Дело № А79-5589/2016

04 июля 2022 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2022 года.

Постановление

 в полном объеме изготовлено 04 июля 2022 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Белякова Е.Н., 

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Татфондбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии   от 22.02.2022 по делу № А79-5589/2016, 

принятое по заявлению конкурсного управляющего публичным акционерного общества «Татфондбанк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов»,  к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Волгаэлектропроект – инжиниринг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным договор аренды от 11.01.2016 и применении последствий недействительности сделки,

при участии:

от конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Татфондбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – заявитель) – ФИО2, доверенность от 24.12.2020 серия 16АА № 6114135 сроком действия по 31.12.2023.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Волгаэлектропрект» (далее - должник, ООО «Волгаэлектропрект») конкурсный кредитор - публичное акционерное 

общество «Татфондбанк», в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - заявитель, ПАО «Татфондбанк») обратилось в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии   с   заявлением   к   обществу   с   ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Волгаэлектропроект - инжиниринг» (далее – ООО «УК«ВЭП- инжиниринг») о признании недействительным договор аренды от 11.01.2016 № 01/01/201 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Общества в пользу должника 11 478 995 руб. 70 коп.

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен бывший конкурсный управляющий должника ФИО3.

Определением от 22.02.2022 Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии отказал в удовлетворении заявленного требования. 

При принятии судебного акта арбитражный суд первой инстанции руководствовался статьями 2, 32, 61.1, 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127–ФЗ (далее – Закон о банкротстве); статьями 166, 168, 181, 199, 886, 891 Гражданского кодекса Российской Федерации; статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; правовой позицией, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ПАО «Татфондбанк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой  просит отменить обжалуемое определение по основаниям, изложенным в жалобе, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель считает, что суд, отказывая в удовлетворении заявленных требований на основании пропуска срока исковой давности, неверно установил дату исчисления срока исковой давности, полагает, что срок исковой давности необходимо исчислять с 30.05.2019 – даты экспертного заключения, из которого ПАО «Татфондбанк» стало известно о несоответствии фактически уплаченной суммы арендной платы по спорному договору аренды от 11.01.2016                       № 01/01/201 рыночной стоимости аренды имущества должника. 

Отмечает, что договор ответственного хранения от 10.11.2017 является притворной сделкой, заключенной для прикрытия фактически имевшихся спорных арендных отношений.      

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считает судебный акт незаконным и необоснованным, просит определение отменить принять по делу новый судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru, в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Первый Арбитражный апелляционный суд, изучив материалы обособленного спора в деле о банкротстве, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «Торгово-промышленная компания «Чебоксары-Электра» обратилось в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии с заявлением о признании                                                  ООО«Волгаэлектропроект» несостоятельным банкротом.

Определением суда от 07.07.2016 указанное заявление принято судом к производству, возбуждено дело о банкротстве ООО «Волгаэлектропроект».

Определением суда от 14.11.2016 в отношении ООО «Волгаэлектропроект» введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО4.

Определением суда от 02.02.2017 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ПАО «Татфондбанк» в размере 36 938 231   руб.   08   коп.,   в   том   числе:   35 442 341   руб.   33   коп.   долг; 1495 889 руб. 75 коп. - проценты за пользование кредитом, как обеспеченные залогом имущества должника по договору об ипотеке № 07/13 ЧФ от 04.03.2013, в том числе, производственного цеха с административно-бытовым пристроем площадью 1 997,9 кв.м, земельного участка площадью 4 622 кв.м, расположенных по адресу: 

<

...>.

Решением суда от 10.07.2017 в ООО «Волгаэлектропроект» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее - ФИО3).

Определением суда от 07.08.2020 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Волгаэлектропроект».

Определением суда от 09.10.2020 конкурсным управляющим ООО «Волгаэлектропроект» утверждена ФИО5 (далее -конкурсный управляющий).

Между ООО «Волгаэлектроект» (арендодатель), в лице генерального директора ФИО6, и ООО «УК«ВЭП- инжиниринг» (арендатор), в лице директора ФИО7, заключен договор аренды от 11.01.2016                  № 01/01/2016, в соответствии с которым арендодатель передает, а арендатор принимает в аренду основной производственный фонд (далее - ОПФ), расположенный по адресу: 

<

...>, по перечню, указанному в приложении № 1 к договору (пункты 1.1, 1.2, 1.3 договора).

Согласно пункту 3.2 договора арендная плата составляет 115 000,00 руб. в месяц, в том числе НДС, и включает в себя амортизационные отчисления по арендуемым ОПФ, затраты по электроэнергии, отоплению, водоснабжению.

Арендная плата вносится арендатором ежемесячно не позднее 10 числа месяца, следующего за оплачиваемым периодом, на расчетный счет арендодателя (пункт 3.3 договора).

Окончательный расчет по всем платежам производится сторонами по истечении отчетного квартала на основании данных о фактических расходах арендодателя (пункт 3.5 договора).

В соответствии с положениями пунктов 4.5 и 4.6 договора срок действия договора определен с даты его заключения по 31.12.2016, договор пролонгируется сторонами на следующий срок аренды в случае полного выполнения арендатором условий договора и отсутствия извещения арендодателя о прекращении его действия за 15 дней до истечения срока действия договора.

Согласно приложению №1 к договору аренды от 11.01.2016                           № 01/01/2016 ООО «Волгаэлектропроект» передало, а общество приняло в аренду следующие нежилые помещения, расположенные по адресу: 

<

...>: помещения на первом этаже - № 1, общей площадью 883,6 кв.м, производственный цех; № 2, общей площадью 80,2 кв.м, участок порошковой окраски; № 3, общей площадью 73,7 кв.м, сварочный цех; № 4, общей площадью 46,3 кв.м, участок лазерной резки, а также помещение на втором этаже - кабинет № 16, общей площадью 11,1 кв.м.

Дополнительным соглашением от 25.09.2016, заключенным между ООО «Волгаэлектроект», в лице исполняющего обязанности генерального директора ФИО8, и ООО «УК«ВЭП - инжиниринг», в лице директора ФИО7, внесены изменения в условия договора аренды от 11.01.2016 № 01/01/2016, согласно которым арендатор самостоятельно заключает договоры с АО «Чувашская энергосбытовая компания, ООО «Газпром межрегионгаз Чебоксары» и филиалом АО «Газпром газораспределение Чебоксары». Арендная плата ежемесячно уменьшается на суму оплаченных арендатором счетов по электроэнергии, отоплению, водоснабжению.

11.04.2018 договор аренды от 11.01.2016 № 01/01/2016 расторгнут по письменному соглашению сторон.

Решением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 14.05.2019 по делу № А79-7482/2018, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2019, частично удовлетворен иск конкурсного управляющего ООО «Волгаэлектропроект» ФИО3, с ООО «УК«ВЭП- инжиниринг»  в пользу ООО «Волгаэлектропроект» взыскано 394 793 руб. 68 коп. долга, в удовлетворении остальной части иска отказано; встречный иск общества удовлетворен в полном объеме, с ООО «Волгаэлектропроект» в пользу Общества взыскано 1 141 145 руб. 33 коп. долга. Кроме того, с ООО «Волгаэлектропроект» и ООО «УК «ВЭП-Инжиниринг» в доход федерального бюджета взыскано по 2 000 руб. государственной пошлины.

Как следует из указанного решения, 23.04.2018 ООО «Волгаэлектропроект» направило в адрес ООО «УК«ВЭП-инжиниринг»  претензионное письмо с требованием погасить возникшую по состоянию на 11.04.2018 задолженность по договору аренды от 11.01.2016 № 01/01/2016 в размере 805 000 руб.

С учетом условий дополнительного соглашения от 25.06.2016 и произведенных ООО «УК«ВЭП- инжиниринг»  расходов по электроэнергии и газоснабжению на сумму 193 566 руб. 52 коп., а также исполнением обществом обязательства по внесению арендной платы на сумму 103 000,00 руб. способом, указанным кредитором, с общества в пользу должника взыскана задолженность по договору аренды от 11.01.2016 № 01/01/2016 по оплате арендной платы за период с 11.10.2017 по 11.04.2018.

Дело № А79-7482/2018 рассмотрено Арбитражным судом Чувашской Республики - Чувашии с участием ПАО «Татфондбанк» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Предметом настоящего обособленного спора является требование ПАО «Татфондбанк»  о признании недействительной сделкой договор аренды от 11.01.2016 № 01/01/2016 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «УК«ВЭП- инжиниринг»   в пользу должника 11 478 995 руб. 70 коп.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав позицию заявителя, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции исходя из следующего. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

ПАО «Татфондбанк», как кредитор с требованием в размере, превышающим десять процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, в соответствии с пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве вправе обращаться с заявлением о признании сделки недействительной в рамках настоящего дела о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (разъяснения, приведенные в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63).

Как установлено судом первой инстанции, оспоренная сделка совершена 11.01.2016, то есть в течение одного года до возбуждения производства по делу о банкротстве должника (07.07.2016), в связи с чем, может быть оспорена по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом два данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам     кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции ООО «УК»ВЭП- инжиниринг», возражая против требований, заявило о пропуске ПАО «Татфондбанк»  срока исковой давности.

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,   что   срок   исковой   давности   по   требованиям   о   применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу первому пункта 32 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока исковой давности по указанному требованию по смыслу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается со дня, когда заявитель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, 19.12.2017 состоялось собрание кредиторов должника, на котором конкурсный управляющий ФИО3 выступил с отчетом о проведении процедуры конкурсного производства и о расходовании денежных средств.

Тот факт, что ФИО3 участникам указанного собрания было озвучено, в том числе, об имеющемся договоре аренды от 11.01.2016 № 01/01/2016, лицами, участвующими в обособленном споре, не оспаривается.

Сведения об иных договорах аренды имущества должника, находящегося в залоге у ПАО «Татфондбанк», помимо оспариваемого договора аренды, заключенного должником с обществом, а также договора аренды, заключенного должником с обществом с ограниченной ответственностью «Активная жизнь», оспариваемого в рамках другого обособленного спора, материалы дела не содержат.

Из протокола собрания кредиторов от 19.12.2017 сообщения, опубликованного в ЕФРСБ № 2332361 от 21.12.2017 о результатах проведения собрания кредиторов должника, следует, что в собрании кредиторов приняли участие кредиторы с правом голоса: ООО «ЭлитСтрой+» - 1,39%, ФИО7 -45,43%, ФНС России - 36,14%. Итого: 82,96%. Без права голоса участвовали: ПАО «Татфондбанк», представитель по доверенности 16 АА 4011220 ФИО9; АКБ «Чувашкредитпромбанк», представитель по доверенности N 81/2017 ФИО10

Суд обоснованно принял во внимание, что в силу положений статьи 34 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», ПАО «Татфондбанк», как залоговый кредитор арендованного имущества, имел право проверять по документам и фактически наличие, состояние и условия содержания имущества, заложенного по договору об ипотеке. Это право принадлежит залогодержателю и в том случае, если заложенное имущество передано залогодателем на время во владение третьих лиц.

Таким образом, ПАО «Татфондбанк» был осведомлен о действии указанного договора аренды не позднее 19.12.2017.

С заявлением об оспаривании договора аренды ПАО «Татфондбанк» обратился 24.06.2019, то есть за пределами годичного срока исковой давности.

При этом судом первой инстанции рассмотрен и обоснованно отклонен довод заявителя о необходимости вести исчисление срока исковой давности с момента его ознакомления с заключением эксперта от 30.05.2019 № 460-Н, содержащим выводы о рыночной стоимости арендной платы, и представленном в материалы дела 31.05.2019 в соответствии с определением суда от 19.04.2019 о назначении судебной экспертизы, в связи со следующим.

ПАО «Татфондбанк» признан банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.04.2017 (дата оглашения резолютивной части решения) по делу № А65-5821/2017.

Таким образом, ПАО «Татфондбанк», требования которого включены в реестр требований кредиторов должника 27.01.2017, и обладающий сведениями о наличии договора аренды не позднее 19.12.2017, с 11.04.2017 действовал в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», профессионального участника дел о банкротстве, и соответственно имел возможность проанализировать условия данного договора и оспорить его в установленный срок.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что заявителем пропущен срок исковой давности на подачу рассматриваемого заявления, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ПАО «Татфондбанк» о признании оспариваемой сделки недействительной в силу статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом судом также рассмотрен и обоснованно отклонен довод заявителя относительно притворности договора ответственного хранения от 10.11.2017 и соответственно фактического действия договора аренды применительно к периоду, в отношении которого годичный срок исковой давности не истек (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», абзац четвертый пункта 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), исходя из следующего.

10.11.2017 между должником (Сторона-1), в лице конкурсного управляющего ФИО3, и ООО «УК»ВЭП- инжиниринг» (Сторона-2), в лице директора ФИО7, заключен договор ответственного хранения (в редакции дополнительных соглашений к нему от 15.11.2017 и от 11.04.208), по условиям которого Сторона-2 приняла на ответственное хранение имущество, обязалась обеспечить его сохранность, возвратить в надлежащем состоянии и нести ответственность за его утрату, недостачу или повреждение, а Сторона-1 обязалась взять свое имущество обратно по истечении срока договора.

Пунктом 1.2 договора определен перечень имущества, переданного на хранение.

В частности, на ответственное хранение были переданы производственный цех с административно-бытовым пристроем, площадью 1 997,9 кв.м, земельный участок, площадью 4 622 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...>, являющиеся предметом залога ПАО «Татфондбанк».

Согласно пункту 2 данного договора имущество передано на хранение сроком на 11 месяцев.

Сторона-2 обязана принять все необходимые меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданного на ответственное хранение имущества, и не вправе передавать имущество на ответственное хранение третьему лицу (пункты 3.1, 3.2 договора).

В соответствии с пунктом 3.4 по окончании действия настоящего договора, Сторона-2 обязана возвратить Стороне-1 имущество, которое было передано на ответственное хранение в том состоянии, в котором оно было принято на хранение, с учетом его естественного износа, в течение трех дней с момента его прекращения.

По первому требованию Стороны - 1, Сторона - 2 обязана возвратить имущество, которое ей было передано на ответственное хранение в течение 3 (трех) дней с момента его получения. (пункт 3.5 договора). В случае досрочного прекращения договора ответственного хранения имущества, Сторона-1 обязана за 3 (три) дня предупредить Сторону-2 о расторжении настоящего договора (пункт 3.5 договора).

Сторона - 1 вправе расторгнуть договор ответственного хранения имущества в случае ненадлежащего исполнения Стороной - 2 своих обязанностей, с возложением на последнюю всех невыгодных последствий его расторжения (пункт 3.6 договора).

Сторона - 2 вправе досрочно расторгнуть настоящий договор ответственного хранения имущества Стороны - 1. В случае досрочного прекращения договора ответственного хранения имущества, Сторона-2 обязана за 3 (три) дня предупредить Сторону-1 расторжении настоящего договора (пункт 3.7 договора).

Пунктом 5.1 договора предусмотрено, что хранение имущества Стороны-1 производится Стороной-2 на безвозмездной основе.

Настоящий договор одновременно является актом приема-передачи имущества, указанного в пункте 1.2 договора (пункт 7.2 договора).

В соответствии с пунктом 7.4 Договора изменения и дополнения к настоящему договору ответственного хранения имущества оформляются дополнительными соглашениями и подписываются уполномоченными представителями сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Из содержания указанной правовой нормы следует, что предметом договора хранения является деятельность хранителя по обеспечении сохранности вверенного ему имущества, в связи с чем, имущество как объект хранения из владения поклажедателя должно быть передано им хранителю.

Договор хранения относится к реальным сделкам, то есть для того чтобы реальная сделка считалась заключенной, требуется передача товара и принятие его на хранение.

В силу пункта 1 статьи 891 Гражданского кодекса Российской Федерации, хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи. При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором.

Хранитель, во всяком случае, должен принять для сохранения переданной ему вещи меры, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.) (пункт 2 статьи 891 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 892 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель не вправе без согласия поклажедателя пользоваться переданной на хранение вещью, а равно предоставлять возможность пользования ею третьим лицам, за исключением случая, когда пользование хранимой вещью необходимо для обеспечения ее сохранности и не противоречит договору хранения.

Указанный договор ответственного хранения в редакции дополнительных соглашений не предусматривал возможность использования хранителем переданным ему на хранение имуществом.

На возможность оспаривания сделок по основаниям, предусмотренным в Гражданском кодексе Российской Федерации, прямо указано в пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 168 Кодекса сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.

Таким образом, по смыслу указанной нормы права основанием для признания сделки недействительной в порядке статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является установление обстоятельств несоответствия сделки закону или иному правовому акту и нарушения совершенной сделкой законных прав и интересов лица, обращающегося с иском.

Исходя из пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки, применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу названной нормы права по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Согласно абзацу второму пункта 78 Постановления № 25 исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться иными доказательствами.

В соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно положениям пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника и принимать меры по обеспечению его сохранности.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора установлено, что конкурсный управляющий ФИО3 в целях обеспечения сохранности имущества должника передал имущество на хранение обществу по договору ответственного хранения от 10.11.2017.

Сведения о заключении указанного договора ответственного хранения, содержались в отчете конкурсного управляющего от 19.12.2017, представленном на собрании кредиторов от 19.12.2017, на котором принимал участие представитель заявителя. На протяжении практически двух лет заявителем не заявлялись возражения относительно действия данного договора.

По договору купли-продажи от 07.11.2019 производственный цех с административно-бытовым пристроем, площадью 1 997,9 кв.м, земельный участок, площадью 4 622 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...> были реализованы.

25.11.2019 между должником и ООО «УК»ВЭП-инжиниринг» заключено соглашение о расторжении указанного договора ответственного хранения.

Доказательств, подтверждающих, что воля сторон оспариваемой сделки не была направлена на создание отношений, вытекающих из договора ответственного хранения имущества от 10.11.2017, в материалы дела не представлено, как и доказательств того, что у должника имелась возможность осуществления самостоятельного хранения поименованного имущества, как и отклонения предложений залогового кредитора об условиях его хранения.

Доказательства того, что конкурсный управляющий должника ФИО3, преследовал общую с ООО «УК»ВЭП- инжиниринг» цель по прикрытию фактически имевшихся арендных отношений после расторжения договора аренды 11.04.2018, суду не представлены, как и доказательства фактического наличия указанных арендных отношений.

При этом суд правомерно отклонил доводы заявителя относительно реальности заключения указанного соглашения от 11.04.2018 о расторжении договора аренды от 11.01.2016 № 01/01/2016, поскольку заявление о фальсификации указанного соглашения и исключении его из числа доказательств не заявлялось.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу, что воля сторон была направлена именно на заключение договора хранения, сделка реально исполнялась, и стороны намеревались создать соответствующие изложенным в тексте договора правовые последствия, при этом не прикрывали действия по закреплению за ООО «УК»ВЭП- инжиниринг» имущества на вещном праве.

Ссылка заявителя относительно имевшего фактического использования ООО «УК»ВЭП- инжиниринг» имущества, переданного ему на хранение, судом отклоняются, поскольку использование хранителем указанного имущества в нарушение условий договора хранения и положений статьи 892 Гражданского кодекса, не является основанием для признания договора хранения притворной сделкой, а влечет иные правовые последствия. В связи с этим указанные обстоятельства не входят в предмет доказывания по настоящему обособленному спору исходя из существа заявленных требований.

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требования.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Доводы заявителя жалобы были подробно рассмотрены судом первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Доводы  проверены судом апелляционной инстанции, однако они не опровергают выводов суда первой инстанции и не влекут за собой отмену обжалуемого решения.

Доказательства и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют и заявителями жалоб не представлены и не приведены.

При принятии судебного акта суд первой инстанции полно исследовал обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания, верно применил нормы права, подлежащие применению, дал надлежащую правовую оценку представленным доказательствам и доводам лиц, участвующих в деле, и принял законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся, согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

 Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 22.02.2022 по делу №А79-5589/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Татфондбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

Е.Н. Беляков

Судьи

О.А. Волгина 

Е.А. Рубис