ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

                                                               Дело № А54-5102/2014

       (20АП-5975/2020)

Резолютивная часть постановления объявлена 19.11.2020

Постановление  изготовлено в полном объеме 26.11.2020

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего                Волковой Ю.А., судей Мосиной Е.В. и Тучковой О.Г., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: от конкурсного управляющего ООО "АТЦ "Стандарт-Н" ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 04.09.2020), от ФИО4 – представителя ФИО5 (доверенность от 04.06.2020), в отсутствие иных заинтересованных лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Автотехцентр "Стандарт-Н" ФИО2                          на определение Арбитражного суда Рязанской области от 24.08.2020 по делу                          № А54-5102/2014 (судья Белов Н.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО "АТЦ "Стандарт-Н" ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 по обязательствам должника в сумме 22 201 000 руб., в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью "Автотехцентр "Стандарт-Н" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 (далее - заявитель) обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью "Автотехцентр "Стандарт-Н" (далее - ООО "АТЦ "Стандарт-Н", должник) в связи с наличием непогашенной задолженности на общую сумму 16 584 046 руб.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 14.10.2014 заявление ФИО6 принято к производству, в отношении                                    ООО "АТЦ "Стандарт-Н" возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 15.01.2015 в отношении ООО "АТЦ "Стандарт-Н" введена процедура банкротства - наблюдение; временным управляющим должника утвержден ФИО7.

Сообщение о введении в отношении ООО "АТЦ "Стандарт-Н" процедуры банкротства - наблюдения опубликовано в газете "Коммерсантъ" 31.01.2015.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 16.04.2015                                       ООО "АТЦ "Стандарт-Н" признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7

Сообщение об открытии в отношении ООО "АТЦ "Стандарт-Н" конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" 30.04.2015.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 30.08.2016 арбитражный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником; конкурсным управляющим ООО "АТЦ "Стандарт-Н" утвержден ФИО2

12.10.2018 конкурсный управляющий ООО "АТЦ "Стандарт-Н" ФИО2 обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 по обязательствам должника в сумме 22 201 000 руб. и взыскании с ФИО4 в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 22 201 000 руб.

В последующем, конкурсный управляющий в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил требование и просил взыскать с ФИО4 в конкурсную массу                                          ООО "Автотехцентр "Стандарт-Н" убытки в размере 22 201 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 24.08.2020 заявление конкурсного управляющего ООО "АТЦ "Стандарт-Н"  ФИО2 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО4 в конкурсную массу убытков в размере 22 201 000 руб. оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий                     ООО "АТЦ "Стандарт-Н" ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просил обжалуемое определение отменить.

В обоснование заявленных требований ссылается на то, что обжалуемое определение не соответствует принципу правовой определенности судебного акта, так как его мотивировочная часть не соответствует резолютивной, что является недопустимым в силу требований ст. 15 АПК РФ. 

Указывает, что согласно резолютивной части судебного акта конкурсному управляющему отказано во взыскании убытков, а согласно мотивировочной части суд области применил нормы права об исчислении срока исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности.

Обращает внимание, что   суд первой инстанции должен был рассматривать требования конкурсного управляющего  с учетом  его уточнения о взыскании убытков с                      ФИО4, а не о привлечении последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Однако, судом области, необоснованно, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего применены правила исчисления срока исковой давности для требований о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренные п.5 ст.61.4 Закона о банкротстве.

Апеллянт считает, что положения п. 5 ст. 61.4 Закона о банкротстве к рассматриваемому спору не применимы.

По мнению апеллянта, рассмотрение заявления ФИО4 об истечении срока исковой давности для взыскания с него убытков, суд первой инстанции должен был рассматривать в соответствии с положениями пункта 1 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, и применительно к нормам о взыскании убытков, а не к нормам о привлечении к субсидиарной ответственности.

Не согласен с выводом суда о том, что  по общему правилу, срок давности по искам конкурсных управляющих начинает исчисляться с даты открытия конкурсного производства.

Указывает, что обязанность ФИО4 по передаче конкурсному управляющему материальных ценностей, уставных документов, печатей, штампов и всей документации, отражающей хозяйственную деятельность должника, в силу п.2 ст.126 Закона о банкротстве, возникала с момента введения конкурсного производства, то есть с 16.04.2015 (решение Арбитражного суда Рязанской области от 16.04.2015).

При этом, ни нормами Закона о банкротстве, ни нормами ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» № 14-ФЗ не предусмотрены специальные сроки исковой давности при взыскании убытков с бывших руководителей должника. Следовательно, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего должником о взыскании убытков, причиненных должнику  неправомерными действиями ФИО4, по мнению апеллянта, суд области должен был руководствоваться общими нормами об исковой давности, установленными ст.ст. 195-200 ГК РФ.

Ссылаясь на абз. 2 п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013г. №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» считает, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Указывает, что поскольку требование о возмещении убытков предъявлено конкурсным управляющим, действующим от имени должника, то срок давности подлежал исчислению не с момента нарушения, а с момента, когда конкурсный управляющий получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении и о том, кто является надлежащим ответчиком, т.е. с момента окончания исполнительного производства, возбужденного на основании определения Арбитражного суда Рязанской области от 17.03.2017г. по делу А54-5102/2014  об обязании  ФИО4  передать конкурсному  управляющему истребуемые  документы и ценности.

Считает, что указанное свидетельствует о добросовестном исполнении конкурсным управляющим ФИО2 своих обязанностей в соответствии с действующими нормами права и о незаконном уклонении ФИО4 от исполнении своих обязанностей по передаче необходимой документации и материальных ценностей конкурсному управляющему, чем причинил, как обществу, так и его кредиторам убытки в сумме 22 021 000 руб.

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2020 судебное разбирательство откладывалось.

После отложения от конкурного управляющего ООО "АТЦ "Стандарт-Н" ФИО2 во исполнение определения суда от 28.10.2020 поступили письменные пояснения по спору с приложением соответствующих документов.

ФИО4 в письменном отзыве на апелляционную жалобу, считая обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Автотехцентр "Стандарт-Н" ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО4 возражал против доводов апелляционной жалобы пот основаниям, изложенным в отзыве.

Иные заинтересованные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, заслушав пояснения представителей, участвующих в судебном заседании, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Положениями Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) в Закон о банкротстве введена глава III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

В пункте 1 статьи 4 Закона N 266-ФЗ указано, что он вступает в силу с момента его официального опубликования, то есть с 30.07.2017.

При этом пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного Закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции упомянутого Закона.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266- ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона                N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Вместе с тем предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника  обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности 12.10.2018, в связи с чем заявление правомерно подлежало рассмотрению исходя из процессуальных норм в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, при этом основания ответственности (материально-правовые нормы) применяются в той редакции Закона о банкротстве, которая действовала в соответствующий период.

Пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве предусмотрено, что правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Как видно из материалов дела, обращаясь с заявлением о взыскании с ФИО4 в конкурсную массу должника убытков в размере 22 201 000 руб., в обоснование требований конкурсный управляющий ссылался на непередачу им документации по дебиторской задолженности и хозяйственной деятельности должника; непередачу конкурсному управляющему имущества, указанного в бухгалтерском балансе.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции ФИО4, возражая против требований конкурсного управляющего, заявил о пропуске срока исковой давности, установленного пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и взысканию убытков.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции о том, что  по общему правилу срок исковой давности по искам конкурсных управляющих о взыскании убытков  необходимо   исчислять  с даты открытия конкурсного производства.

Из материалов дела следует, что решением суда области от 16.04.2015                                ООО "АТЦ "Стандарт-Н" было признано несостоятельным должником (банкротом), конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 30.08.2016 арбитражный управляющий ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником; конкурсным управляющим ООО "АТЦ "Стандарт-Н" утвержден ФИО2

С заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной  ответственности  конкурсный управляющий ФИО2 обратился 12.10.2018, а о  взыскании с ФИО4 убытков в сумме 22 201 000 руб.  в связи с уточнением своих требований -12.03.2019 (т.4,  л. д. 61-63).

Суд первой инстанции отказывая в удовлетворении уточненных 12.03.2019 требований о взыскании убытков  правомерно   пришел к выводу о пропуске   конкурсным управляющим должника ФИО2  срока исковой давности,   о применении которой было  заявлено ответчиком, а также  обоснованно не нашел оснований для   удовлетворения   ходатайства конкурсного управляющего должника ФИО2  о восстановлении пропущенного срока.

Судом первой инстанции  при рассмотрении названных ходатайств конкурсного управляющего должника ФИО2   и ответчика - ФИО4 обосновано были приняты во внимание, что  ООО "АТЦ "Стандарт-Н" признано банкротом 16.04.2015и первым  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7

Определением от 30.08.2016 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

30.08.2016 конкурсным управляющим утвержден ФИО2

26.08.2016 по акту приема-передачи ФИО7 передал, а ФИО2 принял документы (т. 5, л. д. 83-86).

Согласно данному акту конкурным управляющим ФИО2 получена бухгалтерская отчетность за 2013 -2015 годы.

Судом первой инстанции также принято во внимание, что в первоначальном  заявлении о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности от 12.10.2018  конкурсный управляющий должника ФИО2  в абзаце первом    стр. 2 указывал, что актом приема-передачи от 26.08.2016 бывший конкурсный управляющий ФИО7 передал действующему конкурсному управляющему ФИО2 документы должника, среди которых имелся бухгалтерский баланс      за 2014 год.

Свое требование  к ответчику конкурсный управляющий обосновывал данными, содержащимися в бухгалтерском балансе за 2014 год (информация о дебиторской задолженности, запасах и убытков).

С учетом наличия у конкурсного управляющего ФИО2 данных сведений, которыми располагал еще прежний конкурсный управляющий  ООО "АТЦ "Стандарт-Н" ФИО7,  суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что у конкурсного управляющего на  30.08.2016 имелась вся информация о наличии имущества, дебиторской задолженности и убытках, не переданных еще  бывшему конкурсному управляющему. Данные обстоятельства позволяли  ему  обратиться с заявлением о взыскании убытков к бывшему руководителю должника ФИО4 своевременно еще в 2016 году.

Заявляя о восстановлении пропущенного срока исковой давности, конкурсным управляющим не приведено каких-либо убедительных  аргументов, подтверждающих невозможность обращения в арбитражный суд области с заявлением в установленные Законом сроки.

Доводы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Автотехцентр "Стандарт-Н" ФИО2, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку они не соответствует фактическим обстоятельствам дела, а также  требованиям нормам законодательства РФ.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что  с учетом уточнения требований от 12.03.2019  конкурсный управляющий требует у ФИО4 возместить убытки на основании статей 15, 393, 1064 ГК РФ, обосновывая свое требование теми же обстоятельствами, которые были  указаны им  ранее в первоначальном заявлении от 12.10.2018 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, а именно не передача ФИО4 документации и имущества исходя из сведений, содержащихся в бухгалтерском балансе за 2014 год.   

Вместе с тем, не исполнение обязанности по передаче документов и материальных ценностей в порядке, предусмотренном статье  126 Закона о банкротстве, не влечет за собой безусловное возникновение ответственности по возмещению убытков у должника в порядке статей  15, 393, 1064 ГК РФ. 

Предусмотренная Гражданским кодексом Российской Федерации обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину. 

Аналогичный правовой подход изложен в  постановлении Конституционного Суда РФ от 18.11.2019 N 36-П, от 15.07.2009 N 13-П, от 07.04.2015 N 7-П, от 08.12.2017 N 39-П, определении Конституционного Суда РФ от 04.10.2012 N 1833-О, от 15.01.2016 N 4-О. 

Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо как в сфере банкротства юридических лиц, так и в сфере банкротства индивидуальных предпринимателей. Пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан.

Закон о банкротстве не предусматривает специального срока исковой давности по требованиям о возмещении убытков, составляющих гражданско-правовую ответственность виновного в их причинении лица, следовательно, применению подлежит предусмотренный частью 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности - три года, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно абзацу второму пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62, в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Пунктом 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предусмотрено следующее. 

Поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО4 являлся руководителем должника по  состоянию на 16.04.2015.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 16.04.2015                             ООО «АТЦ «Стандарт-Н» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 Сообщение об открытии в отношении ООО «АТЦ «Стандарт-Н» конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 30.04.2015. 

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 30.08.2016 арбитражный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника,  конкурсным управляющим  утвержден ФИО2

Таким образом,  после ФИО4, единоличным органом должника  с 16.04.2015 по 30.08.2016 являлся конкурсный управляющий ФИО7

Доказательства аффилированности конкурсного управляющего ФИО7 с ФИО4 в материалах дела отсутствуют и новым конкурсным управляющим должника ФИО2 не представлены.

При этом не имеет юридического значения, когда об указанных в заявлении убытках узнал конкурсный управляющий ФИО2, поскольку конкурсный управляющий предъявляет данные требования от имени и в интересах юридического лица, поэтому срок исковой давности исчисляется с того момента, когда о нарушенном праве стало известно обладателю этого права, назначенного после прекращения полномочий генерального директора ФИО4, то есть конкурсному управляющему ФИО7,  а не следующему конкурсному управляющему ФИО2

Кроме того, закон связывает начало течения срока на судебную защиту с моментом, когда конкурсный управляющий узнал о нарушении его права, а не со дня, когда был установлен размер убытков или вступил в законную силу судебный акт, подтвердивший неправомерность действий лица, причинившего вред. Указанные причины не являются основанием для перерыва или приостановления течения срока исковой давности, установленных ст. 202 и 203 ГК РФ.

По смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. 

Таким образом, освобождение от обязанностей конкурсного управляющего                ФИО7 и назначение ФИО2, влияет на рассмотрение вопроса о том, когда первоначальный обладатель права (ФИО7) узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Следует отметить, что определением Арбитражного суда Рязанской области                       от 15.01.2015 в отношении ООО «АТЦ «Стандарт-Н» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО7

Временным управляющим ФИО7 проведен анализ финансово-хозяйственной деятельности должника за период 01.01.2011 по 01.01.2015. 

Соответственно, о каких-либо убытках, связанных с нарушением этой обязанности ФИО4, ФИО7  должен был узнать не позже 21.04.2015. 

При этом  конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд 12.10.2018  с требованием о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, а  по уточненному требованию о взыскании убытков 12.03.2019,  то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности.

Довод апелляционной жалобы относительно факта причинения убытка и о том, что ФИО4 является надлежащим ответчиком конкурсный управляющий ФИО2 узнал лишь 20.04.2018,  то есть в пределах срока исковой давности,  противоречит нормам права и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Начало течения срока исковой давности по требованию о взысканию с бывшего руководителя должника ФИО4 убытков, конкурсный управляющий связывает с вынесением 20.04.2018 судебным приставом-исполнителем постановления об окончании исполнительного производства в связи с невозможностью исполнить определение Арбитражного суда Рязанской области от 17.03.2017 по делу № А54-5102/2014, которым постановлено истребовать у бывшего руководителя должника ФИО4 для передачи конкурсному управляющему  ФИО2 оригиналов первичной бухгалтерской документации, подтверждающей право требования к дебиторам на сумму 5 101 000 руб., товарно-материальные ценности (запасы) на сумму 1 067 000 руб., документы, подтверждающие возникновение убытков от себестоимости продаж в сумме                                 16 033 000 руб.

Таким образом, конкурсный управляющий ФИО2 срок исковой давности исчисляет не с даты, когда конкурсному управляющему ФИО7 стало известно о не передаче ФИО4 документов и материальных ценностей согласно ст. 126 закона о банкротстве и наличии убытков согласно бухгалтерского баланса должника за 2014 г., а с даты, когда он исчерпал способы защиты права на истребование у ФИО4 документов и материальных ценностей.

Конкурсный управляющий ФИО2 утверждает, что он узнал о том, что ФИО4 является надлежащим ответчиком по взысканию убытков, только после окончания указанного исполнительного производства.

Данное утверждение не основано на фактических обстоятельствах дела и противоречит нормам права. 

Статьей 126 Закона о банкротстве обязанность по передаче документов и материальных ценностей должника конкурсному управляющему возложена на его руководителя. Руководителем должника – его генеральным директором являлся                   ФИО4, о чем имелись соответствующие сведения в Едином государственном реестре юридических лиц, которые общедоступны. 

Незнание конкурсным управляющим ФИО2 кто являлся руководителем должника, который должен был передавать конкурсному управляющему ФИО7 документы и материальные ценности, не является основанием для приостановления или перерыва в течении сроков исковой давности.

Согласно п. 24 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Арбитражный управляющий ФИО2 воспользовался предоставленным ему правом на судебную защиту своего права по истребованию документов и по его заявлению Арбитражный суд Рязанской области  по делу № А54-5102/2014 вынес 17.03.2017 определение, которым постановил истребовать у бывшего руководителя должника ФИО4 для передачи конкурсному управляющему  ФИО2 оригиналов первичной бухгалтерской документации, подтверждающей право требования к дебиторам на сумму 5 101 000 руб., товарно-материальные ценности (запасы) на сумму               1 067 000 руб., документы, подтверждающие возникновение убытков от себестоимости продаж в сумме 16 033 000 руб.

Согласно п. 8 постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Таким образом, избрание конкурсным управляющим ФИО2 иного способа защиты своего права на получение от ФИО4 документов и материальных ценностей для избегания причинения убытков должнику, не зависит от исчисления сроков исковой давности по взысканию с ФИО4 самих убытков, не приостанавливает и не прерывает течения этого срока.

Доводы конкурсного управляющего о том, что судом применен срок исковой давности по требованию о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, а не по общегражданским основаниям привлечения к возмещению убытков, являются ошибочными и подлежат отклонению судебной коллегией.

Кроме того следует отметить, что в соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

В случае нарушения этой обязанности названное лицо несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные юридическому лицу его виновными действиями (бездействием) (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных условий. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», при рассмотрении вопроса о привлечении указанных лиц к ответственности за причинение убытков необходимо устанавливать, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей руководителя, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п., совершил ли он сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения сделок.

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав его органов входил единоличный исполнительный орган, сами по себе, не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) последнего, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ лицо, предъявившее требование о взыскании убытков, должно доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно п. 24 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» сама по себе не передача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Как следует из материалов дела, арбитражный управляющий ФИО7 по акту приема-передачи  от 26.08.2016  передал, а конкурсный управляющий ФИО2 принял документы (т. 5, л.д. 83-86), в том числе бухгалтерскую отчетность за 2013-2015 годы.

Данное обстоятельство подтверждает факт того, что бывший генеральный директор должника ФИО4 ранее передал конкурсному управляющему ФИО7 необходимую информацию о финансовом положении должника на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10, пунктом 4 статьи 20.3, пунктами 1 и 2 статьи 61.20, пунктом 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, приведенными в абзаце четвертом пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», сама по себе не передача ФИО4 истребуемых у него документов конкурсному управляющему в соответствии с п.  126 Закона о банкротстве, не свидетельствовало о возникновении убытков в заявленном размере, а доказывает наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, как контролирующего должника лица, не исполнившего возложенные на него законом обязанности по  передаче конкурсному управляющему документов и материальных ценностей с целью формирования последним конкурсной массы.

Аналогичная правовая изложена в определении Верховного Суда РФ от 23.08.2019 N 304-ЭС19-13245 по делу N А46-18656/2016.

Какие-либо негативные последствия, наступившие для должника в период времени, когда руководителем был ФИО4, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

При этом само по себе установление недобросовестности действий бывшего директора не является единственным условием для взыскания убытков.

Заявитель  обязан доказать сам факт причинения убытков должнику, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и причиненными убытками.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (абзац 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Действительно, по заявлению конкурсного управляющего ФИО2, определением Арбитражного суда Рязанской области от 17.03.2017 по делу                        № А54-5102/2014  истребованы у ФИО4 для передачи конкурсному управляющему ФИО2 оригиналов первичной бухгалтерской документации, подтверждающей право требования к дебиторам на сумму 5 101 000 руб., товарно-материальные ценности (запасы) на сумму 1 067 000 руб., документы, подтверждающие возникновение убытков           от себестоимости продаж в сумме 16 033 000 руб. 

Между тем,  само наличие в бухгалтерском балансе за 2014 год сведений о дебиторской задолженности, не может безусловно  свидетельствовать о возможности ее взыскания и квалификации указанной суммы в качестве убытков.

Доводы конкурсного управляющего ФИО2 о том, что отражение в форме «Отчета о финансовых результатах» в графе «Себестоимость продаж (код строки — 2120)» по итогам 2014 года суммы 16 033 000 руб., является убытками общества, которые должен возместить бывший генеральный директор ФИО4, как возникших по его вине, являются несостоятельными, поскольку данное утверждение не соответствует нормам права в области бухгалтерского учета и противоречит требованиям по порядку заполнения указанного отчета.

Форма отчета о финансовых результатах установлена в Приложении № 1 к Приказу Минфина России от 02.07.2010 N 66н  «О формах бухгалтерской отчетности организаций», где в графе «Себестоимость продаж (код строки — 2120)» приводится сумма расходов по обычным видам деятельности, например, расходы, связанные с изготовлением продукции, приобретением товаров, выполнением работ, оказанием услуг (пп. 9, 21 ПБУ 10/99 «Расходы организации», утвержденного приказом Минфина России от 06.05.1999 № 33н). 

Согласно этой форме, показатель «Себестоимость продаж (код строки — 2120)»  приводится в круглых скобках и не может являться убытком общества, поскольку отраженная в нем сумма расходов по обычным видам деятельности, является суммарным дебетовым оборотом по субсчету 90-2 в корреспонденции со счетами 20, 23, 29, 41, 43, 40, 46, кроме счетов 26 и 44 и этот показатель приводится именно в круглых скобках, поскольку вычитается при выведении финансового результата по валовой прибыли (убытку), отраженного в коде строки 2100.

В показателе валовой прибыли (убытку), отраженного в коде строки 2100 указана сумма прибыли 1 307 000 руб., что получается при вычитании из суммы выручки (строка 2110) в размере 17 340 000 руб. суммы себестоимости продаж (строка 2120) в размере 16 033 000 руб.

Таким образом, отражение в форме «Отчета о финансовых результатах» в графе «Себестоимость продаж (код строки — 2120)» по итогам 2014 года суммы 16 033 000 руб. не может являться убытком общества от себестоимости продаж.

Документальных доказательств, подтверждающих наличие у должника каких либо убытков по состоянию на 16.04.2015 год – дату введения конкурсного производства, в материалы дела не представлены.

Конкурсным управляющим должника ФИО2 не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для удовлетворения требования о взыскании убытков (размер убытков, противоправность действий именно ответчика, наличие причинно-следственной связи между заявленными убытками и действиями (бездействием)                 ФИО4

Достоверных документальных доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в материалы дела не представлено.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы апелляционной жалобы, как не содержащие фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы правовое значение для вынесения судебного акта, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Неправильного применения норм процессуального права, в том числе влекущих отмену судебного акта в любом случае в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 24.08.2020 по делу                          № А54-5102/2014 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                     В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Ю.А. Волкова 

Е.В. Мосина

О.Г. Тучкова