ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

13.07.2021

                   Дело № А40-245757/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июля 2021 года 

Полный текст постановления изготовлен 13 июля 2021 года 

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Ю.Е. Холодковой, Н.Я. Мысака,  

при участии в заседании: 

от ООО «ОСК» - конкурсный управляющий ФИО1, лично, паспорт РФ, 

от ООО «СпецСтройМеханизация» - ФИО2, по доверенности от 11.09.2019, срок 3 года,

от конкурсного управляющего АО «ОСК» - ФИО3, по доверенности на 1 год,

от Москомстройинвест – ФИО4, по доверенности от 09.10.2020 № 77-30-34/20, срок 1 год,

от Московского фонда защиты прав граждан – участников долевого строительства – ФИО5, по доверенности от 23.06.2021 № МФ-05-26/21, до 31.12.2021,

рассмотрев 06.07.2021 в судебном заседании кассационные жалобы

общества с ограниченной ответственностью «СпецСтройМеханизация», конкурсного управляющего ООО «Объединенная строительная компания» ФИО1 

на определение от 20.10.2020

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 29.04.2021 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отказе в удовлетворении возражений ООО «СпецСтройМеханизация» на отказ конкурсного управляющего во включении требований в реестр, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Объединенная Строительная Компания», 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2018 должник - АО «Объединенная Строительная Компания» признан несостоятельным  (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, применены положения параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2019 конкурсным управляющим АО «Объединенная Строительная Компания» утверждена ФИО6

            В Арбитражный суд города Москвы 24.09.2019 поступили возражения ООО «СпецСтройМеханизация», в которых оно просит признать обоснованными и включить в реестр требований о передаче жилых помещений АО «Объединенная Строительная Компания» требования ООО «СпецСтройМеханизация» о передаче следующих жилых помещений - квартир, расположенных по адресу: 

<

...>, Б, В (II очередь застройки):

            —по договору № АП/ОСК/В-4-8 уступки прав требования от 26.03.2014, трехкомнатной квартиры, расположенной в корпусе В, ориентировочной площадью 108,8 кв.м на 4 этаже, № 8 на площадке;

            —по договору № АП/ОСК/Б-4-7 уступки прав требования от 17.03.2014, трехкомнатной квартиры, расположенной в корпусе Б, ориентировочной площадью 112,6 кв.м на 4 этаже, № 7 на площадке.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021, отказано в удовлетворении возражений ООО «СпецСтройМеханизация» на отказ конкурсного управляющего во включении требований в реестр.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Объединенная строительная компания» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021 полностью и удовлетворить возражения ООО «СпецСтройМеханизация», включить в третью очередь реестра требований кредиторов требование о передаче жилых помещений участника строительства ООО «СпецСтройМеханизация»  должнику застройщику АО «ОСК» о передаче двух 3-х комнатных жилых помещений (квартир), расположенных в доме по строительному адресу: 

<

...>, Б, В (IIочередь застройки): в корпусе В, ориентировочной площадью 108, 8 кв.м. на 4 этаже, №8 на площадке; в корпусе Б, ориентировочной площадью 112, 6 кв.м. на 4 этаже, №7 на площадке. 

            ООО «СпецСтройМеханизация» также обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021 полностью и и удовлетворить возражения ООО «СпецСтройМеханизация», включить в третью очередь реестра требований кредиторов требование о передаче жилых помещений участника строительства ООО «СпецСтройМеханизация»  должнику застройщику АО «ОСК» о передаче двух 3-х комнатных жилых помещений (квартир), расположенных в доме по строительному адресу: 

<

...>, Б, В (IIочередь застройки): в корпусе В, ориентировочной площадью 108, 8 кв.м. на 4 этаже, №8 на площадке; в корпусе Б, ориентировочной площадью 112, 6 кв.м. на 4 этаже, №7 на площадке. 

            В обоснование доводов кассационных жалоб заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

            В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

            В судебном заседании представитель ООО «Объединенная строительная компания» и представитель ООО «СпецСтройМеханизация» доводы своих кассационных жалоб поддержали в полном объеме по мотивам, изложенным в них. 

            Представитель конкурсного управляющего АО «Объединенная Строительная Компания», представитель Москомстройинвест и представитель Московского фонда защиты прав граждан возражали против доводов кассационных жалоб. 

            Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

            Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

            Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

            Из представленных в материалы дела доказательств суды установили, что заявитель - ООО «Спецстроймеханизация», должник - АО «ОСК», ООО «ОСК», ООО «Техинжениринггрупп», ООО «Стройконсалт» входили в группу организаций, а также определением Арбитражного суда г. Москвы по настоящему делу от 23.03.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2020, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего должником о признании недейсттвительным сделок с ООО «СпецСтройМеханизация» установлен факт фактической аффилированности заявителя к должнику.

            В обоснование заявленных требований ООО «СпецСтройМеханизация» ссылалось на следующие обстоятельства.

            16.11.2011 ЗАО «ОСК» (должник, застройщик) и ООО «ОСК» (участник) заключен договор № АП/ОСК долевого участия в строительстве жилого дома, согласно условиям которого застройщик принял на себя обязательство построить многоквартирный жилой комплекс (дом), расположенный по строительному адресу: 

<

...> вл.78, корп. А, Б, В (II очередь застройки) и после получения разрешения на ввод его в эксплуатацию передать ООО «ОСК» объект долевого строительства - жилые помещения (квартиры), ориентировочной общей проектной площадью 4800 кв.м. Перечень квартир и их характеристики, согласованы в п. 1.1 договора. Указанный договор зарегистрирован Управлением Росреестра по г. Москве 02.12.2011 за № 77-77-22/023/2011-629. В соответствии с условиями п. 3.1 договора, цена договора составила 600 000 000 руб., исходя из фиксированной стоимости одного кв.м 125 000 руб.

            В качестве доказательств оплаты договора долевого участия в размере 600 000 000 руб. представлено платежное поручение от 06.12.2011 № 4, акт об оплате к договору от 10.12.2011.

            Согласно пункту 48 Приложения № 1 к Положению Банка России от 19.06.2012 № 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» в инкассовом поручении, платежном требовании на бумажном носителе проставляется штамп банка получателя средств и подпись уполномоченного лица банка получателя средств.

            Вместе с тем судами установлено, что представленная копия платежного поручения не содержит отметок банка получателя, а выписки по счетам, подтверждающие реальное списание средств, и их зачисление на счет должника, не представлены. 

          В этой связи суды посчитали, что само по себе платежное поручение надлежащим доказательством не является, если нет доказательств реального поступления денежных средств и отражения в данных аналитического учета банка. Кроме того,  суды отметили, что наличие такого рода перечислений между аффилированными лицами  свидетельствует о транзитном характере спорных перечислений.

            Кроме того, судами установлено, что 17.03.2014 ООО «ОСК» (цедент) и ООО «СпецСтройМеханизация» (цессионарий) заключили договор № АП/ОСК/Б-4-7 уступки прав требования по договору № АП/ОСК долевого участия в строительстве жилого дома в отношении трехкомнатной квартиры, расположенной в корпусе Б, ориентировочной площадью 112,6 кв.м на 4 этаже, № 7 на площадке.

            В качестве доказательств оплаты договора № АП/ОСК/Б-4-7 уступки прав требования в размере 20 400 000 руб. стороны ссылались на акт об оплате к договору от 22.04.2014.

            26.03.2014 ООО «ОСК» (цедент) и ООО «СпецСтройМеханизация» (цессионарий) заключили договор № АП/ОСК/В-4-8 уступки прав требования по договору № АП/ОСК долевого участия в строительстве жилого дома в отношении трехкомнатной квартиры, расположенной в корпусе В, ориентировочной площадью 108,8 кв.м на 4 этаже, № 8 на площадке.

            В качестве доказательств оплаты договора № АП/ОСК/В-4-8 уступки прав требования в размере 20 324 300 руб. стороны ссылались на акт об оплате к договору от 22.04.2014.

            Вместе с тем судами установлено, что условиями заключенных договоров (п. 3.2) стороны согласовали, что цена договоров уплачивается цессионарием в безналичном порядке на расчетный счет цедента. 

          Таким образом, суды пришли к выводу, что оплата по договорам путем составления актов об оплате не соответствует условиям договоров и требованиям Закона о банкротстве, каких-либо дополнительных соглашений об изменении способа оплаты в материалах дела не имеется.

            Согласно объяснениям ООО «ОСК», обязательства ООО «Спецстроймеханизация» перед ООО «ОСК» было исполнено, что подтверждается соглашением о зачете встречных однородных требований от 22.04.2014, которым денежные обязательства ООО «Спецстроймеханизация» перед ООО «ОСК» были зачтены в счет обязательств ООО «ОСК» по мировому соглашению, утвержденному определением Арбитражного суду Московской области от 18.01.2011 по делу № А41-6858/10, перед ООО «СпецСтройМеханизация» с учетом определения от 27.01.2014.

            Принимая во внимание, что мировое соглашение и последовавшее правопреемство заключены между лицами, входящими в одну группу лиц, суды  посчитали, что в настоящем случае ООО «СпецСтройМеханизация» не представлено достаточных доказательств реальности спорных правоотношений, в связи с чем критически отнесись к проведенному зачету.

            При этом судами отмечено, что согласно ответу Федеральной службы по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) № 07-03-06/17458 от 28.08.2020, Росфинмониторинг располагает сведениями об осуществлении операций между ООО «ОСК» и ООО «СпецСтройМеханизация», но информации, содержащейся в базе данных Росфинмониторинга, недостаточно для подготовки ответа по существу запроса суда. Заявитель пояснений по данному факту не представил.

            Довод ООО «ОСК» о том, что права требования по тому же договору № АП/ОСК участия в долевом строительстве жилого дома от 16.11.2011 были уступлены ФИО7, ФИО8 (впоследствии ФИО9), ФИО10 и ФИО11, ФИО12, ФИО13, и требования указанных лиц были включены в реестр требований должника, судами мотивированно отклонен.

            При этом суды исходили из того, что ООО «Спецстроймеханизация» является юридическим лицом, профессиональным инвестором, входящим в одну группу лиц с должником и ООО «ОСК», в связи с чем на его требования не распространяется правовой подход, изложенный в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 14452/12 о приоритетной защите прав граждан - участников долевого строительства как непрофессиональных инвесторов. При рассмотрении требований граждан-участников строительства, добросовестных приобретателей, лицами, участвующими в деле, возражений не заявлялось, соответствующие доводы судом не оценивались.

            Относительно довода ООО «ОСК» о том, что в рамках дела о банкротстве ООО «ОСК» № А41 -54933/2015 судом отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО «ОСК» о признании договоров уступки прав требования № АП/ОСК/Б-4-7 и № АП/ОСК/В-4-8 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды указали, что это в данном случае не имеет правового значения.

            Таким образом, суд первой инстанции,  руководствуясь пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 №305-ЭС17-6779, пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве, статьями 4, 9 Закона о конкуренции,  статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку материалами обособленного спора не подтверждается факт добросовестного исполнения кредитором принятых на себя договорных обязательств.

            В свою очередь суд апелляционной инстанции не полностью согласился с выводами суда первой инстанции, поскольку посчитал обоснованными доводы апелляционных жалоб о том, что оплата в адрес должника произведена, а правомерность зачетов в счет оплаты договоров цессии установлена и подтверждена в судебном порядке: с учетом представленных заявителем документальных доказательств, судом первой инстанции не было предложено конкурсному управляющему должника представить дополнительные доказательства в обоснование отказа во включении требования ООО «СпецСтройМеханизация» по мотивам отсутствия подтверждения факта оплаты, в частности, выписки по счету ЗАО «ОСК» № 40702810000000001896.

            Кроме этого, апелляционный суд  отметил, что в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции конкурсный управляющий АО «ОСК» недобросовестно действовал в целях сокрытия существенного для рассмотрения дела факта оплаты ООО «ОСК» в полном размере (600 млн. руб.) договора участия в долевом строительстве № АП/ОСК от 16.11.2011, данное доказательство представлено конкурсным управляющим должника лишь по требованию суда в апелляционной инстанции, что в связи с несоответствием заявленных в суде первой инстанции возражений фактическим обстоятельствам по делу повлекло заявление новых возражений - о транзитном характере платежа, в дальнейшем безосновательно перечисленного должником в пользу аффилированного с должником, с ООО «ОСК» и с заявителем лица (ООО «Строительная компания», ИНН 

<

***>, которое ликвидировано). При этом, заявляя такой новый довод, возражающие стороны не смогли пояснить, на чем основаны их доводы об аффилированости получателя денежных средств (ООО «Строительная компания») и транзитном характере движения спорной денежной суммы.

            Однако в связи с данными новыми доводами, заявителем представлены документальные доказательства перечисления ООО «Строительная компания» денежных средств в пользу должника,  как инвестором по договору инвестирования, расторгнутом позднее с возвратом внесенной суммы.

            Между тем суд апелляционной инстанции посчитал, что оснований для удовлетворения требований, основанных на платеже, произведенном между аффилированными кредитором и должником, которым они распорядились по своему усмотрению, не направив на строительство объектов недвижимости, за счет Фонда защиты прав граждан-участников долевого строительства, не имеется, так как спорный платеж является транзитным, о чем аффилированные стороны знали и осуществили его именно с этой целью в собственных интересах, заявив впоследствии рассматриваемые требования в целях получения недвижимости за счет Фонда.

            Также судом апелляционной инстанции сделан вывод о том, что при    наличии    доводов    об    аффилированности    ООО    «Объединнная Строительная Компания», ООО «СпецСтройМеханизация», Акционерного общества «Объединенная Строительная Компания» и конечного получателя спорных денежных средств - ООО «Строительная Компания» (единственный учредитель - офшорная компания Dairt Assets Limited (Британские Виргинские острова), кредитор и его правопредшественник не раскрыли конечных бенефициаров указанных организаций. ООО «Строительная компания» создано в октябре - ноябре 2006 года и в последующем ликвидировано до начала процедуры банкротства застройщика. ООО «Строительная компания», заключая договор соинвестирования с АО «ОСК»,  спустя несколько месяцев после создания - 31.01.2007 на сумму 23 000 000 долларов, не имело финансовой возможности для исполнения договора соинвестирования, по данным бухгалтерского баланса за 2006, 2007 годы общество не имело каких-либо активов. При этом конкурсный управляющий ООО «Объединенная Строительная Компания» (ссылаясь на то, что эти документы имелись у общества как у управляющей компании должника) лишь в ходе рассмотрения настоящего спора представил оригиналы документов от 2007 года по взаимоотношениям между должником и ООО «Строительная Компания», которые подлежали передаче им конкурсному управляющему должника, что не было им сделано. Требования к должнику были заявлены лишь 24.09.2019 в связи с решением о строительстве за счет Фонда.

            Суд апелляционной инстанции отметил также, что учитывая социальную значимость объекта, в соответствии с Распоряжением Правительства Российской Федерации от 26.05.2017 №1063-р (в редакции Распоряжения Правительства РФ от 19.03.2018 №451-р, от 23.02.2019 №280-р),  городом Москвой утвержден план-график «Дорожная карта», предусматривающий завершение строительства ЖК «Академ Палас» Московским фондом защиты прав граждан - участников долевого строительства за счет средств бюджета города Москвы.

            В соответствии с положениями статьи 18 Закона об участии в долевом строительстве денежные средства с расчетного счета застройщика могут использоваться только в целях, установленных данной статьей, в том числе для строительства (создания) одного или нескольких многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, в состав которых входят объекты долевого строительства.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции, руководствуясь правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, от 23.07.2018 №310-ЭС17-20671, от 05.09.2019 №305-ЭС14-7512 (24),  пунктом 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.03.1998 №32 «Обзор практики разрешения споров, связанны с применением антимонопольного законодательства», пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированным с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, Обзором судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 №13239/12, пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения суда первой инстанции.

            Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

            В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

            В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

            Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 №305-ЭС17-6779 по делу №А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

            Примеры судебных дел, в которых раскрывается понятие повышенного стандарта доказывания применительно к различным правоотношениям, из которых возник долг, имеются в обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации. Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

            Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

            Таким образом, в деле о банкротстве включение в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими ясными и убедительными доказательствами.

            Поскольку при рассмотрении требований о включении в реестр требований кредиторов применяется более строгий стандарт доказывания, заявители по таким требованиям должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть возможные сомнения относительно обоснованности их требований, возникающие как у других лиц, участвующих в деле о банкротстве, так и у суда.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

            Статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее - Закон о товарных рынках), аффилированными являются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

            В силу абзацев 3, 8 пункта 1 статьи 9 Закона о конкуренции, группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих следующему признаку: хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, .хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания. Кроме того, к группе лиц относятся лица, каждое из которых по какому-либо из признаков входит в группу с одним и тем же лицом.

            Причем, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (ФНС России от 21.07.2017 г. № АС-4-18/14302 «О направлении обзора судебных актов»).

            Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

            Изложенное позволяет заключить, что целью совершения анализируемых операций являлось наращивание кредиторской задолженности, предоставление денежных средств носило характер предоставления финансирования в рамках группы компаний, и не могло иметь место в аналогичной ситуации между независимыми хозяйствующими субъектами. Суть правового положения кредиторов в процессе банкротства должника сводится к возможности получения наиболее полного удовлетворения своих требований.

            Группа лиц рассматривается как единый хозяйствующий субъект, имеющий единые экономические интересы; понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени «единого хозяйствующего субъекта» (п. 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.03.1998 №32 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением антимонопольного законодательства», Определение Верховного Суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС 16-1475, Постановление АС Московского округа № А41-20380/18 от 01.11.2018 по делу №А41-85318/2017).

            Если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

            Как указано в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

            В том случае, если имущество и денежные средства по сделке не выбывали из владения группы лиц, а просто перемещались внутри этой группы лиц без ясных экономических мотивов, такое перемещение не рассматривается как порождающее денежное обязательство должника перед аффилированным кредитором (Определение Верховного Суда РФ от 23.07.2018 №310-ЭС17-20671).

            В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) указывается, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества кредитора; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д. Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим и независимыми кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

            В соответствии с положениями статьи 18 Закона об участии в долевом строительстве денежные средства с расчетного счета застройщика могут использоваться только в целях, установленных данной статьей, в том числе для строительства (создания) одного или нескольких многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, в состав которых входят объекты долевого строительства.

            Таким образом, по смыслу приведенных норм права, указанная в договоре цена объекта недвижимости уплачивается участником долевого строительства для возможности застройщику после получения денежных средств от участников строительства построить (создать) объект долевого строительства.

            Специальные правила о банкротстве застройщиков направлены на обеспечение приоритетной защиты граждан - участников строительства как непрофессиональных инвесторов (определение ВС РФ № 305-ЭС14-7512 (24) от 05.09.2019 по делу 4084122/2010, постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 №13239/12 по делу № А55-16103/2010).

            Действительно, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что конституционный принцип равенства (статья 19 Конституции Российской Федерации) означает, помимо прочего, недопустимость введения не имеющих объективного и разумного оправдания ограничений в правах лиц, принадлежащих к одной категории (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях) (постановления от 24 мая 2001 года N 8-П, от 05.04.2007 № 5-П, Постановление Конституционного Суда РФ от 21.04.2010 № 10-П, от 24 октября 2012 года № 23-П, от 16 марта 2018 года № 11 -П и др.).

            Вместе с тем, аффилированный по отношению к должнику кредитор не может рассматриваться ни как непрофессиональный инвестор, ни как равное лицо по отношению к иным участникам долевого строительства, не связанным с помощью корпоративных и иных неформальных связей с Должником.

            При рассмотрении требований иных лиц, не связанных с должником, не может проводиться такая же тщательная проверка требований, которая должна быть проведена при рассмотрении требований аффилированных лиц и «дружественных» кредиторов.

            Федеральным законом от 27.06.2019 № 151-ФЗ внесены изменения в подпункт 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми юридические лица исключены из числа участников строительства.

            По данной причине высшими судебными инстанциями ранее выработаны правовые подходы, в соответствии с которыми граждане-участники строительства являются приоритетной категорией кредиторов: основной целью принятия специальных правил о банкротстве застройщиков является обеспечение приоритетной защиты граждан - участников строительства как непрофессиональных инвесторов. Применение указанных правил должно быть направлено на достижение этой цели, а не воспрепятствование ей (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 № 13239/12).

            Исходя из содержания и смысла нормы подпункта 3 пункта 1 статьи 201.9, подпункта 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, в соответствии с общим правовым регулированием очередность удовлетворения требований кредиторов устанавливается правопорядком исходя из степени значимости подлежащих защите интересов конкретной группы кредиторов, чьи требования не удовлетворены должником после вступления в правоотношения с последним.

            Было бы неверным (п. 2 ст. 6 ГК РФ) уравнять в правах (поставить в одну очередь) кредиторов по требованию об осуществлении первоначального предоставления и кредиторов, непосредственно пострадавших от взаимодействия с должником. 

            Кредитор должника, имевший с последним отношения, вытекающие из договора инвестирования, преследовал цель извлечения прибыли из такой деятельности, что само по себе отвечает целям и предназначению коммерческого юридического лица (статьи 48 и 50 ГК РФ).

            Вместе с тем  граждане, вступившие в отношения с застройщиком и заключившие договор долевого участия в строительстве, преследуют цель удовлетворения своих потребностей, связанных с жильем.

            В соответствии с действующим в настоящее время в Российской Федерации правовым регулированием не могут получить абсолютно равную правовую защиту юридические лица в сравнении с гражданами, которые не получили удовлетворения от неисправного должника, находящегося в банкротстве. Это означает, что законодатель в первую очередь счел необходимым защиту интересов таких граждан (статьи 17, 40 Конституции РФ, ст. 201.1, 201.5, 201.9 Закона о банкротстве). 

            Если с целью решения вопросов обманутых дольщиков государственный орган власти города Москвы принял решение о достройке проблемного объекта за счет бюджетных средств и снятия, таким образом, социальной напряженности, то реализация такого решения за счет бюджетных средств не может быть направлена и на удовлетворение требований коммерческой организации. Законных оснований к тому нет.

            Последовательное изменение законодателем норм Закона о банкротстве (в том числе Федеральные законы от 29.07.2017 № 218-ФЗ, от 01.07.2018 № 175- ФЗ, от 25.12.2018 № 478-ФЗ, от 27.06.2019 № 151-ФЗ, от 04.11.2019 № 359-ФЗ) в 2017-2019 г.г. позволяет сделать вывод о том, что в условиях банкротства застройщиков приоритет в защите и восстановлении нарушенных прав остается на стороне граждан. Юридические лица, вступившие в правоотношения с застройщиком и преследующие цель извлечения прибыли от такой деятельности, в условиях банкротства должника не могут получить удовлетворение в одной очереди удовлетворения с гражданами».

            Таким образом, уравнять в правах, путем отнесения к одной очереди, кредиторов по требованию об осуществлении первоначального предоставления и кредиторов, непосредственного пострадавших от взаимодействия с должником, недопустимо.

            В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

            Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

            В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

            Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

            Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

            Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

            Иная оценка заявителями жалоб установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

            Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в них доводам не имеется.  

            Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2020 и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021 по  делу №А40-245757/2015 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.  

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     Ю.Е. Холодкова 

                                                                                  Н.Я. Мысак