АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, 

<

...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2130/2025

17 июля 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 июля 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Шведова А.А.

судей Никитина Е.О., Чумакова Е.С.

в судебном заседании приняли участие представители:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ардис» ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 26.08.2024;

ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 08.07.2025 № 25АА 4435618;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ардис» ФИО2

на определение Арбитражного суда Приморского края от 12.03.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2025

по делу № А51-23179/2022 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ардис» ФИО2

к ФИО4

о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности

заинтересованное лицо: Главное управление Федеральной службы судебных приставов по Приморскому краю (ИНН: 

<

***>,                 ОГРН: 

<

***>, адрес: 690090, 

<

...>)

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ардис» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>,  адрес: 690090, 

<

...>),

установил:

определением Арбитражного суда Приморского края от 09.01.2023 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Находкинский судоремонтный завод» (далее - Завод) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Ардис» (далее – общество «Ардис», должник) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 13.06.2023 в отношении должника введена процедура наблюдения, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования Завода в сумме                  6 150 088 руб. 05 коп., временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 13.08.2024 общество «Ардис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, заявитель жалобы).

12.12.2024 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о признании недействительной сделки по оставлению ФИО4 (далее – ответчик) за собой имущества должника - автомобиля Lexus ES 300 Н, 2014 года выпуска, VIN номер JTHBW1GG102081903, государственный регистрационный знак К575 ХР199 (далее – автомобиль, транспортное средство), нереализованного в исполнительном производстве, оформленной актом о передаче нереализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю от 10.02.2022 б/н. Также конкурсным управляющим заявлено о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу общества «Ардис» рыночной стоимости транспортного средства в размере 1 850 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 16.12.2024 к участию в обособленном споре привлечено Главное управление Федеральной службы судебных приставов по Приморскому краю.

Определением суда первой инстанции от 12.03.2025, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2025, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 12.03.2025 и постановлением суда апелляционной инстанции от 23.05.2025,           конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы ее заявитель указывает на отсутствие в оспариваемых судебных актах мотивов отказа в удовлетворении требований по основаниям преференциальности, приведенным в заявлении. Не согласен с выводами суда апелляционной инстанции о том, что оспариваемая сделка не подпадает под шестимесячный период подозрительности, установленный статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с учетом действовавшего в 2022 году моратория. Конкурсный управляющий полагает, что в связи с введением моратория на возбуждение дел о банкротстве в период с 01.04.2022 по 01.10.2022 увеличен период подозрительности оспаривания сделок на срок действия моратория. Заявитель жалобы отмечает непринятие во внимание судами осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника, подтверждаемой обращением ответчика в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Также конкурсный управляющий полагает, что суды при рассмотрении его доводов о неравноценности сделки, сославшись на отсутствие осмотра автомобиля, необоснованно не приняли данные о занижении его рыночной стоимости, подготовленные оценщиком общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Капитал» от 20.01.2025             № 2001/01.

Завод в отзыве поддержал доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего.

ФИО4, выражая в отзыве несогласие с доводами кассационной жалобы указал, что оспариваемая сделка совершена до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве при отсутствии у ответчика на момент оставления за собой автомобиля сомнений в неплатежеспособности общества «Ардис». Кроме этого ответчик опроверг наличие признаков собственной недобросовестности при приобретении имущества в рамках исполнительного производства в соответствии с действующим законодательством. Обращает внимание суда на то, что факт последующей продажи ответчиком приобретенного автомобиля по цене 1 350 000 руб. подтверждает его рыночную стоимость.

В судебном заседании окружного суда представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы по изложенным в ней доводам.

В судебном заседании 07.07.2025 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлен перерыв до 14.07.2025.

Представитель конкурсного управляющего после перерыва в судебном заседании настаивал на ранее заявленных доводах, пояснил, что у общества «Ардис» имелась задолженность подтвержденная, в том числе исполнительными документами за 2012 год. Также представитель конкурсного управляющего указал на существование задолженности по оплате труда других работников должника, идентифицирующие данные которых неизвестны и требования этих работников в реестре требований кредиторов должника отсутствуют.

Представитель ФИО4 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на жалобу. Пояснил, что ФИО4 являлся работником должника и выполнял функции электромеханика на судне; автомобиль ответчиком был продан на следующий день после подписания акта об оставлении транспортного средства за собой по причине ненадобности, так как у него уже имелся другой автомобиль, а денежные средства были необходимы; при этом путем оставления автомобиля за собой с выплатой соответствующей разницы на депозит службы судебных приставов, ФИО4 фактически получил удовлетворение только по одному из нескольких судебных актов суда общей юрисдикции о взыскании в его пользу задолженности по оплате труда.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность определения суда первой инстанции от 12.03.2025 и постановления суда апелляционной инстанции от 23.05.2025, с учетом доводов кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав присутствовавших в судебном заседании представителей, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО4 являлся работником общества «Ардис» в период с 30.09.2008 по 11.09.2018.

Вступившими в законную силу судебными актами суда общей юрисдикции с общества «Ардис» в пользу ФИО4 взыскана задолженность по заработной плате, компенсация за неиспользованный отпуск и моральный вред, в частности:

- решением Уссурийского районного суда от 12.11.2018 по делу             № 2-4595/2018 взыскана задолженность по заработной плате в размере           1 596 740 руб. 76 коп., моральный вред 10 000 руб.;

- решением Уссурийского районного суда от 20.06.2019 по делу             № 2-2081/2019 взыскана компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 220 605 руб. 41 коп. за период с 12.09.2018 по 07.06.2019;

- решением Уссурийского районного суда от 25.07.2019 по делу             № 2-3033/2019 взыскана компенсация за неиспользованный отпуск в размере 516 786 руб., проценты за задержку выплаты 83 435 руб., компенсация морального вреда 2000 руб.;

- решением Уссурийского районного суда от 28.10.2019 по делу             № 2-4248/2019 взыскана компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 109 882 руб. за период с 08.06.2019 по 27.10.2019, компенсация морального вреда в размере 2 000 руб.;

- решением Уссурийского районного суда от 13.07.2021 по делу             № 2-2385/2021 взыскана компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 195 169 руб. 35 коп., компенсация морального вреда в размере 3 000 руб.

Всего с общества «Ардис» в пользу ФИО4 взыскана задолженность по заработной плате, компенсация за неиспользованный отпуск и моральный вред в сумме 2 739 618 руб. 62 коп.

На основании исполнительных листов на взыскание соответствующих сумм, выданных в соответствии с указанными судебными актами, в отношении должника возбуждены исполнительные производства, объединенные впоследствии в сводное исполнительное производство                   № 1925/18/25037-СД.

Как следует из ответа Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Приморскому краю от 16.01.2025 № 49-5597 общество «Ардис» являлось собственников вышеназванного транспортного средства на основании договора от 28.02.2015.

В рамках исполнительного производства актом службы судебных приставов от 17.11.2020 на автомобиль наложен арест.

По состоянию на 20.05.2021 обществом «Ардис» произведена частичная оплата задолженности перед ФИО4 в сумме 1 253 739 руб. 71 коп.

В декабре 2021 года в рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем предложено ФИО4 оставить нереализованный на торгах вышеупомянутый автомобиль по цене на 25% ниже его стоимости, указанной в постановлении об оценке имущества должника, - 1 223 625 руб.

По акту от 10.02.2022 нереализованный автомобиль передан                   ФИО4 с условием встречной оплаты разницы между стоимостью транспортного средства и суммой задолженности путем зачисления на депозитный счет службы судебных приставов суммы 293 469 руб., о чем имеется отметка в указанном акте от 10.02.2022.

Таким образом, транспортное средство приобретено ответчиком по цене 1 517 094 руб. (1 223 625 руб.+293 469 руб.).

В дальнейшем автомобиль на основании договора купли-продажи от 11.02.2022 был продан ФИО7 по цене                        1 350 000 руб.

Полагая, что оставление ответчиком за собой автомобиля по цене значительно ниже рыночной стоимости аналогичного транспортного средства направлено на причинение вреда имущественным интересам кредиторов при наличии признаков неплатежеспособности должника, а также на преимущественное удовлетворение требований ответчика перед другими кредиторами, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании акта передачи автомобиля от 10.02.2022 недействительной сделкой в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2, статьей 61.3 Закона о банкротстве.

В обоснование осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника конкурсным управляющим приведены доводы о неоднократном возбуждении в 2018-2021 годах в отношении общества «Ардис» дел о несостоятельности (банкротстве) - №№ А51-18153/2018, № А51-14255/2019, А51-12226/2021, в том числе, по заявлению ФИО4

ФИО4, возражая против требований конкурсного управляющего, ссылался на отсутствие в его действиях признаков недобросовестного поведения, а также на совершение сделки по рыночной цене, сниженной на 25%, поскольку нереализованное на публичных торгах транспортное средство приобреталось в счет оплаты задолженности по заработной плате. Указал, что на момент совершения оспариваемой сделки должник не обладал признаками неплатежеспособности, все вышеназванные дела о несостоятельности (банкротстве) должника прекращались в связи с удовлетворением требований кредиторов.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 1 статьи 61.1, пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункта 12 статьи 87 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», части 3 статьи 69 АПК РФ, разъяснениями, содержащимися в пунктах 1, 5, 7-9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), абзаце третьем пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовыми позициями, выраженными в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707, и исходил из недоказанности конкурным управляющим факта оставления ответчиком автомобиля за собой на условиях, существенно отличающихся в худшую сторону для должника, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал, указал на отсутствие между должником и ФИО4                 какой-либо заинтересованности, а также оснований для квалификации оспариваемой сделки по статье 61.3 Закона о банкротстве в связи с истечением шестимесячного периода подозрительности, установленного данной нормой.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, и проверив доводы конкурсного управляющего, суды обеих инстанций отметили, что информационное письмо от 20.01.2025 № 2001/01 об определении стоимости автомобиля в сумме 1 850 000 руб. не является документом, достоверно подтверждающим реальную рыночную стоимость транспортного средства, поскольку рыночная стоимость формируется в процессе торгов. Более того оценка проведена без осмотра транспортного средства, без учета его пробега и технического состояния (с учетом года выпуска транспортного средства, а также неоднократных попыток его реализации в ходе исполнительного производства).

Суды двух инстанций приняли во внимание, что снижение цены автомобиля на 25% обусловлено неудачными попытками реализовать транспортное средство на торгах по той цене, по которой изначально оно было оценено в рамках исполнительного производства.

Оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций судебная коллегия окружного арбитражного суда не усматривает.

Для признания сделки недействительной по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется доказать существенное занижение стоимости отчуждаемого банкротящегося должника, и, что намерение сторон такой сделки направлено на причинение вреда кредиторам.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025, понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения договорной цены от рыночной. Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься все обстоятельства совершения сделки, то есть необходимо исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций. Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик правоотношений (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.).

В рассматриваемом случае позиция конкурсного управляющего по существу сводилась к тому, что целью оспариваемой сделки являлся вывод актива должника в ущерб интересам кредиторов. В обоснование данного довода приведены суждения о том, что транспортное средство приобретено ответчиком фактически по цене 1 517 094 руб., тогда как конкурсный управляющий ссылался на рыночную цену аналогичного автомобиля в размере 1 850 000 руб. Разница в указанных ценах не превысила 20%.

В свою очередь ответчиком представлено экспертное заключение от 17.02.2025 № 05/2025, составленное экспертом Центром независимой экспертизы Факт – индивидуальным предпринимателем ФИО8, согласно которому на дату оценки (10-17.02.2025) стоимость автомобиля составляла 2 327 884 руб. 80 коп., а на момент оставления автомобиля за ответчиком (10.02.2022) - 1 583 660 руб.

Учитывая публичность правоотношений судебного                           пристава-исполнителя и взыскателей по исполнительному производству, оставление ФИО4 на основании предложения судебного              пристава-исполнителя при условии перечисления на депозитный счет службы судебных приставов разницы между суммой денежных средств, подлежащих выплате взыскателю по исполнительному листу, и стоимостью оставляемого за собой нереализованного на торгах имущества должника, не предполагает направленность этой сделки на причинение вреда кредиторам должника и не свидетельствует о неравноценном характере сделки.

Обстоятельств, свидетельствующих об обратном, при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций конкурсным управляющим не приведено.

Учитывая изложенное, а также формирование окончательной стоимости имущества на торгах, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии признаков неравноценности сделки и недоказанности оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 данной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 данной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года              № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление            № 44) разъяснено, что все сделки должника, в отношении которого действовал мораторий, предполагаются совершенными в рамках обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное, и не могут быть оспорены на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Такая сделка может быть признана недействительной, если будет доказано, что контрагент обладает сведениями о наличии признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества), наступивших по основаниям, не связанным с введением моратория и отсутствии реальной возможности устранить данные признаки.

В силу пункта 13 постановления № 44 по смыслу подпункта 1 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве в случае введения моратория периоды, предусмотренные абзацем вторым пункта 2 статьи 19, статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, по делам о банкротстве, возбужденным в трехмесячный срок, исчисляются исходя из дня введения моратория.

В частности, это означает, что при оспаривании сделок проверкой охватываются: периоды, предшествующие дню введения моратория, установленные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (один месяц, шесть месяцев, год или три года); период действия моратория; период со дня окончания моратория до дня возбуждения дела о банкротстве; а также период после возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, законодателем фактически увеличен период подозрительности оспаривания сделок должника на срок действия моратория для дел о банкротстве, возбужденных в течение трех месяцев со дня окончания моратория.

С 01.04.2022 по 01.10.2022 действовал мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей (постановление Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», пункт 34 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2025), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025).

Согласно статье 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Трехмесячный срок на возбуждение дел о банкротстве, исчисляемый со дня окончания моратория, истекал в нерабочий день 01.01.2023; дело о банкротстве должника возбуждено определением суда первой инстанции от 09.01.2023 - в первый рабочий день 2023 года (постановлением Правительства Российской Федерации от 29.08.2022 № 1505 «О переносе выходных дней в 2023 году» 1-8 января 2023 года объявлены нерабочими днями), то есть в течение трех месяцев после прекращения действия моратория (01.10.2022); оспариваемая сделка совершена 10.02.2022, в пределах шестимесячного срока до дня введения моратория.

С учетом изложенного, поскольку дело о банкротстве общества «Ардис» возбуждено в течение трехмесячного срока со дня окончания моратория, вывод апелляционного суда о том, что оспариваемая сделка не попадает под период подозрительности, установленный статьей 61.3 Закона о банкротстве, является неверным.

Вместе с тем ошибочное суждение суда апелляционной инстанций не повлекло принятие неправильного судебного акта по существу спора и доводам апелляционной жалобы.

В абзаце втором пункта 9.1 постановления № 63 указано, что если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 12 постановления № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности (абзац пятый пункта 12 постановления № 63).

В абзаце шестом пункта 12 постановления № 63 разъяснено, что если платеж был получен после того, как данный кредитор подал заявление о признании должника банкротом или узнал о подаче такого заявления другим кредитором, то при решении вопроса о добросовестности такого кредитора следует, в частности, учитывать, свидетельствовали ли обстоятельства подачи такого заявления о том, что имеет место действительно неплатежеспособность должника, либо инициатор банкротства рассматривает возбуждение такого дела как ординарный вариант принудительного исполнения судебного решения, а также были ли поданы в рамках возбужденного дела о банкротстве заявления других кредиторов.

В соответствии со статьей 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы (часть 3).

Как следует из заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки и материалов дела, посредством оставления ответчиком транспортного средства за собой по предложению судебного                      пристава-исполнителя была погашена заложенность общества «Ардис» по оплате труда перед ФИО4, относящаяся ко второй очереди платежей (абзац третий пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве).

Доказательств, свидетельствующих о том, что задолженность по оплате труда перед ФИО4, образовавшаяся в 2018 году, конкурировала с задолженностью перед иными работниками должника с такой же очередностью удовлетворения, в материалы дела не представлено. Признаков недобросовестности в поведении ФИО4 судами обеих инстанций не установлено.

Само по себе возбуждение в отношении должника дел о банкротстве №№ А51-18153/, А51-14255/2019, А51-12226/2021, не подтверждает осведомленность ФИО4 о наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку производство по названных делам прекращено.

В связи с этим доводы о том, что оспариваемой сделкой ответчику оказано предпочтение в удовлетворении его требований, отклонены судом кассационной инстанции.

Процессуальный закон обязывает арбитражный суд оценить представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отразить в судебном акте мотивы, по которым он пришел к своим выводам, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, исходя из принципов равноправия сторон и состязательности процесса (статьи 8, 9, 71, 168, 169, 185 АПК РФ).

При таких обстоятельствах само по себе несогласие заявителя жалобы с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой фактических обстоятельств спора, установленных на основании имеющихся доказательств, не свидетельствует о неправомерности выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах.

Учитывая, что нормы материального и процессуального права, в том числе влекущие безусловную отмену судебных актов, судами первой и апелляционной инстанций при разрешении рассматриваемого спора не нарушены, судебная коллегия окружного арбитражного суда признает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Поскольку конкурсному управляющему при подаче кассационной жалобы была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, с общества «Ардис» за счет его конкурсной массы на основании статьи 110 АПК РФ, подпункта 20 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере                   50 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 12.03.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2025 по делу № А51-23179/2022 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ардис» в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение кассационной жалобы в размере 50 000 руб.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           А.А. Шведов

Судьи                                                                                    Е.О. Никитин

Е.С. Чумаков