АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А38-1174/2020

25 июля 2022 года

(дата изготовления постановления в полном объеме)

Резолютивная часть постановления объявлена 18.07.2022.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Бердникова О.Е.,

судей Когута Д.В., Шутиковой Т.В.,

 

при участии представителей

от Управления Федеральной налоговой службы по Республике Марий Эл:

ФИО1 (доверенность от 23.03.2022),

ФИО2 (доверенность от 30.12.2021),

от ФИО3: ФИО4 (доверенность от 05.11.2020)

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

индивидуального предпринимателя ФИО5

 

на решение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.11.2021  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2022

по делу № А38-1174/2020 

 

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5

(ИНН: 

<

***>, ОГРНИП: 

<

***>)

о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы 

по городу Йошкар-Оле от 23.09.2019 № 15-07/9,

 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, –

общество с ограниченной ответственностью «Бекон», ФИО6, 

ФИО3, 

 

и   у с т а н о в и л : 

 

индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ИП ФИО5, Предприниматель) обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Йошкар-Оле (далее – Инспекция, налоговый орган; в настоящее время – Управление Федеральной налоговой службы по Республике Марий Эл; далее – Управление) от 23.09.2019 № 15-07/9 (в редакции решения Управления от 28.01.2020 № 4).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО3 (далее – ФИО3) и общество с ограниченной ответственностью «Бекон» (далее – ООО «Бекон»).

Решением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.11.2021 заявленное требование удовлетворено частично: решение Инспекции от 23.09.2019 № 15-07/9 (в редакции решения Управления от 28.01.2020 № 4) признано недействительным в части определения размера налоговых санкций по пункту 1 статьи 119 и пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ); суд счел подлежащими взысканию с ФИО7 налоговые санкции по пункту 1 статьи 119 НК РФ в сумме 400 000 рублей –за непредставление налоговых деклараций по налогу на добавленную стоимость за третий – четвертый кварталы 2016 года, в сумме 150 рублей – за непредставление налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц за 2016 год, по пункту 3 статьи 122 НК РФ в сумме 600 000 рублей – за неуплату налога на добавленную стоимость за третий – четвертый кварталы 2016 года. В удовлетворении остальной части заявленного требования отказано.

Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2022 решение суда оставлено без изменения.

ИП ФИО5 не согласился с принятыми судебными актами в части отказа в удовлетворении заявленного требования и обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой.

Заявитель жалобы считает, что суды неправильно применили нормы материального права и сделали выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. По его мнению, Инспекция неправомерно вменила Предпринимателю создание схемы «дробления» бизнеса, имеющей своей целью минимизацию налоговых обязательств за счет перераспределения выручки на взаимозависимых лиц – ИП ФИО6, ИП ФИО3 и ООО «Бекон». Налогоплательщик и указанные лица являлись отдельными независимыми хозяйствующими субъектами с различной деятельностью (отличаются по сроку действия, количеству персонала, объему прав на движимое и недвижимое имущество, взаимоотношениям с поставщиками и покупателями и т.д.). Действия Инспекции по объединению доходов ФИО7 и ИП ФИО6, ИП ФИО3 и ООО «Бекон» незаконны; действительный размер налоговых обязательств ФИО7 не установлен. Суды необоснованно приняли и оценили в качестве доказательств документы, полученные Инспекцией за рамками выездной налоговой проверки. Кроме того, к материалам проверки приобщены протоколы допросов свидетелей, оформленные с нарушениями.

Подробно позиция заявителя приведена в кассационной жалобе.

ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу и представитель в судебном заседании поддержали доводы ФИО7.

Управление в отзыве на кассационную жалобу и представители в судебном заседании отклонили доводы заявителя.

Отзывы от иных лиц, участвующих в деле, не поступили в суд округа.

Предприниматель, ФИО6 и ООО «Бекон» заявили ходатайства об отложении судебного заседания, сославшись на невозможность обеспечить явку представителей.

Рассмотрев данные ходатайства, суд кассационной инстанции счел их подлежащими отклонению, так как неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Законность решения Арбитражного суда Республики Марий Эл и постановления  Первого арбитражного апелляционного суда проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалуемой части в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установили суды, Инспекция провела выездную налоговую проверку ИП ФИО5 за период с 01.01.2015 по 31.12.2016, результаты которой отразила в акте от 10.10.2018 № 15-07/25.

По итогам проверки Инспекция приняла решение от 23.09.2019 № 15-07/9 о привлечении ИП ФИО5 к ответственности за совершение налогового правонарушения по пункту 1 статьи 119 и пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в общей сумме 9 534 707 рублей. Согласно указанному решению Предпринимателю доначислены 33 852 434 рубля налога на добавленную стоимость, 4 100 267 рублей налога на доходы физических лиц и 12 854 741 рубль 94 копейки пеней.

Решением Управления от 28.01.2020 № 4 решение нижестоящего налогового органа изменено: признано неправомерным доначисление Предпринимателю 1 098 830 рублей штрафа по пункту 1 статьи 119 НК РФ, 3 514 230 рублей налога на добавленную стоимость, 3 675 574 рублей налога на доходы физических лиц. Инспекции поручено произвести перерасчет пеней и штрафа по налогу на добавленную стоимость и налогу на доходы физических лиц.

ИП ФИО5 не согласился с решением Инспекции от 23.09.2019 № 15-07/9 (в редакции решения Управления от 28.01.2020 № 4) и обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным.

Руководствуясь статьями 65, 70, 71, 162, 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 54.1, 143, 146, 153, 154, 207, 209, 210 НК РФ и учитывая разъяснения, приведенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», Арбитражный суд Республики Марий Эл пришел к выводу о создании налогоплательщиком противоправной схемы искусственного «дробления» бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде сохранения права на применение упрощенной системы налогообложения и уменьшения за счет этого налоговых обязательств, в связи с чем признал решение Инспекции законным в обжалуемой части.

Первый арбитражный апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции и оставил его решение без изменения.

Рассмотрев кассационную жалобу, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для ее удовлетворения.

Согласно пункту 1 статья 346.11 НК РФ упрощенная система налогообложения организациями и индивидуальными предпринимателями применяется наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Применение упрощенной системы налогообложения индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на доходы физических лиц (в отношении доходов, полученных от предпринимательской деятельности, за исключением налога, уплачиваемого с доходов в виде дивидендов, а также с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 2 и 5 статьи 224 НК РФ), налога на имущество физических лиц (в отношении имущества, используемого для предпринимательской деятельности, за исключением объектов налогообложения налогом на имущество физических лиц, включенных в перечень, определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 НК РФ с учетом особенностей, предусмотренных абзацем вторым пункта 10 статьи 378.2 НК РФ). Индивидуальные предприниматели, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с НК РФ при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией (включая суммы налога, подлежащие уплате при завершении действия таможенной процедуры свободной таможенной зоны на территории Особой экономической зоны в Калининградской области), а также налога на добавленную стоимость, уплачиваемого в соответствии со статьями 161 и 174.1 НК РФ (пункт 3 статьи 346.11 НК РФ).

В соответствии со статьей 346.14 НК РФ объектом налогообложения признаются доходы либо доходы, уменьшенные на величину расходов.

В абзаце первом пункта 4 статьи 346.13 НК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период) установлено, что если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 НК РФ, превысили 60 млн. рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 НК РФ, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В силу пункта 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В целях пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным (пункт 3 статьи 54.1 НК РФ).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) разъяснил, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, – достоверны.

Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

В силу пункта 3 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции (пункт 7 Постановления № 53).

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Согласно пункту 11 Постановления № 53 признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

В соответствии с частью 1 статьи 65 и частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые их приняли.

В силу части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суды установили, что в проверяемом периоде ИП ФИО5 применял упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов» и осуществлял деятельность по забою крупного рогатого скота в принадлежащем ему на праве собственности убойном цехе по адресу: Республика Марий Эл, 

<

...> с последующей реализацией мясной продукции организациям и индивидуальным предпринимателям.

В ходе мероприятий налогового контроля установлено, что по адресу Республика Марий Эл, 

<

...>, аналогичным видом деятельности занимались ИП ФИО6 (супруга ФИО7), ИП ФИО3 (сын ФИО7) и ООО «Бекон» (учредитель и руководитель – Предприниматель, ФИО6 – бухгалтер, ФИО3 – финансовый менеджер).

Предприниматель, ИП ФИО6, ИП ФИО3 приобретали крупный рогатый скот в основном у одних и тех же поставщиков (сельскохозяйственных товаропроизводителей) по договорам купли-продажи, содержащим идентичные условия.

Между Предпринимателем (арендодатель) и ИП ФИО6, ИП ФИО3, ООО «Бекон» (арендаторы) были заключены договоры аренды, согласно которым всем арендаторам сдавались в аренду для аналогичных целей (забоя крупного рогатого скота) одни и те же помещения и производственные площади. При этом по результатам осмотра производственных помещений также не установлено разделение и обособление оборудования и площадей, используемых Предпринимателем, ИП ФИО6, ИП ФИО3 и ООО «Бекон»; в цехе оборудовано единое технологическое пространство, включающее единый комплекс взаимосвязанного оборудования для последовательных стадий производственного процесса; дополнительных единиц оборудования, позволяющих одновременно осуществлять несколько производственных циклов, а также вывесок, указателей, иной идентифицирующей информации, указывающей на использующих производственный объект субъектов предпринимательства, не обнаружено.

ИП ФИО3 и ИП ФИО6 для осуществления деятельности по забою крупного рогатого скота и реализации произведенных мясопродуктов использовали работников ФИО7, который производил им выплату заработной платы, оплачивал обязательные отчисления с нее, нес расходы на обеспечение надлежащих условий их труда.

Расходы на приобретение оборудования, установленного в убойном цехе по адресу: Республика Марий Эл, 

<

...>, оплату связанных с эксплуатацией данного цеха затрат на услуги охраны, технического обслуживания охранно-пожарной, тревожной сигнализации, системы видеонаблюдения, услуги по обслуживанию и ремонту газоиспользующих установок, сбору отходов, водоснабжению, связи, приобретение электроэнергии, газа нес ИП ФИО5

Предприниматель обладал полномочиями и доступом к осуществлению расчетных операций по банковским счетам ИП ФИО6, ИП ФИО3 и осуществлял снятие наличных средств со счета ИП ФИО3; использование банковских счетов всех предпринимателей, открытых в одном банке, производилось с применением одного контактного телефона, одной электронной почты, с совпадающим IP-адресом; сведения о предпринимателях размещены в сети «Интернет» посредством одного общего сайта.

Транспортировка товаров для ФИО7, ИП ФИО6, ИП ФИО3 производилась одними и теми же транспортными средствами, принадлежавшими ИП ФИО5 и ООО «Бекон», которыми управляли водители, оформленные у ИП ФИО6, ИП ФИО5, но фактически осуществлявшие перевозки для всех субъектов предпринимательской деятельности.

Отгрузка и приемка товаров для всех предпринимателей осуществлялась одними и теми же лицами, числившимися работниками отдельных предпринимателей и ООО «Бекон», но в реальности действовавшими в интересах всей контролируемой налогоплательщиком группы лиц.

Всесторонне, полно и объективно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что Инспекция доказала факт создания Предпринимателем схемы «дробления» бизнеса, имеющей целью минимизацию налоговых обязательств за счет перераспределения выручки на взаимозависимых лиц и сохранения тем самым права на применение специального режима налогообложения. В проверяемом периоде налогоплательщик и ИП ФИО6, ИП ФИО3, ООО «Бекон» являлись единым хозяйствующим субъектом; действия налогоплательщика и взаимозависимых лиц носили согласованный характер и имели своей целью умышленное искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете.

Установленные судами фактические обстоятельства и сделанные на их основе выводы соответствуют материалам дела, им не противоречат и не подлежат переоценке судом кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного суды правомерно отказали Предпринимателю в удовлетворении заявленного требования в обжалуемой части.

Довод заявителя жалобы о неправильном определении Инспекцией размера недоимки по налогу на добавленную стоимость и налогу на доходы физических лиц был предметом подробного исследования судов и отклонен, поскольку налоговые обязательства ФИО7 определены исходя из реального характера производимых налогоплательщиком операций, их действительного экономического смысла и имеющихся в распоряжении налогового органа документов.

Ссылка ФИО7 относительно использования Инспекцией и судами недопустимых доказательств подлежит отклонению, поскольку все доказательства, которые суды приняли в подтверждение факта создания ИП ФИО5 схемы «дробления» бизнеса с целью применения упрощенной системы налогообложения, отвечают требованиям относимости и допустимости; доказательств, опровергающих данный вывод судов, заявителем не представлено.

Приведенные в кассационной жалобе доводы направлены на переоценку исследованных судами доказательств, установленных фактических обстоятельств, и сделанных на их основании выводов, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы, связанные с уплатой государственной пошлины с кассационной жалобы, относятся на заявителя. Излишне уплаченная за рассмотрение кассационной жалобы государственная пошлина в сумме 1350 рублей подлежит возврату Предпринимателю из федерального бюджета на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.НК РФ.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 19.11.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2022 по делу № А38-1174/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5 – без удовлетворения.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО5 из федерального бюджета государственную пошлину с кассационной жалобы в сумме 1350 рублей, излишне уплаченную по чеку-ордеру от 26.04.2022 (операция № 15).

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

О.Е. Бердников

 

 

Судьи

 

Д.В. Когут

Т.В. Шутикова