ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

13.02.2020                                                                              Дело № А40-22793/17

 

Резолютивная часть постановления оглашена 6 февраля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 февраля 2020 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Петровой Е.А., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СМУ-20 Метростроя» – ФИО1 по доверенности от 30.10.2019;

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 08.06.2018, 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Мирсогатова Адхама Ахраровича

на определение Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2019,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2019

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление – 20 Метростроя» в рамках дела о признании его несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2018 общество с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление – 20 Метростроя» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Ноев А.Т.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Грааль-Альянс» и общества с ограниченной ответственностью «Грааль» (далее – кредиторов) к акционерному обществу «МОСКОВСКИЙ МЕТРОСТРОЙ» и ФИО2 о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2019, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении остальной части требований отказано, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, определение и постановление отменить.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель конкурсного управляющего должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Исходя из закрепленного в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принципа действия процессуальных норм во времени, судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 названного Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Как следует из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, в качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, кредиторы указывали на непередачу им, как бывшим руководителем должника, документов финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсному управляющему, повлекшую невозможность обнаружения имущества должника, формирования конкурсной массы в полном объеме для расчетов с кредиторами, а также на необращение с заявлением о банкротстве должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей в полном объеме перед другими кредиторами и должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Вынося обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из следующего.

Руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Поскольку наличие документации о деятельности должника (в том числе, бухгалтерской и финансовой отчетности) у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, именно руководитель обязан доказывать наличие не зависящих от него причин непредставления документации и то, что она в действительности имеется.

Если он таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности должно приравниваться к их отсутствию.

При ином подходе к распределению бремени доказывания конкурсный управляющий (а в его лице и кредиторы должника) может быть поставлен в заведомо неравное положение участника спора, при котором он должен доказать отсутствие у руководителя должника документов бухгалтерского учета, несмотря на то, что не имеет возможности установить факт наличия или отсутствия этих документов, и несмотря на то, что руководитель должника вопреки требованиям закона эти документы не передает и информацию об их наличии или отсутствии скрывает.

Между тем, отметил суд первой инстанции, решением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), одновременно суд обязал руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как констатировал суд первой инстанции, доказательств исполнения решения Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2018 в материалы дела не представлено, в связи с чем конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о принудительном истребовании документации у ФИО2

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2019 суд истребовал у руководителя должника ФИО2 в 7-ми дневный срок с момента получения определения передать конкурсному управляющему документы и сведения в отношении должника, но доказательства исполнения вступившего в законную силу судебного акта в материалы дела также не представлены.

Между тем, отметил суд, применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора кредиторы  (заявитель) должны представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

На основании анализа бухгалтерского баланса должника по состоянию за 2017 год судом установлено, что основные средства должника составляли 5 687 000 руб., финансовые вложения – 195 748 000 рублей, запасы – 21 051 000 руб., дебиторская задолженность – 240 182 000 руб., денежные средства – 373 000 руб.

Бывший генеральный директор должника ФИО2 указанную обязанность не исполнил, первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в надлежащем полном объеме конкурсному управляющему не предоставил, не обеспечил сохранность имущества должника и передачу его конкурсному управляющему.

Отсутствие указанных документов не позволило конкурному управляющему в полном объеме сформировать конкурсную массу, выявить источники для формирования конкурсной массы для погашения требований конкурсных кредиторов в деле о банкротстве, в связи с чем, требования кредиторов остались не удовлетворенными.

Неисполнение ФИО2 обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника привело к невозможности обнаружения имущества должника, формирования конкурсной массы.

Кроме того, суд признал обоснованным и указанное кредиторами в качестве оснований для привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности необращение с его стороны в суд с заявлением о банкротстве должника.

Суд согласился с доводами кредиторов о том, что неплатежеспособность должника возникла с 31.12.2013, соответственно, не позднее месячного срока ФИО2 должно было быть направлено в суд заявление о банкротстве должника.

Поскольку документы бухгалтерской отчетности за 2013 год в материла дела сторонами не представлен, суд был лишен возможности исследовать доказательства возникновения неплатежеспособности общества по итогам 2013 года.

Вместе с тем, в материалы дела представлен бухгалтерский баланс должника по состоянию за 2014 год, на основании анализа которого судом сделан вывод о том, что основные средства должника составляли 10 431 000 руб., запасы – 56 947 000 руб., дебиторская задолженность – 167 141 000 руб., финансовые вложения – 0 руб., денежные средства – 1 468 000 руб., кредиторская задолженность – 729 976 000 руб.

Таким образом, констатировал суд первой инстанции, по итогам 2014 года у должника уже возникли признаки банкротства (признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества для расчетов с кредиторами) и, как следствие, обязанность руководителя должника по обращению (не позднее 01.05.2015 –  месяц с момента сдачи налоговой  и бухгалтерской отчетности в налоговый орган) в арбитражный суд с заявлением должника.

При этом, анализ бухгалтерской отчетности должника последующих периодов позволяет сделать вывод о продолжающемся возрастании кредиторской задолженности (по состоянию на 2017 год до 1 082 117 000 руб.) должника в условиях уменьшения его активов.

Из бухгалтерского баланса должника по состоянию за 2017 год следует, что основные средства составили 5 687 000 руб., финансовые вложения – 195 748 000 рублей, запасы – 21 051 000 руб., дебиторская задолженность – 240 182 000 руб., денежные средства – 373 000 руб., при возросшей кредиторской задолженности до 1 082 117 000 руб.

Применительно к гражданским договорным отношениям, невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной, диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Как отметил суд, в связи с необращением руководителя должника с заявлением о банкротстве в суд, кредиторская задолженность должника увеличилась с 2014 года на конец 2017 года на 352 141 000 руб. (по расчетам показателей бухгалтерских балансов), по расчетам конкурсного управляющего, соответственно, на 238 669 231,99 руб.

Доказательства, свидетельствующие о наличии у должника денежных средств в размере, достаточном для исполнения долговых обязательств, в материалах дела о банкротстве отсутствуют.

Таким образом, отметил суд первой инстанции, в бездействии бывшего руководителя должника ФИО2 усматривается и состав правонарушения, влекущего, за собой привлечение его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве.

На основании изложенного, суд первой инстанции, отклонивший доводы ФИО2 о том, что он являлся только номинальным руководителем должника, привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что вступившим в законную силу судебным актом установлен факт передачи ФИО2 конкурсному управляющему должника 215 килограммов документации, что квалифицировано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, как надлежащее исполнение им обязанностей по передаче бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему должника.

Действительно, определением суда первой инстанции от 10.07.2019 установлено что спустя более чем полгода с даты открытия процедуры конкурсного производства, в преддверии рассмотрения настоящего заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в адрес конкурсного управляющего без составления описей и приемо-передаточных актов направлено 215 кг документов, а именно: пять коробок кадровых документов (приказы о приеме на работу, о расторжении трудовых договоров, личные дела) за период с 2013 по 2015 годы, пять коробок авансовых отчетов с 2013 по 2015 годы, переписка с ПФР, трудовой инспекцией и прокуратурой за период с 2013 по 2016 годы, одна коробка договоров субподряда и актов выполненных работ за период с 2013 по 2016 годы, бухгалтерская и налоговая отчетность за 2015 год, договоры аренды, услуг связи, интернета, повышения квалификации - одна коробка.

Посредством почты России в адрес конкурсного управляющего 04.04.2019 также поступили оборотно-сальдовые ведомости должника за период с 01.01.2018 по 13.08.2018 и баланс должника на 31.12.2017 год.

Между тем, отмечено судом, ФИО2 не доказано, что определение от 13.02.2019 исполнено в полном объеме, все в нем указанные документы были переданы конкурному управляющему.

Так, балансовая стоимость активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую дате открытия процедуры конкурсного производства, составляла 463 063 тыс. руб., из которых основные средства - 5 687 тыс. руб., товарно-материальные ценности - 21 051 тыс. руб.

По состоянию на 13.08.2018, на балансе организации числились основные средства на сумму 2 036 642,84 руб., товарно-материальные ценности на сумму - 21 051 093,49 руб.

Между тем, каких-либо актуальных сведений о деятельности, сделках, местонахождении имущества должника, бывшим генеральным директора до настоящего времени не предоставлено.

Как справедливо указал суд первой инстанции, отсутствие указанных документов не позволило конкурному управляющему в полном объеме сформировать конкурсную массу, выявить источники для формирования конкурсной массы для погашения требований конкурсных кредиторов в деле о банкротстве, в связи с чем, требования кредиторов остались не удовлетворенными.

Указанные выводы судов доводами кассационной жалобы не оспариваются, доводов о наличии в материалах обособленного спора каких-либо документов, опровергающих названные выводы судов, но получивших правовой оценки со стороны судов, кассационная жалоба не содержит.

Судебная коллегия также полагает необходимым отметить, что приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениямистатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судукассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматриватьфактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать илисчитать установленными обстоятельства, которые не были установлены вопределении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой илиапелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной впостановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РоссийскойФедерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенностиследует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном ивсестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отмененоисключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактическихобстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной прирассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2019по делу № А40-22793/17 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                   Н.Н. Тарасов

Судьи:                                                                                               Е.А. Петрова                                                                                                                     Ю.Е. Холодкова