имеются в деле А65-32203/2018, также несостоятельна.

Доказательств, свидетельствующих об объективной невозможности для ответчика передать в полном объеме истребуемую документацию конкурсному управляющему, в материалы дела не представлено.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, сами по себе являются достаточными для установления оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В связи с чем суд установил основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ч.2 ст.61.11 Закона о банкротстве.

В отношении дополнительно заявленных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности суд разъяснил следующее.

Состав обязательств, входящих в размер ответственности, предусмотренной ст.61.12 Закона о банкротстве, также входит и в размер ответственности, предусмотренной ст.61.11 Закона о банкротстве. Последний является максимально возможным размером субсидиарной ответственности по делу о банкротстве в связи с чем, специальное выделение размера субсидиарной ответственности ответчика по ст.61.12 Закона о банкротстве суд признал нецелесообразным.

Также, суд считывал нецелесообразным установление субсидиарной ответственности ответчика по п.1 ч.2 ст.61.11 Закона о банкротстве (совершение недействительных сделок), т.к. суд уже пришел к выводу о наличии основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п.2 ч.2 ст.61.11 Закона о банкротстве (не передача документации должника), что само по себе является достаточным для вывода о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Поэтому установление иных оснований не требуется.

Согласно ч.7 ст.61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Размер ответственности контролирующего должника лица по обязательствам должника на момент рассмотрения заявления установить невозможно, т.к. в производстве суда находятся заявления об оспаривании сделок должника, возможности пополнения конкурсной массы не утрачены в связи с чем, суд приостановил производства по делу - до окончания расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учетом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, соглашается с выводом суда первой инстанции в части доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательством должника в соответствии с п.2 ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве - за не передачу конкурсному управляющему документации должника, при этом считает необходимым отметить следующее.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель в части требований о не передачи документации должника указывает, что вся документация по хозяйственной деятельности должника была им передана в полном объеме конкурсному управляющему ФИО12 в рамках предыдущего дела о банкротстве должника №А65-32203/2018, что подтверждается постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2020 (резолютивная часть объявлена 11.06.2020) по указанному делу. ФИО12 возвратила ФИО3 только часть документации должника, о чем между сторонами был подписан акт; еще часть документации должника ФИО12 передала непосредственно уже конкурсному управляющему ФИО5, утвержденному в последующем деле о банкротстве должника №А65-15470/2020, от принятия у ФИО12 остальной части документации должника, ФИО5 уклонился.

Оценив данные доводы апеллянта с позиции ст. 71 АПК РФ суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем или членом исполнительного органа (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством РФ, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством РФ, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством РФ, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством РФ об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменты вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

При этом положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12, при рассмотрении требования о субсидиарной ответственности по указанному основанию необходимо, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). В этой связи, привлекая контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности, заявителю необходимо представить доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением), и существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2017 N 305-ЭС17-13674, в силу статьи 65 АПК РФ, бремя опровержения доводов конкурсного управляющего при истребовании документации переходит на бывшего руководителя должника, который имеет для этого объективные возможности, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 N 305-ЭС17-9683 для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию (не передача документов и имущества должника) управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Разрешая вопрос о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролировавших лиц и несостоятельностью общества, суды должны верно распределять бремя доказывания. Сторона, заявляющая о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности вследствие непредставления соответствующей документации, должна представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов и отсутствие каких конкретно документов повлияло на проведение процедур банкротства и сделало невозможным полное погашение требований кредиторов.

Отсутствие документов по хозяйственной деятельности должника к моменту принятия решения о признании должника банкротом, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализации конкурсной массы.

Указанное нарушение, предусмотренное статьями 62-64 Закона о банкротстве, было допущено ФИО3 в процедуре наблюдения, а впоследствии и в процедуре конкурсного производства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе:

- невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов;

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно данным бухгалтерской отчетности должника за 2018 год у должника имелись сведения об активах балансовой стоимостью более 11,6 млн.руб. в виде: запасов балансовой стоимостью более 7,1 млн.руб. и дебиторской задолженности балансовой стоимостью более 4,4млн.руб. 

Однако документация, позволяющая идентифицировать имеющиеся сведения, а также принять меры по взысканию дебиторской задолженности, ответчиком не представлена.

Расшифровка запасов конкурсному управляющему бывшим руководителем должника не представлена.

Между тем, в отсутствие необходимой документации, проведение финансового анализа было крайне затруднено.

Документация по дебиторам должника не была передана арбитражному управляющему. Взыскание дебиторской задолженности не представляется возможным.

Все вышеперечисленные обстоятельства дела свидетельствуют о недобросовестности поведения ответчика в рамках исполнения своих обязанностей руководителя должника.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве руководитель должника - единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

В силу положений действующего законодательства о бухгалтерском учете, осуществляя полномочия руководителя должника, ФИО3 обязан был организовать ведение бухгалтерского учета, представлять налоговую отчетность, обеспечивать сохранность первичной документации и имущества общества.

В качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указывает, что выявить и вернуть в конкурсную массу имущество должника не представилось возможным по причине неисполнения руководителем должника возложенной на него обязанности передать конкурсному управляющему документацию должника в соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

В соответствии со ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Обязанность руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности формирования конкурсной массы должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Между тем, предусмотренная законом обязанность по передаче документации должника конкурсному управляющему бывшим руководителем должника ФИО3 не исполнена, невыполнение возложенных законом на ФИО3, как руководителя должника, обязанностей затруднило проведение процедуры (например оспаривание сделок, взыскание дебиторской задолженности и т.д.), повлекло в процедуре банкротства невозможность формирования конкурсной массы должника, и, как следствие, невозможность расчетов с кредиторами.

Указанные доводы конкурсного управляющего соответствуют условиям названной презумпции, доказательств опровергающих данные обстоятельства в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 2 и 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в материалы дела не представлено.

В результате виновных действий ответчика у должника сформировалась задолженность в сумме более 16,7 млн.руб., что подтверждается реестром требований кредиторов должника на дату подачи конкурсным управляющим рассматриваемого заявления.

Доказательств обратного ответчиком, в нарушение требований ст. 65 АПК РФ, суду не представлено.

Доводы ответчика о том, что вся документация по хозяйственной деятельности должника, в том числе программа 1-С Бухгалтерия была им передана в полном объеме конкурсному управляющему ФИО12 в рамках предыдущего дела о банкротстве должника №А65-32203/2018, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон.

Оценив доводы заявителя в части установления оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за не подачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом (ст. 61.12 Закона о банкротстве), с позиции ст. 71 АПК РФ суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Конкурсный управляющий полагает, что единственным учредителем и руководителем  должника не исполнена обязанность по обращению в арбитражный  суд с заявлением о признании должника банкротом.

В силу нормы статьи 61.12 Закона о банкротстве (здесь и далее нормы права приведены в редакции применительно к спорным правоотношениям), на которую в обоснование своих требований ссылается конкурсный управляющий, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При этом бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно Закону о банкротстве к указанным лицам относятся руководитель должника – юридического лица, должник – индивидуальный предприниматель и ликвидационная комиссия (ликвидатор) должника – юридического лица (п.1 ст. 9 Закона о банкротстве).

Так как ответчик в спорный период являлся руководителем должника, на него распространяется обязанность, предусмотренная ст.9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд возлагается на руководителя, в период исполнения обязанностей которого возникли обстоятельства, когда удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Таким образом, субсидиарная ответственность руководителя должника по указанным основаниям наступает при наличии одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и неисполнении руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; размер субсидиарной ответственности определяется как размер обязательств должника, возникших после соответствующей даты, когда руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве. 

Кроме того, поскольку субсидиарная ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Отсутствие вины в силу положений п. 2 статьи 401 и п. 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Из содержания статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В силу положений Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между противоправным и виновным бездействием руководителя организации в виде неподачи заявления о признании должника банкротом и вредом, причиненным кредиторам организации из-за невозможности удовлетворения возросшей перед ними задолженности.

Исходя из положений ст. 10 ГК РФ, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

При этом из содержания ст. 61.12 Закона о банкротстве следует, что предусмотренная этой нормой субсидиарная ответственность руководителя распространяется в равной мере как на денежные обязательства, возникающие из гражданских правоотношений, так и на обязанности по уплате обязательных платежей.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (п. 1 ст. 5, ст. 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной ст. 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Природа ответственности за неподачу состоит в том, что руководитель обманывает кредиторов, вводит их в заблуждение относительно финансового состояния организации. Если отсутствует процедура банкротства, значит, любой разумный участник оборота имеет право исходить из презумпции, что его контрагент платежеспособен. Утаивание же подобной релевантной информации нарушает разумные правовые ожидания контрагентов от эффекта (в том числе экономического) совместной с должником предпринимательской деятельности. Именно за это утаивание значимых для других сведений и несет ответственность руководитель

Рассматривая положения ст. 61.12 Закона о банкротстве и порядок их применения, суду необходимо разобраться, обманывал директор кредиторов в преддверии банкротства либо, наоборот, не подавая заявление, вел себя разумно и добросовестно, что является условием освобождения от ответственности.

В данном случае важно определиться с тем, что понимается под самим банкротством. Формально исходя из содержания ст. 3, 6 и 7 Закона о банкротстве под признаками банкротства, при наличии которых возникает право на инициирование процедуры, понимается долг в размере не менее 300 тыс. руб., который не оплачен в течение трех и более месяцев. При наличии подобных условий предполагается, что должник не способен расплатиться с кредиторами.

Однако очевидно, что не всегда наличие таких формальных признаков будет свидетельствовать о том, что организация действительно несостоятельна (и наоборот).

Правовая конструкция "объективное банкротство" приведена в п. 4 постановления Пленума N 53. Под данным "видом" банкротства (очередная оценочная категория) следует понимать такое финансовое состояние, при котором обязательства должника превышают реальную стоимость его активов, что, в свою очередь, объективно препятствует последующему расчету со всеми кредиторами. Такое банкротство следует отличать от банкротства юридического, т.е. констатированного судом, поскольку речь идет о необходимости проанализировать экономические показатели деятельности должника еще до того, как была возбуждена процедура, в условиях, когда он формально (официально) был платежеспособен.

Данная конструкция объективного банкротства используется как для определения трехлетнего периода, в который за потенциальным нарушителем прав кредиторов может быть признан статус контролирующего лица, так и для определения момента, после которого руководитель должен задуматься о том, чтобы обратиться с заявлением о банкротстве организации.

При использовании формальных признаков несостоятельности недобросовестные руководители могут манипулировать указанным моментом, постоянно отодвигая его путем расчета с "очень срочными" кредиторами, при этом накапливая все новые и новые обязательства перед другими и формально не подпадая под риск быть привлеченными к ответственности по правилам ст. 61.12 Закона о банкротстве. И напротив, добросовестные руководители из-за таких формальных критериев могли необоснованно оказаться в зоне риска. 

Поэтому в вопросе оценки добросовестности и разумности поведения руководителя постановление Пленума N 53 призывает отталкиваться от сути регулируемых отношений, в том числе имея своей целью сохранение работающего бизнеса.

По смыслу п. 9 постановление Пленума N 53 руководитель может быть привлечен к ответственности только при совокупности следующих условий:

- если бы на месте ответчика было иное лицо (средний директор), то оно, действуя разумно, находясь в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб бизнеса, могло бы определить признак объективного банкротства;

- у него отсутствовал экономически обоснованный план выхода из кризиса либо реализация имевшегося плана являлась неразумной 

Следует отметить, что  бремя доказывания обратного возлагается на директора, поскольку именно он в спорный период управлял обществом, следовательно, ему должно быть известно больше всего информации о финансовых показателях должника. При подтверждении того, что состояние было действительно критическим, вступает в силу презумпция того, что непогашение перед контрагентами обязательств, возникших в спорный период, произошло по вине директора (презумпция причинно-следственной связи - п. 12 постановления Пленума N 53). 

Следование в такой ситуации экономически обоснованному плану выхода из кризиса выступает практически единственным способом опровержения названной презумпции. С этими вопросами тесно связана категория риска, а точнее, допустимого риска с точки зрения управленческой деятельности

При оценке ответственности контролирующих лиц коммерческой организации перед кредиторами за принятие чрезмерного предпринимательского риска при угрозе несостоятельности возглавляемого ими предприятия во внимание следует принимать все сопутствующие обстоятельства.

Для определения периода ответственности необходимо установить момент выявления директором объективного банкротства организации (когда разумный директор должен был выявить такое банкротство) и прибавить к этому моменту один месяц. Такой период длится до возбуждения дела о банкротстве. (Определение ВС РФ от 31 марта 2016 г. N 309-ЭС15-16713).

В случае нарушения руководителем обязанности подать заявление сдвигается срок возбуждения дела о банкротстве в связи с чем требования, которые при надлежащем исполнении директором своих обязанностей были бы текущими, остаются с реестровым статусом, т.е. фактически руководитель своим бездействием лишает недобровольного кредитора более приоритетного удовлетворения данных требований.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции: 

- решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.12.2018 по делу №А65-27178/2018 с должника в пользу ИП ФИО6 взыскана задолженность в размере 3 412 847,40 руб., возникшая в результате неисполнения обязательств по договору поставки (срок исполнения обязательства – 10.08.2016),

- решением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.12.2018 по делу №А32-38636/2017 с должника в пользу ПАО «МобильныеТелеСистемы» взыскана задолженность в размере 2 363 320,30 руб. (срок исполнения обязательства – 04.04.2017),

- решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.12.2016 по делу №А32-13999/2016 с должника в пользу ПАО «МобильныеТелеСистемы» взыскана задолженность в размере 364 693,23 руб. (срок исполнения обязательства – 2014 год).

Таким образом основания для обращения в суд с заявлением о банкротстве должника имелись уже в 2016 году (неисполненная более трех месяцев обязанность перед двумя кредиторами на сумму более 3,8млн.руб.), однако рассматриваемая обязанность не была исполнена руководителем должника.

Первое дело о банкротстве должника №А65-32203/2018 было возбуждено по заявлению кредитора ИП ФИО8 в 2018 году (требования кредитора основаны на решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.05.2018 по делу №А65-8905/2018 о взыскании с должника в пользу кредитора долга и неустойки) и прекращено 11.06.2020 на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве - отсутствие имущества и денежных средств для финансирования процедуры банкротства должника. При этом текущие расходы по процедуре в размере более 650 тыс.руб. остались непогашенными.

Повторное банкротство должника было возбуждено на основании заявления кредитора ИП ФИО6 в 2020 году.

В результате бездействий руководителей должника, выразившейся в несвоевременном обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом, увеличилась кредиторская задолженность, что повлекло за собой неплатежеспособность должника, и как следствие его банкротство. 

Документальных доказательств обратного в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

При установленных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии правовых оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае руководитель указывает, что на счете должника по состоянию на 2017 год имелись денежные средства, на которые кредиторы не обратили взыскание, не было возбужденных исполнительных производств, активы должника согласно бухгалтерскому балансу превышали размер имеющейся кредиторской задолженности, в 2017 году должником был заключен контракт с НГСЧ и СГК-5 на сумму более 40млн.руб. 

Учитывая, что судом апелляционной инстанции определен момент признака неплатежеспособности должника - 2016 год, доводы ответчика в указанной части суд апелляционной инстанции считает основанными на неверном толковании норм законодательства, действующих в спорный период и фактических обстоятельств дела.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по п.1 ст. 61.11 Закона о банкротстве - за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В обоснование данного довода конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства:

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.10.2021 по делу №А65-15470/2020 признано недействительным осуществление должником платежей в адрес ФИО9 на общую сумму 2 926 980 руб., применены последствия недействительности сделки,

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2022 по делу №А65-15470/2020 признаны недействительными договор аренды пескоструйного аппарата от 10.05.2017 и произведенные на его основании платежи должника в адрес ФИО10 сумму 1 100 000 руб., применены последствия недействительности сделки,

- постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022 по делу №А65-15470/2020 признано недействительным перечисление ООО «Автоматика» по платежному поручению №21 от 02.02.2018 на сумму 308 320,09 руб. на банковскую карту ФИО3, применены последствия недействительности сделки,

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.10.2022 по делу №А65-15470/2020 признаны недействительными договор аренды специального оборудования от 05.05.2017 и произведенные на его основании платежи должника в адрес ответчика на сумму         3 070 000 руб., применены последствия недействительности сделки,

- определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.01.2023 по делу №А65-15470/2020 признано недействительным осуществление должником платежа в адрес ФИО11 02.02.2018 на сумму 200 000 руб., применены последствия недействительности сделки.

Поскольку ответчик совершал сделки, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, и в результате которых невозможно полное погашение требований кредиторов, по мнению конкурсного управляющего, имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Лица, имеющие право от имени должника, совершать сделки перечислены в п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае сделки, на которые указывает конкурсный управляющий как на основание для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, от имени должника совершены ФИО3 как руководителем должника, и признаны судом недействительными по ст. 61.2 Закона о банкротстве как совершенные в отсутствие встречного предоставления (безвозмездно), чем причинен существенный вред кредиторам должника, имевшимся на момент совершения спорных сделок.

Размер совершенных ответчиком сделок на  сумму более 7,5млн.руб. исходя из размера активов должника более 11,6млн.руб., указанных в бухгалтерском балансе за 2018 год, а также размера реестра должника на момент подачи рассматриваемого заявления - более 16,7млн. руб., свидетельствует о существенной убыточности данных сделок для должника и свидетельствует о существенном вреде кредиторам, имевшимся на момент совершения спорных сделок, учитывая прекращение первого дела о банкротстве по причине отсутствия у должника какого-либо имущества.

Таким образом, характер данных сделок подтверждает наличие вреда в результате их заключения.

Если ФИО3 и не был недобросовестным, то по крайней мере очень неэффективно осуществлял контроль над обществом, итогом чего стало сильное увеличение показателя необеспеченности требований кредиторов активами должника. Объясняя смысл подобного регулирования, постановление Пленума N 53 обращает внимание, что в ситуации, когда показатели платежеспособности еще не сильно отклонились в отрицательную сторону от черты объективного банкротства, остается возможность "реанимировать" должника путем антикризисного управления, восстановив его платежеспособность. Когда же из общества "вытряхнуты" все активы, то не остается базиса, на котором можно построить антикризисный план, следовательно, делается невозможным применение реабилитационных процедур (абз. 1 п. 17 постановления Пленума N 53). К тому же с точки зрения добросовестности по отношению к кредиторам такое поведение по выводу всех оставшихся активов явно выглядит сомнительным, и потому справедливо, что на такое поведение законодатель реагирует применением к нарушителю более строгой меры ответственности.

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Если только вред для должника, тогда только убытки. Если же этот вред результировал в банкротство (в невозможность погашения требований всех кредиторов), тогда речь необходимо вести о субсидиарной ответственности.

Таким образом юридический состав субсидиарной ответственности более сложный, следовательно, и предмет доказывания более объемный. Следует также предположить, что причинно-следственная связь между действиями контролирующего лица и наступившим банкротством предопределяет специфику исчисления размера ответственности по этому составу - виновное контролирующее лицо отвечает перед всеми текущими, реестровыми и опоздавшими кредиторами.

С учетом сложности доказывания по этой категории дел законодателем введены опровержимые презумпции, перекладывающие бремя доказывания отсутствия вины на ответчика. 

Как указано в абз. 1 п. 19 постановления Пленума N 53, при доказанности условий, составляющих презумпции, предполагается, что именно в результате действий контролирующего лица стало невозможным погасить требования кредиторов.

Глава III.1 Закона о банкротстве выделяет четыре презумпции по обсуждаемому составу субсидиарной ответственности (п. 2 ст. 61.11), одной из которых является совершение убыточной сделки, причинившей существенный вред должнику.

По вопросу о существенно убыточных сделках обращает на себя внимание ограничительное толкование постановлением Пленума N 53 законодательной нормы, устанавливающей соответствующую презумпцию. Так, в Законе о банкротстве сказано, что сделкой должен быть причинен существенный вред имущественным интересам кредиторов должника. Верховный Суд РФ говорит о том, что такая сделка должна быть значимой для должника относительно масштабов его деятельности и одновременно существенно убыточной.

Кроме того, ограничительным толкованием можно признать дифференциацию предметов доказывания презумпции исходя из статуса ответчика (абз. 2 и 3 п. 23 постановления Пленума N53). Если ответчик являлся менеджером, т.е. лицом, осуществляющим управленческие функции по поводу текущей деятельности компании, к которому применяется правило о защите делового решения (номинальный либо фактический директор, иное контролирующее лицо, по указанию которого совершена сделка, или контролирующий выгодоприобретатель по сделке (хотя он не совсем менеджер)), то для применения презумпции достаточно доказать лишь факт причинения вреда кредиторам.

В Законе о банкротстве указано, что к причиняющим существенный вред сделкам относятся в том числе предусмотренные ст. 61.2 и 61.3 Законом о банкротстве подозрительные и преференциальные сделки. Однако суд апелляционной инстанции отмечает, что и в случае с названными сделками необходимо доказывать наличие существенного вреда, в том числе относительно масштабов деятельности должника. Ведь, действительно, не все неравноценные сделки, совершенные директором, должны автоматически свидетельствовать в пользу наличия оснований для применения презумпции несмотря на то, что сделка, безусловно, обладает признаками п. 1 ст. 61.2 Закона.

В п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве указано, что презумпция с использованием предпочтительных и подозрительных сделок может быть применена даже в условиях, когда сделки недействительными не признавались.

Для недействительности сделок по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (предусматривающего как необходимое условие причинение вреда) необходимо доказать также и недобросовестность контрагента по сделке, т.е. его осведомленность о цели причинения вреда кредиторам должника. Соответственно, даже когда объективно вред причинен, но осведомленность контрагента не доказана, его добросовестность защищает сделку от недействительности. Однако само по себе это не означает, что лицо, по чьей инициативе совершена убыточная сделка (например, руководитель), действовало добросовестно. Напротив, наличие существенного вреда презюмирует нарушение руководителем своей фидуциарной обязанности по отношению к кредиторам должника, а потому в ряде случаев наличие либо отсутствие судебного акта о недействительности по специальным банкротным основаниям не будет иметь никакого значения для применения презумпции, поскольку корпоративная обязанность директора действовать разумно и добросовестно по отношению к возглавляемому им обществу (хотя бы это была уже и ликвидационная стадия их отношений). 

В частности, из презумпций невозможности погашения требований кредиторов должно быть ясно, какова причинная связь между действиями, образующими презумпции, и негативным последствием. Что касается совершения убыточной сделки, то связь очевидна: в результате незаконного вывода активов снижаются шансы кредиторов на погашение их требований.

Возражая против доводов заявителя, ответчик по сути выражает не согласие с судебными актами по признанным недействительными сделками, указывая на неполное выяснение судом обстоятельств обособленных споров, т.е. направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов, что не допустимо в силу действующего законодательства в связи с чем, доводы ответчика в указанной части суд апелляционной инстанции считает основанными на неверном толковании норм законодательства, действующих в спорный период и фактических обстоятельств дела.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ приняв во внимание, что конкурсный управляющий пояснил, отсутствие каких конкретно документов повлекло невозможность формирования конкурсной массы должника и обосновал, каким образом не представление ответчиком указанных документов препятствует формированию конкурсной массы, установив обстоятельства, свидетельствующие о неисполнении руководителем обязанности по представлению имеющихся у него документов, а также факта причинения вреда имущественным интересам должника и его кредиторам в результате совершения ряда сделок должника, обстоятельств не подачи в суд заявления о признании должника банкротом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон и фактических обстоятельств дела, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, фактически дублируют доводы, приводимые заявителем в суде первой инстанции и опровергаются материалами дела в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции нормы материального права применены верно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 июля 2023 года по делу №А65-15470/2020 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийА.В. Машьянова 

Судьи           Ю.А. Бондарева

                                                     Л.Р. Гадеева