Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А50-16374/2019

25 ноября 2020 года

город Пермь

Резолютивная часть решения объявлена 20 ноября 2020 года. 

Полный текст решения изготовлен 25 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Ушаковой Э.А.,

при ведении протокола судебного заседания 

помощником судьи Игошевой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Охранное агентство «Шериф - Березники» (Пермский край, г. Березники; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>)

к ФИО1

о взыскании 36 067 225 руб. 66 коп. убытков,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО2, доверенность от 09.11.2020 № 35, паспорт, копия диплома; ФИО3, доверенность от 01.09.2020 № 32, копия диплома, паспорт;

от ответчика: ФИО1, паспорт; ФИО4, доверенность от 29.06.2020, удостоверение адвоката,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Охранное агентство «Шериф - Березники» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании 36 067 225 руб. 66 коп. убытков, причиненных обществу в период исполнения обязанностей генерального директора общества, на основании ст.ст. 15, 50, 53.1 ГК РФ, ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 04.11.2019 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взысканы убытки в сумме 900 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску в размере 5 075 руб., в удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 08.07.2020 решение Арбитражного суда Пермского края от 04.11.2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020 по настоящему делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Истец исковые требования поддерживает в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, письменных пояснениях, просит удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

Ответчик исковые требования не признает в полном объеме по основаниям, изложенным в письменном отзыве, дополнительном отзыве, дополнительных пояснениях, просит отказать в иске в полном объеме. 

Исследовав материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, заслушав пояснения участвующих в деле лиц, арбитражный суд установил следующее.

  Из материалов дела следует, что ООО «Охранное агентство «Шериф - Березники» зарегистрировано 16.06.2005, в период с 25.05.2016 по 24.02.2016 директором общества являлся ФИО1

Межрайонной ИФНС России № 2 по Пермскому краю (далее – налоговая инспекция) проведена выездная налоговая проверка ООО «Охранное агентство «Шериф - Березники» на предмет правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014, по результатам которой составлен акт от 26.05.2016 № 13.06.

30.06.2016, рассмотрев материалы проверки и возражения налогоплательщика заместителем начальника ИФНС вынесено решение № 13.06 от 30.06.2016, которым обществу доначислены налог на прибыль, налог на добавленную стоимость в общем размере 28 220 775 руб., соответствующие суммы пени 6 015 984,51 руб., а также общество привлечено к ответственности по статье 122 НК РФ за неуплату названных налогов в виде штрафов на сумму 930 466,15 руб.  

Налоговым органом отказано обществу в праве учесть в составе расходов для целей исчисления налога на прибыль суммы затрат по документам ООО "Ветлан" (874 400 руб.), ООО "Служба технической безопасности" (далее - ООО "СТБ", 33 361 766 руб.), ООО "Региональная консьержная служба" (далее - ООО "РКС", 32 403 679 руб.), а также в праве учесть в составе вычетов по НДС за 3-4 кв. 2012 года и 1-2 кв. 2013 года суммы налога, предъявленные ООО "Уралком" (354 277 руб.), ООО "Ветлан" (157 392 руб.), ООО "СТБ", ООО "РКС" 17 352 914 руб., со ссылкой на создание названными участниками сделок видимости хозяйственных операций с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Не согласившись с решением № 13.06 от 30.06.2016, общество обжаловало его в вышестоящий налоговый орган в части доначисления налогов и пени по взаимоотношениям с ООО «Ветлан», ООО «Служба технической безопасности», ООО «Региональная консьержная служба», ООО «Уралком». 

Решением УФНС России по Пермскому краю ненормативный акт инспекции № 13.06 от 30.06.2016 оставлен без изменения. 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 18.01.2017 по делу № А50-25252/2016, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 17.04.2017 № 17АП-2963/2017-АК, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 21.06.2017 № Ф09-3498/17, требование общества о признании вынесенное Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Пермскому краю решение № 13.06 от 30.06.2016 оставлено без удовлетворения.

Ссылаясь на то, что по вине ответчика общество привлечено к ответственности в виде штрафов и пеней, обществу доначислена недоимка по налогам, а также на то, что общество понесло убытки в виде необоснованно перечисленных денежных средств в отсутствие реальности сделки по контрагенту  ООО «Ветлан», истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском на основании ст.ст. 32, 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что ответчик в нарушение принципов добросовестности и разумности при исполнении обязанностей единственного исполнительного органа общества:

-не осуществил до заключения договоров проверку контрагентов на предмет их состоятельности и деловой репутации, а также возможности реального исполнения ими обязательств по договорам;

-действовал в ущерб интересам общества, о чем знал или должен был знать, заключив договор с ООО «УралКом» и ООО «Ветлан», имеющими признаки «фирм-однодневок»;

-в рамках взаимоотношений с ООО «УралКом» и ООО «Ветлан» совершал действия, направленные на имитацию посредством сформированного документооборота операций по договорам при том, что реальность выполнения данных операций в адрес общества названными контрагентами не подтверждена;

-в рамках взаимоотношений с ООО «СТБ» и ООО «РКС» осуществил действия неэкономического характера, не соответствующие основной цели деятельности обществ с ограниченной ответственностью - получению прибыли, а именно, заключил экономически нецелесообразные договоры, убыточные для общества.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может потребовать полного возмещения ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. К таковым органам относится, в том числе и единоличный исполнительный орган общества - директор, который действует от имени юридического лица без доверенности.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 44 Закон об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор) несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения иска, являются: факт причинения убытков, недобросовестное или неразумное поведение ответчиков при исполнении своих обязанностей, а также при определении действий юридического лица, в том числе при даче указаний лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, причинно-следственная связь между ненадлежащим поведением и причиненными убытками, размер убытков.

В этой связи при разрешении спора об убытках, основанного на нарушении обществом требований налогового законодательства, следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях.

Из материалов дела следует, что договоры были заключены с обществами "Ветлан", "СТБ", "РКС", "Уралком" в период руководства деятельностью общества "Охранное агентство "Шериф-Березники" ФИО1

Истец, заявляя требование о взыскании убытков, указал, что ответчик, заключая договор от 01.10.2012 N 29 о предоставлении рекламных услуг в сети Интернет с обществом "Ветлан", а также договор аренды оборудования от 01.09.2012 N 85 с обществом "УралКом", производя оплату по указанным договорам, совершил действия, направленные на создание видимости реальных хозяйственных отношений с организациями, имеющими признаки "фирм-однодневок" (фактически - совершил мнимые сделки),

Кроме того, истец ссылается на то, что договоры аутсорсинга, заключенные ответчиком с обществами "СТБ" и "РКС", являются экономически нецелесообразными, убыточными, поскольку налоговым органом было выявлено отсутствие разумной деловой цели при заключении договоров (себестоимость услуг оказалась выше расходов истца на выплату заработной платы; перевод работников истца в другие организации имел формальный характер).

В обоснование заявленных требований истец ссылается на обстоятельства, установленные проведенной выездной налоговой проверкой в отношении  ООО «Охранное агентство «Шериф - Березники» на предмет правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014.

Таким образом, при разрешении спора об убытках, основанного на нарушении организацией требований налогового законодательства, следует установить те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали либо опровергали виновное поведение ответчика как руководителя в допущенных нарушениях.

В ходе проведенной налоговой проверки в отношении ООО "Ветлан" (ИНН 

<

***>) установлено, что между ООО "Шериф-Березники" (заказчик) и ООО "Ветлан" (исполнитель) заключен договор N 29 от 01.10.2012 о предоставлении рекламных услуг в сети Интернет, согласно которому исполнитель оказывает заказчику услуги: размещение материалов и информации заказчика на Интернет-сайтах, указанных в счетах на оплату согласно стоимости услуг, указанных в прейскуранте к настоящему договору; по предоставлению Заказчику статистики размещения баннеров.

ООО "Ветлан" по адресу, указанному в Едином государственном реестре юридических лиц, не находится, что подтверждается протоколом осмотра от 03.02.2016; по выписке банка расходные операции по выплате заработной платы, на аренду имущества не производятся, какое-либо имущество, необходимое для ведения хозяйственной деятельности не имеет; согласно информационным ресурсам налоговых органов численность работников составляет 1 человек. В ходе проведения проверки факт оказания услуг ООО "Ветлан" по размещению материалов и информации Налогоплательщика на Интернет-сайтах налогоплательщику не подтвержден. Доказательства реальности оказанных услуг: копии Интернет-страниц (скриншоты), деловая переписка по вопросам согласования проектов (дизайна) Интернет - сайта, баннеров, рекламных текстов, договора с организациями-провайдерами для оказания рекламных услуг, ни налогоплательщиком, ни контрагентом, не представлены. Расходные операции, связанные с выплатой дохода организациям и физическим лицам за предоставление услуг в области информационных, компьютерных технологий, по всей цепочке контрагентов отсутствуют, что так же не свидетельствует о реальном оказании услуг. Результатами почерковедческой экспертизы от 12.05.2016 N 08.2-52/35 установлено, что подписи в договоре о предоставлении рекламных услуг от 01.10.2012 N 29, счетах-фактурах от имени директора ООО "Ветлан" подписаны не ФИО5, а какими-то другими лицами с подражанием ее подписи. Налоговым органом сделан вывод, что указанные обстоятельства в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют об отсутствии реальности хозяйственных операций между обществом и указанным контрагентом, действия налогоплательщика направлены на получение необоснованной налоговой выгоды.

По взаимоотношениям с ООО "Уралком" (ИНН 

<

***>) в ходе проверки установлено, что между ООО «Охранное агентство «Шериф - Березники» и ООО "Уралком" заключен договор аренды оборудования от 01.09.2012 N 85, ООО "Уралком" в качестве юридического лица зарегистрировано 28.06.2012 незадолго до заключения договора аренды от 01.09.2012 N 85 с ООО "ОА Шериф-Березники", основным видом деятельности ООО "Уралком" заявлена прочая оптовая торговля (код ОКВЭД 51.70), что не соответствует виду и характеру услуг, оказываемых для ООО "ОА "Шериф-Березники" (предоставление в аренду сложно-технического, дорогостоящего оборудования). ООО "Уралком" имуществом, необходимым для ведения финансово-хозяйственной деятельности, управленческого, технического персонала, условий и ресурсов для ведения какой-либо финансово-хозяйственной деятельности не располагало. Налоговым органом сделан вывод о невозможности совершения сделки по предоставлению в аренду сложно-технического, дорогостоящего оборудования сделан ввиду отсутствия трудовых ресурсов, отчетность по форме 2 НДФЛ о выплаченных работникам организации доходах за 2012-2013 года ООО "Уралком" в налоговый орган не представлялись. Допрошенный руководитель ООО "Уралком" - ФИО6 сообщила, что сведений об организации ООО "ОА "Шериф-Березники" не имеет, какие-либо гражданско-правовые договоры с указанным лицом не заключались, согласно результатам почерковедческой экспертизы от 12.05.2016 N 08.2-52/35, документы (договор аренды оборудования от 01.09.2012 N 85, счета-фактуры, акты о доставке) подписаны одним лицом, но не ФИО6, а каким-то другим лицом с подражанием ее подписи. Анализ движения денежных средств по счету ООО "Уралком" показал отсутствие операции по выплате заработной платы, на аренду имущества, основные перечисления в адрес ООО "Уралком" поступали от группы организаций (ООО "РКС", ООО "СТБ", ООО "Частное охранное предприятие "Шериф-охрана", ООО "Охранное агентство "Пультовая охрана", ООО "АБ "Полис") подконтрольных одному лицу - ФИО7, работнику налогоплательщика. Какие-либо операции, связанные с приобретением оборудования, переданного в аренду Обществу, по всей цепочке контрагентов отсутствуют; документы, свидетельствующие о покупке технических средств за наличный расчет участниками сделок не представлены. Из совокупности установленных обстоятельств, сделан вывод, что спорный контрагент фактически не мог осуществить услуги по предоставлению в аренду сложно-технического, дорогостоящего оборудования, в связи с отсутствием необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, а представленные налогоплательщиком документы содержат недостоверные сведения, подписаны неуполномоченными (неустановленными) лицами, не соответствуют положениям статьи 169 НК РФ и не могут являться надлежащим доказательством правомерности принятия к вычету НДС.

По эпизодам взаимоотношений налогоплательщика с ООО "СТБ" и ООО "РКС" установлено, что между обществом (заказчик) и ООО "СТБ" заключен договор аутсорсинга N 1 от 15.08.2012, в соответствии с которым ООО "СТБ" приняло на себя обязательства по поиску и подбору персонала, отвечающего требованиям заказчика, предоставить в распоряжение заказчика своих сотрудников для выполнения ими на объектах, являющихся зоной ответственности заказчика работ по техническому обслуживанию системы пожарной сигнализации на объектах заказчика. Стоимость услуг по договору определена в размере 118,65 руб. человеко/час работы одного сотрудника без учета НДС.

Между обществом (заказчик) и ООО "РКС" также заключен договор аутсорсинга N 1 от 15.08.2012, в соответствии с которым ООО "РКС" приняло на себя обязательства по поиску, подбору персонала, отвечающего требованиям заказчика, предоставлять в распоряжение заказчика своих сотрудников для выполнения ими на объектах заказчика следующих работ: осуществлять на территории, являющейся зоной ответственности заказчика внутри объектовый и контрольно-пропускной режим; в случае противоправных действий принять меры по пресечению правонарушения и задержанию нарушителя; обеспечить соблюдение установленных правил противопожарной безопасности; пресекать противоправные посягательства на территорию, являющейся зоной ответственности заявителя и т.д.

ООО "СТБ" и ООО "РКС" зарегистрированы 25.07.2012 незадолго до подписания договоров аутсорсинга с налогоплательщиком (15.08.2012) и располагаются по одному адресу: 

<

...>.

Как установлено в ходе налоговой проверки, спорные контрагенты не имеют материальной базы, ресурсов для ведения хозяйственной деятельности (имущества, офисных помещений); в течение всего периода деятельности расходов, необходимых для производственного процесса, не совершали; кроме как предоставления персонала заявителю, иная деловая активность у заявленных контрагентов отсутствует.

Руководителем ООО "СТБ" и ООО "РКС" с 25.07.2012 по 24.02.2014 значится ФИО7, он же числится директором, учредителем и главным бухгалтером еще в 18 юридических лицах и является работником группы компаний "Шериф" (ООО "ОА Шериф-Березники", ООО "ОА Шериф-безопасность", ООО "ЧОП Шериф-Пермь", ООО "АБ Шериф-охрана", ООО "ЧОП Шериф-Соликамск"), получает от названных лиц доходы за исполнение трудовых обязанностей охранника, что подтверждается ведомостями о начислении и выплате заработной платы, справками формы N 2-НДФЛ. ООО "СТБ" и ООО "РКС" финансировались за счет денежных средств группы компаний "Шериф".

Из анализа движения денежных средств по расчетным счетам исполнителей установлено, что средства взаимозависимых (аффилированных компаний) через счета ООО "СТБ" и ООО "РКС" впоследствии перечислялись на счета недействующих организаций (ООО "Ветлан", ООО "Феникс", ООО "Уралбизнес", ООО "Кама-Трейд", ООО "Уралком"), зарегистрированных на "номинальных" руководителей, в том числе умерших, оставшаяся часть средств обратно переводится на счета ООО "СТБ" и ООО "РКС" под видом возврата денежных займов.

В ходе проверки установлено, что единственные клиенты ООО "СТБ" и ООО "РКС" - организации в которых руководителями являются либо ФИО7 либо ФИО1 (ООО "ОА "Шериф-Березники", ООО "ОА "Шериф-Безопасность", ООО "ЧОП "Шериф-охрана" и т.д.). По окончании взаимоотношений с обществом ООО "СТБ" и ООО "РКС" ликвидированы по причине реорганизации в форме присоединения к ООО "Малина", информация о прекращении деятельности организаций внесена в ЕГРЮЛ 28.05.2014.

Согласно справкам о доходах физических лиц по форме N 2-НДФЛ за 2012 и 2013 годы общее количество сотрудников в ООО "СТБ" и ООО "РКС", которым произведена выплата заработной платы, составляло соответственно 119 и 1 138 человек, однако сведения о среднесписочной численности работников за 2012 и 2013 годы представлены на 33 и 323 человек., доказательства заключения трудовых договоров с физическими лицами, документы по кадровому учету персонала ООО "СТБ" и ООО "РКС" не представлены.

Согласно анализу информации, полученной в ходе многочисленных допросов работников общества, фактически работники общества в принудительном порядке с формулировкой "по собственному желанию", увольнялись из ООО "ОА "Шериф-Березники" и переводились в ООО "СТБ", ООО "РКС", при этом трудовые книжки на руки уволенным работникам не выдавались; функции каждого из переведенных во вновь созданные общества сотрудников и место осуществления трудовой деятельности, условия, характер работы, рабочий инвентарь, режим работы не изменялись; часть заработной платы перечислялась на банковскую карту, а часть выдавалась в наличной форме в офисе налогоплательщика; после ликвидации организаций работники вновь трудоустроены в ООО "ОА "Шериф-Березники".

По сообщению допрошенных работников руководством ООО "ОА "Шериф-Березники" до них доведена информация о том, что причиной перевода в ООО "СТБ" и ООО "РКС" являлась передача охраняемых объектов, принадлежащих ПАО "Уралкалий", на обслуживание другой компании и предстоящее в связи с этим прекращение деятельности ООО "ОА Шериф-Березники". Между тем в ходе проверки ПАО "Уралкалий" информацию о передаче своих объектов иной охранной организации и о расторжении договоров с ООО "ОА Шериф-Березники" опровергло.

Проведенный налоговым органом анализ финансовых показателей деятельности Общества в проверяемый период позволил налоговому органу сделать вывод о том, что совершение хозяйственных операций с ООО "СТБ" и ООО "РКС" с контрагентами повлекло для Общества повышение себестоимости реализованных охранных услуг и, соответственно, снижение рентабельности (доходности) продаж (страница 54 решения от 30.06.2016 N 13.06); в сфере налогообложения обществом уменьшены начисления и уплата в бюджет налога на доходы физических лиц, НДС; увеличена расходная часть по налогу на прибыль в связи с учетом затрат на оплату услуг по предоставлению работников неспециализированными компаниями.

Таким образом, налоговым органом сделан вывод, что указанные обстоятельства в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют об отсутствии реальности хозяйственных операций между налогоплательщиком его контрагентами ООО "Ветлан", ООО "СТБ", ООО "РКС", ООО "Уралком", документы по взаимоотношениям с указанным контрагентами содержат недостоверную, неполную, противоречивую информацию, оформление пакета документов носило недобросовестный характер, было направлено на получение необоснованной налоговой выгоды, без осуществления реальной финансово-хозяйственной деятельности. Целью данных действий налогоплательщика было получение необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения размера налоговой обязанности, вследствие завышения расходов по налогу на прибыль (ООО "Ветлан", ООО "СТБ" и ООО "РКС"), и налоговых вычетов по НДС (ООО "Уралком" ООО "Ветлан", ООО "СТБ" и ООО "РКС"). Доказательств фактического оказания работ/услуг не подтверждено ни документами, как того требует налоговое, бухгалтерское законодательство, ни контрольными мероприятиями.

Необходимо отметить, что стандарт разумного и добросовестного поведения руководителя организации предполагает совершение им действий в интересах общества и его участников на основе достаточной информированности, с должной степенью заботливости и осмотрительности, принятие решений с учетом всей имеющейся информации, в отсутствие конфликта интересов, в рамках обычного предпринимательского риска.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее – постановление № 62), в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Таким образом, гражданское законодательство основывается на презумпции добросовестности и разумности, что предопределяет необходимость ее опровержения в целях привлечения к ответственности лиц, входящих в органы управления корпорации.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В пунктах 2 и 3 постановления № 62 приведены универсальные примеры оснований недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора, перечень которых не является исчерпывающим, однако определяет некие оценочные критерии для квалификации действий руководителя компании с точки зрения содержания в них негативного риска для юридического лица.

При доказанности со стороны истца наличия признаков недобросовестности (неразумности) действий руководителя (в данном случае истец ссылался на заключение договоров, не отвечающих интересам Общества, на заведомо невыгодных условиях, с лицами, не способными исполнить обязательства ввиду отсутствия каких-либо ресурсов) бремя представления доказательств обратного возлагается на ответчика.

Как следует из материалов налоговой проверки, материалов настоящего дела, первоначально опрошенный 25.04.2016 в ходе налоговой проверки ФИО1 пояснял, что не знает об обстоятельствах заключения договора об оказании рекламных услуг с ООО «Ветлан» (т. 1 л.д. 85), не помнит об обстоятельствах заключения договора аренды оборудования с ООО «Уралком» (т. 1 л.д. 77).

Позднее, 31.05.2017, при даче объяснений в следственном отделе по г. Березники СУ СК России по Пермскому краю (т. 5 л.д. 4-6) ФИО1 пояснял, что:

- в 2012 г. был заключен договор на рекламу с ООО «Ветлан», договор подписывал он, где расположена данная организация не знает, договор заключался юристами  ООО «ОА «Шериф-Березники», с руководителем ООО «Ветлан» ФИО6 он не общался и не знаком, фактически деятельность данной организацией осуществлялась, так как рекламу ООО «ОА «Шериф-Березники» постоянно заказывало и ФИО1 видел баннеры и рекламные щиты, данная организация не была единственной, где заказывалась реклама, не может утверждать, что виденные им рекламные средства были выполнены данной организацией. 

- в 2012 г. был заключен договор с ООО «Уралком» по аренде оборудования, которое устанавливали на ул. Мира, 44 для передачи сигнала до клиентов; договор подписывал  он, где расположена данная организация он не знает, договор заключался юристами  ООО «ОА «Шериф-Березники», с руководителем ООО «Уралком» ФИО5 он не общался и не знаком; фактически оборудование было установлено, однако вопреки всему руководитель организации отказывалась подтверждать факт того, что данное оборудование было установлено и передано в аренду ООО «ОА «Шериф-Березники», все переговоры с руководителем вела ФИО8

При рассмотрении дела арбитражным судом в судебном заседании 20.11.2020 на вопросы суда ФИО1 пояснил, что заключением договора с ООО «Уралком» занимался технический отдел, ФИО9, что нужно было быстро найти оборудование, нашли его, установили. Относительно договора с ООО «Ветлан» пояснил, что рекламой занимался отдел продаж, они предложили компанию, услуги рекламы были оказаны, после рекламы увеличилось заключение договоров.

По вопросам заключения договоров с ООО "СТБ", ООО "РКС" ФИО1, опрошенный 25.04.2016 в ходе налоговой проверки, пояснял, что в конце 2012 года ООО «ОА Шериф-Березники» потеряло больше половины объектов у основного заказчика ПАО «Уралкалий» в связи с приходом нового охранного предприятия «Транс-Блок». Кроме этого, в начале 2012 года произошло снижение стоимости человека/час на 11% со 175 рублей/час до 150 рублей/час. ФИО1 доложил о сложившейся тяжелой ситуации Совету директоров ООО «ОА «Шериф-Березники» в составе ФИО10, ФИО11, ФИО12 и о необходимости поиска выхода из данной ситуации. В то же время к ФИО1 обратился с предложением о создании ООО «РКС» и «СТБ» ФИО13, генеральный директор учебного центра «Гранд», который на протяжении многих лет предоставлял квалифицированный персонал (обученных, лицензированных охранников) для ООО «ОА «Шериф-Березники». Предложение ФИО13 было озвучено ФИО1 на Совете директоров, после консультаций среди членов Совета директоров было принято решение по заключению договоров с ООО «РКС» и ООО «СТБ». Данное решение было устно озвучено ФИО1 и устно дано распоряжение проработать детали для заключения договоров с ООО «РКС» и ООО «СТБ». Договора составляли юристы ООО «ОА Шериф-Березники» в офисе по адресу: 

<

...> (адрес офиса ООО «ОА «Шериф-Березники»). При заключении договора стороны не присутствовали, ФИО1 подписал договора со своей стороны с одобрения Совета директоров.

При даче объяснений в следственном отделе по г. Березники СУ СК России по Пермскому краю 31.05.2017 ФИО1 пояснял, что ему неизвестно, каким образом производился поиск организаций ООО «РКС» и ООО «СТБ», необходимость заключения договоров с указанными организациями возникла по экономическим причинам, в 2012 году сменилось руководство ОАО «Уралкалий», в том числе директор по безопасности, который 50% объема передал другому охранному предприятию ООО «Трансблок»; на тот момент ОАО «Уралкалий» являлся основным клиентом ООО «ОА «Шериф-Березники», перед собственниками встал вопрос либо о прекращении деятельности, либо о принятии мер по выходу из ситуации, таким образом, были заключены указанные договоры; члены совета директоров  приняли  решение о заключении договоров; о  неблагонадежности данных  организаций ФИО1  ничего   известно  не  было. Указывал, что в целях решения вопроса о заключении договоров аутсорсинга он обратился к  руководителю центра «Гранд» ФИО13, который посоветовал обратиться к ФИО7, ранее работавшему в ООО «ОА «Шериф-Березники» и являющемуся на тот момент директором ООО «РКС и ООО «СТБ», через ФИО13 была достигнута договоренность о предоставлении сотрудников по договорам аутсорсинга, лично с ФИО7 он не общался, не знал о том, что ФИО7 являлся руководителем еще в 18 организациях и что ООО «РКС» и ООО «СТБ» фактически фирмы-однодневки. 

В последующем, уже при рассмотрении арбитражным судом настоящего дела, ответчик давал аналогичные пояснения по обстоятельствам заключения договоров с ООО «РКС» и ООО «СТБ», добавив относительно мотива выбора именно указанных организаций, что аналогичных ООО «РКС», ООО «СТБ» организаций, способных выполнить возложенные на них обязательства в Пермском крае  не имелось.

К вышеуказанным противоречивым непоследовательным пояснениям ФИО1 суд относится критически, необходимо отметить, что доводы ответчика  о том, что перевод работников общества в ООО «РКС» и ООО «СТБ» обусловлено передачей ПАО «Уралкалий» охраняемых объектов иной охранной организации,  не нашли своего подтверждения и в ходе проведенной проверки были опровергнуты ПАО «Уралкалий».

Возражая относительно заявленных исковых требований, ответчик указал, что недобросовестность и неразумность его действий, как директора общества, при заключении спорных договоров не подтверждается обстоятельствами дела. Пояснил, что общество «ОА «Шериф-Березники» являлось крупным предприятием, на котором подготовка к заключению договора производится службами, а директор лишь фиксирует выполненную службами работу при подписании договора; практика заключаемых договоров предусматривала прохождение договоров через юридический отдел, бухгалтерию, другие отделы перед подписанием директором, в связи с чем принимая решение по данным договорам ФИО1 не изменял  сложившуюся в обществе систему принятия решения по заключению договоров, а масштабы (размеры) предприятия исключали возможность принятия ФИО1 решения по спорным договорам единолично без проведения надлежащей проверки. Отметил, что доказательством того, что неправомерность заключения спорных договоров не являлась очевидной, является дело № А50-25252/2016, в рамках которого  само общество  (истец по настоящему делу) доказывало правомерность действий общества и директора при заключении и исполнении спорных договоров, в связи с чем, по мнению ответчика, действия общества по предъявлению требований к ФИО1 в рамках настоящего дела следует расценивать как злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ). Ответчик сослался также на то обстоятельство, что данные спорные договоры не были оспорены ни новым директором, ни учредителями общества даже тогда, когда в отношении ООО «РКС», ООО «СТБ» были выявлены возможные проблемы в связи с доначислением налогов. 

Принимая во внимание совокупность установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств и основной вывод налогового органа об отсутствии доказательств осуществления истцом реальной финансово-хозяйственной деятельности в отношениях со своими контрагентами, а также выводы суда в рамках дела № А50-25252/2016, учитывая, что документы по взаимоотношениям с указанными контрагентами содержали недостоверную, неполную, противоречивую информацию, оформление данных документов носило недобросовестный характер, было направлено на получение необоснованной налоговой выгоды, без осуществления реальной финансово-хозяйственной деятельности, что целью данных действий налогоплательщика являлось получение необоснованной налоговой выгоды по налогу на добавленную стоимость в виде завышения действительного размера налогового вычета и по налогу на прибыль в виде завышения действительных размеров расходов, учитываемых в целях налогообложения прибыли и уменьшающих полученные доходы, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик  действовал  добросовестно и разумно при выборе контрагентов, а также о несостоятельности приведенного ответчиком в обоснование возражений по заявленным исковым требованиям довода о том, что недобросовестность и неразумность его действий, как директора общества, при заключении спорных договоров не подтверждается обстоятельствами дела. 

В ходе проведенной налоговой проверки в отношении договоров с ООО «РКС», ООО «СТБ» было установлено, что ООО «ОА «Шериф-Березники» не преследовали цели минимизирования расходов организации для получения максимальной прибыли, а преследовало цель минимизации налоговых обязательств.

В соответствии с актом налоговой проверки перечисленные организации не осуществляли хозяйственной деятельности в заявленной области (оказание рекламных услуг, предоставление имущества в аренду, оказание услуг по подбору персонала), не владели достаточными основными средствами и не располагали ресурсами, необходимым для оказания каких-либо услуг; в отношении обществ "РКС" и "СТБ" отмечено, что работники истца были переведены на работу в общества "СТБ" и "РКС"; функции каждого из переведенных во вновь созданные общества сотрудников и место осуществления трудовой деятельности, условия, характер работы, рабочий инвентарь, режим работы не изменялись; часть заработной платы перечислялась на банковскую карту, а часть выдавалась в наличной форме в офисе налогоплательщика (общества "Охранное агентство "Шериф-Березники"); после ликвидации обществ "СТБ" и "РКС" работники вновь были трудоустроены в общество "Охранное агентство "Шериф-Березники"; иной деятельности, кроме как предоставление персонала истцу, данные организации не осуществляли.

Ответчиком не представлено надлежащих доказательств, опровергающих установленные в рамках налоговой проверки обстоятельства и свидетельствующих о проявлении ФИО1 как директором общества должной степени осмотрительности при выборе контрагентов по спорным сделкам с учетом того, что по условиям делового оборота при осуществлении данного выбора оцениваются деловая репутация, платежеспособность организаций, наличие у них необходимых ресурсов, персонала и опыта.

Ссылки ответчика на то, что заключение договоров с ООО «РКС», ООО «СТБ» было одобрено членами совета директоров общества, что в обществе  подготовка к заключению договора производится службами, а директор лишь фиксирует выполненную службами работу при подписании договора, судом отклоняются исходя из разъяснений, изложенных в п. 7 постановления № 62, согласно которым не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Суд принимает во внимание, что налоговым органом установлена вина именно ФИО1 как руководителя ООО «ОА «Шериф-Березники» в выявленных налоговых правонарушениях  (т. 1 л.д. 161).

Кроме того, установлен умысел общества как налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды по налогу на добавленную стоимость в виде завышения действительного размера налогового вычета и по налогу на прибыль в виде завышения действительных размеров расходов.

Таким образом, указанные обстоятельства в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о недобросовестном характере действий налогоплательщика, создании обществом искусственной ситуации, не имеющей реальной деловой цели, направленной исключительно на необоснованное получение налоговой выгоды в виде уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль организации и уменьшения размера налоговой обязанности, вследствие завышения налоговых вычетов по НДС.

По результатам проведенной проверки, с учетом установленных налоговым органом вышеизложенных обстоятельствах обществу доначислены налог на прибыль в размере 10 329 176 руб., налог на добавленную стоимость в размере 17 891 599 руб. - в общем размере 28 220 775 руб., соответствующие суммы пени 6 015 984,51 руб., а также общество привлечено к ответственности по статье 122 НК РФ за неуплату названных налогов в виде штрафов на общую сумму 930 466,15 руб. (т. 1 л.д. 161-162), заявленные истцом к возмещению за счет ответчика в качестве убытков.

  По делам о возмещении директором убытков их размер определяется по общим правилам пункта 2 статьи 15 ГК РФ (абзац первый пункта 6 постановления № 62): юридическое лицо, чье право нарушено, вправе требовать возмещения в том числе расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Это означает, что в результате возмещения убытков хозяйственное общество должно быть поставлено в то положение, в котором оно находилось бы, если бы его право не было нарушено.

Возврат должника в состояние, существовавшее до нарушения права, предполагает восстановление прежней структуры его баланса, то есть снижение за счет лица, по вине которого начислены пени и штрафы, совокупного размера обязательств общества на сумму, равную сумме дополнительных долгов по санкциям, возникшим из-за действий (бездействия) этого лица.

В случае, если увеличение размера публично-правовых обязательств частноправового субъекта перед бюджетом, возникло в связи с неправомерными действиями (бездействием) единоличного исполнительного органа такого субъекта по несвоевременной уплате налогов, что привело к привлечению его к налоговой ответственности и повлекло возникновение дополнительного объема обязательств по уплате пени, то сумма указанных пени и штрафов может быть возложена на директора в качестве убытков.

Таким образом, рассматривая заявленные истцом требования в части взыскания убытков в виде начисленных пени в сумме 6 015 984 руб. 51 коп. и штрафа в сумме 930 466 руб. 15 коп.,  суд исходит из того, что необходимой причиной начисления пеней и привлечения общества к налоговой ответственности в виде штрафа послужили недобросовестные действия ответчика, допустившего формальное оформление документооборота с «сомнительными» контрагентами в целях занижения налогооблагаемой базы, с целью получения необоснованной налоговой выгоды по налогу.

Исходя из анализа материалов дела, суд признает   доказанным факты недобросовестного поведения ФИО1 как директора истца, наличия причинно-следственной связи между этим его поведением и привлечением истца к ответственности в виде начисления ему пеней, штрафов, поскольку при должном исполнении ФИО1 обязанностей руководителя соответствующие обязательства не возникли бы у истца.

Применительно к рассматриваемому случаю до совершения ответчиком  действий, связанных с формальным документооборотом с обществами "Ветлан", "СТБ", "РКС", "Уралком", истец не имел долговых обязательств перед бюджетом по налогам и соответственно пеням, возврат истца в состояние, существовавшее до нарушения права, предполагает восстановление прежней структуры его баланса, которая была бы без неправомерного вмешательства ответчика, то есть снижение за счет руководителя совокупного размера обязательств общества на сумму, равную сумме дополнительных долгов по санкциям, возникших из-за действий руководителя, в связи с чем суд признает обоснованными требования истца в части взыскании с ответчика убытков в общей сумме 6 946 450,66 руб., составляющих размер начисленных истцу на основании решения налогового органа № 13.06 от 30.06.2016 пени в сумме 6 015 984 руб. 51 коп. и штрафа в сумме 930 466 руб. 15 коп.

Относительно требований истца о взыскании с ответчика убытков в виде доначисленных налога на прибыль, налога на добавленную стоимость в общем размере 28 220 775 руб., из которых налог на прибыль в размере          10 329 176 руб., налог на добавленную стоимость в размере 17 891 599 руб., суд установил следующее.

Согласно ст. 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги.

В силу ст. 247 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

Налог на прибыль организаций - это прямой налог, его величина прямо зависит от конечных финансовых результатов деятельности организации. Налог начисляется на прибыль, которую получила организация, то есть на разницу между доходами и расходами. Прибыль - результат вычитания суммы расходов из суммы доходов организации - является объектом налогообложения. Правила налогообложения налогом на прибыль определены в главе 25 Налогового кодекса Российской Федерации.

Положениями ст. 11 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что недоимкой является сумма налога или сумма сбора, не уплаченная в установленный законодательством о налогах и сборах срок. 

Таким образом, исходя из смысла данного понятия, отнесение суммы недоимки по налогу на прибыль к убыткам общества является ошибочным, поскольку данная сумма по своей правовой природе не относится к штрафным санкциям, а является суммой обязательного налогового платежа просроченного к оплате, но подлежащего в любом случае оплате налогоплательщиком.

Таким образом, при наличии допущенных налогоплательщиком нарушений по уплате обязательных платежей в виде налога на прибыль ответственность несет хозяйствующий субъект, без права отнесения вины на единоличный исполнительный орган общества.

С учетом изложенного, поскольку по своей правовой природе налог на прибыль, начисленный обществу, не является мерой налоговой ответственности и подлежит в любом случае уплате истцом, исковые требования в части взыскания с ответчика убытков виде начисленного налога на прибыль в размере 10 329 176 руб. удовлетворению не подлежат.

Заявленные истцом требования в части взыскания убытков в виде налога на добавленную стоимость в размере 17 891 599 руб. являются обоснованными и подлежащими удовлетворению, поскольку, как следует из материалов налоговой проверки, в рассматриваемом случае обществом были перечислены спорным контрагентам денежные средства , включающие в себя НДС, то есть в результате доначисленных сумм НДС общество понесло дополнительное бремя по уплате налога, перечислив его и в адрес контрагентов, и в бюджет (ст. 15 ГК РФ).

Судом также рассмотрено требование истца о взыскании с ответчика убытков в сумме 900 000 руб., составивших размер денежных средств, перечисленных ООО «Ветлан».

Факт причинения обществу убытков в результате перечисления ООО «Ветлан» денежных средств в сумме 900 000 руб. подтверждается имеющимися в материалах делах доказательствами, представленными истцом в обоснование заявленных исковых требований, в том числе установленными налоговым органом обстоятельствами при проведении проверки (недоказанность реального оказания услуг, отсутствие возможности оказания истцу услуг, отсутствие какого-либо имущества, необходимого для ведения хозяйственной деятельности). Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, ответчиком не представлено (ст. 65 АПК РФ).

 Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчик реальное выполнение исполнителем договора не контролировал, в связи с чем в действиях ответчика, как единоличного исполнительного органа общества, усматривается неразумность и недобросовестность.

При таких обстоятельствах, учитывая, что при заключении договора о предоставлении рекламных услуг в сети Интернет № 29 от 01.10.2012 с ООО «Ветлан» и перечислении денежных средств общества в счет исполнения данного договора, ответчик, являясь директором общества, действовал недобросовестно, разумность и добросовестность действий ответчика не доказана, установив причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими у общества убытками в виде необоснованного перечисления денежных средств в размере 900 000 руб., суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований в части взыскания с ответчика в пользу истца убытков в сумме 900 000 руб.

Таким образом, заявленные истцом исковые требования подлежат удовлетворению частично в сумме 25 738 049 руб. 66 коп. (6 015 984,51 руб. + 930 466,15 руб. + 17 891 599 руб.).

Судом рассмотрены доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности и признаны необоснованными на основании следующего.

Ответчик считает, что событие, которое рассматривается как основание для привлечения ФИО1 к гражданско-правовой ответственности за причиненные обществу убытки - это не налоговое правонарушение (неуплата налога обществом), а «незаконное», «неправомерное» заключение ФИО1 договоров с вышеуказанными спорными контрагентами, о заключении которых новый директор общества ФИО14 должен был узнать или непосредственно при назначении (24.02.2016)  или в самое ближайшее после назначения время. Пояснил, что налоговая проверка по обстоятельствам, на которые ссылается истец, была начата 02.11.2015, о чем новый директор не мог не знать, а окончена 13.05.2016, при этом ежегодно обществом составляется на основании аудиторского заключения годовой отчёт, в котором определяются все основные моменты деятельности общества, в связи с чем, как считает ответчик,  ФИО14 знал о наличии претензий налогового органа к обществу из сведений годового отчёта, аудиторского заключения и заседания Совета директоров Общества за 2012, 2013 года. Обратил внимание, что в аудиторском заключении по результатам 2012 г. указано о «возможных налоговых санкциях» в связи с аутсорсингом сотрудников, кроме того, о имевшихся претензиях налогового органа новый директор должен был знать на момент окончания проверки 13.05. 2016  или ещё раньше - на момент изъятия документов по организациям ООО «РКС»,  ООО «СТБ»,  с протоколом изъятия которых ФИО14 ознакомлен 19.04.2019. Пояснил, что привлечение к налоговой ответственности общества - это следствие заключения вышеуказанных договоров, соответственно, сам факт привлечения (или не привлечения) к налоговой ответственности, составление Акта налогового органа о налоговом правонарушении не является событием, исходя из которого следует в порядке ст. 200 ГК РФ исчислять начало течения срока исковой давности. 

В данном случае подлежит применению правовая позиция, изложенная в абзаце 2 пункта 10 постановления № 62, согласно которой в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении.

Истец пояснил, что новый директор ООО «ОА «Шериф-Березники» узнал о нарушении прав общества не в тот момент, когда ознакомился с перечнем ранее заключенных обществом сделок, а в момент, когда получил информацию о том, что часть сделок была заключена бывшим директором с фирмами-однодневками, а часть сделок носила сомнительный характер, такая информация стала ему известна только из Акта налоговой проверки, полученного обществом 26.05.2016.

Исходя из обстоятельств настоящего дела, оснований и предмета исковых требований, для начала исчисления срока исковой давности в данном случае имеет значение момент, когда новый директор общества узнал о формальном документообороте по спорным сделкам с вышеуказанными контрагентами, об отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности в отношениях со своими контрагентами, о том, что документы по взаимоотношениям с указанными контрагентами содержали недостоверную информацию, что оформление данных документов носило недобросовестный характер.

Как следует из материалов дела и пояснений истца, данные обстоятельства стали известны новому директору общества ФИО14 из акта налоговой проверки, полученного обществом 26.05.2016.

Доказательств того, что данные обстоятельства содержались в иных документах, материалы дела не содержат.

Сама по себе передаче документов новым директором налоговому органу, в том числе, передача спорных договоров, подписание протокола изъятия документов 19.04.2016, содержащего лишь перечень изымаемых документов, не свидетельствует о получении новым директором информации о формальном документообороте по спорным сделкам, о которой ему стало известно впервые из акта налогового органа.

Ссылки ответчика на аудиторское заключение за 2012 г., годовой отчет за 2012 г. подлежат отклонению, поскольку данные документы не содержат вышеуказанных обстоятельств, так, аудиторское заключение лишь содержит мнение аудитора о получении необоснованной налоговой выгоды, а годовой отчет не содержит сведений именно относительно спорных договоров (только наименование услуг и суммы расходов), в судебном заседании 13.10.2020 на вопрос суда сам ответчик пояснил, что годовой отчет за 2012 г. не содержит идентификационных данных договоров с обществами "Ветлан", "СТБ", "РКС", "Уралком".

Относительно довода истца о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о взыскании с ответчика убытков в сумме 900 000 руб., составивших размер денежных средств, необоснованно перечисленных ООО «Ветлан», суд соглашается с доводами ответчика о том, что вменяемое ответчику нарушение - перечисление обществу "Ветлан" денежных средств в отсутствие фактического исполнения со стороны последнего - не связано с совершением обществом налогового правонарушения, между тем, как указано выше, по данному требованию для исчисления срока исковой давности также имеет значение момент, когда новый директор общества узнал о формальном документообороте по договору с ООО «Ветлан», об отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности в отношениях с данным обществом и необоснованном перечислении денежных средств контрагенту в отсутствие встречного предоставления.

Поскольку судом установлено, что вышеуказанные обстоятельства стали известны новому директору общества ФИО14 из акта налоговой проверки, полученного обществом 26.05.2016, исковое заявление подано21.05.2019 (т.. 1 л.д. 8), следовательно, срок исковой давности истцом не пропущен.

Подлежат отклонению ссылки ответчика на представленное им заключение специалистов ФИО15, ФИО16 № 24/2019 от 06.09.2019 (т. 5 л.д. 53-68), поскольку перед специалистами поставлен вопрос правового характера, который устанавливался судом в рамках рассмотрения настоящего дела.

Доводы ответчика о том, что договор с ООО «Уралком» реально исполнен данным контрагентом со ссылкой на вывод налогового органа, изложенный на стр. 22 решения налогового органа (т. 1 л.д. 94), являются несостоятельными, основаны на неверном толковании выводов налогового органа, поскольку налоговый орган установил лишь то обстоятельство, что услуги по охране объектов с использованием оборудования, аналогичного оборудованию, предоставленного ООО «Уралком», фактически оказаны, другие поставщики аналогичного оборудования в ходе налоговой проверки не установлены, из чего налоговый орган пришел к выводу о том, что не подлежат исключению из состава затрат расходы по взаимоотношениям с ООО «Уралком», между тем вывода о том, что договор с ООО «Уралком» является реальным и фактически исполнен в пользу общества именно ООО «Уралком», ни решение налогового органа, ни акт налогового органа, ни иные материалы налоговой проверки и настоящего дела не содержат.

Ссылки ответчика на то, что доказательством того, что неправомерность заключения спорных договоров не являлась очевидной, является дело № А50-25252/2016, в рамках которого  само общество  (истец по настоящему делу) доказывало правомерность действий общества и директора при заключении и исполнении спорных договоров, судом отклоняются, поскольку позиция ООО «ОА «Шериф-Березники» в рамках дела № А50-25252/2016 не имеет правового значения при рассмотрении настоящего дела, как пояснил истец, его позиция по делу  № А50-25252/2016 опиралась на неподвергаемую в тот момент истцом сомнению добросовестность директора ФИО1 и была направлена на защиту интересов общества, впоследствии после принятия судом решения по указанному акту и сделанных судом выводов относительно спорных контрагентов позиция истца изменилась и соответствует позиции по настоящему делу

Доводы представителя ответчика о необходимости исследования материалов дела № А50-25252/2016 с целью правильного рассмотрения настоящего дела подлежат отклонению исходя из анализа совокупности доказательств, имеющихся в настоящем деле, признанных судом достаточными для правильного и объективного рассмотрения настоящего дела с учетом приведенных сторонами доводов и возражений по существу исковых требований, кроме того, суд исходит из того, что оценка доказательств, имеющихся в деле № А50-25252/2016 дана судом при рассмотрении данного дела, выводы суда изложены в решении суда от 18.01.2017 по указанному делу. Необходимо отметить, что с учетом заявленного представителем ответчика ходатайства об истребовании материалов дела № А50-25252/2016 судом из Картотеки арбитражных дел в электронном виде обозревалось исковое заявление истца, которое приобщено  к материалам настоящего дела, и судом в рамках дела  № А50-25252/2016 дана оценка заключению по результатам проведенной финансово-экономической экспертизы, на которое ссылается ответчик в рамках настоящего дела, судом в решении указано, что данное заключение оценивается судом критически, указаны мотивы такой оценке, оснований для переоценки данного заключения в рамках настоящего дела у суда не имеется.

Представленный ответчиком в судебном заседании 20.11.2020 сравнительный анализ финансовых показателей общества за период действия договоров аутсорсинга судом во внимание не принимается, поскольку не содержит доказательств того, что содержащиеся в нем показатели изменялись именно в результате заключения договоров с ООО «СТБ» и ООО «РКС», кроме того, не опровергает вышеизложенные обстоятельства и сделанные судом выводы относительно договоров с ООО «СТБ» и ООО «РКС».

 Иные доводы ответчика, изложенные в обоснование возражений по исковым требованиям также подлежат отклонению как противоречащие установленным судом обстоятельствам по настоящему делу.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску, за подачу заявления об обеспечении иска, а также при подаче апелляционных и кассационных жалоб относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (71,36%)  в соответствии со ст. 110 АПК РФ, в связи с чем подлежат взысканию с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате государственной пошлины в общем  размере 149 142 руб. 40 коп.: 142 720 руб. (по иску) + 2 140,80 руб. (71,36% от 3 000 руб. х на 3 (размер госпошлины по обеспечительным мерам, за подачу апелляционной и кассационной жалобы составляет по 3 000 руб.).

Руководствуясь ст. ст. 110, 168 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края  

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Охранное агентство «Шериф - Березники» (Пермский край, г. Березники; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) убытки в сумме  25 738 049 руб. 66 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 149 142 руб. 40 коп.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца с момента его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья                      Ушакова Э.А.