ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-19589/2025

г. Красноярск

30 января 2026 года

Судья Третьего арбитражного апелляционного суда Пластинина Н.Н.,

рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1

на решение Арбитражного суда Красноярского края от 30 сентября 2025 года (решение в виде резолютивной части от 15 сентября 2025 года) по делу № А33-19589/2025, рассмотренному в порядке упрощённого производства,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Правовая группа «Интеллектуальная собственность» (далее – истец, ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность», общество) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1, предприниматель) о взыскании 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №572267 («basik&C»), 20 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №842785 («Мордочка Басика»), 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства – изображение произведение «Дизайн игрушки котенок Басик», 20 000 руб. – компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства – изображение произведения «Мордочка Басика», 750 руб. стоимость товара, приобретенного у ответчика, 789 руб. 08 коп. – почтовые расходы, 20 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя.

15.09.2025 судом вынесена резолютивная часть решения по настоящему делу, согласно которой исковые требования удовлетворены.

В соответствии с частью 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления или со дня подачи апелляционной жалобы.

23.09.2025 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление ответчика о составлении мотивированного решения по настоящему делу.

Мотивированное решение изготовлено 30.09.2025.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В апелляционной жалобе ответчик указывает на следующие обстоятельства:

- размер взысканной компенсации является чрезмерным и завышенным, что подтверждается, в том числе, судебной практикой; доказательств причинения убытков истцу в материалы дела не представлено; судом первой инстанции размер компенсации снижен не был, ответчик находится в тяжелом материальном положении;

- истцом не доказано, а судом первой инстанции не установлена продажа именно контрафактного товара; контрольная закупка не производилась, экспертиза также не назначалась, в связи с чем вывод о контрафактности являются несостоятельными;

- изображение произведение «Дизайн игрушки котенок Басик» и изображение произведения «Мордочка Басика» не являются произведения изобразительного искусства;

- истцом надлежащим образом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора;

- судом первой инстанции необоснованно в качестве доказательств принята видеозапись; кроме того, в представленном истцом чеке содержится просто наименование «игрушка», идентифицировать его как покупку товара у ответчика не представляется возможным;

- договор уступки права требования должен быть зарегистрирован Роспатентом, доказательств чего в материалы дела не представлено; истец злоупотребляет своими права путем предъявления исковых требований.

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором возражает против доводов жалобы, просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 24.10.2025 апелляционная жалоба принята к производству в порядке упрощенного производства.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 17.10.2025, подписанный судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на определение арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

На основании приведенной нормы права, с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 47, 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционная жалоба рассмотрена судьей единолично без осуществления протоколирования и без составления резолютивной части постановления.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

1. Как следует из материалов дела, 17.01.2020 заключен договор совместного владения исключительным правом на дизайн кота Басика (далее – договор) между ИП ФИО2 и ИП ФИО3, согласно которому ИП ФИО2 передает ИП ФИО3 в совместное владение исключительное право на дизайн кота Басика, а также произведения, созданные путем переработки кота Басика (в том числе рисованные изображения кота Басика) за оговоренное сторонами вознаграждение (пункт 2.1.), при этом перечень передаваемых объектов содержится в Приложении 1 к договору.

В соответствии с пунктом 2.2 договора совместного владения с момента его заключения исключительное право на дизайн кота Басика, а также произведения, созданные путем переработки кота Басика (в том числе рисованные изображения кота Басика), принадлежат ИП ФИО2 и ФИО3 совместно.

В приложении 1 к договору совместного владения содержатся передаваемые объекты, в том числе дизайн кота Басика (произведение «Мягкая игрушка британский вислоухий кот Басик»), дизайн игрушки котенок Басик, рисованные изображения кота Басика.

В дополнении 1 к приложению 1 к договору совместного владения также содержатся изображения мини Басик (серия дизайнов игрушки и логотипа под общим названием «Мини Басик» и серия дизайнов брелока под общим названием «Мини Басик») и мини Ли-ли (серия дизайнов игрушки и логотипа под общим названием «Мини Ли-Ли» и серия дизайнов брелока под общим названием «Мини Ли-Ли»).

2. 27.10.2020 заключен лицензионный договор № 2710-1/2020 между ИП ФИО2 (лицензиар) и ИП ФИО3 (лицензиат), согласно которому ИП ФИО3 получил исключительную лицензию на использование товарных знаков по свидетельству № 572267, в отношении перечисленных в договоре классов МКТУ (пункт 2.1), а именно:

- товарные знаки № 572267, № 507395, № 540573, № 535239 – для всех товаров 14, 16, 18, 24, 25, 28, 30, 32 класса МКТУ, для которых товарный знак зарегистрирован;

В соответствии с пунктом 8.2 указанного лицензионного договора, если лицензиату станет известно, что товарные знаки противоправно используются третьим лицом, он обязуется незамедлительно информировать об этом лицензиара, а также принять все необходимые меры для защиты нарушенных прав, в том числе предъявлять от своего имени претензии, подавать заявления в правоохранительные органы и исковые заявления в суд, со всеми правами, которые предъявляются законом заявителю и истцу.

Указанный лицензионный договор прошел процедуру регистрации в Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Роспатент), номер и дата государственной регистрации: РД0354910 от 15.02.2021.

3. 30.09.2021 заключен договор об отчуждении исключительного права на произведение изобразительного искусства (далее – договор об отчуждении исключительного права) между ООО «МПП» и ИП ФИО3 и ИП ФИО2, согласно которому ООО «МПП» передало в полном объеме принадлежащее ему исключительное право на произведение изобразительного искусства под названием «Мордочка Басика» приобретателям: ИП ФИО3 и ИП ФИО2 (п. 1).

В соответствии с пунктом 2.1 договора об отчуждении исключительного права автором рисунка «Мордочка Басика» является ФИО2, исключительное права на рисунок передано ООО «МПП» в рамках договора об отчуждении исключительного права на произведение изобразительного искусства от 01.08.2016.

Согласно пункту 2.2 Договора об отчуждении исключительного права ИП ФИО3 и ФИО2 принадлежит исключительное право на рисунок в полном объеме с момента заключения указанного договора, при этом распоряжение рисунком осуществляется приобретателями в соответствии с договором совместного владения исключительным правом на дизайн кота Басика от 17.01.2020.

В приложении 1 к договору об отчуждении исключительного права содержится акт сдачи-приемки от 30.09.2021, подтверждающий передачу ООО «МПП» в пользу ИП ФИО3 и ИП ФИО2 рисунка «Мордочка Басика» в трех вариантах исполнения.

4. 30.09.2021 подписан договор уступки требований (цессии) № 3009-5/21 между ИП ФИО2 (цедент) и ИП ФИО3 (цессионарий), согласно которому цедент передает цессионарию право требований к третьим лицам в досудебном и судебном порядке, включая материальные (выплата компенсации) и нематериальные требования, которые возникнут в связи с нарушением исключительного права на объекты авторского права: «Мягкая игрушка британский вислоухий кот Басик», «Дизайн игрушки котёнок Басик», «Мягкая игрушка Кошка № 1 (белая с рыжими пятнами)», «Мягкая игрушка Кошка № 1 в пропорциях котенка (белая с рыжими пятнами)» и произведения, являющиеся результатом переработки вышеуказанных произведений, в том числе кота-подушку Басика (пункт 1.1).

В соответствии с пунктом 1.2 договора уступки требований (цессии) № 3009-5/21 от 30.09.2021 право требований распространяется на нарушения исключительного права, обнаруженные с 01.10.2021 незаконным (без согласия правообладателя) использованием произведений путем изготовления (производства) экземпляров игрушек с использованием произведений; распространения (реализации) путем предложения к продаже, продажи экземпляров произведений и переработанных произведений, в том числе на любых сайтах и торговых площадках в сети «Интернет», а также посредством иного отчуждения, ввоза и хранения экземпляров с целью продажи; переработки произведений; публичного показа экземпляров произведений и переработанных произведений, и доведения их до всеобщего сведения. Право требования у цессионария возникает с момента выявления нарушения исключительного права на произведения (пункт 2.1), при этом согласно пункту 2.2 договора уступки требований (цессии) № 3009-5/21 от 30.09.2021 цессионарий на свое усмотрение и за свой счет организует порядок выявления товаров с признаками контрафактности, в которых использованы произведения, в том числе с привлечением агентов.

В соответствии с пунктом 2.3 договора уступки требований (цессии) № 3009- 5/21 от 30.09.2021 цессионарий обязуется предпринимать все необходимые и законные действия, направленные на удовлетворение материальных (выплата компенсации) и нематериальных требований, возникших в связи с нарушением исключительного права на произведения, в частности проведение переговоров о досудебном урегулировании спора, разрешение спора в досудебном порядке или обращение в суд за защитой исключительного права на произведения.

В приложении № 1 к договору уступки требований (цессии) № 3009-5/21 от 30.09.2021 содержатся документы, подтверждающие исключительные права цедента на произведение дизайна «Мягкая игрушка британский вислоухий кот Басик» и изображения данного произведения, в приложении № 2 – на произведение «Дизайн игрушки котёнок Басик», в приложении № 3 – на произведение «Мягкая игрушка Кошка № 1 (белая с рыжими пятнами)», в приложении № 4 – на произведение «Мягкая игрушка Кошка №» в пропорциях котенка (белая с рыжими пятнами)», а в приложении № 5 содержится произведение, являющееся результатом переработки произведения дизайна «Мягкая игрушка британский вислоухий кот Басик» - кот-подушка Басик.

В приложениях №№ 1-2 к договору уступки требований (цессии) № 3009-5/21 от 30.09.2021 содержатся копии свидетельств Российского авторского общества «КОПИРУС» о депонировании произведений № 014-003437 от 29.07.2014 («Мягкая игрушка британский вислоухий кот Басик») и № 015-004094 от 20.03.2015 («Дизайн игрушки котёнок Басик»), согласно которым автором и правообладателем произведений является ИП ФИО2

ИП ФИО3 является обладателем исключительного права на товарный знак № 842785, удостоверяемого свидетельством на товарный знак (знак обслуживания), выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам.

5. Между ИП ФИО3 (цедент) и ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность» (цессионарий) заключен договор уступки права (требования) № YU-PG24 от 29.11.2024 (далее - договор), в соответствии с условиями которого права требования (а также иные связанные требования, в том числе, но не ограничиваясь: стоимость вещественных доказательств, госпошлины за рассмотрение дела в суде, расходов по получению выписки из ЕГРИП, почтовых расходов и иные) к нарушителям исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности перешли от ИП ФИО3 к обществу.

В соответствии с пунктом 2 по договору передаются как права требования, существующие на момент подписания договора, так и права требования, которые возникнут в будущем. Право требования переходит к цессионарию с момента подписания Приложения, которое идентифицирует нарушение и право требования по нему.

Согласно пункта 7 договора уступки права (требования) № YU-PG24 от 29.11.2024 согласие нарушителей на уступку прав (требований) не требуется.

В дополнительном соглашении № 1 к Приложению № 2 к договору уступки права (требования) № YU-PG24 от 29.11.2024 указан перечень нарушителей, требования в отношении которых перешли от ИП ФИО3 к ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность».

Согласно условиям договора и дополнительного соглашения № 1 к Приложению № 2 к указанному договору, ИП Юсупов Рафис Ринатович передал ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность» право требования, в том числе в отношении следующего выявленного факта нарушения:

- № ПП: N 454; внутренний номер дела: 1018504; наименование нарушителя – ИП ФИО1; ИНН: 

<

***>; адрес закупки: Красноярский край, пгт. Нижняя Пойма, ул. Кирова, д. 2 Б; дата закупки - 20 декабря 2024 г.

Таким образом, согласно договору уступки права (требования) № YU-PG24 от 29.11.2024 с дополнительным соглашением № 1 к Приложению № 2, право требования выплаты компенсации и понесенных судебных издержек, возникших в связи с нарушением исключительных прав со стороны ИП ФИО1, перешло в полном объеме от ИП ФИО3 к ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность».

В ходе закупки, произведенной 20.12.2024 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Красноярский край, пгт. Нижняя Пойма, ул. Горького, д. 1 установлен факт продажи контрафактного товара (игрушка). В подтверждение продажи был выдан чек: наименование продавца: ИП ФИО1, дата продажи: 20.12.2024.

На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 572267 («basik&С»), № 842785 («Мордочка Басика»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие». Также товар выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей изображение произведения изобразительного искусства: произведение «Дизайн игрушки котёнок Басик». Также на товаре имеется следующее изображение: изображение произведения изобразительного искусства - изображение произведения «Мордочка Басика».

Поскольку согласие на использование указанного товарного знака истец ответчику не давал, общество обратилась к ответчику с претензией о выплате компенсации за нарушение исключительных прав. Данная претензия, направленная истцом по почте, оставлена ответчиком без удовлетворения.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании с ответчика компенсации в размере 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №572267 («basik&C»), 20 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №842785 («Мордочка Басика»), 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства – изображение произведение «Дизайн игрушки котенок Басик», 20 000 руб. – компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства – изображение произведения «Мордочка Басика», 750 руб. стоимость товара, приобретенного у ответчика, 789,08 руб. – почтовые расходы, 20 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 12, 14, 1225,1226, 1229, 1232, 1234, 1255, 1259, 1270, 1285, 1477, 1478, 1479, 1481, 1482, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», положениями информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», статьями 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, положениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» исковые требования удовлетворил.

Повторно проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы сторон, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в том числе произведения науки, литературы и искусства; товарные знаки и знаки обслуживания.

В силу статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору об отчуждении исключительного права одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащее ему исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в полном объеме другой стороне (приобретателю). Договор заключается в письменной форме и подлежит государственной регистрации в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации. Несоблюдение письменной формы или требования о государственной регистрации влечет недействительность договора (пункт 2 статьи 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

Таким образом, вопреки доводам жалобы в соответствии с указанной статьей произведения изобразительного искусства отнесены к объектам авторских прав. Такими в настоящем случае выступают

Согласно пункту 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Из названной нормы права следует, что только автор или иной правообладатель может использовать произведение установленными законом способами.

Согласно статье 1285 Гражданского кодекса Российской Федерации автор или иной правообладатель передает или обязуется передать принадлежащее ему исключительное право на произведение в полном объеме приобретателю такого права на основании договора об отчуждении исключительного права.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

В соответствии со статьей 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель (статья 1478 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как предусмотрено статьей 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации, на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации

В пунктах 1, 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения

По смыслу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права правообладателя на товарный знак является использование без его разрешения сходных с его товарным знаком обозначений в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения, в том числе путем размещения таких обозначений на товаре, который производится, предлагается к продаже и продается или иным образом вводится в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

В пункте 110 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой ГК РФ» (далее - Постановление № 10) разъяснено, что правообладателем, получившим исключительное право на основании договора об отчуждении исключительного права, считается лицо, указанное в представленном в суд договоре. При этом и в случае, если этот договор заключен не непосредственно с автором, а с иным лицом, в свою очередь получившим право на основании договора об отчуждении исключительного права, иные доказательства в подтверждение права на иск, по общему правилу, не требуются.

Как верно установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ИП ФИО3 является обладателем исключительных прав на товарные знаки № 572267 на основании лицензионного договора № 2710-1/2020, № 842785 на основании свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам..

Также ИП ФИО3 является обладателем исключительных прав на произведение изобразительного искусства под названием «Мордочка Басика» на основании договора об отчуждении исключительного права и произведение дизайна «мягкая игрушка британский вислоухий кот Басик» на основании договора совместного владения исключительным правом на дизайн кота Басика.

Между ИП ФИО3 (Цедент) и ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность» (цессионарий) заключен договор уступки права (требования) № YU-PG24 от 29.11.2024, в соответствии с условиями которого права требования (а также иные связанные требования, в том числе, но не ограничиваясь: стоимость вещественных доказательств, госпошлины за рассмотрение дела в суде, расходов по получению выписки из ЕГРИП, почтовых расходов и иные) к нарушителям исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности перешли от ИП ФИО3 к ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность».

В соответствии с пунктом 2 по договору передаются как права требования, существующие на момент подписания договора, так и права требования, которые возникнут в будущем. Право требования переходит к цессионарию с момента подписания Приложения, которое идентифицирует нарушение и право требования по нему.

Согласно пунктом 7 договора уступки права (требования) № YU-PG24 от 29.11.2024 согласие нарушителей на уступку прав (требований) не требуется.

В приложении № 2 к договору уступки права (требования) № YU-PG24 от 29.11.2024 указан перечень нарушителей, требования в отношении которых перешли от ИП ФИО3 к ООО «ПГ«Интеллектуальная собственность», в том числе ИП ФИО3 передал обществу право требования в отношении выявленного факта нарушения: ИП ФИО1; ИНН: 

<

***>; адрес закупки: Красноярский край, пгт. Нижняя Пойма, ул. Кирова, д. 2 Б; дата закупки – 20.12.2024.

Учитывая вышеизложенное, права на использование указанного произведения изобразительного искусства, в том числе право на защиту нарушенных прав путем предъявления исковых требований принадлежат истцу правомерно.

При этом суд апелляционной инстанции отклоняет доводы жалобы в части отсутствия прав истца на обращение в суд с иском ввиду отсутствия регистрации договора уступки в силу следующего.

Как следует из абзаца 3 пункта 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» при передаче третьему лицу исключительного права по договору о его отчуждении 10 право требования возмещения убытков, причиненных допущенным до заключения указанного договора нарушением, или выплаты компенсации за такое нарушение не переходит к новому правообладателю. Соответствующее требование может быть заявлено лицом, которое являлось правообладателем на момент совершения нарушения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 389 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Вместе с тем в рассматриваемом случае договор уступки права (требования) не основан на сделке, требующей государственной регистрации, в связи с чем уступка права требования к ответчику по договору уступки права (требования) между правообладателем и истцом не подлежит государственной регистрации, на что правомерно указал суд первой инстанции.

В то же время отсутствие государственной регистрации перехода права требования не свидетельствует о недействительности заключенного договора, поскольку регистрация требуется, прежде всего, для уведомления третьих лиц, но не является препятствием для реализации мер защиты, предусмотренных для участников таких отношений.

Таким образом, поскольку в приложении к договору уступки определён конкретный перечень лиц и конкретный случай (факт) нарушения права правообладателя, то указанный договор уступки не подлежит государственной регистрации на основании пункта 2 статьи 389, пункта 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Указанная правовая позиция изложена в определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2018 № 305-ЭС17-14583 и определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2018 № 305-ЭС18-1566, постановлении Суда по интеллектуальным правам от 26.08.2025 N С01-1130/2025 по делу №А32-51218/2024 и постановлении Суда по интеллектуальным правам С01-1089/2022 от 01.09.2022 по делу № А56-15531/2021.

Суд апелляционной инстанции также не может признать обоснованным довод ответчика о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Кодексом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Доказательства того, что истец и ИП ФИО3 при заключении договора цессии действовали исключительно с намерением причинить вред должнику, в материалах дела отсутствуют. Доводы, приведенные в апелляционной жалобе в подтверждение позиции ответчика, также не свидетельствуют о наличии признаков злоупотребления правом со стороны истца.

Из материалов дела следует, что в ходе закупки, произведенной 20.12.2024 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: Красноярский край, пгт. Нижняя Пойма, ул. Горького, д. 1 установлен факт продажи контрафактного товара (игрушка). В подтверждение продажи был выдан чек: наименование продавца: ИП ФИО1, дата продажи: 20.12.2024.

На товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 572267 («basik&С»), № 842785 («Мордочка Басика»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие». Также товар выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей изображение произведения изобразительного искусства: произведение «Дизайн игрушки котёнок Басик». Также на товаре имеется следующее изображение: изображение произведения изобразительного искусства - изображение произведения «Мордочка Басика».

При этом доказательств наличия у ответчика права на использование вышепоименованных объектов не представлено.

Факт незаконного использования указанных объектов интеллектуальной собственности подтверждается кассовым чеком от 20.12.2024 на сумму 750 руб., а также спорным товаром и видеосъёмкой, совершённой в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из представленного чего, приобретение контрафактных товаров оформлено одной сделкой купли-продажи, в подтверждение чего был выдан общий чек.

При этом из видеозаписи и фотографии игрушки следует, что стоимость товара составила 750 руб.

Представленный в материалах дела кассовый чек содержит идентифицирующие сведения об ответчике как о продавце спорного товара (фамилия, имя и отчество - ФИО1, а также сведения о дате и адресе реализации товара: 663840, Нижнеингашский район., пгт. Нижняя Пойма, ул. Горького, д. 1).

Таким образом, покупка спорного товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, чек является допустимым доказательством, подтверждающим факт розничной купли -продажи товара в торговой точке ответчика.

В материалы дела истцом также представлен компакт-диск с записью процесса приобретения товара. Видеозапись покупки отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, его оплаты, выдачи чека. На видеозаписи отображается содержание чека, соответствующей приобщенному к материалам дела, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющемуся в материалах дела. Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара.

Доводы ответчика относительно того, что видеозапись покупки спорного товара является недопустимым доказательством в виду осуществления скрытой съемки и не может быть положена в основу решения суда, а также отсутствие доказательств, приобретения контрафактного товара в торговой точке ответчика суд отклоняет, в связи со следующим:

Положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предъявляются следующие требования к доказательствам:

1) не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона – часть 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

2) доказательства должны иметь отношение к рассматриваемому делу (относимость доказательств) – статья 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации;

3) обстоятельства, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствам, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств) – статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На видеозаписи зафиксирован факт реализации товара, передачи его от продавца к покупателю, получения за него денег, выдача продавцом чека. Таким образом, видеозапись является надлежащим доказательством по делу, которым зафиксирован весь процесс приобретения спорного товара у ответчика и которое устанавливает связь между представленным истцом в материалы дела чеком и товаром.

Соответственно, видеозапись является относимым доказательством.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну».

Исходя из анализа положений статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, видеосъемка при фиксации факта неправомерного использования ответчиком объектов интеллектуальной собственности истца является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Истец, осуществляя видеосъемку фиксации незаконной реализации спорного товара, использовал допустимую самозащиту гражданских прав, законодательством не предусмотрен особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя.

На основании изложенного, видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

При этом, принимая во внимание зафиксированный видеозаписью момент оформления кассового чека продавцом, основания для признания недоказанным факт приобретения товара у ответчика отсутствуют.

Установив наличие прав в отношении защищаемых объектов, продаже товара именно ответчиков, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы о недоказанности контрафактности спорного товара и отсутствии проведенной экспертизы, устанавливающий контрафактный характер товара.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации). Товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (часть 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», а также положениями статьи 494 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 Гражданского кодекса Российской Федерации), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Вопрос о сходстве до степени смешения изображений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.

Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг. Словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

С учетом изложенного, доводы о том, что экспертиза не проводилась, признаются несостоятельными.

Совокупностью представленных истцом доказательств подтвержден факт продажи контрафактных товаров, в том числе видеозаписью процесса продажи, самими контрафактными товарами, кассовыми чеками.

Проведенным визуальным сравнением обозначения на товарах с товарными знаками, в отношении которых истец истребует защиты, апелляционным судом установлено визуальное сходство до степени смешения, ввиду очевидности возникающей ассоциации между сравниваемыми объектами.

Проведя анализ представленной истцом видеозаписи следует вывод о продаже ответчиком именно спорных товаров, а никаких иных, что показывает покадровое ее исследование.

Доводы апелляционной жалобы о неправомерности закупки, ввиду отсутствия проведения контрольной закупки и привлечения к административной ответственности, судом апелляционной инстанции отклоняются, как основанные на неверном толковании норм права.

В рамках настоящего дела заявления требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности.

Правоотношения сторон носят гражданско-правовой характер и процедурно-процессуальные ограничения, установленные в рамках уголовно-правового и административно-правового регулирования, к взаимоотношениям сторон, в том числе по вопросам обеспечения доказательственной базы, в данном случае вопреки доводам жалобы неприменимы.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе в размере десяти тысяч до десяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено аналогичное правило.

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования защищаемого объекта. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Согласно пункту 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от 10 тысяч до 5 миллионов рублей суд определяет сумму компенсации, исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Как следует из искового заявления и верно установлено судом первой инстанции, истец в рассматриваемом иске заявил требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В соответствии с пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Из пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Аналогичный, по сути, подход отражен и в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, согласно которому при взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за незаконное использование товарного знака суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016

№ 28-П высказана правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Вместе с тем нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах, учитывая наличие у ответчика статуса индивидуального предпринимателя, исходя из принципов разумности и справедливости, характера допущенного нарушения, срока незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степени вины нарушителя, отсутствия доказательств причинения истцу убытков и доказательств неоднократности совершения ответчиком аналогичных нарушений, суд полагает, что заявленный размер компенсации в отношении ответчика является обоснованным.

Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащих ему исключительных прав на произведения изобразительного искусства при осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

После установления размера компенсации, рассчитанного на основании приведенных норм права, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Таким образом, применение абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика и при наличии доказательств, подтверждающих наличие оснований для снижения компенсации ниже минимального предела.

Ответчиком наличие обстоятельств, свидетельствующих о возможности снижения компенсации ниже низшего предела, не доказано.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании с ответчика 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №572267 («basik&C»), 20 000 руб. за нарушение исключительного права на товарный знак №842785 («Мордочка Басика»), 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства – изображение произведение «Дизайн игрушки котенок Басик», 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства – изображение произведения «Мордочка Басика».

Ответчик не представлял доказательств многократного превышения компенсацией размера причиненных истцу убытков, при том, что такое превышение должно быть доказано ответчиком, равно как не представил и доказательств того, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Кроме того, предпринимателем не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для снижения размера компенсации, учитывая распределение бремени доказывания: не доказано, что размер компенсации многократно превышает причиненные истцу убытки, равно как и не доказан тот факт, что использование объектов интеллектуальной собственности не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Также ответчиком не представлено и доказательств проявления им разумной осмотрительности во избежание незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.

В соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Следовательно, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчик должен осознавать наличие потенциальной возможности наступления или ненаступления событий, которые могут повлечь неблагоприятные имущественные последствия для его деятельности.

При приобретении (закупки) любого товара ответчик должен знать, что помимо технических вопросов существуют вопросы, связанные с соблюдением интеллектуальных прав. Информацию о правообладателе, охраняемых товарных знаков, лицензиатах и иные сведения, необходимые для осуществления предпринимательской деятельности, можно получить из открытых и общедоступных источников. Кроме того, всегда существует возможность запросить у контрагента (продавца товара) все имеющиеся у него документы на используемые на товаре или его упаковке изображения.

Отсутствие времени и желания ознакомиться или получить указанную информацию не может являться обстоятельством, исключающим ответственность и вину нарушителя исключительных прав.

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Само по себе ходатайство ответчика о снижения размера компенсации не является основанием, свидетельствующим о наличии оснований для снижения компенсации.

Таким образом, ответчиком не представлено доказательств соблюдения условий для снижения компенсации.

Доводы ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора подлежат отклонению, поскольку в материалах дела имеется претензия с доказательством направления ее в адрес ИП ФИО1

Кроме того, из материалов дела следует, что у сторон отсутствуют намерения по мирному урегулированию настоящего спора. Какие-либо доказательства, свидетельствующие о совершении ответчиком действий, направленных на урегулирование спора и выполнение требований указанной претензии до принятия решения по существу спора, в материалах дела отсутствуют.

Ссылка ответчика о том, что ему не была направлена видеозапись приобретения спорных товаров, признается судом апелляционной инстанции несостоятельной, поскольку у ответчика имелась возможность ознакомиться с материалами дела и видеозаписью явившись очно в арбитражный суд.

Кроме того, судебная коллегия отклоняет ссылку ответчика на возможную фальсификацию представленных в материалы дела договоров в связи со следующим.

Согласно разъяснению, изложенному в абзаце четвертом пункта 29 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», отсутствуют основания для рассмотрения в суде апелляционной инстанции заявлений о фальсификации доказательств, представленных в суд первой инстанции, так как это нарушает требования части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о раскрытии доказательств до начала рассмотрения спора, за исключением случая, когда в силу объективных причин лицу, подавшему такое заявление, ранее не были известны определенные факты. При этом к заявлению о фальсификации должны быть приложены доказательства, обосновывающие невозможность подачи такого заявления в суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции ответчик не заявил о фальсификации спорных договоров.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что в суде первой инстанции ходатайство о фальсификации доказательства не заявлялось, к заявлению не приложены доказательства, обосновывающие невозможность его подачи в суд первой инстанции, руководствуясь статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающей пределы полномочий суда апелляционной инстанции при проверке законности судебного акта, а также разъяснениями, данными в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», не находит оснований для рассмотрения заявления о фальсификации доказательств.

Доводы предпринимателя о том, что правообладатель не представил доказательства потерь, понесенных вследствие нарушения исключительных прав, не принимаются апелляционным судом в качестве основания для снижения размера компенсации, поскольку, исходя из существа отношений, возникновение на стороне истца убытков в результате незаконного использования объектов интеллектуального права предполагается, при этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков (пункт 3 статьи 1252 ГК РФ).

Сама по себе стоимость товара не является основанием для снижения размера компенсации.

Таким образом, исходя из обстоятельств нарушения, степени вины нарушителя, в отсутствие контррасчета размера компенсации, а также мотивированного (подтвержденного доказательствами) ходатайства ответчика о снижении размера компенсации, судом первой инстанции правомерно требования удовлетворены в заявленном истцом размере.

Оснований для его снижения апелляционный суд также не усмотрел.

Из материалов дела следует, что истцом также заявлено о взыскании с ответчика судебных издержек в размере 750 руб. - стоимость товара, приобретенного у ответчика, 789, 08 руб.– почтовые расходы, 20 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 №2186-О, от 04.10.2012 №1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товаров, содержащих обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

Поскольку судом установлен факт продажи спорного товара, факт нарушения ответчиком исключительных прав истца, а также факт несения истцом почтовых расходов и расходов на получение выписки в порядке статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное требование истца о взыскании расходов заявлено правомерно.

Содержащиеся в части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правила распределения судебных расходов в зависимости от процессуального результата рассмотрения спора, в связи с которым они понесены, сформулированы единообразно применительно ко всем видам судебных расходов без разделения на государственную пошлину и судебные издержки и без установления для этих составляющих специальных правил. В случае полного удовлетворения иска судебные расходы целиком подлежат присуждению лицу, в пользу которого принят судебный акт (абзац первый), а при частичном удовлетворении иска судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (абзац второй).

В обоснование несения расходов в материалы дела истцом представлен между ООО «ПГ «Интеллектуальная собственность» (далее – заказчик) и ООО «Красноярск против пиратства» (далее – исполнитель) был заключен договор оказания услуг № КПП/25П от 28.12.2024 (далее – договор), согласно которому исполнитель принял на себя обязательство оказать комплекс юридических услуг по представлению интересов заказчика по спорам с третьими лицами о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав.

В соответствии с п. 1.2 комплекс юридических услуг включает в себя следующие работы, но не ограничиваясь ими: - ведение претензионной работы; 2 - проведение анализа документов; - подготовка и подача в соответствующие суды судебной системы РФ исковых заявлений и необходимых для оказания услуг документов; - участие в процессе судопроизводства; - заключение договоров о досудебном урегулировании споров; - совершение иных необходимых действий.

В п. 3.1 договора указано, что заказчик направляет исполнителю заявку на подачу исков с перечнем материалов, по которым необходимо оказать услуги в соответствии с п. 1.1 Договора и стоимостью услуги по каждому материалу.

На основании п. 3.2 после подписания заявки обеими сторонами, заказчик оплачивает сумму, указанную в заявке, а исполнитель приступает к оказанию услуг.

Согласно заявке № 37 к договору оказания юридических услуг, заказчик поручил, а исполнитель принял на себя обязательства оказать комплекс юридических услуг согласно договору по ряду дел, в том числе: - № 4; внутренний номер дела: 1018504; наименование ответчика – ИП ФИО1; ИНН: 

<

***>; бренд - Кот Басик(Ю); стоимость (включая НДС) - 20 000 (Двадцать тысяч) рублей.

Общая стоимость услуг данной заявки составляет сумму в размере 120 000 рублей. Таким образом, заказчик оплатил исполнителю 20 000 рублей за оказание комплекса юридических услуг, в том числе за ведение претензионной работы, проведения анализа документов, подготовку и подачу настоящего иска и совершение иных действий, что подтверждается платёжным поручением № 315 от 10.07.2025 об оплате юридических услуг по заявке № 37.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что сумма судебных расходов 20 000 руб. является разумной, справедливой, в связи с чем подлежит взысканию с ответчика в полном объеме.

Почтовые расходы подтверждены соответствующими квитанциями. В связи с удовлетворением исковых требований судебные издержки правомерно взысканы с ответчика в сумме 750 руб. - стоимость товара, приобретенного у ответчика, 789,08 руб. – почтовые расходы, 20 000 руб. – расходы по оплате услуг представителя.

Доводов в указанной части апелляционная жалоба не содержит.

В целом доводы апелляционной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, свидетельствуют о несогласии с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены или изменения судебного акта.

При изложенных обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, не подлежит отмене или изменению ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 30 сентября 2025 года (решение в виде резолютивной части от 15 сентября 2025 года) по делу № А33-19589/2025, рассмотренному в порядке упрощённого производства, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд, принявший решение только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья

Н.Н. Пластинина