АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-61051/2020

Дело № А55-14944/2019

г. Казань

22 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 октября 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Егоровой М.В.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 07.07.2020),

ФИО3 – ФИО2 (доверенность от 08.07.2020),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1, ФИО3

на определение Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2021

по делу № А55-14944/2019

по заявлениям финансового управляющего ФИО4 к ФИО5 Кызы и ФИО6 о признании недействительной сделки в рамках дела № А55-14944/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с участием третьего лица - Отдел опеки и попечительства Кировского района г. Самара,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 28.05.2019 заявление ФИО8 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО7 принято к производству.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.08.2019 в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. 

Решением Арбитражного суда Самарской области от 02.12.2019 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4, член Ассоциации «Саморегулируемой организации арбитражных управляющих «МЕРКУРИЙ». 

Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просит: 

- признать недействительным договор купли-продажи от 05.06.2018, заключенный между Бадаловым Айдыном Фатулла Оглы и ФИО5 Кызы, в отношении земельного участка с кадастровым номером 63:01:0208002:39 и расположенного на нем здания с кадастровым №63:01:0813004:674, по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63; 

- признать недействительным договор купли-продажи земельного участка от 15.02.2017, заключенный между Бадаловым Айдыном Фатулла Оглы и ФИО5 Кызы в отношении земельного участка с кадастровым номером 63:01:0208002:2077, расположенного по адресу Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, дом 63;

- признать недействительным договор дарения объектов недвижимости от 01.04.2020, по которому ФИО5 передала в собственность ФИО6 земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:39 и расположенное на нем здание с кадастровым №63:01:0813004:674, по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63; 

- признать недействительным договор дарения объектов недвижимости от 31.03.2020, по которому ФИО5 передала в собственность ФИО6 земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:2077, расположенный по адресу Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, дом 63; 

- обязать ФИО6 Кызы, в лице ее законных представителей, возвратить в конкурсную массу ФИО7: земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:39 и расположенное на нем здание с кадастровым № 63:01:0813004:674, по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63; земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:2077, расположенный по адресу Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, дом 63. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2021 в удовлетворении ходатайства ФИО7 о назначении экспертизы отказано. 

Заявление финансового управляющего ФИО4 об оспаривании сделки удовлетворено, а именно: признан недействительным договор купли-продажи от 30.05.2018, рег.№: 63:01:0813004:674-63/001/2018-2, заключенный между Бадаловым Айдыном Фатулла Оглы и ФИО5 Кызы, в отношении земельного участка с кадастровым номером 63:01:0208002:39 и расположенного на нем здания с кадастровым №63:01:0813004:674, по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63, признан недействительным договор купли-продажи земельного участка от 03.02.2017, рег.№ 63:01:0208002:2077-63/001/2017-2 заключенный между Бадаловым Айдыном Фатулла Оглы и ФИО5 Кызы в отношении земельного участка с кадастровым номером 63:01:0208002:2077, расположенного по адресу Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, дом 63, признан недействительным договор дарения объектов недвижимости от 24.03.2020, по которому ФИО5 Кызы передала в собственность ФИО6: земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:39, общей площадью 724 кв.м., по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63; здание с кадастровым №63:01:0813004:674, общей площадью 216,7 кв.м., по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63; земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:2077, общей площадью 101 кв.м., расположенный по адресу Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, дом 63; Обязал ФИО6 Кызы, в лице ее законных представителей, возвратить в конкурсную массу ФИО7: земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:39 и расположенное на нем здание с кадастровым №63:01:0813004:674, по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63; земельный участок с кадастровым номером 63:01:0208002:2077, расположенный по адресу Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, дом 63.

Постановлением  Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда от 21.06.2021 определение Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

 Не согласившись с принятыми судебными актами  ФИО1, ФИО3,  обратились  с кассационной  жалобой, в которой  просят отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2021, и постановление  Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда от 21.06.2021, принять по делу новый судебный акт которым  отказать  в удовлетворении требований финансового  управляющего о признании сделки недействительной.

В обоснование кассационных жалоб заявители указывают, что оспоренные сделки не влекут уменьшение конкурсной массы должника, поскольку здание (кадастровый номером № 63:01:0813004:674, общей площадью 216,7 кв.м., по адресу: Самарская обл., г.Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская д.63) задние (дом) является единственным жильем, в котором проживают члены семьи, что в свою очередь повлечет исключение из конкурсной массы должника указанного жилого дома, как единственного пригодного жилья должника и членов его семьи. Также заявители не согласны с выводами судов о том, что  ответчик является  заинтересованным лицом.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание  лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие. Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание. 

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ законность судебных актов проверена в кассационном порядке.  

Как установлено судами и  следует из материалов дела,  на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 03.02.2017, (дата регистрации 15.02.2017) ФИО7 продал ФИО5 Кызы, земельный участок площадью 101 кв.м., по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 63:01:0208002:2077. Согласно пункту 2.1 договора земельный участок продан за 50000 рублей, данную денежную сумму продавец получил от покупателя полностью до подписания настоящего договора. 

На основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 30.05.2018 (дата государственной регистрации права собственности: 05.06.2018) ФИО7 продал ФИО5 Кызы, земельный участок площадью 724 кв.м., по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 63:01:0208002:39, и здание, расположенное на нем площадью 216,7 кв.м., кадастровый номер 63:01:0813004:674. 

В соответствии с пунктом 2.1 договора, отчуждаемое имущество продано за 2500000 руб., из которых: - 700000 руб. – стоимость земельного участка, - 1800000 руб. – стоимость жилого дома. Пунктом 2.2 договора стороны предусмотрели передачу денежных средств в размере 2500000 руб. до подписания настоящего договора, расчет произведен в наличной форме. 

В последствие, ФИО5 Кызы передала право собственности ФИО6 на основании договора дарения объектов недвижимости от 24.03.2020 - на земельный участок, площадью 724 кв.м., по адресу: 

<

...>,с кадастровым №63:01:0208002:39; - здание площадью 216,7 кв.м., с кадастровым № 63:01:0813004:674, по адресу: Самарская обл., г. Самара, Кировский р-н, ул. Ольховская, д.63; - земельный участок площадью 101 кв.м., по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 63:01:0208002:2077. 

Финансовый управляющий должника считает, что договоры купли-продажи недвижимого имущества от 03.02.2017 и от 30.05.2018, а также договор дарения объектов недвижимости от 24.03.2020 являются притворными взаимосвязанными сделками, направленными на сокрытие сделки по отчуждению должником имущества в пользу заинтересованного лица - ФИО6, дочери должника, что на основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве  свидетельствует о наличии заинтересованности между ФИО1 и ФИО6

Финансовый управляющий, обращаясь с настоящим заявлением в суд кассационной инстанции, сослался на положения статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 2 статьи 170 АПК РФ, исходил из того, спорные договоры представляют собой единую сделку, совершенную в период неплатежеспособности должника между заинтересованными лицами без встречного предоставления сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующим договорам правовые последствия и при злоупотреблении правом, с целью причинения вреда кредиторам.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и заявленных на нее возражений, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованного судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал или признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Соответствующие разъяснения приведены, в частности, в пунктах 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 3.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87 и в абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом (дарителем) последнему покупателю (одаряемому). Кроме того, данный факт также является косвенным доказательством аффилированности первоначального, нового приобретателя имущества и его продавца (дарителя).

Совокупный экономический эффект, полученный в результате заключения и последующего исполнения таких сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью юридических отношений. Данный механизм вывода активов в преддверии банкротства с использованием юридически несвязанного с должником лица является распространенным явлением, реализуемым посредством совершения цепочки хозяйственных операций по выводу активов на аффилированное с должником лицо по взаимосвязанным сделкам.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, совершенных с целью прикрыть другие сделки (статья 170 ГК РФ). Совершая мнимые (притворные) сделки их стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся, поэтому при наличии в деле о банкротстве возражений о мнимости (притворности) договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям закона, суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Кредитор (управляющий), не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания недействительности/ничтожности сделки, и предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству; в случае наличия возражений кредитора (управляющего) со ссылкой на мнимость (притворность) соответствующих правоотношений и представления ими в суд прямых (косвенных) доказательств наличия существенных сомнений в наличии реальных взаимоотношений по сделке, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика, и последнему не должно составлять затруднений опровергнуть такие сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

При этом само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании статьи 170 ГК РФ.

При исследовании истинных мотивов сторон договоров купли продажи от 30.05.2018 и от 03.02.2017 и договора дарения от 24.03.2020, проанализировав обстоятельства их совершения, установив, что оспариваемые договоры заключены после заключения договора поручительства от 01.06.2016 № 16/08-1ДПФ-003003 заключенного между  Бадаловой Лалой Хокумулла Кызы (супруга Бадалова Айдына Фатулла Оглысуды), и общество с ограниченной ответственностью «УМ-Банк» по обеспечению обязательств общества с ограниченной ответственностью «Мясоагропром» по кредитному договору от 01.06.2016 № 16/08-КДЛ-003 с суммой долга 144 695 635,05 рублей, а также договора займа от 28.11.2017 которое стало основанием для возбуждения дела о банкротстве, судами было установлено что, на момент совершения сделок должник обладал признаками неплатежеспособности.

Судами установлено, что стороны оспариваемых договоров являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу.

Так, о наличии заинтересованности между должником и ФИО5 подтверждает  анализ сделки по реализации супругой должника в пользу ФИО5 196 объектов недвижимости – земельных участков, которые оспариваются финансовым управляющим должника, а также то, что приобретенные земельные участки использовались ФИО5 для обеспечения обязательств должника.

Таким образом, должника и ФИО5 связывает не только совместная регистрации в одном месте жительства, но и длительные деловые и доверительные отношения, основанные на юридически оформленных документах.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», применимых к спорным отношениям, суды, принимая во внимание условия договора купли-продажи о выплате стоимости имущества  наличными денежными средствами до  подписания договора, правомерно включили в предмет исследования по настоящему спору вопросы о наличии у ФИО11 денежных средств в таком значительном для физического лица размере для приобретения недвижимости с целью ее последующего дарения и цель такового приобретения. 

Проанализировав документы представленные в подтверждении наличия у ФИО11 достаточных денежных средств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии финансовой возможности у ФИО5 на момент покупки земельных участков и дома по оспариваемым договорам купли-продажи недвижимого имущества.

Экономическая целесообразность приобретения недвижимости с целью ее последующего дарения перед судом не раскрыта.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая последовательность действий по отчуждению имущества, установив, что после совершения сделки между должником и ФИО11  по купле-продаже спорного имущества и регистрации перехода права за ФИО11, последняя  по договорам дарения передала спорные объекты в пользу дочери ФИО1 - ФИО6, принимая во внимание фактическую аффилированность сторон сделки между собой, суды обоснованно пришли к выводу, что договор купли-продажи и договор дарения представляют собой единую сделку, состоящую из цепочки последовательных взаимосвязанных сделок по выводу имеющегося имущества из собственности должника с целью невозможности обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами путем формальной смены собственника., при сохранения прав владения и пользования имуществом за должником.

С учетом установленных обстоятельств,  суды заключили, что оспариваемая единая сделка была объединена единым умыслом участников и совершена сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующим договорам правовые последствия, при их заключении стороны в силу аффилированности были осведомлены о неплатежеспособности должника и имели общую цель не допустить обращения взыскания на принадлежащее должнику ликвидное имущество, причиняя тем самым вред кредиторам, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы в отсутствие реальной возможности получения удовлетворения требований к должнику за счет отчужденного имущества. Спорные сделки имеют притворный характер (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) и прикрывают единую сделку по безвозмездному отчуждению имущества из собственности должника  в  собственность его дочери.

При таких условиях суды обоснованно констатировали причинение в результате совершения сделки вреда имущественным павам кредиторов, поскольку должник лишился имущества в отсутствие равноценного встречного предоставления, вследствие чего правомерно признал спорные договоры недействительными.

Исходя из предмета оспариваемой сделки и установленных по делу обстоятельств, с учетом общих и специальных последствий недействительности сделок, предусмотренных в пункте 2 статьи 167 ГК РФ и пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суды также пришли к верному выводу о необходимости в качестве применения последствий недействительности сделок обязать ФИО6, в лице его законных  представителей возвратить приобретенный объект недвижимого имущества в конкурсную массу должника.

Оценивая доводы должника и ответчиков, что спорный жилой дом не подлежит включению в конкурсную массу, поскольку является единственным пригодным жильем для должника и членов его семьи, признав заслуживающими внимание доводы финансового управляющего о наличии у спорного объекта недвижимости признаков роскошного жилья, вместе с тем, учитывая, что документы, касающиеся источника денежных средств для приобретения спорного дома судом первой инстанции не исследовались и материалы дела не содержат, а также то, что самим должником не представлено доказательств,  при наличии другого жилья, что именно  данное жилье  обладает исполнительным иммунитетом,  суды правомерно не усмотрел оснований для установления данного факта в рамках настоящего спора. 

Оценивая соответствующие доводы заявителей кассационной жалобы,  суд округа исходит из того, что на данном этапе решение вопроса об отнесения спорного имущества к имеющему исполнительский иммунитет преждевременно, поскольку представленные в материалы дела документы  признаны судом недостаточными для признания за домом статуса исполнительского иммунитета, соответствующие доказательства могут быть предметом рассмотрения заявления об исключении имущества из конкурсной массы должника, что не противоречит правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной в постановлении от 14.05.2012 № 11-П и постановлении от 26.04.2021 № 15 -П.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для отмены либо изменения судебного акта апелляционной инстанции по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют.

Доводы заявителя кассационной жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судов доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу положений статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 08.02.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2021 по делу № А55-14944/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяМ.В. Егорова

СудьиЕ.В. Богданова

А.А. Минеева