ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-31363/2022

г.Самара

28 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2023 года

Постановление в  полном объеме изготовлено 28 августа 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Некрасовой Е.Н., судей Николаевой С.Ю., Харламова А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Курочкиной Т.А, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 14-21.08.2023 в помещении суда апелляционную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по Московскому району г.Казани на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2023 по делу №А65-31363/2022 (судья Галимзянова Л.И.), возбужденному по заявлению общества с ограниченной ответственностью «БирХоп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г.Казань, к Инспекции Федеральной налоговой службы по Московскому району г.Казани (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г.Казань, третьи лица: Управление Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г.Казань, ликвидатор общества с ограниченной ответственностью «БирХоп» ФИО1, г.Казань, об оспаривании решения,

в судебном заседании приняли участие: 

от ООО «БирХоп» - ФИО2 (доверенность от 07.11.2022), ФИО3 (доверенность 11.08.2023),

от налоговых органов - ФИО4 (доверенность от 19.12.2022), ФИО5 (доверенности от 16.12.2022, от 14.04.2023), ФИО6 (доверенность от 19.12.2022), ФИО7 (доверенность от 27.02.2023), ФИО8 (доверенности от 14.04.2023, 21.11.2022),

ликвидатор ООО «БирХоп» ФИО1 - не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «БирХоп» (далее - ООО «БирХоп», общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по Московскому району г.Казани (далее - налоговый орган) от 07.07.2022 №2008 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан (далее – Управление).

Решением от 16.03.2023 по делу №А65-31363/2022 Арбитражный суд Республики Татарстан заявленные требования удовлетворил частично, признал недействительным решение налогового органа от 07.07.2022 №2008 в части начисления налога на добавленную стоимость (далее – НДС), налога на прибыль организаций и соответствующих сумм пени и штрафа по контрагентам: ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Тигр20», ООО «Форвард», в части начисления страховых взносов и соответствующих им сумм пени и штрафа, а также обязал налоговый орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества; в удовлетворении остальной части заявленных требований - отказал.

Налоговый орган в апелляционной жалобе просил отменить решение суда первой инстанции в той части, в которой требования общества были удовлетворены, и в данной части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

ООО «БирХоп» апелляционную жалобу отклонило по мотивам, изложенным в отзыве.

Стороны представили дополнительные письменные пояснения и возражения.

В соответствии со ст.158 АПК РФ судебное разбирательство откладывалось с 26.06.2023 на 14.08.2023.

В связи с нахождением судей Корнилова А.Б. и Сорокиной О.П. в очередном отпуске, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 по делу №А65-31363/2022 произведена замена судей Корнилова А.Б. и Сорокиной О.П. на судей Николаеву С.Ю. и Харламова А.Ю. Судебное разбирательство произведено с самого начала (ч.5 ст.18 АПК РФ).

На основании ст.163 АПК РФ в судебном заседании 14.08.2023 объявлялся перерыв до 21.08.2023. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет. После перерыва судебное заседание было продолжено.

В судебном заседании представители налоговых органов апелляционную жалобу поддержали, просили отменить решение суда первой инстанции в обжалованной части как незаконное и необоснованное.

Представители ООО «БирХоп» апелляционную жалобу отклонили, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

С учетом мнения участвующих в деле лиц суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части (ч.5 ст.268 АПК РФ).

Рассмотрев материалы дела в порядке апелляционного производства, проверив доводы, приведенные в апелляционной жалобе и отзыве, дополнительных письменных пояснениях и возражениях, заслушав представителей участвующих в деле лиц в судебном заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как видно из материалов дела, по результатам выездной налоговой проверки ООО «БирХоп» за 2017-2019 годы налоговый орган принял решение от 07.07.2022 №2008, которым начислил НДС, налог на прибыль организаций, страховые взносы в общей сумме 41 520 930 руб., пени в общей сумме 19 012 829 руб. 84 коп. и штраф по п.3 ст.122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в общей сумме 4 850 176 руб.

Решением от 22.09.2022 №2.7-18/030704@ Управление оставило решение налогового органа без изменения.

Основанием для начисления оспариваемых сумм налогов, пени и штрафа послужил вывод налогового органа о неправомерном применении ООО «БирХоп» налоговых вычетов по НДС и расходов для целей налогообложения прибыли по взаимоотношениям с ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Тигр20» (ранее ООО «ТД «Хорекади»), ООО «Форвард», ООО «Ассистант», ООО «Дортранс», ООО «Феникс». Также налоговый орган пришел к выводу о необходимости начисления страховых взносов.

Не согласившись с решением налогового органа, ООО «БирХоп» обратилось с заявлением в арбитражный суд.

Ч.1 ст.198 АПК РФ установлено, что граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исходя из ст.200 АПК РФ, обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо. 

При этом наличие права на получение налоговой выгоды должен доказать заявитель (ч.1 ст.65 АПК РФ).

В соответствии со ст.171 НК РФ к налоговым вычетам относятся суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения.

По общему правилу, установленному п.1 ст.172 НК РФ, вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов. 

Согласно п.1 и 2 ст.169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ. 

В силу п.2 ст.173 НК РФ возмещение налогоплательщику НДС, уплаченного им поставщику, производится в размере положительной разницы между суммой налоговых вычетов и суммой налога, исчисленной по операциям, признаваемым объектом налогообложения.

Положения этой статьи находятся во взаимосвязи со ст.ст.171 и 172 НК РФ и предполагают возможность возмещения налога из бюджета при наличии реального осуществления хозяйственных операций.

В соответствии с п.1 ст.252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст.270 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст.265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

При этом первичные документы, составляемые при совершении хозяйственной операции и представляемые налогоплательщиком в налоговые органы, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на осуществление налоговых вычетов (расходов), а налоговый орган вправе отказать в применении вычетов, если заявленная налогоплательщиком сумма не подтверждена надлежащими документами, содержащими достоверные сведения, сформировавшие вычеты хозяйственные операции нереальны либо совершены с контрагентами, не исполняющими налоговых обязанностей.

Законодательство Российской Федерации о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды (применение налоговых вычетов и расходов), экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных НК РФ, в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В силу п.1 ст.54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных п.1 ст.54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (п.2 ст.54.1 НК РФ).

Как указано в п.3 ст.54.1 НК РФ, в целях п.1 и 2 ст.54.1 НК РФ подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

По утверждению ООО «БирХоп», в проверяемом периоде ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Тигр20» (ранее ООО «ТД «Хорекади») поставляли ему стретч-пленку и алкогольные/безалкогольные напитки, оказывали транспортные услуги.

Судом первой инстанции установлено, что в подтверждение правомерности применения налоговых вычетов/расходов по сделкам с этими контрагентами общество представило договоры, счета-фактуры, универсальные передаточные документы, товарные накладные.

В ходе выездной налоговой проверки налоговый орган пришел к выводу о взаимозависимости и финансовой подконтрольности организаций, входивших в группу компаний ООО «БирХоп» (ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар», ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Тигр20», ООО «Форвард»), по следующим основаниям:

-  учредителями и руководителями ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар», ООО «Тигр20» в разные периоды являлись ФИО9 и ФИО1;

-  учредителем и руководителем основных контрагентов ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар» - ООО «Татпродопторг» и ООО «ПК «Строймонтажлогистик» являлся ФИО10, являвшийся также начальником службы безопасности ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар»;

- ФИО10, ФИО9 и ФИО1 одновременно работали в одной организации - ООО «Молочный дом» (период по март 2016 года включительно);

- ФИО10 в 2005-2006 годах получал доход от ИП ФИО9, который являлся учредителем во взаимосвязанных организациях: ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар»;

- ФИО10, ФИО9, ФИО1 в 2008-2009 годах получали доход в ООО «ТК «Алита», чьим руководителем в 2007 году являлся ФИО1, а учредителем - ФИО9 (в период с 29.01.2007 по 25.12.2007 доля составляла 100%);

- ФИО10 и ФИО1 в 2005-2008 годах получали доходов в ООО «Мастер»;

-  ФИО9 и ФИО1 получали доход в ООО «Логистика» и ООО «Старт»;

- ФИО9 являлся руководителем и получал доход (19 500 руб. в 2016 году) в ООО «Тигр20» - проблемный контрагент ООО «БирХоп», ООО «Шагар», ООО «Авентура»;

-  ФИО9 и ФИО1 в равных долях владели имуществом, в частности, коммерческой недвижимостью, земельными участками, в том числе объектами, на которых зарегистрированы обособленные подразделения ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар»;

-  взаимосвязанные организации - участники схемы: ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар», ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20» имели обособленные подразделения по одному адресу - 

<

...>;

-  при проведении 08.07.2021 выемки документов по адресу: 

<

...>, обнаружена часть первичной документации ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар», а также их контрагентов, в том числе ООО «Татпродопторг» и ООО ПК «Строймонтажлогистик»;

-  совпадение контактных лиц ООО «БирХоп», ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Авентура», ООО «Шагар» (бухгалтера ФИО11 и ФИО12 - работники ООО «Авентура», ООО «Шагар») по документам, полученным от банков;

-  руководители ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар» выдали доверенности ФИО10, в том числе как руководителю службы экономической безопасности;

-  управление расчетными счетами и представление налоговой отчетности ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар», ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20» осуществлялось с одного IP-адреса 91.225.77.85;

-  подписантом налоговых деклараций по НДС ООО «Татпродопторг» (за 4 квартал 2016 года, 1, 2, 4 кварталы 2017 года, 1-3 кварталы 2018 года) и ООО ПК «Строймонтажлогистик» (за 4 квартал 2016 года, 1 квартал 2017 года, 1-4 кварталы 2018 года, 1 квартал 2019 года) являлся ФИО9

В обоснование выводов о получении ООО «БирХоп» необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям с ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20» налоговый орган сослался на то, что:

-  данные контрагенты налогоплательщика являются «техническими» организациями;

-  на расчетных счетах спорных контрагентов отсутствовали расходы на приобретение товаров/услуг, якобы реализованных в адрес ООО «БирХоп»; в ходе налоговой проверки установлен факт вывода денежных средств из хозяйственного оборота;

-  несоблюдение сторонами условий договоров относительно порядка оплаты поставляемой продукции;

-  прекращение обязательств зачетом встречных требований;

-  номинальность финансово-хозяйственных взаимоотношений спорных контрагентов с контрагентами последующих звеньев;

-  оплата в адрес спорных контрагентов произведена не в полном объеме.

По сведениям налогового органа ООО «Татпродопторг» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 09.11.2016, основной вид деятельности - торговля оптовая напитками (ОКВЭД 46.34), учредитель и руководитель с 09.11.2016 по 20.05.2021 - ФИО10

ООО ПК «Строймонтажлогистик» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 09.11.2016, основной вид деятельности - торговля оптовая текстильными изделиями (ОКВЭД 46.41), учредитель (09.11.2016-20.05.2021) и руководитель (09.11.2016-11.02.2020) - ФИО10

ООО «Тигр20» (ранее ООО «ТД «Хорекади») (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 09.02.2012, основной вид деятельности - торговля оптовая пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями (ОКВЭД 46.3), учредители -  ФИО9 (09.02.2017-13.08.2017, доля 50%), ФИО1 (09.02.2017-04.09.2017, доля 50%), руководитель - ФИО9 (09.02.2012-10.08.2017).

ООО «Форвард» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 22.06.2015, основной вид деятельности - торговля оптовая неспециализированная (ОКВЭД 45.90), учредитель (22.06.2015-08.11.2021) и руководитель (22.06.2015-17.11.2021) -ФИО13

В проверяемом периоде ООО «Татпродопторг» реализовало в ООО «БирХоп» стретч-пленку и оказало транспортные услуги на общую сумму 41 374 520 руб. 33 коп. Оплата товара/услуг произведена ООО «БирХоп» в безналичном порядке на расчетный счет ООО «Татпродопторг» на сумму 18 633 640 руб., наличными денежными средствами на сумму 20 833 812 руб. 83 коп., оставшаяся часть задолженности погашена путем взаимозачета.

ООО ПК «Строймонтажлогистик» реализовало в ООО «БирХоп» стретч-пленку и оказало транспортно-экспедиционные услуги на общую сумму 37 139 051 руб. 71 коп. Оплата товара/услуг произведена ООО «БирХоп» в безналичном порядке на расчетный счет ООО ПК «Строймонтажлогистик» на сумму 5 890 460 руб., наличными денежными средствами на сумму 4 655 410 руб. 83 коп., оставшаяся часть задолженности погашена путем взаимозачета.

ООО «Форвард» реализовало в ООО «БирХоп» напитки на общую сумму 21 089 990 руб. 89 коп., в том числе НДС в сумме 3 302 866 руб. 26 коп. (из них доначислено 823 789 руб.). Оплата товара произведена ООО «БирХоп» в полном объеме.

ООО «Тигр20» реализовало в ООО «БирХоп» напитки на общую сумму 40 399 792 руб. 39 коп. Оплата товара произведена ООО «БирХоп» в безналичном порядке на расчетный счет ООО «Тигр20» на сумму 2 989 700 руб., наличными денежными средствами на сумму 25 408 328 руб. 88 коп., оставшаяся часть задолженности погашена путем взаимозачета.

Судом первой инстанции установлено и налоговым органом не опровергнуто, что на момент рассмотрения настоящего дела задолженность перед спорными контрагентами у налогоплательщика отсутствует, о чем свидетельствуют, в том числе акты сверки взаимных расчетов.

Довод ООО «БирХоп» о наличных денежных расчетах со спорными контрагентами налоговый орган не опроверг.

Изложенные в письменных пояснениях, представленных в суд апелляционной инстанции, доводы налогового органа относительно представленных обществом кассовых документов, авансовых отчетов фактически сводятся к нарушениям кассовой дисциплины, отдельным недочетам, допущенным при составлении этих документов, которые сами по себе о нереальности наличных расчетов между ООО «БирХоп» и его контрагентами не свидетельствуют.  

Налоговым органом не оспаривается, что у ООО «БирХоп» имелись денежные средства в количестве, достаточном для указанных наличных расчетов с контрагентами.

По мнению налогового органа, оформление группой компаний ООО «БирХоп», ООО «Шагар», ООО «Авентура» под фактическим руководством ФИО9 и ФИО1 (имевших длительный период знакомства и совместного выполнения служебных обязанностей) мнимых сделок с подконтрольными организациями ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20» осуществлялось исключительно в целях минимизации налоговых обязательств.

Доводы налогового органа об аффилированности и подконтрольности ООО «БирХоп» и спорных контрагентов суд первой инстанции обоснованно отклонил.

Законодательство о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Как указано в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление №53), в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (п.4 и 9), или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом (п.10).

К обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком - покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик - покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 №307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 №305-ЭС19-16064).

П.1 ст.105.1 НК РФ предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных п.2 ст.105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

Таким образом, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит, был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

Как верно указал суд первой инстанции, налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, подконтрольности проверяемого налогоплательщика и спорных контрагентов, имитации хозяйственных взаимоотношений со спорными контрагентами; не установлены сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной финансово-хозяйственной деятельности. 

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающем реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота, должен доказать, что приобретение налогоплательщиком товаров (работ, услуг) в действительности не имело места.

Судом первой инстанции установлено, что ООО «БирХоп», ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20», на согласованности действий которых настаивает налоговый орган, созданы в различные периоды времени и осуществляли самостоятельную финансово-хозяйственную деятельность.

Из оспариваемого решения налогового органа не следует, что спорные контрагенты не исполняли своих обязанностей по уплате налогов, в том числе по сделкам с ООО «БирХоп».

Ссылка налогового органа на то, что суммы исчисленных и уплаченных спорными контрагентами налогов являются минимальными, подлежит отклонению.

Само по себе представление контрагентом налоговой декларации с минимальными суммами налога к уплате в бюджет не может свидетельствовать о недобросовестности проверяемого налогоплательщика и не является достаточным основанием для отказа в применении им соответствующих налоговых вычетов и расходов.

Контроль за исполнением налогоплательщиками обязанности по уплате в бюджет полученных сумм налога возложен на налоговые органы, и нарушение поставщиками этой обязанности является основанием для применения к ним налоговым органом мер, предусмотренных налоговым законодательством, но не может служить основанием для отказа в применении налоговых вычетов добросовестному налогоплательщику.

Положениями налогового законодательства не установлена обязанность налогоплательщика подтверждать внесение поставщиком сумм налога в бюджет при получении налогового вычета.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (Постановление от 19.12.2019 №41-П, Определения от 16.03.2003 №329-О, от 10.11.2016 №2561-О, от 26.11.2018 №3054-О и др.).

Достоверность налоговой отчетности, представленной контрагентом налогоплательщика, не может опровергаться незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, а также значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 №307-ЭС19-27597).

Кроме того, налоговый орган, сославшись на незначительные суммы налогов, исчисленные спорными контрагентами к уплате в бюджет, между тем не доказал, что эти организации должны были исчислить налоги в большем размере.

Также налоговым органом не представлено доказательств, что в проверяемом периоде спорные контрагенты отсутствовали по адресам регистрации; целью перечисления денежных средств на расчетные счета контрагентов было их последующее «обналичивание» в интересах ООО «БирХоп».

Как верно указал суд первой инстанции, налоговым органом не опровергнута реальность сделок между ООО «БирХоп» и его контрагентами. ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20» осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность, не обладали признаками фирм-однодневок, представляли налоговую отчетность и уплачивали налоги. 

Материалами дела подтверждается, что ООО «БирХоп» и ООО «Тигр20» являлись взаимозависимыми лицами (участники ФИО9 и ФИО1), однако, как уже указано, сама по себе взаимозависимость не свидетельствует о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды и может иметь значение в целях налогового контроля исключительно если будет доказано, что такая взаимозависимость используется для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими и иными причинами, имеет признаки несамостоятельного ведения предпринимательской деятельности, при осуществлении одним из участников «схемы» формальной экономической деятельности исключительно в целях обеспечить занижение доходов и получения необоснованной налоговой выгоды.

Суд первой инстанции правильно отметил, что ведение совместного бизнеса самостоятельными юридическими лицами законом не запрещено и не свидетельствует о целенаправленном «дроблении» бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды, даже в случае, если такие лица являются взаимозависимыми.

Как указано в Определении Конституционного суда Российской Федерации от 04.06.2007 №320-О-П, гражданское законодательство допускает совместное осуществление деятельности хозяйствующих субъектов в целях получения прибыли от осуществления предпринимательской деятельности. При этом указанная совместная деятельность хозяйствующих субъектов сама по себе не свидетельствует о получении налоговой выгоды.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

ФНС России в письме от 11.08.2017 №СА-4-7/15895@ «О направлении обзора судебной практики по вопросу получения необоснованной налоговой выгоды путем формального разделения (дробления) бизнеса и искусственного распределения выручки от осуществляемой деятельности на подконтрольных взаимозависимых лиц» разъяснила, что с целью исключения необоснованных выводов налоговых органов о применении схемы дробления бизнеса, необходимо обратить внимание на то, что вне зависимости от сферы предпринимательской деятельности проверяемого налогоплательщика, при доказывании схемы  дробления  бизнеса  налоговым  органам необходимо не только устанавливать обстоятельства ведения налогоплательщиком и связанными с ним субъектами одного и того же вида деятельности, но и также выявлять обстоятельства отсутствия реального участия таких субъектов в деятельности осуществляемой самим налогоплательщиком, а также подконтрольности субъектов проверяемому налогоплательщику, что исключает наличие у формальных участников самостоятельных доходов по сделкам (п.2.2). При этом, идентичность деятельности нескольких налогоплательщиков, не свидетельствует о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды (п.5.1).

По мнению налогового органа, о применении указанными организациями «схемы», направленной на получение необоснованной налоговой выгоды, свидетельствует совпадение IP-адреса и MAC-адреса, наличие аналогичных адресов электронной почты. Суд первой инстанции эти доводы обоснованно отклонил.

По настоящему делу установлено, что ООО «БирХоп» и спорные контрагенты (обособленные подразделения) фактически осуществляли свою деятельность по одному адресу: 

<

...>. Из предоставленных банками сведений об IP-адресах доступа в систему ДБО также следует, что все выходы в систему в 2018-2019 годах осуществлялись с одного устройства, однако, кому оно принадлежало, не установлено. Таким образом, в рассматриваемом случае названное совпадение не свидетельствует о каких-либо нарушениях со стороны налогоплательщика.

Налоговым органом не установлено фактов пользования банковскими программами налогоплательщиком и его контрагентом с одного и того же IP-адреса, MAC-адреса в одно и то же время. В материалах дела отсутствуют доказательства принадлежности указанных IP-адресов обществу.

Ссылку налогового органа на то, что по документам, полученным от банков, установлено совпадение контактных лиц ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар» (бухгалтера ФИО11 и ФИО12, которые являлись сотрудниками ООО «Авентура», ООО «Шагар»), суд первой инстанции правильно признал несостоятельной и не свидетельствующей о недобросовестном поведении налогоплательщика. 

Действующее законодательство не содержит запрета на предоставление несколькими юридическими лицами одному и тому же поверенному полномочий на представление их интересов в банках.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для утверждения о том, что выдача доверенности на ФИО10, а также совпадение контактных лиц в банковских документах могли привести к возникновению у ООО «БирХоп» необоснованной налоговой выгоды.

Следует также отметить, что налоговый орган не обосновал, каким образом ФИО10, действовавший на основании доверенности, мог распоряжаться расчетным счетом ООО «БирХоп». Наличие у ФИО10 полномочий на осуществление расходных операций по расчетному счету ООО «БирХоп» (на подписание платежных поручений, банковских чеков и т.д. от имени данной организации) материалами дела не подтверждается. 

В подтверждение доводов о взаимозависимости налогоплательщика с ООО «Татпродопторг» и ООО ПК «Строймонтажлогистик» налоговый орган указывает, что ФИО10, будучи директором и учредителем ООО «Татпродопторг» и ООО ПК «Строймонтажлогистик», являлся также начальником службы безопасности ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар»; руководителями ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар» выданы доверенности ФИО10, в том числе как руководителю службы экономической безопасности.

Между тем, как верно отметил суд первой инстанции, налоговый орган не доказал, что ФИО10 при указанных обстоятельствах имел реальную возможность оказывать влияние на финансово-хозяйственную деятельность ООО «БирХоп» и принимаемые организацией решения.

Факт одновременного выполнения служебных обязанностей ФИО10, ФИО9 и ФИО1 в ООО «Молочный дом» (период по март 2016 года включительно), ООО «Логистика», ООО «Старт», ООО «Мастер», ООО «ТК «Алита» также не может свидетельствовать о взаимозависимости ООО «БирХоп» со спорными контрагентами, поскольку не доказывает наличие у ФИО10 права на принятие решений в отношении деятельности ООО «БирХоп», а также права ФИО9 и ФИО1 на принятие решений в отношении деятельности ООО «Татпродопторг» и ООО ПК «Строймонтажлогистик».

Налоговый орган не обосновал, каким образом нахождение обособленных подразделений ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар», ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20» по одному адресу: 

<

...>, может подтвердить влияние руководителей и участников этих организаций на деятельность проверяемого налогоплательщика.

По мнению налогового органа, о централизованном ведении бухгалтерского учета и согласованности действий ООО «БирХоп» и спорных контрагентов свидетельствует то, что в ходе проведения 08.07.2021 выемки документов по адресу: 

<

...>, установлено нахождение по этому адресу части первичных документов ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар», а также их контрагентов, в том числе ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик». На стр.36 оспариваемого решения отражено, что на территории группы компаний «БирХоп» изъяты оригиналы ответов на требования налогового органа, представленные ООО «Татпродопторг» в ИФНС России по Московскому району г.Казани.

Суд первой инстанции эти доводы налогового органа обоснованно отклонил, поскольку нахождение по указанному адресу перечисленных документов само по себе о централизованном ведении бухгалтерского учета, равно как и о создании ООО «БирХоп» и спорными контрагентами фиктивного документооборота, не свидетельствует. 

Об умысле налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды может свидетельствовать наличие в его помещениях печатей контрагентов, бланков аффилированных организаций и другие следы создания фиктивного документооборота, что в данном случае не обнаружено.

Доводы налогоплательщика о том, что указанные документы были направлены бухгалтером ООО «Татпродопторг» ошибочно, в числе прочей первичной документации, налоговый орган не опроверг, пояснений, каким образом наличие ответов на требования налогового органа с приложением документов может свидетельствовать о подконтрольности налогоплательщику ООО «Татпродопторг», - не представил. Фиктивность изъятой документации ничем не подтверждена.

Также суд первой инстанции признал обоснованными доводы налогоплательщика о том, что факт получения отдельными физическими лицами (ФИО13, ФИО10, ФИО14) денежных средств в качестве дохода в ООО «Форвард», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Татпродопторг» не свидетельствует о подконтрольности ООО «БирХоп» этих организаций, поскольку не является доказательством наличия права у указанных лиц принимать решения в отношении деятельности проверяемого налогоплательщика. Произведенные выплаты (от 17 000 руб. до 38 000 руб. в год) являются вознаграждением по разовым сделкам и не свидетельствуют о систематическом получении денежных средств теми или иными физическими лицами.

Статьей 37 Конституции Российской Федерации гарантируется свобода труда, в связи с чем физические лица свободны в выборе трудовой функции, а также сферы труда, поэтому оказание указанными физическими лицами разовых услуг не противоречит действующему законодательству.

Указывая на взаимозависимость ООО «БирХоп» и ООО «Тигр20» (ранее ООО «ТД «Хорекади»), налоговый орган между тем не доказал, что сделки между этими организациями производились по ценам, не соответствующим рыночным, заключенные договоры содержали какие-либо «особые» условия, отличающиеся от обычаев делового оборота.

Лица признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных п.2 ст.105.1 НК РФ, в частности, по основаниям, связанным с участием в капитале, осуществлением функций управления, служебной подчиненностью.

Помимо указанных формально-юридических признаков взаимозависимости п.7 ст.105.1 НК РФ суду предоставлено право признать лица взаимозависимыми по иным основаниям - если отношения между этими лицами содержательно (фактически) обладают признаками, указанными в п.1 ст.105.1 НК РФ, то есть имеется иная возможность другого лица определять решения, принимаемые налогоплательщиком.

Разрешая вопрос о применении данной нормы, необходимо учитывать, что признание участников сделки взаимозависимыми в силу п.1 ст.105.3, п.1 ст.105.14 НК РФ имеет своей основной целью определение круга таких операций налогоплательщика, в отношении которых существует риск их совершения на коммерческих или финансовых влияющих на цену условиях, отличных от тех, которые имели бы место в отношениях между независимыми друг от друга контрагентами, действующими самостоятельно и на строго предпринимательских началах, то есть в своих собственных экономических интересах.

Поэтому на налоговом органе лежит бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих, что при отсутствии предусмотренных п.2 данной статьи признаков контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ним лица) тем не менее имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит (к выгоде третьих лиц), был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок (Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 Налогового кодекса Российской Федерации, утв.Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017).

Между тем, доказательств, свидетельствующих о мнимости сделок ООО «БирХоп» и ООО «Тигр20», а также о том, что налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы компаний, налоговый орган не представил.

Согласно п.5 Постановления №53 о необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В п.6 Постановления №53 разъяснено, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций. Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в п.5 Постановления №53, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Факт выдачи ООО «БирХоп» доверенностей на имя ФИО15, ФИО16, не получавших доходы в ООО «БирХоп», не может свидетельствовать о том, что налогоплательщик и спорные контрагенты действовали согласованно; при этом ФИО15 доход в ООО «Тигр20» получил в 2016 году (за пределами проверяемого периода); позднее указанные лица не получали доход ни у проверяемого налогоплательщика, ни у спорных контрагентов.

Как верно указал суд первой инстанции, ссылка налогового органа на подконтрольность и взаимозависимость ООО «БирХоп», ООО «Авентура», ООО «Шагар» не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку какие-либо выводы относительно сделок ООО «БирХоп» с этими организациями в оспариваемом решении налогового органа отсутствуют.

Довод налогового органа о том, что прекращение взаимных обязательств между налогоплательщиком и спорными контрагентами путем проведения зачета свидетельствует о формальности взаимоотношений между организациями, суд первой инстанции обоснованно отклонил, отметив, что такой способ расчетов между хозяйствующими субъектами предусмотрен действующим законодательством и сам по себе не может являться доказательством нереальности сделок.

Правоотношения между обществом и его контрагентами по поводу дебиторской/кредиторской задолженности за товары (работы, услуги) не выходят за рамки обычной хозяйственной деятельности и урегулируются хозяйствующими субъектами самостоятельно.

Как следует из пояснений ООО «БирХоп» и не опровергнуто налоговым органом, между проверяемым налогоплательщиком и спорными контрагентами имелись взаимоотношения по поставке, в которых ООО «БирХоп» выступало в качестве поставщика. 

Факт поставки ООО «БирХоп» в адрес спорных контрагентов той или иной продукции опровергает выводы налогового органа о том, что проведенные взаимозачеты необоснованны и содержат признаки формального документооборота.

Также суд первой инстанции обратил внимание на отсутствие в материалах дела доказательств, что ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Форвард», ООО «Тигр20» не имели иного дохода, помимо взаимоотношений с налогоплательщиком.

Налоговый орган не опроверг доводы ООО «БирХоп» о том, что каждый из спорных контрагентов осуществлял самостоятельную финансово-хозяйственную деятельность и получал доход. 

В отношении ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик» налоговый орган указывает, что подписи ФИО10 в паспорте, а также на карточке с образцами подписей, представленной ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие», и приложении №2 к краткосрочному договору №ТИ/У2/45/1445-1671 аренды нежилого объекта недвижимости от 01.10.2017, визуально различаются. Однако почерковедческая экспертиза налоговым органом в установленном законом порядке не проводилась.

Ссылку налогового органа на то, что физические лица, числившиеся руководителями контрагентов 2 звена, отрицают свою причастность к деятельности этих организаций, суд первой инстанции признал несостоятельной, поскольку имеют место сомнения в беспристрастности этих лиц, которые в силу статьи 51 Конституции Российской Федерации не обязаны свидетельствовать против самих себя, так как именно на руководителя организации возлагается ответственность, в частности, за ненадлежащее исполнение обязанностей в сфере налогообложения.

Согласно пояснениям налогового органа анализ банковских выписок по расчетным счетам ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик» показал отсутствие у данных организаций достаточных денежных средств для приобретения упаковочного материала (стретч-пленки), тогда как ООО «БирХоп» заявило к вычету НДС, в том числе со стоимости упаковочного материала по документам ООО ПК «Строймонтажлогистик», ООО «Татпродопторг».

Однако, как верно отметил суд первой инстанции, налоговым органом не опровергнуты доводы ООО «БирХоп» о том, что расчеты с указанными контрагентами осуществлялись и в наличной денежной форме; полученные наличные средства могли быть направлены спорными контрагентами на приобретение упаковочного материала. 

Судом первой инстанции установлено, что между ООО «БирХоп» и ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик» сложились правоотношения не только по поставке упаковочного материала, но и по оказанию транспортных (транспортно-экспедиционных) услуг. При этом налоговым органом не представлены доказательства невозможности оказания спорными контрагентами таких услуг.

Напротив, согласно банковским выпискам с расчетных счетов ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик» производилась оплата транспортных услуг.

В обоснование своей позиции о взаимозависимости проверяемого налогоплательщика и спорных контрагентов налоговый орган также сослался на показания ФИО17, согласно которым в 2009-2019 годах он работал в ООО «Логистика-Трейд» в должности комплектовщика-грузчика, в его обязанности входил сбор товара по накладным. ФИО17 подтвердил, что во время трудоустройства в ООО «Татпродопторг», ООО ПК «Строймонтажлогистик» он считал, что продолжает работать в ООО «Логистика-Трейд», и не знал, что ФИО10 являлся руководителем указанных организаций. Также ФИО17 сообщил, что не знает руководителя ООО «БирХоп».

В оспариваемом решении налогового органа не отражено, каким образом показания ФИО17 могут свидетельствовать о получении ООО «БирХоп» необоснованной налоговой выгоды, при том, что ФИО17 в этой организации не работал и сведениями о ее деятельности не располагает.

Налоговый орган указывает, что формальность операций по поставке товаров от ООО «Татпродопторг» подтверждается свидетельскими показаниями водителя ФИО18, информация о котором отражена в представленных ООО «БирХоп» товарно-транспортных накладных. Так, согласно протоколу допроса от 15.11.2021 №26 во время нахождения на складе по адресу: г.Казань, ул.Крутовская, д.26, Абрамов Д.В. упаковочный материал в больших объемах не видел.

Суд первой инстанции правильно согласился с доводами ООО «БирХоп» о том, что ФИО18, будучи водителем, а не работником склада ООО «БирХоп», не мог располагать сведениями о наличии товара на складе; проведение инвентаризации ТМЦ в его должностные обязанности не входило.

Доказательств того, что ФИО18 перевозил какой-либо иной товар, с использованием принадлежавшего ему грузового транспорта, по настоящему делу не представлено. Товарно-транспортные накладные, на которые ссылается налоговый орган в оспариваемом решении, содержат в себе исчерпывающую информацию, достаточную для квалификации сложившихся правоотношений.

В обоснование своих доводов налоговый орган ссылается на истребованную у организаций, осуществлявших оптовую продажу пива (ООО «Пивоварня «Лобанова», ООО «Каир», ООО «Нарва», ООО «Ростпиво-Сиб», ООО «ДК Литрум») и имевших схожие с ООО «БирХоп» обороты в 2017-2019 годах, информацию о количестве закупаемого и используемого в их деятельности упаковочного материала. Эти организации для осуществления финансово-хозяйственной деятельности упаковочные материалы не приобретали или покупали в минимальном объеме.

Между тем налоговый орган не представил допустимых и достаточных доказательств того, что деятельность ООО «БирХоп» являлась аналогичной деятельности указанных организаций; в оспариваемом решении не отражены признаки, на основании которых налоговый орган пришел к выводу о схожести оборотов проверяемого налогоплательщика и этих организаций.

Кроме того, запросы налогового органа и ответы на них не позволяют достоверно установить, использовался ли, к примеру, ООО «Ростпиво-Сиб» и ООО «Пивоварня «Лобанова» в 2017-2019 годах упаковочный материал, приобретенный ранее.

При таких обстоятельствах не представляется возможным сделать однозначный вывод о том, что объем приобретенного ООО «БирХоп» упаковочного материала значительно превышает объемы упаковочного материала, приобретенного/ использованного за тот же период иными хозяйствующими субъектами, осуществлявшими аналогичный вид деятельности.

Также суд первой инстанции правильно отметил, что ООО «БирХоп» самостоятельно принимает решения о необходимости приобретения ТМЦ. Закупка того или иного товара в объеме, большем, чем требуется для осуществления финансово-хозяйственной деятельности организации в конкретном периоде, во всяком случае не свидетельствует о нереальности сделки по приобретению этого товара; неиспользованный товар может быть израсходован в последующих периодах.  

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал (в частности, Определение от 04.06.2007 №320-О-П, Постановление от 24.02.2004 №3-П), что в силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет экономическую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Оценка целесообразности экономической деятельности хозяйствующего субъекта выходит за пределы полномочий налогового органа. Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией.

Кроме того, довод ООО «БирХоп» о том, что приобретенную стретч-пленку оно частично использовало в своей хозяйственной деятельности, частично реализовало своим покупателям, налоговый орган не опроверг. 

Представленный налоговым органом протокол осмотра территории, помещений, документов, предметов от 08.12.2021 №2 содержит сведения о количестве упаковочного материала на момент проведения осмотра и не может ни подтвердить, ни опровергнуть наличие/отсутствие на складе упаковочного материала в проверяемом периоде (2017-2019 годы). С момента приобретения обществом упаковочного материала до момента проведения налоговым органом осмотра прошло более двух лет, в течение которого упаковочный материал мог быть использован по назначению.

Как указывает ООО «БирХоп», в проверяемом периоде ООО «Тигр20» и ООО «Форвард» поставляли ему алкогольные и безалкогольные напитки (пиво, пивные напитки «Булгарпиво» и «Василеостровской пивоварни», сидр «Яблочный спас», вода «Бабугент», «Байкал» и др.). Среди поставщиков спорных контрагентов были такие организации, как Балтика, ПепсиКо, ЗАО «Московская Пивоваренная Компания», к которым налоговый орган претензий не предъявлял. Каждая партия алкогольной продукции прошла по ЕГАИС, что также подтверждает реальность хозяйственных операций. Не отраженные в ЕГАИС накладные относились к безалкогольным напиткам, регистрация которых в ЕГАИС не предусмотрена.

Налоговый орган допустимых и достаточных доказательств, опровергающих указанные доводы ООО «БирХоп», по настоящему делу не представил.

Ссылка налогового органа на отсутствие у спорных контрагентов работников, имущества не свидетельствует о нереальности финансово-хозяйственных операций. Деятельность организаций не может ставиться в зависимость от наличия или отсутствия достаточного количества имущества и сотрудников, поскольку действующее законодательство не обязывает юридические лица иметь собственные основные средства и соответствующий штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности.

П.3 ст.54.1 НК РФ предусмотрено, что в целях п.1 и 2 данной статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

При применении положений п.3 ст.54.1 НК РФ недопустим формальный подход налогового органа к оценке обстоятельств занижения налогоплательщиком налоговой базы или уклонения от уплаты налогов.

При оценке соблюдения требований НК РФ необходимо учитывать, что законодательство о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики.

Соответственно, на налоговом органе, оспаривающем реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций.

В письме ФНС России от 16.08.2017 №СА-4-7/16152@ «О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 №163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что указанная норма фактически определяет условия, препятствующие созданию налоговых схем, направленных на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в том числе путем не учета объектов налогообложения, неправомерно заявляемых льгот и т.п.

Налоговым органам при доказывании фактов неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или необоснованного получения права на их возмещение (возврат, зачет) необходимо обеспечить получение доказательств, свидетельствующих об умышленном участии проверяемого налогоплательщика, обеспеченном в том числе действиями его должностных лиц и участников (учредителей), в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды.

ФНС России в письме от 31.10.2017 №ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» дополнила вышеуказанные разъяснения. Так, в соответствии с этим письмом положения ст.54.1 НК РФ следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, неправильного применения налоговой ставки, налоговой льготы, налогового режима, манипулирования статусом налогоплательщика, умышленных действий налогового агента по не удержанию (неполному удержанию) сумм налога, подлежащего удержанию налоговым агентом. При отсутствии доказательств такого умысла у налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения п.1 ст.54.1 НК РФ.

Таким образом, налоговые органы для целей применения п.1 ст.54.1 НК РФ должны доказать совокупность следующих обстоятельств: существо искажения (то есть в чем конкретно оно выразилось); причинную связь между действиями налогоплательщика и допущенными искажениями; умышленный характер действий налогоплательщика (его должностных лиц), выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога; потери бюджета.

Согласно п.2 Письма ФНС России от 10.03.2021 №БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» положения п.1 и 2 ст.54.1 ГК РФ в их нормативном единстве с положением пп.3 п.2 ст.45 НК РФ, предусматривающим право налоговых органов изменять юридическую квалификацию сделок, совершенных налогоплательщиком, его статус и характер деятельности, устанавливают ряд критериев оценки операций, отраженных налогоплательщиками в целях налогообложения:

а) реальность операции, то есть имела ли место операция в действительности и получено ли исполнение по сделке налогоплательщиком;

б) исполнение обязательства надлежащим лицом;

в) действительный экономический смысл хозяйственной операции, отсутствие искажения юридической квалификации операций, статуса и характера деятельности их сторон в целях налогообложения;

г) наличие иной основной цели совершения налогоплательщиком операции, чем уменьшение налоговой обязанности (деловая цель).

Между тем, налоговым органом по настоящему делу не доказано, что финансово-хозяйственные операции ООО «БирХоп» со спорными контрагентами не носили реального характера, исполнение по сделкам обществом получено не было; обязательства по сделкам исполнены не теми лицами, которые указаны в первичных документах; действия общества по оформлению сделок с указанными организациями не имели экономического смысла, деловой цели и осуществлялись исключительно с целью уменьшения налоговой обязанности.

Исходя из изложенного, учитывая, что налоговым органом не представлено достоверных и бесспорных доказательств создания ООО «БирХоп» формального документооборота, наличия у общества умысла, направленного на получение им необоснованной налоговой экономии, согласованных действий с указанными контрагентами для получения незаконной выгоды, следует признать, что выводы налогового органа о получении обществом необоснованной налоговой экономии являются несостоятельными и носят предположительный характер. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что решение налогового органа в указанной части не соответствует закону и нарушает права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По результатам выездной налоговой проверки налоговый орган сделал вывод об уклонении ООО «БирХоп» и взаимосвязанных с ним организаций (ООО «Авентура», ООО «Шагар») от обязанности по уплате страховых взносов.

Как указал налоговый орган, 12 физических лиц (ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30), работавших в ООО «БирХоп», по инициативе работодателя получили статус индивидуальных предпринимателей и применяли упрощенную систему налогообложения, при этом фактически продолжили выполнять прежние должностные обязанности по продвижению продукции группы компаний ООО «БирХоп».

Об этом, по мнению налогового органа, свидетельствует, в частности, то, что количество застрахованных лиц ООО «БирХоп» в 2019 году по сравнению с 2018 годом сократилось на 46 человек, а доходы от реализации согласно налоговым декларациям общества по налогу на прибыль за 2018-2019 года увеличились на 77 507 578 руб. 

Суд первой инстанции эти доводы налогового органа признал несостоятельными в связи со следующим.

Согласно пп.1 п.1 ст.419 НК РФ плательщиками страховых взносов (далее в настоящей главе - плательщики) признаются следующие лица, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования: 

лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам:

организации;

индивидуальные предприниматели;

физические лица, не являющиеся индивидуальными предпринимателями.

В соответствии с п.1 ст.420 НК РФ объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абз.2 и 3 пп.1 п.1 ст.419 НК РФ, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в пп.2 п.1 ст.419 НК РФ):

1) в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг;

2) по договорам авторского заказа в пользу авторов произведений;

3) по договорам об отчуждении исключительного права на произведения науки, литературы, искусства, издательским лицензионным договорам, лицензионным договорам о предоставлении права использования произведения науки, литературы, искусства, в том числе вознаграждения, начисляемые организациями по управлению правами на коллективной основе в пользу авторов произведений по договорам, заключенным с пользователями.

База для исчисления страховых взносов для плательщиков, указанных в абз.2 и 3 пп.1 п.1 ст.419 НК РФ, определяется по истечении каждого календарного месяца как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных п.1 ст.420 НК РФ, начисленных отдельно в отношении каждого физического лица с начала расчетного периода нарастающим итогом, за исключением сумм, указанных в ст.422 НК РФ (п.1 ст.421 НК РФ).

Исходя из ст.16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

В соответствии со ст.56 ТК РФ под трудовым договором понимается соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Под правилами внутреннего трудового распорядка организации понимается локальный нормативный акт, регламентирующий в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами порядок приема и увольнения работников, основные права, обязанности и ответственность сторон трудового договора, режим работы, время отдыха, применяемые к работникам меры поощрения и взыскания, а также иные вопросы регулирования трудовых отношений у данного работодателя (ст.189 ТК РФ).

Согласно п.1 ст.702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со ст.779-781 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг, исполнитель обязан оказать услуги лично. Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу ст.431 ГК РФ буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Само по себе наименование договора не может служить достаточным основанием для причисления его к трудовым или гражданско-правовым договорам, основное значение имеет смысл договора, его содержание.

Как установлено судом первой инстанции, ООО «БирХоп» (заказчик) и указанные лица (подрядчики) заключили договоры возмездного оказания услуг, по которым подрядчик принимает на себя обязательство выполнить определенные в договоре виды работ, а заказчик обязуется принять эти работу и оплатить. Данные договоры являются смешанными и содержат элементы договоров подряда и возмездного оказания услуг.

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (ст.702-729 ГК РФ), положения о бытовом подряде (ст.730-739 ГК РФ), если это не противоречит ст.779-782 данного кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (ст.783 ГК РФ).

По смыслу указанных норм ГК РФ, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания услуг является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Как указал суд первой инстанции, налоговым органом не доказано, что в заключенных с индивидуальными предпринимателями договорах есть указание на должность, специальность или профессию лица, выполняющего работы/оказывающего услуги.

В договорах отсутствуют условия о соблюдении правил внутреннего распорядка, не установлены требования по времени и порядку работы, не установлен режим работы.

В обоснование своей позиции налоговый орган ссылается на протоколы допросов 4 из 12 индивидуальных предпринимателей, которые, по мнению налогового органа, являлись сотрудниками ООО «БирХоп».

Между тем, ФИО19, ФИО25, ФИО27 в своих пояснениях указали, что ими оказывались услуги для ООО «Шагар». Указанные индивидуальные предприниматели выполняли комплекс работ/услуг, связанных с увеличением объемов продаж продукции, дистрибьюторами которых являлись ООО «Шагар», ООО «Авентура».

Факт выполнения указанными лицами работ в пользу проверяемого налогоплательщика материалами дела не подтверждается.

Само по себе наличие трудовых отношений между указанными физическими лицами и ООО «БирХоп» вплоть до 2018 года включительно не свидетельствует о выполнении ими трудовых функций в данной организации после получения статуса индивидуальных предпринимателей.

Из оспариваемого решения не представляется возможным установить, по каким основаниям налоговый орган доначислил ООО «БирХоп» страховые взносы по лицам, которые фактически оказывали услуги в пользу иных юридических лиц (ООО «Шагар», ООО «Авентура»).

При этом суд первой инстанции признал обоснованными доводы ООО «БирХоп» о том, что налоговым органом не проанализированы расчетные счета индивидуальных предпринимателей на предмет оказания услуг этими лицами в пользу иных заказчиков. Указанное обстоятельство в совокупности с вышеприведенными доводами не свидетельствует о том, что индивидуальные предприниматели фактически являлись сотрудниками ООО «БирХоп».

По настоящему делу не представлено доказательств наличия у спорных лиц рабочих мест в ООО «БирХоп». Довод налогового органа о ежемесячной выплате денежного вознаграждения в размере, соответствующем среднемесячному заработку, ничем не подтвержден.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно указал на то, что из материалов дела не следует наличие трудовых отношений между ООО «БирХоп» и индивидуальными предпринимателями, оказывавшими услуги; квалификация налоговым органом сложившихся правоотношений как трудовых является необоснованной, следовательно, налоговый орган неправомерно включил произведенные ООО «БирХоп» выплаты в пользу индивидуальных предпринимателей в базу для исчисления страховых взносов.

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст.71 АПК РФ, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что решение налогового органа в обжалуемой части не соответствует закону, нарушает права и законные интересы ООО «БирХоп» в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования общества в соответствующей части подлежат удовлетворению.

Довод налогового органа о том, что суд первой инстанции не дал оценку всем представленным в материалы дела доказательствам и доводам не нашел подтверждения в ходе рассмотрения апелляционной жалобы. При этом неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2017 №305-КГ17-13690, от 13.01.2022 №308-ЭС21-26247).

Повторно проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе (с учетом дополнений), по существу, направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства.

Суд первой инстанции полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, а потому у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Иных доводов, которые могли послужить основанием для отмены обжалуемого решения в соответствии со ст.270 АПК РФ, из апелляционной жалобы не усматривается.

Таким образом, решение суда первой инстанции в обжалованной части является законным и обоснованным, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В силу ст.333.37 НК РФ налоговые органы освобождены от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражном суде.

Руководствуясь статьями 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 марта 2023 года по делу №А65-31363/2022 в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                    

Е.Н. Некрасова

Судьи  

С.Ю. Николаева

 

А.Ю. Харламов