АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 апреля 2023 года

Дело №

А56-8851/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2023 года. 

Полный текст постановления изготовлен 11 апреля 2023 года

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Казарян К.Г., судей Зарочинцевой Е.В., Колесниковой С.Г., 

при участии представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Развитие и инвестиции» ФИО1 по доверенности от 11.03.2023; представителя общества с ограниченной ответственностью «Развитие и инвестиции Энергия» ФИО2 по доверенности от 12.07.2022; представителей государственного унитарного предприятия «Водоканал Санкт-Петербург» ФИО3 по доверенности от 17.10.2022 № 534-д и ФИО4 по доверенности от 17.10.2022 № 574-д, 

рассмотрев 04.04.2023 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Развитие и Инвестиции» ФИО5 и государственного унитарного предприятия «Водоканал Санкт-Петербурга» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.11.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 по делу № А56-8851/2022/тр.1,

у с т а н о в и л:

В рамках процедуры наблюдения, введенной в отношении  общества с ограниченной ответственностью «Развитие и Инвестиции», адрес: 191186, Санкт-Петербург, Казанская ул., д. 7, лит. В, пом. 9Н, комн. 24, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.04.2022, общество с ограниченной ответственностью «Развитие и Инвестиции Энергии» (далее – Компания) обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 328 817 986 руб. 36 коп., из которых 290 216 000 руб. основной долг,  38 311 770 руб. 36 коп. проценты за пользование займом, 290 216 руб. сумма неустойки за нарушение срока возврата займа.  

Решением от 26.10.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Определением суда первой инстанции от 02.11.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023, заявление Компании признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества.  

В кассационной жалобе государственное унитарное предприятие «Водоканал Санкт-Петербурга» (далее – Предприятие) просит отменить определение от 02.11.2022 и постановление от 18.01.2023.  

Податель жалобы оспаривает реальность заемных правоотношений, полагает, что конструкция займа в данном случае была использована сторонами недобросовестно. 

По мнению подателя жалобы, судами неправильно распределено бремя доказывания, доводы о том, что договоры займа оформляли проведение внутрикорпоративных расчетов, Компанией не опровергнуты.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение от 02.11.2022 и постановление от 18.01.2023, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Податель жалобы отмечает отсутствие у Компании собственных денежных средств в размере, достаточном для предоставления займа, неразумность поведения займодавца, продолжавшего предоставление займа после появления у Общества признаков неплатежеспособности. 

В отзывах на кассационные жалобы Компания возражает против их удовлетворения, полагая, что представила достаточно доказательств реальности заемных правоотношений, положенных в основание заявленного требования. 

В судебном заседании представители Предприятия и конкурсного управляющего поддержали доводы поданных ими кассационных жалоб. 

Представитель Компании против удовлетворения кассационных жалоб возражал по мотивам, изложенным в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не явилось препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в обоснование требований Компания указала на заключение между Обществом в лице генерального директора ФИО6 (заемщиком) и Компанией в лице генерального директора ФИО7 (займодавцем) договора от 20.05.2019 № 05/05-19 (далее – Договор займа) о предоставлении Обществу займа в размере 300 000 000 руб. с уплатой за пользование денежными средствами процентов в размере 7% годовых. Срок возврата займа согласован – до 20.05.2021, в эту же дату подлежат уплате причитающиеся проценты.

В подтверждение выдачи займа Компания представила платежные поручения за период с 20.05.2019 по 15.09.2020 на общую сумму 290 216 000 руб., а также переписку с Обществом.

Поскольку займ не был возвращен в предусмотренный договором срок, требование об установлении задолженности по Договору займа, а также по процентам, начисленным за пользование суммой займа по состоянию на 20.05.2021, заявлено в деле о банкротстве Общества. Кроме того Компания предъявила требование об уплате неустойки за нарушение обязательств по Договору займа, предусмотренной пунктом 4.1 Договора займа, в размере 0,01% от суммы долга за каждый день просрочки, с учетом установленного данным условием ограничении в размере 0,1% от суммы займа.

Возражая относительно требований Компании в суде первой инстанции, Предприятие ссылалось на наличие аффилированности между Обществом и Компанией, полагая, что предоставление денежных средств имело место в рамках не заемных, а корпоративных правоотношений.

Предприятие указывало, что бенефициаром Общества и Компании являлся бывший руководитель Общества ФИО6; Общество выступило учредителем Компании и внесло со своего расчетного счета по распоряжению ФИО6 в уставный капитал Компании 999 000 000 руб. в оплату доли 99,9% в уставном капитале. Именно за счет этой суммы, по мнению Предприятия, Компания предоставила Обществу спорный займ. 

Полученные со ссылкой на Договор займа денежные средства, как считает Предприятие, направлены должником на погашение задолженности по налоговым обязательствам за 2016 – 2018 года.

Из представленной в материалы дела выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) следует, что Общество является участником Компании с долей участия 99,9% номинальной стоимостью 999 000 000 руб. с момента создания, с 06.02.2019. 

Единственным участником Общества с долей участия 100% является ФИО6, являвшийся также генеральным директором должника на момент заключения Договора займа. 

Удовлетворяя требование кредитора, суд первой инстанции исходил их того, что факт предоставления денежных средств Компанией в пользу Общества подтвержден документально, квалифицировал спорные правоотношения как вытекающие из договора займа. 

Возражения Предприятия отклонены судом с выводом о том, что указанные возражающим кредитором обстоятельства не влекут отказ во включении требований в реестр  требований кредиторов.

Суд не усмотрел оснований для квалификации спорных правоотношений в качестве компенсационного финансирования в силу того, что кредитор не является учредителем должника, но отметил, что обстоятельства аффилированности между должником и кредитором могут повлечь применение к последнему повышенного стандарта доказывания.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что требование предъявлено дочерней, а не материнской компанией; займ выдан на рыночных условиях; денежные средства израсходованы должником на собственные нужды.

Согласно выводам апелляционного суда, реальность заемных правоотношений в данном случае не опровергнута; суд отметил противоречивость позиции конкурсного управляющего относительно экономического смысла предоставленного Обществу финансирования.

Проверив доводы кассационных жалоб и оценив законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Согласно требованиям пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При квалификации и оценке требований кредиторов, имеющих какую-либо связь с должником (корпоративная или иная аффилированность), судам следует учитывать правовые позиции Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), пунктом 1 которого, в частности, предусмотрено, что при рассмотрении дела аффилированность кредитора по отношению к должнику является основанием для применения к кредитору повышенного стандарта доказывания реальности правоотношений, положенных в основание обращения в суд.

Доводы возражающего кредитора относительно аффилированности Компании и Общества подтверждены судами. 

Тем не менее, указав на необходимость использования в таком случае повышенного стандарта доказывания реальности спорных правоотношений, суд первой инстанции этот принцип не применил, ограничившись исследованием представленных кредитором платежных поручений, формально подтверждающих перечисление денежных средств. 

Доводам Предприятия относительно отсутствия реальных заемных правоотношений, о проведении транзитных внутригрупповых расчетов между Компанией и Обществом, о фактическом финансировании спорных перечислений за счет денежных средств должника, суд первой инстанции оценки не дал.

В силу разъяснений пункта 86 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, для создания видимости заемных правоотношений стороны могут произвести транзитные безналичные перечисления денежных средств, которые не приведут, фактически, к увеличению имущественной базы заемщика за счет займодавца. 

Указанные обстоятельства, на которые ссылались возражающие по требованию лица, судами не проверены. Отмеченные апелляционным судом противоречия в позиции конкурсного управляющего должны были быть устранены судом в порядке статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в ходе квалификации спорных правоотношений посредством проверки мотивов подписания Договора займа и проведения расчетов со ссылкой на указанный Договор. 

Правильная квалификация судом заявленного кредитором требования заключается не только в установлении факта нарушения должником денежного обязательства, но и содержания спорного правоотношения, которое, в частности, влияет на определение очередности удовлетворения требования кредитора к должнику.

Так, пунктом 3.1 Обзора предусмотрено понижение очередности удовлетворения требований контролирующих должника лиц, в том числе в случае, если правоотношения между ними и должником оформлены договором займа, при установлении корпоративного, а не заемного характера оформленных договором займа правоотношений.

Делая вывод об отсутствии возможности контроля Компании за деятельностью Общества, суды не дали оценки доводам возражающего кредитора и арбитражного управляющего о фактическом контроле за деятельностью обеих организаций со стороны ФИО6

Между тем, в силу правовой позиции, сформулированной в пункте 4 Обзора, квалификация правоотношений сторон в качестве компенсационного финансирования может иметь место и в том случае, если такое финансирование предоставлено лицом, не обладающим, непосредственно, возможностью контроля за деятельностью должника, но действующим под влиянием контролирующего должника лица. 

Квалифицирующим признаком, отличающим предоставление заемных средств от внесения имущественного вклада или иного участия в деятельности хозяйственного общества, исходя из положений статей 807, 809 ГК РФ, является возвратный и платный характер предоставления денежных средств, вне зависимости от получения хозяйственным обществом прибыли, которая может быть распределена между участниками этого общества.

В данном случае, внесение платы за пользование займом было предусмотрено лишь в момент возврата займа, при том, что период использования денежных средств, согласованный в Договоре займа, являлся значительным, равно как и суммы займа.

Приведенные условия Договора займа отличаются от типичных условий сделок такого рода. Систематическое предоставление денежных средств кредитором должнику при отсутствии у него объективного интереса в получении от должника платы за пользование средствами и в их возврате, указывает на мотивы таких действий кредитора – прямое финансирование текущей деятельности юридического лица, а не заключение сделки займа с ним.

На это же указывает и довод Предприятия и конкурсного управляющего о продолжении финансирования деятельности Общества заемщиком после того, как кредитор отметил наличие угрозы невозврата займа Обществом по причине невозможности осуществить расчеты с Предприятием.

Обстоятельства, касающиеся экономической цели предоставления займа, достаточности собственных средств должника для расчетов по своим обязательствам на момент предоставления займов, по существу судами не исследованы, несмотря на то, что Предприятие в своих возражениях на эти обстоятельства ссылалось.

Между тем, указанные обстоятельства имеют существенное значение для установления мотива действий аффилированных лиц, вступающих в хозяйственные правоотношения, и, следовательно, для квалификации заявленных со ссылкой на указанные правоотношения требований в деле о банкротстве.

Предоставление денежных средств контролирующим должника лицом при наличии имущественного кризиса последнего, для компенсации недостаточности его оборотных средств, исходя из правовых позиций, сформулированных в пункте 3 Обзора, является квалифицирующим признаком правоотношений по предоставлению компенсационного финансирования.

Отсутствие у коммерческой организации достаточного дохода от предпринимательской деятельности для расчета по текущим обязательствам является обязательной предпосылкой возникновения у нее признака неплатежеспособности, предусмотренного статьей 2 Закона о банкротстве. При этом предоставление финансирования контролирующими такую организацию лицами под видом договора займа, при таких обстоятельствах, влечет сокрытие этого обстоятельства от других независимых кредиторов, что и является целью его представления.

Учитывая изложенное, для проверки мотивов действия участников спорных расчетов необходимо исследовать финансовое положение должника на момент заключения Договора займа, достаточность его собственных средств и доходов для расчетов по имевшимся на указанный момент обязательствам. Факт наступления просрочки перед кредиторами, заявившими требование в деле о банкротстве, после предоставления финансирования, его компенсационного характера не исключает.

Названые обстоятельства не были установлены и оценены судами, что привело к вынесению необоснованных судебных актов. 

Определение от 02.11.2022 и постановление от 18.01.2023 следует отменить, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует правильно определить круг обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу, установить эти обстоятельства по доказательствам, имеющимся в деле, а также дополнительно представленным участвующими в нем лицами, правильно распределив бремя доказывания по делу; принять по результатам оценки названных доказательств законный и обоснованный судебный акт, квалифицировав спорные правоотношения в соответствии с установленным судом их фактическим содержанием, не допустив нарушения норм процессуального права. 

Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.11.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 по делу № А56-8851/2022/тр.1 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

К.Г. Казарян

Судьи

Е.В. Зарочинцева

С.Г. Колесникова