ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001  E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-17191/2021

г. Вологда

23 апреля 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года.  В полном объёме постановление изготовлено 23 апреля 2024 года.  

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Кузнецова К.А., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф.,  при ведении протокола секретарем судебного заседания Гумаровой А.А.,  

при участии с использованием системы веб-конференции от  индивидуального предпринимателя ФИО1  представителя ФИО2 по доверенности от 11.04.2022,  

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы  веб-конференции апелляционную жалобу финансового управляющего  Федотовой Анны Николаевны Малахова Сергея Михайловича на определение  Арбитражного суда Тверской области от 29 января 2024 года по делу   № А66-17191/2021,  

у с т а н о в и л:

ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения –  пос. Поречье Ростовского р-на Ярославской обл., адрес регистрации: 170546,  

<

...>; ИНН 

<

***>,  СНИЛС 

<

***>; далее – Должник) обратилась 16.12.2021 в  Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании ее  несостоятельной (банкротом).  

Определением суда от 20.12.2021 заявление принято, возбуждено  производство по делу.  

Решением суда от 25.01.2022 ФИО4 признана несостоятельной  (банкротом), в отношении ее введена процедура реализации имущества  гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО5,  член саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных  управляющих» (регистрационный номер в реестре арбитражных  управляющих - 498; адрес для направления корреспонденции: 119146, Москва,  а/я 441).  

Определением суда от 21.11.2022 удовлетворено заявление кредитора – индивидуального предпринимателя ФИО1 о  признании ненадлежащим исполнения обязанностей финансового  управляющего; финансовый управляющий ФИО5 отстранен от  исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о  несостоятельности (банкротстве) ФИО4  

Определением суда от 13.01.2023 финансовым управляющим  ФИО4 утвержден ФИО6, член ассоциации  арбитражных управляющих «Гарантия» (номер в реестре арбитражных  управляющих – 74; адрес для направления корреспонденции: 170005, 

<

...>).  

Финансовый управляющий обратился 24.07.2023 в суд с заявлением о  признании недействительными сделками договоров дарения земельного  участка, площадью 1350+/- 13 кв. м, расположенного в границах ориентира,  почтовый адрес которого: Тверская обл., Калининский р-н, с/п Бурашевское,  

<

...>, с кадастровым номером 69:10:0280106:74  

(далее – спорный земельный участок), и находящегося на нем жилого дома,  площадью 84,6 кв. м, с кадастровым номером 69:10:0280106:106  

(далее – жилой дом), заключенных 28.04.2016 ФИО4 и ее  несовершеннолетней дочерью ФИО7; применении  последствий их недействительности путем восстановления права  собственности за ФИО4  

Определением суда от 29.01.2024 в удовлетворении заявления отказано. 

Финансовый управляющий с этим определением суда не согласился,  обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в  которой просит его отменить.  

В обоснование своей позиции ссылается на то, что спорная сделка  является мнимой, совершена со злоупотреблением правом, в связи с чем может  быть признана недействительной по общегражданским основаниям.  

Злоупотребление правом выражается в том, что Должником отчуждено все  ликвидное имущество после вынесения судебного акта о взыскании убытков, в  период рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности. Кроме  того, на конец 2014 года у ФИО4 имелись неисполненные обязательства  перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России» по кредитному  договору от 14.11.2014 № 0268-Р-3205039720.  

Наличие судебных споров о взыскании с ФИО4 убытков,  привлечения к субсидиарной ответственности, активное отчуждение  принадлежащего Должнику имущества свидетельствует о противоправной цели  сделки – избежать возможности обращения на него взыскания в рамках дела о  банкротстве открытого акционерного общества «Губернская страховая  компания «СКИФ-ТВЕРЬ» (далее – ОАО «ГСК «СКИФ-ТВЕРЬ»).  

Полагает, что при заключении оспариваемых договоров Должник  действовал с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов,  поскольку за короткий период времени принял меры по отчуждению всех  ликвидных активов, на которые могло быть обращено взыскание.  

Считает, что оспариваемая сделка является недействительной на  основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  

(далее – ГК РФ) как совершенная при злоупотреблении правом, в ущерб  интересам кредиторов, а также мнимой.  

Вывод суда о том, что на спорное имущество распространяется  исполнительский иммунитет, предусмотренный статьей 446 ГК РФ, является  необоснованным, сделан с нарушением норм права, противоречит материалам дела.  

Судом не учтено, что с 14.11.2008 в собственности ФИО4  имеется жилой дом № 103а, площадью 56,6 кв. м, расположенный по адресу:  

<

...> что опровергает вывод  суда о статусе единственного жилья у оспариваемых объектов.  

ФИО4 и ФИО7 в отзывах просят оставить определение  суда без изменения.  

Представитель ИП ФИО1 в судебном заседании с использованием  системы веб-конференции поддержал доводы жалобы финансового управляющего.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не  направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со  статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах  применения законодательства, регулирующего использование документов в  электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».  

Выслушав мнение представителя ФИО1, исследовав материалы  дела, апелляционный суд пришел к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  ФИО4 и ее несовершеннолетняя дочь ФИО7 заключили  договоры дарения от 28.04.2016 спорного земельного участка и  расположенного на нем жилого дома.  

Полагая, что указанные договоры являются мнимыми сделками и  заключены в ущерб интересам кредиторов, финансовый управляющий  обратился в суд с настоящим заявлением.  

В качестве правового обоснования указал статьи 10, 168, 170 ГК РФ.  Суд первой инстанции отказал в удовлетворении данного заявления.  Апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.  

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы X  Закона о банкротстве.  

Правила параграфа 1 главы X Закона о банкротстве применяются к  отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, с  учетом особенностей, предусмотренных параграфом 2 названной главы.  

В силу положений пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве  отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные  настоящей главой, регулируются главами I–III.1, VII, VIII, параграфом 7  главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в названном Законе.  

 На основании пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 или 61.3 указанного Закона, может быть подано финансовым  управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным  органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не  считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка  оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

 В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана  арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате  ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка).  

В рассматриваемом случае заявление о признании Должника  несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением  от 20.12.2021, оспариваемые сделки заключены 28.04.2016.  

Следовательно, они могут быть признаны недействительными только по  общим основаниям, предусмотренным ГК РФ и не могут быть оспорены по  специальным основаниям Закона о банкротстве.  

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце  четвертом пункта 4 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  

связанных с применением главы III.I Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» и пункте 10 постановления от 30.04.2009  

 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по  основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

Вместе с тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или  подозрительных сделок.  

Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о  том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по  статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков  выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка),  квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна  только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков  подозрительной сделки.  

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10  и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016  N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017   № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018   № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021   № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021   № 305-ЭС18-18386(3) и др.). Согласно сложившейся судебной практике  применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о  сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.  

В данном случае финансовым управляющим в обоснование своего  заявления указано на то, что оспариваемые сделки заключены  заинтересованными лицами и направлены на уменьшение имущества Должника  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Между тем названные основания не выходят за пределы диспозиции  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о  том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по  статьям 10 и 168 ГК РФ.  

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в  самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2  

статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки,  причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода  обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

 В данном случае финансовым управляющим не доказано наличие  обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны  участников сделки, которые не охватывались бы диспозицией пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.  

Финансовым управляющим не указано, в чем конкретно выразилось  злоупотребление правом при совершении спорных сделок со стороны ответчика.  

Сам по себе факт заинтересованности сторон договора не может служить  основанием для признания их недействительными.  

Договор дарения по своей правовой природе носит лично-доверительный  характер и заключается, как правило, связанными между собой определенным  образом лицами. Даритель не может согласиться на заключение безвозмездного  договора и выбытие из его собственности имущества в пользу постороннего лица.  

 В данном случае Должник подарил спорное имущество своей дочери, что  не выходит за рамки обычных отношений между гражданами (тем более  родителями и детьми), житейской практики.  

Аналогичные выводы изложены в постановлении Арбитражного суда  Северо-Западного округа от 05.12.2022 по делу № А66-1926/2021.  

Заключение договора дарения с заинтересованным по отношению к  должнику лицом не является достаточным основанием для квалификации  сделки как совершенной при злоупотреблении правом.  

Дарение имущества должником своей дочери не подпадает под какие-либо запреты, установленные статьей 575 ГК РФ, и не свидетельствует об  отклонении действий сторон оспариваемой сделки от добросовестного  поведения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Сделки заключены более чем за 5 лет до возбуждения настоящего дела о  банкротстве Должника.  

Утверждение финансового управляющего о том, что сделки по дарению  жилого дома и земельного участка, совершенные 28.04.2016, причиняют вред  имущественным интересам кредиторов, подпадает под регулирование пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве и не соответствует действительности,  поскольку на момент совершения спорных сделок у ФИО4 не имелось  просроченной задолженности перед публичным акционерным обществом  «Сбербанк России» по кредитной карте Visa Cold Тп - 1, просрочки начались  только в декабре 2021 года.  

Задолженность перед иными кредиторами, включенными в реестр  требований кредиторов возникла гораздо позже спорных сделок: перед публичным  акционерным обществом «Росгосстрах Банк» по кредитному договору  от 15.02.2021; перед обществом с ограниченной ответственностью коммерческим  

Банком «Ренесанс Кредит» по кредитному договору от 21.09.2020; перед  обществом с ограниченной ответственностью «Феникс» по кредитному договору  от 18.02.2017; перед публичным акционерным обществом Банк «Финансовая  Корпорация Открытие» по кредитному договору от 15.02.2021.  

Право требования у ФИО4 убытков в размере 2 564 033 руб.  71 коп. на основании определения суда от 31.12.2014 по делу А66-10976/2011  приобретено ФИО1 по договору купли-продажи дебиторской  задолженности (договору цессии) от 16.04.2018, заключенному по результатам  торгов в форме публичного предложения в связи с признанием ОАО «ГСК  «СКИФ-ТВЕРЬ» банкротом (определение суда от 09.08.2018 по указанному делу).  

Действительно, указанная задолженность на момент заключения спорных  сделок имелась, однако, ссылаясь на наличие непогашенных требований  кредитора, включенных в реестр, финансовый управляющий не приводит  доказательств неплатежеспособности и недостаточности имущества  ФИО4, а именно не сообщает информацию о том, какое имущество  принадлежало Должнику на дату заключения спорных договоров дарения,  являлось ли оно достаточным для погашения требований кредиторов и был ли  на него наложен арест в рамках исполнения судебных актов.  

Между тем, ФИО4 на праве собственности принадлежал  автомобиль «Мицубиси – Паджеро» стоимостью около 3 000 000 руб., на  которую обращено взыскание по исполнительным листам в рамках дела о  несостоятельности ОАО «ГСК «СКИФ-ТВЕРЬ». Следовательно, у  ФИО4 было арестовано ликвидное имущество на сумму,  превышающую размер требований кредитора.  

Кроме того, согласно выписке из Единого государственного реестра  недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него  объекты недвижимости от 11.10.2023, после обозначенной даты должником  также приобретены:  

- жилое помещение по адресу 

<

...> с кадастровым номером 69:40:0400077:362;  

- жилое помещение по адресу 

<

...> д 5,  кв 48 с кадастровым номером 69:40:0200050:462.  

Изложенное исключает предположение о наличии у нее признаков  несостоятельности на момент заключения оспариваемых договоров дарения.  

Об отсутствии у ФИО4 цели причинения вреда интересам  кредиторов при заключении спорных договоров свидетельствует также и то,  что спорное недвижимое имущество (земельный участок) приобретено ею  07.12.2015, то есть после рассмотрения обособленного спора, в рамках которого  31.12.2014 с ФИО4 взыскано 2 564 033 руб. убытков.  

С учетом изложенного ФИО6 не представил суду доказательств  возможности причинения вреда интересам кредиторов совершенными  ФИО4 сделками дарения жилого дома и земельного участка от 28.04.2016.  

Таким образом, совершение ФИО4 сделок по отчуждению  недвижимого имущества в рамках реализации правомочий собственника не  имело целью вывод имущества и уменьшение конкурсной массы.  

Доказательств обратного финансовым управляющим не предоставлено.  

С учетом изложенного предположение финансового управляющего о том,  что заключение договоров дарения земельного участка и жилого дома  совершены ФИО4 исключительно в целях избежать возможности  обращения на них взыскания в рамках исполнительного производства, не  подтвержден соответствующими доказательствами.  

Относительно заявления финансового управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего директора 

ОАО «ГСК «СКИФ-ТВЕРЬ» ФИО4 судом апелляционной инстанции  учитывается, что вступившим в законную силу определением суда  от 17.06.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего данного  общества ФИО6 отказано.  

Довод апеллянта о мнимости договоров отклоняется.  

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи  170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны  не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок  данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой  является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает  никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют  намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.  

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка,  которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных  условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с  учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

В предмет доказывания по делам о признании недействительными  притворных сделок входит установление действительной воли сторон,  направленной на достижение определённого правового результата, который  они имели в виду при заключении договора.  

Статьей 170 ГК РФ установлено, что наличие воли хотя бы одной из сторон  на достижение правового результата, соответствующего совёршенной сделке,  исключает возможность признания её недействительной как притворной.  

Оснований для признания сделки недействительной по мотивам  мнимости и притворности финансовым управляющим также не представлено. В  результате ее совершения стороны достигли желаемого результата.  

Доводов с приложением подтверждающих доказательств о том, какую  именно сделку прикрывали оспариваемые сделки, финансовым управляющим  также не представлено.  

С учетом изложенного не имеется оснований признать оспариваемый  договор притворной сделкой, а равным образом и мнимой.  

При изложенных обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось  оснований для удовлетворения заявленных требований.  

Поскольку в признании сделки недействительной отказано, требование о  применении последствий ее недействительности обоснованно оставлено судом  без удовлетворения.  

При таких обстоятельствах, принимая во внимание указанные выше  нормы права, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, суд  апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной  жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом  первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение  для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и  законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой  инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными. Несогласие заявителя  с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное  толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем  деле, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных  нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на  исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.  

Апелляционная жалоба является необоснованной и удовлетворению не  подлежит.  

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену  судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судом  апелляционной инстанции возлагаются на Должника в силу  

статьи 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении апелляционной жалобы отказано.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 29 января 2024 года  по делу № А66-17191/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу  финансового управляющего Федотовой Анны Николаевны Малахова Сергея  Михайловича – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий К.А. Кузнецов  

Судьи С.В. Селецкая  

Л.Ф. Шумилова