ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А23-5143/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 13.12.2022 

Постановление изготовлено в полном объеме 20.12.2022

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Большакова Д.В., судей Мордасова Е.В. и Стахановой В.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии                     в судебном заседании от заявителя – прокуратуры Калужской области (г. Калуга,                                 ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 06.12.2022),              от заинтересованного лица – управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Калужской области (г. Калуга,                     ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 20.10.2022 № 70), ФИО4 (доверенность от 11.01.2022 № 7), от третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – общества с ограниченной ответственностью «Трансмет» (Калужская область, Боровский район, г. Балабаново, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО5 (доверенность от 20.06.2022),              ФИО6 (доверенность от 20.06.2022), в отсутствие третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – Федерального бюджетного учреждения здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Калужской области»               (г. Калуга, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), извещенного надлежащим образом     о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Калужской области и общества с ограниченной ответственностью «Трансмет» на решение Арбитражного суда Калужской области от 27.08.2022 по делу № А23-5143/2022 (судья Харчиков Д.В.), 

 

УСТАНОВИЛ:

прокуратура Калужской области (далее – прокуратура, заявитель) обратилась                                 в Арбитражный суд Калужской области с заявлением к управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Калужской области (далее – управление Роспотребнадзора по Калужской области, управление) о признании недействительным санитарно-эпидемиологического заключения от 23.09.2021                                     № 40.01.05.000.М.000520.09.21 и обязании устранить допущенные нарушения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Трансмет» (далее – ООО «Трансмет», общество), федеральное бюджетное учреждение здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Калужской области» (далее – ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Калужской области»).

Решением Арбитражного суда Калужской области от 27.09.2022 заявленные требования удовлетворены, санитарно-эпидемиологическое заключение от 23.09.2021              № 40.01.05.000.М.000520.09.21, выданное управлением Роспотребнадзора по Калужской области, признано недействительным; на управление возложена обязанность в месячный срок со дня вступления в законную силу решения суда устранить допущенные нарушения публичных интересов путем включения в Реестр санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии (несоответствии) видов деятельности (работ, услуг), проектной документации требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов информации о недействительности санитарно-эпидемиологического заключения от 23.09.2021 № 40.01.05.000.М.000520.09.21.

Не согласившись с состоявшимся судебным актом, управление обжаловало его в апелляционном порядке. В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что на основании заявления ООО «Трансмет» специалистом-экспертом управления проведена экспертиза полноты представленных обществом документов и сведений в соответствии             с пунктом 65 Административного регламента Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по предоставлению государственной услуги по выдаче санитарно-эпидемиологических заключений на основании результатов санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований, утвержденного приказом Роспотребнадзора от 05.11.2020 № 747 (далее – Регламент), установлена достоверность сведений содержащихся в заявлении и прилагаемых документах, в том числе в части проверки области аккредитации испытательной лаборатории (центра) и соответствия информации, содержащейся в результатах санитарно-эпидемиологических экспертиз. Основания для отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения, предусмотренные пунктом 66 Регламента, на момент принятия решения о выдаче обществу СЭЗ, отсутствовали. Отмечает, что последующий отзыв экспертного заключения ЦГЭ осуществлен вне рамок предоставленной государственной услуги. Экспертное заключение обжаловано не было. Законодательством не регламентирован порядок и право отзыва экспертного заключения, явившегося основанием для принятия решения о выдаче СЭЗ. Указывает на неисполнимость возложенной судом на управление обязанности устранить допущенные нарушения публичных интересов путем включения в Реестр санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии (несоответствии) видов деятельности (работ, услуг), проектной документации требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов информации о недействительности санитарно-эпидемиологического заключения от 23.09.2021                № 40.01.05.000.М.000520.09.21.

ООО «Трансмет» также обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Приводя доводы, аналогичные доводам, изложенным в апелляционной жалобе управления, общество также указывает на то, что заявление прокуратуры не подлежало удовлетворению в связи с пропуском процессуального срока на подачу заявления и отсутствием ходатайства о его восстановлении.

Прокуратура возражала против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве.

ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Калужской области» отзыв                        на апелляционную жалобу не представило, в судебное заседание представителя                             не направило, извещено о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, дело рассмотрено в его отсутствие в соответствии со статьями 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ, законность обжалуемого судебного акта, Двадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, специалистом ЦГЭ проведено обследование промплощадки общества на земельных участках с кадастровыми номерами 40:03:040603:11 и 40:03:045401:1, о чем составлен акт санитарно-эпидемиологического обследования от 31.08.2021, в котором, среди прочего, указано, что на территории промплощадки расположены сенажные траншеи №№ 1-3, очистные сооружения (локальные), а также что площадки имеют твердое покрытие (бетон).

Обществом от ЦГЭ получено заключение санитарно-эпидемиологической экспертизы от 07.09.2021 № 132-Б.

Общество 09.09.2021 обратилось в управление с заявлением о выдаче санитарно-эпидемиологического заключения.

Управлением 23.09.2021 за № 40.01.05.000.М.000520.09.21 выдано санитарно-эпидемиологическое заключение о соответствии государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, используемого для осуществления деятельности по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I-IV классов опасности, в части видов деятельности по сбору, транспортированию и утилизации отходов III-IV классов опасности.

В ходе прокурорской проверки 20.01.2022, 31.03.2022, 11.04.2022 опрошены главный врач филиала ЦГЭ в Боровском районе ФИО7, врач по гигиене филиала ЦГЭ                      в Боровском районе ФИО8

Также прокуратурой с привлечением специалиста министерства природных ресурсов и экологии Калужской области с выездом на место 29.03.2022 установлено отсутствие на производственных площадках общества на земельных участках с кадастровыми номерами 40:03:040603:11 и 40:03:045401:1 локальных очистных сооружений, установки с оборотной системой водоснабжения для мойки колес, сенажных траншей, подовой инсинераторной установки. Установлено также отсутствие на производственной площадке на участке 40:03:040603:11 слива сточных вод и бетонного колодца, складирование на данной площадке производственных отходов на земельном покрове, не оборудованным твердым покрытием.

Письмом филиала ЦГЭ в Боровском районе от 08.04.2022 № 166 заключение санитарно-эпидемиологической экспертизы от 07.09.2021 № 132-Б отозвано в связи                     с несоответствием требованиям законодательства.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения прокуратуры               в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 2 статьи 201  АПК РФ, пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц необходимо наличие двух обязательных условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Согласно части 1 статьи 52 АПК РФ прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании ненормативных правовых актов органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, затрагивающих права и законные интересы организаций и граждан в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» разъяснено, что прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным ненормативного правового акта, незаконными действий (бездействия) если полагает, что оспариваемый акт, действия (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности  (абзац первый части 1                статьи 52, часть 2 статьи 198 АПК РФ).

В пункте 9 названного Постановления указано, что применительно к статье 125  АПК РФ прокурор в исковом или ином заявлении обязан обосновать наличие у него полномочий по обращению в арбитражный суд, а по делам, названным в абзацах втором и третьем части 1 статьи 52 АПК РФ, указать публично-правовое образование, в интересах которого предъявляется иск, и уполномоченный орган, действующий от имени публично-правового образования.

Требования прокурора в рассматриваемом случае заявлены в рамках надзора за исполнением законодательства органом публичной власти (управлением).

Прокурор, обращаясь в суд с заявленным требованием, действует в публичных интересах, поскольку именно соблюдением публичных интересов обусловлена выдача в установленном законодательством порядке положительного санитарно-эпидемиологического заключения на деятельность производственной площадки. Нарушение же такого порядка посягает на конституционно значимые публичные интересы в сфере санитарно-эпидемиологического благополучия населения, регулирования негативного воздействия на окружающую среду и информирования о её состоянии.

В силу пункта 30 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон № 99-ФЗ) деятельность по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I - IV классов опасности подлежит лицензированию.

Согласно пункту 3 Положения о лицензировании деятельности по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I - IV классов опасности, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 26.12.2020 № 2290 (далее – Положение № 2290), лицензионным требованием, предъявляемым к соискателю лицензии является, в том числе, наличие у соискателя лицензии (лицензиата) санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые используются или которые планируется использовать для выполнения заявленных работ, составляющих деятельность по обращению с отходами.

В силу пункта 2 статьи 40 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее – Закон № 52-ФЗ) обязательным условием для принятия решения о выдаче лицензии является представление соискателем лицензии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии санитарным правилам зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, которые соискатель лицензии предполагает использовать для осуществления деятельности  по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I - IV класса опасности.

Санитарно-эпидемиологические заключения, предусмотренные международными договорами Российской Федерации, международными правовыми актами, данным Федеральным законом, другими федеральными законами, даются на основании результатов санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований главными государственными санитарными врачами и (или) их заместителями (пункт 2 статьи 42 Закона № 52-ФЗ).

В соответствии с пунктом 65 Регламента в ходе административной процедуры уполномоченный специалист-эксперт проводит экспертизу документов (сведений), представленных заявителем, на предмет полноты и достоверности содержащихся в заявлении и документах заявителя сведений, в том числе проверку области аккредитации испытательной лаборатории (центра) и соответствия информации, содержащейся в результатах санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований, требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, полноту проведенных исследований и испытаний.

Пункт 66 Регламента устанавливает основания для отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения:

отсутствие действующего аттестата аккредитации и (или) соответствующей области аккредитации у организации, эксперта, оформивших результаты санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований;

отсутствие или несоответствие представленной информации сведениям, содержащимся в государственном кадастре недвижимости и (или) Едином государственном реестре недвижимости;

отсутствие в Едином государственном реестре юридических лиц или Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей сведений о государственной регистрации заявителя или несоответствие представленной информации сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц или Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей;

несоответствие информации, содержащейся в результатах санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований, требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, а также проведение не в полном объеме исследований и испытаний, их несоответствие методикам.

непредставление сведений о ранее выданном санитарно-эпидемиологическом заключении (в случае выдачи переоформляемого санитарно-эпидемиологического заключения в электронном виде или утери ранее выданного бумажного бланка санитарно-эпидемиологического заключения);

непредставление бумажного бланка переоформляемого санитарно-эпидемиологического заключения (в случае выдачи переоформляемого санитарно-эпидемиологического заключения на бумажном носителе).

Согласно пункту 2 Порядка проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз, обследований, исследований, испытаний и токсикологических, гигиенических и иных видов оценок, утвержденного приказом Роспотребнадзора от 19.07.2007 № 224 (далее – Порядок проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз), под санитарно-эпидемиологической экспертизой понимается деятельность по установлению соответствия (несоответствия) проектной и иной документации, объектов хозяйственной и иной деятельности, продукции, работ, услуг, предусмотренных статьями 12, 13, 15-28, 40 и 41 Закона № 52-ФЗ, техническим регламентам, государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам.

Из экспертного заключения ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Калужской области» от 07.09.2021 № 132-Б следует, что на основании проведенной санитарно-эпидемиологической экспертизы здания, строения сооружения, помещения, оборудование и иное имущество, которые предполагалось использовать для осуществления деятельности по сбору, транспортированию и утилизации отходов III-IV класса опасности ООО «Трансмет» по адресу: Калужская область, Боровский район, в районе с. Федотово в границах земельного участка с кадастровым номером 40:03:040603:11 и части земельного участка с кадастровым номером 40:03:045401:0001, соответствуют СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских                  и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению            санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов»,                 СП 2.1.7.1386-03 «Санитарные правила по определению класса опасности токсичных отходов производства и потребления».

Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда на основании      статьи  25 Закона № 52-ФЗ установлены СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», утвержденными постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 02.12.2020 № 40.

Согласно главе I указанных Санитарных правил они устанавливают обязательные требования к обеспечению безопасных для человека условий груда, разработаны в целях, предусмотренных статьей 25 Закона № 52-ФЗ.

Соблюдение Санитарных правил является обязательным для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Однако в нарушение требований статьи 25 Закона № 52-ФЗ в экспертном заключении, оформленном по результатам проведенной экспертизы от 07.09.2021 № 132-Б, отсутствуют сведения о соответствии зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, используемого для осуществления деятельности по обращению с отходами, требованиям СП 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», обязательность установления соответствия которым предусмотрена пунктом 2 Порядка проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз.

Согласно пункту 13 Порядка проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз для проведения санитарно-эпидемиологической экспертизы видов деятельности (работ, услуг) представляются заявление о проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы или иные основания, указанные в пункте 4 указанного Порядка, правоустанавливающие документы или их копии.

В нарушение пункта 13 Порядка проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз при проведении ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Калужской области в Боровском районе» санитарно-эпидемиологической экспертизы заявителем не представлялись правоустанавливающие документы на здания, строения, сооружения, оборудование и иное имущество (сенажные траншеи, технологические площадки, погрузочно-разгрузочные площадки, парковки для временного хранения грузовых и легковых автомобилей, рекреационные зоны, склад готовой продукции, трансформаторная подстанция, административно-бытовой корпус, очистные сооружения), которые образуют производственный объект, что отражено в экспертном заключении и установлено в ходе проведенных прокуратурой проверочных мероприятий. Указанные документы у заявителя отсутствуют.

В соответствии со статьей 104 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) зоны с особыми условиями использования территорий устанавливаются, в том числе, в целях защиты жизни и здоровья граждан.

Статья 105 ЗК РФ к видам зон с особыми условиями относит санитарно-защитные зоны.

В силу статьи 12 Закона № 52-ФЗ санитарно-защитные зоны устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор. Положение о санитарно-защитных зонах утверждается Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 03.03.2018 № 222 утверждены Правила установления санитарно-защитных зон и использования земельных участков, расположенных в границах санитарно-защитных зон (далее – Правила).

В соответствии с пунктом 14 названных Правил документами, на основании которых принимается решение об установлении санитарно-защитной зоны, являются: проект санитарно-защитной зоны; экспертное заключение о проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы в отношении проекта санитарно-защитной зоны.

Решением главного государственного врача по Калужской области от 02.08.2021             № 40-C33-63-2021-23 для промплощадки ООО «Трансмет», расположенной по адресу: Калужская область, Боровский район, в районе с. Федотово на земельных участках с кадастровыми номерами 40:03:040603:11 и 40:03:045401:0001, установлена санитарно-защитная зона в размере 300 м от границы объекта во всех направлениях.

Согласно проекту санитарно-защитной зоны в качестве основного вида деятельности проектируемого объекта будет являться производство органического удобрения, получаемого при компостировании субстрата в сенажных траншеях.

В соответствии с проектом санитарно-защитной зоны технологический процесс производства удобрения включает использование следующих сооружений и оборудования на земельном участке с кадастровым номером 40:03:040603:11: три сенажные траншеи, проходная № 1, административно-бытовой корпус, плавильная печь, три технологические площадки, погрузочно-разгрузочная площадка, парковка для временного хранения грузовых автомобилей, противопожарный водоем, три рекреационные зоны, а также трансформаторная подстанция и очистные сооружения.

В ходе проведенной проверки установлено, что на земельном участке с кадастровым номером 40:03:040603:11 отсутствуют проектируемые к размещению объекты, которые подлежат использованию в технологическом цикле производства удобрения на производственной площадке, для которой проектом определена санитарно-защитная зона в размере 300 м.

Нахождение этих объектов на данном земельном участке не устанавливалось и при проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы.

Документы на указанные здания, строения, сооружения, оборудование и иное имущество ООО «Трансмет» не представлялись, указанный земельный участок лицом, проводившим экспертизу, не осматривался и не обследовался. В настоящее время согласно письму ООО «Трансмет» договор аренды данного земельного участка расторгнут.

Вместе с тем, экспертное заключение от 07.09.2021 № 132-Б о соответствии санитарным нормам и правилам подготовлено с учетом размещения производственных объектов на земельном участке с кадастровым номером 40:03:040603:11.

Согласно технологическому процессу, заявленному при проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы, а также указанному в проекте санитарно-защитной зоны, производственный процесс получения удобрения путем компостирования осуществляется в сенажных траншеях.

Однако на промышленной площадке, в том числе на части земельного участка с кадастровым номером 40:03:045401:0001, отсутствуют сенажные траншеи, локальное очистное сооружение и установка с оборотной системой водоснабжения для мойки колес, которые предусмотрены процессом производства удобрения из отходов производства и согласно которому основным сооружением для производства удобрения являются сенажные траншеи.

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что проектируемые и используемые здания, строения, сооружения и оборудование в заявленном                    ООО «Трансмет» технологическом процессе по производству органического удобрения, получаемого при компостировании субстрата в сенажных траншеях, которые должны быть оценены на предмет соответствия санитарным правилам, у ООО «Трансмет» отсутствуют.

Согласно экспертному заключению оценка соответствия санитарным нормам и правилам производилась исходя из наличия на двух земельных участках строений, сооружений и оборудования в их совокупности, в том числе при наличии сенажных траншей и очистных сооружений.

При отсутствии необходимых для заявленной ООО «Трансмет» технологии производства удобрения строений, сооружений, оборудования и иного имущества, применение которых рассматривалось в определенном технологическом цикле при проектировании санитарно-защитной зоны, ставит под сомнение соответствие разработанного проекта иному технологическому циклу, осуществляемому в отсутствие необходимых сооружений и строений, в том числе в отсутствие производственного комплекса на земельном участке с кадастровым номером 40:03:040603:11. Тогда как согласно проекту санитарно-защитной зоны часть участка с кадастровым номером 40:03:045401:0001, используется в производственном цикле исключительно для размещения, хранения и погрузки готовой продукции.

Кроме того, в экспертном заключении от 07.09.2021 № 132-Б сделан вывод о соответствии объекта видам деятельности по сбору, транспортированию и утилизации отходов III класса опасности.

Однако при проведении экспертизы оценивалось производство удобрения с использованием отходов IV-V класса опасности, являющихся органическими отходами, тогда как III класс опасности отходов является более опасным видом отхода.

Согласно проекту санитарно-защитной зоны размеры таковой установлены исходя из использования для производства компоста исключительно органических отходов, относящихся к IV-V классу опасности.

Оценка на соответствие санитарным требованиям и правилам производственного объекта с использованием отходов III класса опасности ни при разработке проекта санитарно-защитной зоны, ни при проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы не производилась, что свидетельствует о неполноте ее проведения.

Письмом главного врача филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии                        в Калужской области в Боровском районе» от 08.04.2022 № 166, направленным в адрес директора ООО «Трансмет» и начальника ТОУ Роспотребнадзора по Калужской области в Боровском, Жуковском, Малоярославецком, Тарусском районах, экспертное заключение от 07.09.2021 № 132-Б отозвано в связи с несоответствием требованиям законодательства.

Учитывая вышеизложенное, основанием для принятия оспариваемого заключения послужила недостоверная и неполная информация, изложенная в экспертном заключении ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии Калужской области» от 07.09.2021 № 132-Б.

Суд апелляционной инстанции находит обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что эти несоответствия могли и должны были быть выявлены управлением при проведении экспертизы документов в порядке, предусмотренном пунктом 65 Регламента, а, следовательно, могли и должны были послужить основанием для отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения согласно пункту 66 Регламента.

В апелляционной жалобе управление настаивает на том, что процедура выдачи санитарно-эпидемиологического заключения была им соблюдена, поскольку оснований для выхода на объект с целью проверки достоверности изложенной информации в экспертном заключении у управления не имелось; оснований для отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения не установлено и не могло быть установлено при проверке представленных с заявлением документов.

Однако неустановление уполномоченным органом обстоятельств, при которых санитарно-эпидемиологическое заключение не может быть выдано, не является основанием, в силу которого такое решение является законным, поскольку его несоответствие требованиям санитарно-эпидемиологического законодательства не позволяет соблюсти лицензионные требования к деятельности по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I - IV классов опасности, соблюдение которых призвано обеспечить предотвращение ущерба,                в том числе, правам, законным интересам, жизни или здоровью граждан, окружающей среде (статья 2 Закона № 99-ФЗ, пункт 3 Положения № 2290).

Доводы управления о том, что им были соблюдены требования Регламента и оно не имело возможности установить нарушения, допущенные при оценке полноты и достоверности, содержащихся в заявлении и документах заявителя сведений, подлежат отклонению на основании следующего.

В соответствии с пунктом 13 Порядка проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз для проведения санитарно-эпидемиологической экспертизы видов деятельности (работ, услуг) представляются заявление о проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы и правоустанавливающие документы или их копии.

Согласно пункту 5 экспертного заключения от 07.09.2021 № 132-Б экспертиза проводилась в отношении зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования и иного имущества, используемого для деятельности в сфере обращения с отходами, а именно: проходные, сенажные траншеи, технологические площадки, погрузочно-разгрузочные площадки, парковка, склад готовой продукции, площадка для складирования готовой продукции, трансформаторная подстанция, очистные сооружения.

Между тем в пункте 4 экспертного заключения в перечне представленных                           ООО «Трансмет» документов отсутствуют документы о правах (правоустанавливающие документы) на указанные здания и сооружения.

Из содержания пункта 5 экспертного заключения следует, что планируемая для использования лицензируемого вида деятельности промплощадка расположена на двух земельных участках, однако правоустанавливающий документ (договор субаренды), как указано в пункте 4, представлен на один участок. Расположение зданий и сооружений применительно к конкретным участкам в заключении не приведено, а поскольку правоустанавливающий документ представлен на один участок, это имеет существенное значение. При проведении экспертизы в пункте 5 (описательно-мотивировочной части) оценивается деятельность по обращению с отходами IV и V класса опасности, однако в резолютивной части (пункт 6) сделан вывод в отношении отходов III-IV класса опасности.

Указанные несоответствия экспертного заключения от 07.09.2021 № 132-Б между своими разделами и требованиям пункта 13 Порядка проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз могли и должны были быть обнаружены при проведении экспертизы документов (пункт 65 Регламента). В заключении экспертизы указано, что ООО «Трансмет» имеет проект санитарно-защитной зоны, однако оценка данного заключения на соответствие проекту при проведении экспертизы документов не проведена, тогда как имеющиеся в заключении несоответствия могли послужить основанием для такой проверки.

Таким образом, при надлежащей работе с поступившими документами                               и соблюдении требований пункта 65 Регламента управлением должны были быть установлены и выявлены имеющиеся в экспертном заключении от 07.09.2021 № 132-Б несоответствия информации, содержащейся в результатах экспертизы, требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов.

Довод общества о том, что заключение ЦГЭ от 07.09.2021 № 132-Б не оспорено,               в связи с чем и оспариваемое прокуратурой санитарно-эпидемиологическое заключение              от 23.09.2021 № 40.01.05.000.М.000520.09.21 не может быть признано недействительным, обоснованно не принят судом первой инстанции.

Так, отзыв заключения от 07.09.2021 № 132-Б осуществлен ЦГЭ в порядке самоконтроля и при наличии на то оснований (приведенных выше нарушений при выдаче заключения), и, как верно указал суд, не нарушает чьих-либо прав и законных интересов.

Довод апелляционной жалобы управления о том, что по результатам проверок,                на которых основаны требования прокуратуры, не установлены нарушения лицензионных требований, повлекшие аннулирование лицензии или приостановление ее действия, подлежит отклонению, поскольку указанное обстоятельство не свидетельствует о законности оспариваемого санитарно-эпидемиологического заключения.

Довод о пропуске прокуратурой срока на подачу заявления в суд обоснованно отклонен судом первой инстанции исходя из следующего.

Частью 4 статьи 198 АПК РФ предусмотрено, что заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» (далее – Постановление № 15) применительно к части 4       статьи 198 АПК РФ течение срока подачи прокурором заявления об оспаривании ненормативного правового акта, затрагивающего интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы, начинается со дня издания такого акта. Пропущенный прокурором срок может быть восстановлен судом по его ходатайству, если причины пропуска срока были уважительными, в частности, если прокурор до истечения указанного срока или в иной разумный срок предпринимал меры прокурорского реагирования для выявления и устранения нарушений прав неопределенного круга лиц или иных публичных интересов либо не имел указанной возможности.

Как разъяснено в определениях Конституционного Суда Российской Федерации              от 18.11.2004 № 367-О и от 22.11.2012 № 2149-О, пропуск срока подачи прокурором заявления об оспаривании ненормативного правового акта, затрагивающего интересы неопределенного круга лиц или иные публичные интересы не может рассматриваться как нарушающий право на судебную защиту. Его несоблюдение не является основанием для отказа в принятии заявления, а требует выяснения арбитражным судом вопроса о причинах пропуска срока после возбуждения дела, т.е. в судебном заседании. На основе баланса между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство заинтересованному лицу предоставлена возможность воспользоваться правом на обжалование действий уполномоченного органа в тех случаях, когда оно по уважительным причинам не могло в установленный законом срок обратиться в суд.

В соответствии с толкованием, содержащимся в пункте 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 02.12.2013 № 1908-О, по своему буквальному смыслу положение части 4 статьи 198 АПК РФ для исчисления закрепленного ею процессуального срока исходит не из презумпции разумно предполагаемой осведомленности лица о нарушении его прав и законных интересов, а из того, что начало течения этого срока определяется в каждом конкретном случае судом на основе установления момента, когда заинтересованное лицо реально узнало о соответствующем нарушении.

Вводя такой порядок исчисления срока для обращения в суд, законодатель учитывал, что относящиеся к сфере правоприменительной деятельности решения и действия органов публичной власти и их должностных лиц оказывают не всегда непосредственное - в том числе во временном проявлении - влияние на интересы субъектов, статус которых они затрагивают. Иными словами, они могут проявлять свое регулятивно-правовое воздействие на заинтересованных лиц (независимо от их статусной принадлежности к частноправовой или публично-правовой сфере) и становиться известными не сразу, а спустя определенное, порой весьма продолжительное время после их принятия (совершения). Соответственно, исчисление в данном случае сроков для обращения в суд возможно с учетом особенностей этих отношений и имея в виду, в конечном счете, необходимость восстановления нарушенных прав участников правоотношений и недопустимость отказа в этом исключительно по формальным основаниям вопреки требованиям Конституции Российской Федерации (статья 19, части 1 и 2; статья 46, части 1 и 2 Конституции Российской Федерации).

В этой связи нельзя считать неоправданным наделение суда – для эффективного достижения в рамках соответствующей категории дел конституционных целей правосудия, конкретизированных в статье 2 АПК РФ, – более широкими, чем в иных ситуациях, возможностями усмотрения при установлении факта осведомленности обратившегося в суд заинтересованного лица относительно нарушения его прав и законных интересов тем или иным решением, действием (бездействием) публичной власти, законность которых предлагается проверить в судебной процедуре.

Согласно выраженной в ряде решений Конституционного Суда Российской Федерации правовой позиции в силу принципа самостоятельности судебной власти суд не может быть лишен необходимых для осуществления правосудия дискреционных полномочий, включая и те, что обусловлены целями обеспечения беспрепятственного доступа заинтересованных лиц к правосудию (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.03.2001 № 4-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 13.06.2006 № 272-О, от 12.07.2006 и др.).

При этом Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что определение судом момента начала течения установленного в нем срока и предполагает для суда необходимость при рассмотрении поданного заявления принять во внимание все значимые для правильного решения дела фактические обстоятельства, позволяющие доподлинно установить момент, когда заинтересованному лицу стало известно о нарушении его прав и законных интересов, оценивая имеющиеся в деле доказательства на предмет относимости, допустимости и достоверности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании. Обоснованность применения судом единого для данной категории дел принципа исчисления срока на подачу заявления в суд обеспечивается также действующим процессуальным порядком обжалования вынесенных решений в судах вышестоящих инстанций.

Применительно к установленным по делу обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам суд первой инстанции правомерно расценил утверждение прокурора об исчислении срока давности с 31.03.2022 как ходатайство о восстановлении указанного срока до указанной даты как до дня, когда прокурору стало достоверно известно о незаконности спорного заключения (даты формирования справки по итогам выездной проверки с привлечением специалиста). Кроме того, суд также верно отметил, что спорное заключение выдано обществу и не подлежало согласованию с прокурором, в связи с чем последний не мог знать о наличии спорного заключения до проведения проверки, и соответственно, не мог принимать и не принимал меры прокурорского реагирования для выявления и устранения нарушений прав неопределенного круга лиц или иных публичных интересов.

В этой связи ходатайство прокуратуры о восстановлении срока на подачу заявления в суд удовлетворено судом области обоснованно.

Таким образом, суд первой инстанции по праву признал санитарно-эпидемиологическое заключение от 23.09.2021 № 40.01.05.000.М.000520.09.21 недействительным как основанное на порочном заключении ЦГЭ от 07.09.2021 № 132-Б.

Аргумент управления о неисполнимости возложенной на него судом обязанности устранить допущенные нарушения публичных интересов путем включения                             в Реестр санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии (несоответствии) видов деятельности (работ, услуг), проектной документации требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов информации                       о недействительности санитарно-эпидемиологического заключения от 23.09.2021                                                   № 40.01.05.000.М.000520.09.21 не принимается апелляционном судом, поскольку управление, ссылаясь на противоречие данной обязанности положениям                             приказа Роспотребнадзора от 19.07.2007 № 224, не указывает конкретные нормы этого приказа, которые нарушены судом; апелляционным судом таких нарушений                             не установлено.

Доводы апелляционных жалоб фактически повторяют доводы управления                      и общества, изложенные в суде первой инстанции, которым дана надлежащая оценка в обжалуемом судебном акте.

Несогласие с оценкой установленных судом обстоятельств по делу само по себе, без иных установленных законом оснований, не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Принимая во внимание, что судом правильно установлены обстоятельства                       дела, в соответствии со статьей 71 АПК РФ исследованы и оценены имеющиеся                           в деле доказательства, применены нормы материального права, подлежащие применению в данном споре, и нормы процессуального права при рассмотрении дела                                    не нарушены, обжалуемое решение суда является законным и обоснованным и отмене не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Обществу в соответствии со статьей 104 АПК РФ, подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату из федерального бюджета государственная пошлина в размере 1500 рублей, излишне уплаченная по платежному поручению от 13.10.2022 № 302.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 27.09.2022 по делу № А23-5143/2022  оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Трансмет»                                    из федерального бюджета государственную пошлину в размере 1500 рублей, излишне уплаченную по платежному поручению от 13.10.2022 № 302.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа                   в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                             В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Д.В. Большаков

Судьи

Е.В. Мордасов

В.Н. Стаханова