﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5103/20 

Екатеринбург

22 ноября 2021 г.

 

Дело № А60-71615/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 ноября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 ноября 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Пирской О.Н., Артемьевой Н.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества Акционерный челябинский инвестиционный банк «Челябинвестбанк» (далее – Челябинвестбанк, банк) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2021 по делу № А60-71615/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: управляющего Захарчука Павла Михайловича – Зыков И.А. (доверенность от 29.06.2021); Челябинвестбанк – Сивкова Е.В. (доверенность от 23.03.2021 № 114).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.12.2018 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Золотая Долина» (далее – общество «Золотая Долина», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2019 в отношении общества «Золотая Долина» введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден Зайцев Дмитрий Евгеньевич.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.07.2019 общество «Золотая Долина» признано несостоятельным (банкротом),в отношении него введено конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Зайцева Д.Е., который затем утвержден конкурсным управляющим должником определением от 16.06.2021.

Челябинвестбанк 31.12.2020 обратился в арбитражный суд с заявлениемо признании недействительными заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Старатель-НТ» (далее – общество «СтарательНТ», кредитор) договора купли-продажи имущества от 31.10.2018 №10, подписанных между по договору подряда от 20.11.2017 №33 актов съема платины с промывочных приборов № 1-8 (серия ТКВ №001201-001208) и расписок о приеме платины от 12.05.2018, 20.05.2018, 24.05.2018, 05.06.2018, 22.06.2018, 27.07.2018, 14.08.2018 и 29.09.2018 (серия ТКВ 001201-00108).

Определением суда от 15.01.2021 к участию в обособленном споре,в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в качестве третьих лиц, без самостоятельных требований на предмет спора, привлечены Гуль Павел Иванович и Ильина Алена Дмитриевна.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2021, в удовлетворении требований отказано.

В кассационной жалобе Челябинвестбанк просит определение от 05.03.2021 и постановление от 06.08.2021 отменить, направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель ссылается на то, что определение от 05.12.2019 о включении требования общества «Старатель-НТ», основанного на оспариваемых сделках, в реестр, не препятствует признанию данных сделок недействительными, так как не является преюдициальным для настоящего спора, в котором на рассмотрение суда поставлены вопросы заключения и исполнения мнимых сделок, злоупотребления правом при их заключении и причинения вреда кредиторам должника, не входившие в предмет доказывания при рассмотрении требований кредитора и не являвшиеся предметом исследования судов. Заявитель указывает на недоказанность кредитором наличия у него трудовых и технических ресурсов для выполнения добычных работ, при том, что из выписки по расчетному счету следует перечисление налога на доходы физических лиц в отношении 7 - 11 работников, а также закупка дизельного топлива, запасных частей, продуктов питания не только для добычных работ, но и для иных видов деятельности (ремонтных работ спецтехники, в том числе используемой для добычи драгметаллов, транспортных услуг, перевозки лома черных металлов с места сбора до места сдачи), требующих таких расходов, в отношении которых отдельные доказательства не представлены, при том, что наличие у кредитора собственности транспортных средств и добычного оборудования для осуществления подрядных работ опровергается сведениями налогового органа об отсутствии транспортного налога и об оплате налога на имущество, исходя из стоимости числящегося на балансе имущества, в размере 28000 руб., а представленный кредитором договор аренды, без обоснования разумности его заключения, надлежащим образом не подтверждает наличие у кредитора транспортных средств для подрядных работ, и доказательства наличия у кредитора финансовой возможности оплаты по договору от 31.10.2018 в сумме 3 615 000 руб. в материалы дела не представлены, а все представленные кредитором документы составлены в одностороннем порядке или с Поспеловым В.П. и не подтверждаются объективными доказательствами. По мнению заявителя, вывод судов об отсутствии электричества на месторождении и необходимости отнесения затрат кредитора по приобретению дизельного топлива к расходам на добычу драгметаллов сделан на основании пояснений управляющего, без учета материалов дела, из которых следует, что кредитор осуществлял другие виды деятельности, при этом по договору купли-продажи № 4/12 и акту приема-передачи к нему линии электропередач на месторождении переданы в рабочем состоянии, а в штате кредитора состояли электрики, при этом в связи с окончанием лицензии общества «Золотая долина» на добычу платины на ином месторождении 31.12.2017, на данном месторождении не добывался драгметалл и не потреблялось электричество. Заявитель полагает, что по условиям договора от 20.11.2017 № 33 продукцией для проведения расчетов является не шлиховая (неочищенная) платина, а прошедший очистку драгоценный металл в химической чистоте, ввиду чего в отсутствие сведений о том, какое количество платины в химической чистоте содержится в шлиховой платине, стороны не могли рассчитать стоимость выполненных работ до ее очистки на аффинажном заводе, а вывод судов о том, что объем подлежащих оплате выполненных работ подтвержден актами съема платины, а не количеством сданного металла, не соответствует материалам дела, и то, что несоответствие веса добытого и сданного на аффинажный завод металла обусловлено его хищением третьими лицами, документально не подтверждено, а в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием состава преступления. Заявитель ссылается на заключение договора от 31.10.2018 в отношении лица, отвечающего признакам неплатежеспособности, имеющего неисполненные обязательства перед кредиторами, за полтора месяца до подачи заявления о банкротстве должника, на условиях предварительной оплаты и отсутствия дополнительного обеспечения исполнения обязательств, без истребования долга, между лицами, находящимися в доверительных отношениях и осведомленными о признаках банкротства должника, но суды не оценили данные обстоятельства.

Конкурсный управляющий Захарчук П.М. и общество «Старатель-НТ» в отзывах по доводам кассационной жалобы возражают, просят в ее удовлетворении отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 20.11.2017 между обществом «Золотая Долина» (заказчик) и обществом «Старатель-НТ» (подрядчик) заключен договор подряда №33, по которому подрядчик обязался выполнить работы на участке россыпи Рублевикская (в 5 км. к северо-востоку от поселка Висим на территории муниципального образования Пригородный район Свердловской области) по добыче платины, представленной в пользование заказчику, на основании лицензии серии СВЕ №15821 вида БЭ от 12.12.2014, согласно проектно-сметной документации, а также сдать результат работы заказчику, а заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат совместно с подрядчиком по акту приема-передачи (пункт 4.1 договора) и оплатить обусловленную цену. 

Стороны в пунктах 1.2., 3.1. договора согласовали, что результатом работ для проведения расчетов по договору является добытый драгоценный металл в химической чистоте по расчету аффинажного завода.

В подтверждение факта выполнения кредитором работ представлены акты сдачи-приемки работ от 30.04.2018, от 31.05.2018 №1, от 30.06.2018 №2, от 31.07.2018 №3, от 31.08.2018 №4, от 30.09.2018 №5, от 31.10.2018 №6 на общую сумму 5 695 646 руб., акты съема платины с промывочных приборов № 1-8 (серия ТКВ № 001201-001208), а также расписки (серия ТКВ № 001201-001208) о приеме платины от 12.05.2018, от 20.05.2018, от 24.05.2018, от 05.06.2018, от 22.06.2018, от 27.07.2018, от 14.08.2018, от 29.09.2018.

Между обществом «Золотая Долина» (продавец) и обществом «Старатель-НТ» (покупатель) 31.10.2018 заключен договор купли-продажи имущества № 10, по которому продавец продает, а покупатель приобретает в собственность слесарную мастерскую (ангар под мехмастерские) 6x10 м. - 1 шт.; землесосную установку 8НЗУ в сборе с ЯМЗ-238 в компл. с передвижным зданием - 1 шт.; вагончик ЗПК - 1 к.; прибор гидравлический шлюзовой ГНМ-250 – 1 шт.; емкость по ГСМ - 3 шт.; передвижной сварочный на базе Д-41 - 2 шт.; трубу D250/320 - 450 п.м. 25 т.; насосную водную в сборе 12 НДС-ЯМЗ-236 - 1 к.; экскаватор 702123 - 1 шт.; бульдозер Т-170 - 1 шт.

В соответствии с пунктами 2.1, 2.2 названного договора, цена приобретаемого покупателем имущества составляет 3615000 руб. и внесена покупателем на момент подписания договора.

По приходному кассовому ордеру обществом «Старатель-НТ» в кассу должника внесены денежные средства в размере 3615000 руб. в счет оплаты по договору купли-продажи, но товар обществу «Старатель-НТ» не передан.

Кроме того, общество «Старатель-НТ» осуществило погашение задолженности за общество «Золотая Долина» по электроэнергии на основании заявок последнего в пользу открытого акционерного общества «Энергосбыт Плюс» (далее – общество «Энергосбыт Плюс») на общую сумму 897 447 руб. 73 коп., возврат которой должником не произведен.

Поскольку общество «Золотая Долина» обязательства по договору подряда от 20.11.2017 № 33 на сумму 4 388 005 руб. 75 коп., по договору купли-продажи имущества от 31.10.2018 № 10 на сумму 3 615 000 руб., и по возврату денежных средств уплаченных обществом «Старатель-НТ» в счет погашения задолженности общества «Золотая Долина» по договору от 01.12.2013 № 35485 перед обществом «ЭнергосбыТ Плюс» на сумму 897 447 руб. 13 коп. не исполнило, и в связи с введением в отношении должника процедуры банкротства, общество «Старатель-НТ» обратилось в арбитражный суд в рамках данного дела о банкротстве с требованием о включении образовавшейся задолженности в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2019 по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования общества «Старатель-НТ» в размере 8 900 453 руб. 48 коп. основного долга.

Между тем, ссылаясь на то, что заключенный между должником и кредитором договор купли-продажи имущества от 31.10.2018 № 10, акты съема платины ММ 1-8 и расписки в получении платины от 12.05.2018, 20.05.2018, 24.05.2018, 05.06.2018, 22.06.2018, 27.07.2018,14.08.2018, 29.09.2018, подписанные в рамках исполнения договора подряда от 20.11.2017 №33 являются ничтожными сделками в силу их мнимости, поскольку кредитор не обладал техническими и материальными ресурсами для выполнения работ по добыче платины по договору подряда, а также не имел денежных средств для расчета с должником по договору купли-продажи, полагая данные сделки направленными на причинение вреда имущественным правам кредиторов, Челябинвестбанк обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями о признании указанных сделок недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Федеральном законе от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве; пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), при этом, согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25)).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче этого имущества, сохранив контроль продавца (учредителя управления) за ним, и осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Мнимость (притворность) сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а, совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Обязательным признаком сделки для квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является ее направленность на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение размера имущества должника, иные последствия сделок, приводящие к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований за счет имущества должника, а для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом путем заключения спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как установлено судами и следует из материалов дела, заявляя о мнимости актов съема платины ММ 1-8 и расписок в получении платины от 12.05.2018, 20.05.2018, 24.05.2018, 05.06.2018, 22.06.2018, 27.07.2018,14.08.2018, 29.09.2018, банк указывал, что должник имел свои ресурсы для производства работ на месторождении «Рублевикская» и у него не было необходимости привлекать подрядчиков для добычи платины, а кредитор не обладал ни трудовыми ресурсами, ни техническими средствами, и, несмотря на обязанность кредитора возмещать должнику расходы за потребленную электроэнергию, таких доказательств не имеется, в связи с чем расходы кредитора на добычу драгметалла не производились, что свидетельствует об отсутствии производства работ, на аффинаж для очистки платины от примесей в акционерное общество «ЕЗ ОЦМ» (далее – общество «ЕЗ ОЦМ») шлихтовая порода передавалась только должником, тогда как доказательств того, что ее добычу производил кредитор, не имеется, о чем также свидетельствует то, что количество добытого и переданного кредитором металла не соответствует количеству металла, переданного на аффинаж должником, и химически чистой платины, полученной после аффинажа, а, кроме тог, акты съема платины и расписки составлены в разное время, а съем платины осуществлялся в одностороннем порядке кредитором, при этом в его бухгалтерской отчетности за 2018 год размер дебиторской задолженности составлял чуть более 212 тыс. руб., что, по мнению банка, также говорит о том, что кредитор не имел прав требования к должнику на сумму стоимости выполненных подрядных работ, при том, что должник и кредитор являются аффилированными лицами, поскольку участник и директор кредитора являлся работником должника.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что выполнение кредитором спорных работ подтверждено договором подряда от 20.11.2017 № 33 и актами приема-сдачи работ: от 30.04.2018, от 31.05.2018 № 1, от 30.06.2018 № 2, от 31.07.2018 № 3, от 31.08.2018 № 4, от 30.09.2018 № 5, от 31.10.2018 № 6 на общую сумму 5 695 646 руб., при этом по актам от 30.04.2018 и от 31.05.2018 № 1 работы оплачены полностью на сумму 1400000 руб., что подтверждается соответствующими банковскими документами, и названные акты приема-сдачи работ подписаны в соответствии с пунктом 4.1. договора подряда обеими сторонами без замечаний, что говорит о надлежащем выполнении работ, что должник не оспаривал, а доказательства иного ни в настоящем споре, ни при рассмотрении требования общества «Старатель-НТ» о включении в реестр кредиторов не представлены, а также, установив, что и в материалы спора по требованию о включении в реестр и в настоящем споре кредитор представил значительное количество первичных документов по факту выполнения спорных работ (дополнительное соглашение к договору подряда от 20.11.2017 № 33, ежемесячные расчеты стоимости выполненных работ, акт движения драгметалла, книга актов на съем золота и золотосодержащей продукции с промывочных приборов, установок, драг и других видов горно-обогатительного оборудования серии ТКВ № с 001201 по 001300 и др.), а управляющий, в свою очередь, представил описи накладные на драгметалл шлиховый с места добычи «Рублевикский» с сопроводительными письмами общества «ЕЗ ОЦМ» о принятии на обработку драгметалла шлихового, акты о приемке платинового шлиха в общество «ЕЗ ОЦМ», расчеты к актам, акты перевода драгоценных металлов должником в банк, информацию по движению драгметаллов между обществом «ЕЗ ОЦМ» и должником, накладные на приемку банком химически чистой платины и др., также подтверждающие факт выполнения спорных работ, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме реального характера выполнения спорных работ, при том, что доказательств обратного, опровергающие выводы судов и свидетельствующие об ином, не представлены, а само по себе наличие у должника собственных ресурсов не может свидетельствовать о мнимости сделки, в отсутствие иных доказательств, при том, что действующее законодательство не содержит запрета на привлечение к деятельности по добыче драгоценных металлов субподрядчиков, а неотражение в плане развития горных работ должника того, что он планировал привлечь к добыче платины субподрядчиков, не является доказательством мнимой сделки, поскольку предоставление таких сведений не является обязательным условием для разработки Плана развития горных работ (постановление Правительства Российской Федерации от 146.09.2020 № 1466 «Об утверждении Правил подготовки, рассмотрения и согласования планов и схем развития горных работ по видам полезных ископаемых», постановление Правительства Российской Федерации от 06.08.2015 № 814 (утратило силу с 01.01.2021)).

Исходя из изложенного, суды отклонили доводы банка о мнимости оспоренных актов съема и расписок в получении платины, как не подтвержденные надлежащими и достаточными доказательствами, и, противоречащие материалам дела.

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что договором подряда №33 предусмотрено, что драгоценный металл, добытый кредитором, передается на аффинаж должнику» (лицензиат), у которого и заключен договор №ТД-301-13/2018 от 02.04.2018 на аффинаж драгоценных металлов, при этом распоряжение должником добытым по договору подряда кредитором металлом не может контролироваться подрядчиком, а объем выполненных работ, подлежащих оплате подтверждается актом съема металла с промприборов, а не количеством сданного металла в общество «ЕЗ ОЦМ», и, установив, что несоответствие объема металла, переданного кредитором должнику, количеству металла, переданного должником на аффинаж обществу «ЕЗ ОЦМ», также подтверждается заявлением Поспелова В.П., поданным 14.01.2019 начальнику ОП №31 МО МВД России «Качканарский», его объяснениями (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.08.2019) о похищении из золотоприемной кассы должника, расположенной на участке Большая Простокишенка в р-не п. Косья и п. Покап в 15 километрах от г. Качканар: шлихтовой платины с золотом - около 2000 гр., концентрата и отдувки платины и золота – около 9000 гр., платины шлиховой - около 1425,3 гр., добытых в октябре 2018 года, в том числе с участка добычи Рублевикский, суды отклонили доводы банка о недоказанности сдачи шлиховой платины кредитором обществу «ЕЗ ОЦМ» и о несоответствии количества добытого и переданного подрядчиком металла количеству переданного должником на аффинаж обществу «ЕЗ ОЦМ» металла и химически чистой платины.

При этом суды также исходили из того, что доводы банка об отсутствии у кредитора трудовых, материальных и технических ресурсов для выполнения работ в достаточной степени опровергаются представленными в материалы дела многочисленными первичными документами, в том числе: приказом директора кредитора о месте, графике и режиме работы рабочих на производстве от 31.03.2018 № 2, внутренними приказами, связанными с техническими и технологическими возможностями, штатным расписанием работников, квалификация которых соответствует деятельности кредитора, кадровыми приказами, табелем учета рабочего времени, свидетельствами о регистрации транспортных средств, паспортами самоходных машин и других видов техники, договором аренды спецтехники № 22/ст и актом приема-передачи от 01.02.2018 – гидравлического погрузчика, экскаватора, бульдозера, при том, что наличие соответствующей спецтехники у арендодателя для передачи в аренду подтверждено материалами дела, представленными в подтверждение приобретения кредитором у общества с ограниченной ответственностью «Артель старателей «Золотая долина» специального оборудования и техники, в том числе копиями договоров купли-продажи от 04.05.2018 и 03.09.2018 и актов приема-передачи имущества, доказательствами несения затрат на топливо, на запчасти, на питание работников, а также иными первичными документами, подтверждающими соответствующие затраты, в то время как иное из материалов дела не следует, а ссылки банка на то, что соответствующие затраты и расходы понесены кредитором в связи с иной деятельностью, основаны на предположениях, документально не подтверждены и не соответствуют материалам дела.

По результатам исследования и оценки всех пояснений и доказательств по делу суды также пришли к выводу, что возмещение кредитором за должника затрат на электроэнергию было обусловлено отсутствием на участке электроэнергии, о чем свидетельствует значительное количество приобретенного мазута, необходимого для производственного процесса, что также подтверждено конкурсным управляющим, пояснившим, что до августа 2018 года электричества на участке не имелось, поскольку работающая линия ЛЭП, принадлежащая должнику, находилась на участке Чауж, расположенном рядом с участком Рубливикским, и в период с июня по август 2018 года имущество, расположенное на участке Чауж, в первую очередь ЛЭП, было демонтировано, а на участке Рубливикском было установлено только в августе 2018 года, что было установлено в ходе проведения доследственной проверки.

Помимо изложенного, суды также приняли во внимание, что соответствующие правоотношения между должником и кредитором в рамках договора подряда от 20.11.2017 №33, подписанные во исполнение его условий оспоренные акты съема платины ММ 1-8 и расписки в получении платины от 12.05.2018, 20.05.2018, 24.05.2018, 05.06.2018, 22.06.2018, 27.07.2018,14.08.2018, 29.09.2018 уже являлись предметом исследования и оценки суда в настоящем деле о банкротстве по заявлению кредитора о включении его требования в реестр, в рамках которого банк заявлял доводы, аналогичные доводам, заявленным банком при рассмотрении настоящего спора, и по результатам рассмотрения указанного спора о включении в реестр, проверив соответствующие доводы банка, исследовав и оценив реальность выполнения кредитором спорных подрядных работ, с учетом всех заявленных лицами, участвующими в деле, включая банк, доводов и возражений, а также представленных ими в обоснование своих позиций доказательств, суд признал доказанной материалами дела надлежащим образом и в полном объеме реальность наличия задолженности должника перед кредитором на сумму предъявленного требования в размере 4 388 005 руб. 75 коп.

Таким образом, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, с учетом установленных судами конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о реальном характере работ кредитора, исходя из отсутствия доказательств того, что приобретенное должником у общества с ограниченной ответственностью «Магистраль» в 2012 году оборудование находилось на месторождении «Рубливикская» в 2018 году, и на нем осуществлялось добыча драгметалла непосредственно самим должником, при том, что конкурсным управляющим такие факты также не выявлены, приняв во внимание, что сам по себе факт ведения должником хозяйственной деятельности не опровергает выполнение работ привлеченным подрядчиком - обществом «Старатель-НТ», суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания актов съема платины ММ 1-8 и расписок в получении платины от 12.05.2018, 20.05.2018, 24.05.2018, 05.06.2018, 22.06.2018, 27.07.2018, 14.08.2018, 29.09.2018 недействительными (ничтожными), при том, что доказательства обратного, опровергающие выводы судов и свидетельствующие об ином, в материалы настоящего спора не представлены.

Кроме того, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив наличие оснований для признания недействительным заключенного должником с кредитором договора купли-продажи от 31.10.2018, установив, что, как следует из материалов дела, во исполнение данного договора кредитор, осмотрев соответствующее имущество, находящееся на месторождении «Большая Простокишенка» Нижнетуринского района, произвел его оплату в сумме 3 615 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, а также приняв во внимание, что факт получения должником денежных средств в указанном размере исследовался судом в рамках обособленного спора по заявлению кредитора о включении в реестр требований кредиторов его требования в размере 3 615 000 руб., составляющих стоимость оплаченного, но не переданного по названному договору купли-продажи товара (определение суда от 05.12.2019), где также давалась оценка возражениям кредиторов акционерного общества «Уралэлектромедь» и Челябинвестбанка о мнимости сделок, в том числе, со ссылкой на недоказанность оплаты по договору, и по результатам исследования и оценки представленных доказательств доводы кредиторов признаны судом несостоятельными, а требования общества «Старатель-НТ» – обоснованными и подлежащими удовлетворению в заявленном размере, а также, исходя из того, что все приведенные банком в рамках настоящего обособленного спора доводы аналогичны тем возражениям, которые заявлялись при рассмотрении требования общества «Старатель-НТ» о включении в реестр кредиторов должника, проверка обоснованности которого проведена с учетом повышенного стандарта доказывания, предъявляемого в делах о банкротстве к требованиям сторон по обособленным спорам о включении требований в реестр требований кредиторов, и, соответственно, доказательства, о недействительности которых заявлено банком, являлись предметом рассмотрения арбитражного суда, по результатам которого судом установлено фактическое получение должником неосновательного сбережения в размере переданных по договору купли-продажи имущества денежных средств, а в рамках настоящего спора банк не привел какие-либо иные доводы и не указал, какие новые доказательства свидетельствуют о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными и опровергают выводы суда об обоснованности требований кредитора, основанных на договоре купли-продажи от 31.10.2018, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания договора купли-продажи от 31.10.2018 недействительным (ничтожным).

Довод банка о том, что определение суда от 05.12.2019 о включении требования общества «Старатель-НТ», основанного на оспариваемых сделках, в реестр требований кредиторов, не имеет преюдициального значения для настоящего спора, по результатам исследования и оценки доказательств, не принята судами во внимание, как несостоятельная и не соответствующая материалам дела, в том числе с учетом того, что при оценке обоснованности требований кредитора в названном споре судом исследовались и оценивались обстоятельства заключения и исполнения спорных сделок, на которых были основаны требования кредитора, исходя из предъявляемых для предотвращения необоснованных требований к должнику повышенных стандартов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением соответствующего долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), а также давалась оценка всем возражениям конкурирующих кредиторов, включая банк, аналогичным возражениям, заявленным банком в настоящем споре, в том числе исследовались и оценивались реальность фактической передачи денежных средств должнику по договору купли-продажи от 31.10.2018, реальность выполнения кредитором работ по договору подряда от 20.11.2017 №33, и по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств суд в определении от 05.12.2019 сделал вывод об обоснованности требований кредитора, а в рамках настоящего обособленного спора, где заявленные банком в обоснование его позиции доводы аналогичны его возражениям на требования кредитора, и какие-либо новые доказательства, опровергающие выводы суда и свидетельствующие о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными, не представлены, суды не установили оснований для иных выводов. Следует также отметить, что при рассмотрении настоящего спора суды исследовали и оценили все представленные в материалы дела доводы, возражения, пояснения и доказательства, и при вынесении обжалуемых судебных актов суды, прежде всего, исходили из результатов анализа и оценки доказательств, имеющихся в материалах настоящего спора, а также приняли во внимание обстоятельства, установленные определением от 05.12.2019. 

Учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, исходя из отсутствия в материалах настоящего обособленного спора надлежащих и достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными (ничтожными), при том, что сама по себе аффилированность должника и кредитора, на которую указывает банк, не может являться единственным и безусловным доказательством наличия признаков злоупотребления в действиях сторон и, следовательно, основанием для признания спорных сделок недействительными, а какие-либо иные доказательства, опровергающие выводы судов, не представлены, суды пришли к выводу об отсутствии в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности обстоятельств, являющихся основаниями для признания спорных сделок недействительными, ввиду чего отказали в удовлетворении требований.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 05.03.2021 по делу № А60-71615/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества Акционерный челябинский инвестиционный банк «Челябинвестбанк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                               Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                            О.Н. Пирская 

 

                                                                                                      Н.А. Артемьева