529/2024-3468(2) 

 АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-19973/2022

Дело № А57-13541/2020

г. Казань

01 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2024 года.  Полный текст постановления изготовлен 01 февраля 2024 года.  

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  председательствующего судьи Васильева П.П.,  

судей Гильмутдинова В.Р., Минеевой А.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного  заседания ФИО1 (протоколирование ведется с использованием  системы веб-конференции)  

при участии в судебном заседании посредством системы  веб-конференции представителей:  

ФИО2 – ФИО3, доверенность от 20.01.2023,  

ФИО4 – ФИО5, доверенность  от 05.09.2022,  

ФИО6 – ФИО7, доверенность  от 23.06.2023  

 при участии в Арбитражном суде Поволжского округа: 

финансового управляющего ФИО8 – лично  (паспорт),  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных  надлежащим образом,  

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы  финансового управляющего ФИО9, ФИО4  

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда  от 21.09.2023  

по делу № А57-13541/2020 

по заявлению финансового управляющего ФИО8  о признании сделки недействительной и применении последствий ее  недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ФИО10,  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 24.08.2020  заявление ФИО11 (далее – ФИО11,  кредитор) о признании ФИО10 (далее –  ФИО10, должник) несостоятельным (банкротом) принято к  производству.  

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 03.08.2021  ФИО10 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура  реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8 (далее – ФИО8, финансовый управляющий).  

В Арбитражный суд Саратовской области 09.12.2021 поступило  заявление финансового управляющего о признании недействительной  сделкой договора купли-продажи от 05.03.2019, заключенного между  ФИО10 и ФИО2 (ФИО2), и  применении последствий недействительности сделки в виде возложения на  ФИО2 обязанности вернуть в конкурсную массу 13/750 долей в праве  общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым  номером 23:49:0204030:30, 1/3 доли в праве общей долевой собственности  на жилое помещение с кадастровым номером 23:49:0204030:1119,  расположенные по адресу: 

<

...>.  

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2023  заявление финансового управляющего удовлетворено.  

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от  21.09.2023 определение Арбитражного суда Саратовской области от  31.07.2023 отменено, принят новый судебный акт. В удовлетворении  

заявления финансового управляющего о признании договора купли-продажи от 05.03.2019, заключенного между ФИО10 и  ФИО2, недействительной сделкой и применении последствий ее  недействительности отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом суда апелляционной  инстанции, ФИО4 (далее – ФИО4) и  финансовый управляющий должника ФИО8 обратились с  кассационными жалобами, в которых просят постановление суда  апелляционной инстанции отменить, определение суда первой инстанции  оставить в силе.  

В обоснование кассационных жалоб заявители указывают, что  кадастровая стоимость спорных объектов недвижимости не соответствует  рыночной; финансовым управляющим доказано наличие у должника  признаков неплатежеспособности, поскольку должник кредитовался в  большом количестве микрофинансовых и кредитных организациях,  допускал постоянные просрочки по исполнению своих обязательств; суд  апелляционной инстанции необоснованно принял во внимание отчет об  оценке № 05-2022 от 06.05.2022, представленный ФИО2,  проигнорировав при этом заключение эксперта, выполненное во  исполнение определения суда первой инстанции; передача спорного  имущества за сумму встречного исполнения в размере 3 500 000 руб. со  стороны ФИО2 произошла на условиях неравноценного встречного  исполнения по существенно заниженной цене; ФИО2 не могло быть  не известно о противоправных целях отчуждения спорного имущества,  поскольку цена продажи была значительно ниже рыночной стоимости.  

В судебном заседании и представленном в материалы дела отзыве  ФИО2 возражает против удовлетворения кассационных жалоб,  просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения.  

Представитель ФИО4 кассационную жалобу поддержала,  просила обжалуемый судебный акт отменить. Пояснила, что согласно  общедоступной информации, размещенной на официальном сайте  https://egrul.nalog.ru/index.html, ФИО2 является индивидуальным  предпринимателем, видами деятельности которого являются  строительство жилых и нежилых зданий; аренда и управление  собственным или арендованным недвижимым имуществом; деятельность  по оказанию услуг в области бухгалтерского учета, по проведению  

финансового аудита, по налоговому консультированию, следовательно,  ФИО2 является профессиональным участником делового оборота в  сфере недвижимого имущества и при должной осмотрительности мог быть  осведомлен о реальной рыночной стоимости приобретаемого им объекта  недвижимости, находящегося в центральном районе г. Сочи.  

Финансовый управляющий доводы, изложенные в кассационной  жалобе, поддержал, считает определение суда первой инстанции законным  и обоснованным, а постановление суда апелляционной инстанции,  подлежащим отмене.  

Представитель ФИО6 (далее – ФИО6)  просила обжалуемый судебный акт отменить, кассационные жалобы  удовлетворить.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе  публично путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа  и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в  судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3  статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее - АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в  порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, и  проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ правильность  применения апелляционным судом норм материального и процессуального  права, судебная коллегия считает, что постановление Двенадцатого  арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 подлежит отмене, а  определение Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2023  оставлению в силе по следующим основаниям.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, 05.03.2019  между ФИО10 и ФИО2 заключен договор купли-продажи  1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение и  13/750 долей на земельный участок, расположенных по адресу:  

<

...>. Сумма,  выплаченная за приобретенные доли в праве общей долевой собственности  

на земельный участок и жилое помещение, составила  3 500 000 руб.  

Финансовый управляющий, проведя анализ рынка для определения  рыночной стоимости доли проданного земельного участка и доли в праве  общей долевой собственности на жилое помещение, пришел к выводу о  том, что рыночная стоимость на вышеуказанные объекты недвижимости в  10 раз выше уплаченного по договору. При этом на момент совершения  сделки у ФИО10 имелись неисполненные обязательства перед  кредиторами.  

Полагая, что оспариваемый договор купли-продажи от 05.03.2019  является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), финансовый управляющий  обратился с настоящим заявлением в суд.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление финансового  управляющего, исходил из следующего.  

Судом первой инстанции установлено, что дело о несостоятельности  (банкротстве) возбуждено 24.08.2020, оспариваемая сделка совершена  05.03.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве (менее, чем за полтора года до  возбуждения дела о банкротстве).  

Судом указано, что согласно пункту 6 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если же  подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до  принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана  недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве при наличии предусмотренных им обязательств.  

Удовлетворяя заявление финансового управляющего о признании  сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, суд первой инстанции исходил из того, что на момент  совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности и счел, что оспариваемая сделка является  

недействительной по мотиву ее неравноценности, направлена на  причинение вреда кредиторам должника.  

При этом, факт неравноценности сделки установлен исходя из цены  продаваемых объектов недвижимости, указанной в оспариваемом договоре  в размере 3 500 000 руб. и ее рыночной стоимости в размере 7 310 000 руб.,  определенной в заключении экспертизы, выполненной во исполнение  определения суда (цена оспариваемой сделки ниже рыночной более, чем в  2 раза, на 52,12%).  

Суд первой инстанции, учитывая вышеизложенное, принимая во  внимание отсутствие экономической обоснованности совершения  оспариваемой сделки, поскольку в результате совершения указанной  сделки должник ФИО10 при наличии неисполненных денежных  обязательств, а также при заключении впоследствии с кредитором  ФИО11 договора займа от 29.07.2019 на сумму 1 150 000 руб.  (невозврат которой послужил основанием для возбуждения дела о  банкротстве), лишился ликвидного имущества, указав, что в результате  совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам  кредиторов, пришел к выводу о признании договора купли-продажи от  05.03.2019 недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве и применении последствий недействительности  сделки в виде возложения на ФИО2 обязанности вернуть в  конкурсную массу 13/750 долей в праве общей долевой собственности на  земельный участок с кадастровым номером 23:49:0204030:30, 1/3 доли в  праве общей долевой собственности на жилое помещение с кадастровым  номером 23:49:0204030:1119, расположенные по адресу: 

<

...>.  

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не  согласился, при этом исходил из следующего.  

Судом апелляционной инстанции указано, что, делая вывод о  недобросовестности ответчика и наличии у него умысла на причинение  вреда должнику и его кредиторам, суд первой инстанции сослался  исключительно на результаты судебной экспертизы, которая установила  двукратное превышение рыночной стоимости предмета спора по  сравнению с его выкупной ценой в оспариваемом договоре, при этом  судом проигнорированы доводы ответчика о его неосведомленности о  

нерыночности условий сделки и представленные им в их обоснование  доказательства.  

Помимо заключения судебной экспертизы № 02/Э от 20.03.2023,  которой установлено, что рыночная стоимость 1/3 доли в праве общей  долевой собственности на жилое помещение с кадастровым номером  23:49:0204030:1119 по адресу: 

<

...>, площадь 111,6 кв. м, и 13/750 долей в праве общей долевой  собственности на земельный участок с кадастровым номером  23:49:0204030:3, площадью 300 кв. м по состоянию на 05.03.2019  составила 7 310 000 руб., в материалы дела также представлен отчет  оценщика ООО «Оценка.ру».  

Так, апелляционным судом указано, что согласно отчету об оценке   № 05-2022 от 06.05.2022, выполненного ООО «Оценка.ру», рыночная  стоимость 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое  помещение с кадастровым номером 23:49:0204030:1119 по адресу 

<

...>, площадь 111,6 кв. м и 13/750 долей в  праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым  номером 23:49:0204030:3, площадью 300 кв. м по состоянию на 05.03.2019  составила 3 307 000 руб., что соответствует цене оспариваемой сделки и  даже ниже нее.  

Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что как  следует из материалов дела, должник не приобретал отчужденное  имущество по договору купли-продажи, а получил его безвозмездно по  наследству на основании свидетельства о праве на наследство от  07.02.2018, что подтверждается текстом оспариваемого договора.  Следовательно, при заключении спорного договора, его стороны не могли  достоверно знать о стоимости имущества, исходя из того, что равноценные  сделки с ним ранее не заключались.  

Более того, судом апелляционной инстанции учтено, что перед  заключением оспариваемый договор прошел правовую экспертизу у  нотариуса ФИО12, который оформлял договор купли-продажи  от 05.03.2019, что также исключало сомнения у сторон сделки в ее  легитимности.  

Также суд апелляционной инстанции указал, что из доводов ответчика  следует, что стоимость оспариваемой сделки также не вызывала у  ФИО2 сомнений, так как цена продаваемого имущества не  

отличалась от рыночной стоимости аналогичных объектов недвижимости  на момент совершения сделки и определялась сторонами сделки исходя из  кадастровой стоимости жилого помещения в размере 6 368 360,62 руб., в  связи с чем, стоимость 1/3 доли в праве общей долевой собственности  определена сторонами в размере 3 184 180,31 руб.  

Кроме того, судом апелляционной инстанции учтено, что  представленные в материалы обособленного спора ответчиком документы  финансовым управляющим не оспорены, недействительными не признаны,  заявлений об их фальсификации финансовым управляющим не заявлено, в  связи с чем, в отсутствие относимых и допустимых доказательств  обратного представленные документы признаны судебной коллегией  допустимыми доказательствами.  

Доказательства того, что ФИО2 применительно к пункту 2 статьи  19 Закона о банкротстве являлся заинтересованным по отношению к  должнику лицом, не представлены и в материалах дела отсутствуют, тогда  как только при представлении доказательств аффилированности должника  с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства.  

Финансовым управляющим не представлено доказательств  осведомленности ФИО2 о признаке неплатежеспособности или  недостаточности имущества, либо об обстоятельствах, которые позволяют  сделать вывод о признаке неплатежеспособности должника и  недостаточности у него имущества.  

Апелляционным судом указано, что ФИО2, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, не  знал и не должен был знать об ущемлении интересов кредиторов  должника, причинении им вреда, о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Так, суд апелляционной инстанции указал, что в данной ситуации  само по себе отклонение стоимости объектов недвижимости от цены,  определенной в результате экспертизы, не может рассматриваться как  неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности о  том, что, исходя из технических параметров, состояния и свойств  продаваемых объектов недвижимости для покупателя было очевидно  значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной  стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной  

для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя  обоснованные подозрения. Однако подобные обстоятельства судебной  коллегией суда апелляционной инстанции не установлены, поскольку  контрагенты исходили из кадастровой стоимости объектов.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал, что финансовое  состояние ответчика позволяло произвести оплату приобретенного  имущества.  

Как следует из материалов дела, ФИО2 снял со своего расчетного  счета в банке 15.05.2017 денежные средства в размере 12 млн. руб., за счет  части которых, произвел оплату приобретенной недвижимости. Факт  получения должником полной оплаты выкупной стоимости по  оспариваемому договору зафиксирован в тексте оспариваемого договора и  фактически не оспаривается лицами, участвующими в деле.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции, установив факт  равноценности совершенной сделки, указав, что в результате сделки  объем имущества должника не уменьшился, ФИО10 от сделки  получил денежные средства, эквивалентные стоимости реализуемого  имущества, приняв во внимание отсутствие доказательств  аффилированности сторон сделки, пришел к выводу об отсутствии  оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.  

Между тем судом апелляционной инстанции не учтено следующее. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания  недействительным подозрительного договора, заключенного за три года до  принятия заявления о признании должника банкротом, необходима  совокупность обстоятельств: причинение вреда имущественным правам  кредиторов вследствие совершения сделки, наличие у должника цели  причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной  противоправной цели на момент заключения договора (пункт  5 Постановления № 63).  

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под  вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается,  помимо прочего, уменьшение имущественной массы должника.  

При этом в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены  презумпции, которые могут быть использованы при доказывании  обстоятельств, требующихся для признания сделки недействительной. В  частности, предполагается, что сделка совершена должником с целью  

причинения вреда имущественным правам кредиторов, если на момент  совершения сделки должник отвечал признаку недостаточности имущества  и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица; контрагент, являющийся заинтересованным  лицом по отношению к должнику, считается осведомленным о названной  цели.  

Согласно абзацу второму — пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацем вторым — пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При этом установленные абзацем вторым — пятым пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми — они  применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. В случае  недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию  

Согласно пункту 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющее  значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным  судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле в  соответствии с подлежащими применению нормами материального права.  

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемая сделка  совершена должником при наличии неисполненных обязательств перед  ФНС России, КПК «Поволжское ОВК», ООО МФК «Мани Мен» (ООО  «Югория»), требования которых впоследствии были включены в третью  очередь реестра требований кредиторов должника.  

При этом ненадлежащее исполнение должником обязательств перед  кредиторами в отсутствие доказательств иного свидетельствует о  недостаточности денежных средств у должника.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018   № 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013, наличие обязательств  должника с более ранним сроком исполнения (относительно даты  заключения договора), которые не были исполнены и впоследствии  включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт  

неплатежеспособности должника в период заключения договора. При этом  законодательство о банкротстве не связывает понятия  неплатежеспособности и недостаточности имущества, наличие  достаточного у должника имущества, не исключает наличие у него  признаков неплатежеспособности.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой  инстанции в целях определения рыночной стоимости спорного имущества  было назначено проведение судебной экспертизы, производство которой  поручено экспертам ООО «Оценочная компания «Актив».  

Согласно заключению судебной экспертизы, выполненной экспертом  ООО «Оценочная компания «Актив» ФИО13, рыночная  стоимость спорного имущества на дату совершения оспариваемой сделки  составила 7 310 000 руб.  

При этом согласно представленному в материалы дела ответчиком  ФИО2 отчету об оценке объекта недвижимости, изготовленного  ООО «Оценка.ру», рыночная стоимость спорного имущества составила  3 307 000 руб.  

Суд первой инстанции, принимая во внимание заключение эксперта  ООО «Оценочная компания «Актив», указал, что данное заключение  содержит все необходимые сведения о примененных экспертом  стандартах, методиках и правилах оценки, является ясным, полным,  обоснованным и без каких-либо противоречий отвечает на поставленные  Арбитражным судом Саратовской области вопросы, не содержит каких-либо противоречивых выводов и не вызывает сомнений в его  обоснованности. Эксперт ФИО13 предупреждена об уголовной  ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В процессе  рассмотрения настоящего обособленного спора в суде первой инстанции,  эксперт ООО «Оценочная компания «Актив» ФИО13  неоднократно давала пояснения относительно заключения.  

При этом суд первой инстанции, рассмотрев отчет об оценке объекта  недвижимости, изготовленный ООО «Оценка.ру», отметил, что отчет,  представленный ответчиком, изготовлен организацией непосредственно по  заказу ФИО2, (то есть лица, заинтересованного в исходе настоящего  обособленного спора), лицом, не несущим никакой ответственности за  дачу заведомо неверного заключения, не предупрежденного об уголовной  ответственности за дачу заведомо ложного заключения.  

При этом суд апелляционной инстанции, принимая во внимание отчет  об оценке объекта недвижимости, изготовленный ООО «Оценка.ру», не  указал, по каким причинам им были отвергнуты иные выводы, указанные в  заключении судебной экспертизы ООО «Оценочная компания «Актив».  Апелляционный суд не указал на наличие каких-либо противоречий в  выводах эксперта, а также на обстоятельства, вызывающие сомнения в  достоверности данного заключения, не указал какие именно, по мнению  суда, экспертом ООО «Оценочная компания «Актив» ФИО13  допущены существенные нарушения действующего законодательства, в  том числе законодательства об экспертизе, свидетельствующие о  недостоверности и сомнительности результатов исследования,  выполненного во исполнение определения суда первой инстанции от  27.10.2022.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции не проанализировал, в  связи с чем имеется значительная разница в стоимости недвижимого  имущества, определенной в заключении эксперта ООО «Оценочная  компания «Актив» и заключении эксперта ООО «Оценка.ру». Несмотря на  значительную разницу в оценке рыночной стоимости спорного имущества,  апелляционный суд не привел мотивы, по которым он принял в качестве  объективной стоимость недвижимого имущества, указанной в отчете об  оценке объекта недвижимости, представленным ответчиком.  

При таких обстоятельствах суд округа соглашается с выводом суда  первой инстанции о признании результатов судебной экспертизы  допустимым доказательством.  

Относительно вывода суда апелляционной инстанции о том, что  должник не приобретал данное отчужденное имущество по договору  купли-продажи, а получил его безвозмездно по наследству на основании  свидетельства о праве на наследство от 07.02.2018, суд округа отмечает,  что данное обстоятельство не имеет правового значения для целей  разрешения настоящего обособленного спора.  

Кроме того, суд округа также отмечает, что ссылка суда  апелляционной инстанции правовую экспертизу оспариваемого договора  купли-продажи у нотариуса не может быть принята во внимание,  поскольку не свидетельствует о проведении нотариусом какого-либо  анализа рыночной стоимости спорного имущества.  

Суд округа также не может согласиться с выводом суда  апелляционной инстанции, указанным в обоснование доводов о  равноценности встречного исполнения со ссылкой на кадастровую  стоимость спорного имущества, поскольку кадастровая стоимость была  определена на начало 2018 года, а оспариваемая сделка совершена  05.03.2019.  

Кроме того, согласно определению Верховного Суда Российской  Федерации от 04.12.2016 № 305-ЭС16-11170, кадастровая стоимость по  существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым  характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате  индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение  результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных  характеристик конкретного объекта недвижимости.  

В отличие от рыночной стоимости, кадастровая стоимость не  учитывает особенности состояния имущества, возможность его  эксплуатации, а также сезонность, спрос и состояние рынка недвижимости,  платежеспособность населения.  

Кроме того, согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 30.06.2015 № 28 «О некоторых вопросах,  возникающих при рассмотрении судами дел об оспаривании результатов  определения кадастровой стоимости объектов недвижимости»,  кадастровая стоимость земельных участков и отдельных объектов  недвижимого имущества устанавливается для целей налогообложения и в  иных, предусмотренных федеральными законами случаях.  

Относительно вывода суда апелляционной инстанции об отсутствии  доказательств того, что ФИО2 применительно к пункту 2 статьи 19  Закона о банкротстве являлся заинтересованным по отношению к  должнику лицом, а также о том, что финансовым управляющим не  представлено доказательств осведомленности о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об  обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке  неплатежеспособности, суд кассационной инстанции отмечает следующее.  

При решении вопроса об осведомленности покупателя о причинении  вреда имущественным правам должника и его кредиторов во внимание  принимаются разумность и осмотрительность стороны сделки,  требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 постановления Пленума  

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Следует оценивать добросовестность контрагента должника,  сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника  хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и  осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого  поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и  доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность  контрагента должника.  

Так, согласно правовой позиции, изложенной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2022   № 305-ЭС21-21196(5), действия лица, приобретающего имущество по  цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и  осторожными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого  имущества должно породить у любого добросовестного и разумного  участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности  такого отчуждения. В подобной ситуации предполагается, что покупатель  либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы  обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо  понимает, что лицо избавляется от имущества по заниженной цене по  причинам, не связанным с его экономическими интересами.  Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о  противоправной цели должника.  

Из абзаца 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» следует, что если полученное одним лицом по  сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления,  совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного  ущерба для первого и о совершении сделки на заведомо и значительно  невыгодных условиях.  

Необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от  рыночной должно вызывать подозрение у любого участника  хозяйственного оборота.  

В рассматриваемом случае, факт неравноценности сделки установлен  исходя из цены продаваемых объектов недвижимости, указанной в  оспариваемом договоре в размере 3 500 000 руб., и ее рыночной стоимости  в размере 7 310 000 руб., определенной в заключении эксперта,  выполненной во исполнение определения суда (цена оспариваемой сделки  ниже рыночной более, чем в два раза, на 52,12 %). Указанные выводы  судебной экспертизы какими либо иными доказательствами опровергнуты  не были.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно посчитал,  что при наличии неисполненных денежных обязательств перед  кредиторами должник намеренно лишился ликвидного имущества в пользу  заинтересованного лица, чем был причинен имущественный вред  кредиторам, действия сторон сделки свидетельствуют о злоупотреблении  правом.  

Кроме того, суд округа, учитывая общедоступные сведения о  профессиональной деятельности ФИО2 в сфере оборота недвижимого  имущества, отмечает, что ответчик при должной осмотрительности должен  был быть осведомлен о реальной рыночной стоимости, приобретаемых им  объектов недвижимости, находящихся в центральном районе г. Сочи.  

В связи с изложенным оспариваемая сделка подлежала признанию  недействительной как совершенная с противоправной целью причинения  вреда имущественным правам кредиторов должника, стороны не могли не  знать о том, что данными действиями будет причинен ущерб кредиторам,  результатом совершения данной сделки стало уменьшение конкурсной  массы.  

При таких обстоятельствах, суд округа приходит к выводу, что  оснований для отмены определения Арбитражного суда Саратовской  области от 31.07.2023 у суда апелляционной инстанции не имелось.  

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по  результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд  кассационной инстанции вправе отменить решение суда первой инстанции  и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в  части и оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или  постановлений.  

Поскольку судом первой инстанции на основании полного  исследования представленных доказательств правильно установлены  

фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения  настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены  нормы материального права, регулирующие спорные отношения,  нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции, не  допущено, принимая во внимание недоказанность сделанных судом  апелляционной инстанции выводов, постановление апелляционного суда  подлежит отмене с оставлением в силе определения суда первой  инстанции.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи  287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда  от 21.09.2023 по делу № А57-13541/2020 отменить.  

 Оставить в силе определение Арбитражного суда Саратовской  области от 31.07.2023.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия  и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья П.П. Васильев  

Судьи В.Р. Гильмутдинов 

 А.А. Минеева