ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-77341/2019

Дело № А40-72115/18

г. Москва

12 февраля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей Д.Г. Вигдорчика, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И. Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019

по делу № А40-72115/18, вынесенное судьей А.А. Архиповым, 

о признании недействительным договор купли- продажи транспортного средства от 04.05.2017, заключенный между ФИО1 и ФИО2 и применении последствия недействительности сделки.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Кемерово), 

при участии в судебном заседании:

от ф/у ФИО3 – ФИО4 по дов. от 17.12.2019,

от ООО «СК Гефест» - ФИО5 по дов. от 21.08.2019,

от ФИО2 - ФИО6 по дов. от 27.11.2019,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2018 по делу № А40-72115/18 ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, место рождения г. Кемерово) (далее – Должник, ФИО2) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества Должника, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Финансовый управляющий Должника обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 04.05.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО1 (далее – ответчик), и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.11.2019 по делу № А40-72115/18 заявление финансового управляющего удовлетворено.

Суд признал недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 04.05.2017, заключенный между ФИО1 и ФИО2 и применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника ФИО2 автомобиль Mercedes-Benz GLE 400 4М, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, двигатель 27682130308722, кузов № WDC 166056IA681867, г.н. Н745РС 777, г.в. 2015, цвет черный.

Не согласившись с принятым судебным актом, Должник и ответчик обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение Арбитражного суда города Москвы отменить и вынести по делу новый судебный акт. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Должника  поддержал доводы, изложенные в апелляционных жалобах, просил определение суда первой инстанции отменить в удовлетворении заявленных требований – отказать. 

Представитель ООО «СК Гефест» возражал против доводов, заявленных в апелляционных жалобах, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения. Представил письменные пояснения на апелляционные  жалобы, которые приобщены к материалам дела.

Представитель конкурсного управляющего также возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, указав на несостоятельность доводов, заявленных в них, в связи с чем просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Апелляционные жалобы рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством Российской Федерации и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционных жалоб, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, в соответствии с ответом УМВД России по НароФоминскому городскому округу от 10.01.2019 №/187718854702 в период с 07.12.2015 по 04.05.2017 ФИО2 имел в собственности автомобиль Mercedes-Benz GLE 400 4М, г.н. Н745РС 777, г.в. 2015, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, двигатель 27682130308722, кузов № WDC 166056IA681867. цвет черный. 

04.05.2017 между Должником (продавцом) и ответчиком (покупателем) заключен договор купли-продажи б/н (далее – Договор), согласно которому продавец продал, а покупатель купил автомобиль Mercedes-Benz GLE 400 4М, г.н. Н745РС 777, г.в. 2015, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, двигатель 27682130308722, кузов № WDC 166056IA681867. цвет черный (далее – автомобиль). 

Согласно п. 3 Договора продавец стоимость автомобиля в размере 3 000 000 руб. получил полностью. 

30.05.2017 Должник обратился в ГИБДД Наро-Фоминского УВД Московской области с заявлением №208637 о прекращении регистрации транспортного средства в связи с его продажей. Указанные обстоятельства послужили основанием для снятия автомобиля с регистрационного учета

Согласно ответа из Дворца Бракосочетания №1 Управления ЗАГС г. Москвы от 13.08.2018 между ФИО2 и ФИО7 (после - Чиковани) Ксенией Витальевной 29.08.2006 был заключен брак, подтвержденный записью актов гражданского состояния №2768. 

В соответствии с определением Арбитражного суда г. Москвы от 11.03.2019 по делу №А40-72115/18 в реестр требований кредитов ФИО2 включено требование ООО «СК Гефест» в размере 39 545 637 руб.  33 коп. 

Данная сумма является размером субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «СК Гефест» в соответствии со ст.61.12 Закона о банкротстве и подтверждена постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу №А41-62115/2016.

В соответствии с постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу №А41-62115/2016 ФИО2 обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СК Гефест» несостоятельным (банкротом) не позднее 01.02.2015, т.к. признаки неплатежеспособности у компании возникли 01.01.2015. 

Несмотря на данный факт, ФИО2, как контролирующее  ООО «СК Гефест» лицо, имея полную и объективную информацию о наличии признаков неплатежеспособности у общества, не только не предпринимал действий по подаче заявления о банкротстве компании, но и наращивал объем его обязательств (заключал сделки). 

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу №А41-62115/2016 указано на наличие вины ФИО2 и его обязанности нести субсидиарную ответственность по неисполненным обязательствам ООО «СК Гефест». 

Поскольку именно добросовестные и экономически разумные действия руководителя общества могут помочь избежать несостоятельность (банкротство) подконтрольного ему лица, то ФИО2, как контролирующее ООО «СК Гефест» лицо, имея полную и объективную информацию о наличии признаков неплатежеспособности у Общества, не предпринимая действий по подаче заявления о банкротстве компании, наращивая объема его обязательств (заключение сделки), должен был предполагать о наличии у него обязанности по погашению задолженности по обязательствам ООО «СК Гефест», возникшим в период с 01.02.2015 по 07.10.2016 (дата возбуждения дела о банкротстве ООО «СК Гефест»).

Следовательно, уже с 01.02.2015 у ФИО2 возникает обязанность по возврату кредиторам сумм долга по обязательствам ООО «СК Гефест» ввиду неисполнения законодательного требования по подаче заявления о банкротстве данной компании. 

Факт привлечения его к субсидиарной ответственности лишь подтвердил данное обстоятельство. Должник не мог не осознавать возможность привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК Гефест», а равно возможность признания его банкротом и реализацию принадлежащего ему имущества в рамках дела о банкротстве в целях удовлетворения требований кредиторов. 

Финансовый управляющий, ссылаясь на положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ,  обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании Договора недействительной сделкой.

Суд первой инстанции, рассмотрев материалы обособленного спора, пришел к выводу, что ответчик, приходящейся супругой ФИО2 является аффилированным по отношению к Должнику лицом.

Суд, приняв во внимание, выводы суда, содержащиеся в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2019 по делу №А41-62115/2016, пришел к выводу, что целью заключения спорного Договора являлось не создание гражданско-правовых отношений, а заключен с целью невозможности обращения взыскания на ликвидное имущество Должника.

Также суд  при отсутствии доказательств наличия у ответчика денежных средств для приобретения автомобиля по Договору, а также доказательств расходования Должником  полученных денег, и учитывая осведомленность ответчика о возбуждении в отношении Должника процедуры банкротства, указал, что заключение спорной сделки направлено на причинение вреда кредиторам Должника, и данная сделка также является недействительной на основании п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

По мнению судебной коллегии, данные выводы суда первой инстанции являются верными и обоснованными. 

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть  подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке. 

В соответствии с пунктом 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III. 1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным - ГК РФ или законодательством о юридических лицах). 

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Правом требования о признании недействительной ничтожной сделки по основанию, предусмотренному ст. 168 ГК РФ, обладает заинтересованное лицом, под которым следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. 

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участником сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

 В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения Согласно п.8 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1или 2 статьи 168 ГК РФ. 

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ). В соответствии с ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

В соответствии с п. 86 постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции дал верную оценку взаимоотношением сторон, определив, что спорный Договор был  заключен без цели  создания реальных гражданских правоотношений между взаимозависимыми лицами.

Как верно указал суд первой инстанции ФИО1, являлась в спорный период времени супругой  ФИО2 и не могла знать о наличии у последнего денежных обязательств, возникших в рамках арбитражного дела №А41-62115/2016, так как  являлась родственником первой линии.

Таким образом, вопреки доводам, содержащимся в апелляционных жалобах  о том, что ответчик не мог знать на момент заключения Договора о наличии возбужденного в отношении Должника дела о банкротстве и наличии непогашенных обязательств перед иными лицами, суд первой инстанции обоснованно указал, что в спорный период стороны знали о факте неплатежеспособности Должника, и заключение спорного Договора было направлено на незаконное исключение из конкурсной массы Должника ликвидного имущества.

В то же время, сведений о наличии иного ликвидного имущества Должника, на которое может быть обращено взыскание и которое может быть включено в конкурсную массу, в материалах дела не имеется. 

Следовательно, заключение спорного Договора со своей  супругой, спустя несколько месяцев после обращения в Арбитражный суд с заявлением о признании  ООО «СК Гефест» банкротом, не могло быть направлено на создание гражданско-правовых отношений, а носило своей целью сокрытие имущества, для последующего избежание как гражданско-правовой ответственности, так и ответственности, предусмотренной уголовно-процессуальным законодательством, и направлено на сохранением контроля над предметом Договора посредством заключения мнимой сделки.

При этом судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции относительно того, что ответчик является аффинированным по отношению к Должнику лицом.

Как верно указано Арбитражным судом города Москвы факт совместного проживания и ведения общего совместного хозяйства сторонами, был подтвержден надлежащими доказательствами по делу.

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации , разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к  числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. 

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований. При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником. 

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и  нисходящей линии, сестры, братья и их родственники.

В ситуации предъявления к должнику требований кредитора, связанного с должником не только обязательственными, но и личными правоотношениями, сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированность, заинтересованность) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) при заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).

Если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки (п. 20 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5(2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017)).

Применительно к рассматриваемому обособленному спору, ответчик и Должник не представил  в суд первой инстанции какие-либо объективные и бесспорные доказательства в подтверждение раскрытия разумных экономических мотивов совершения сделки - договора купли-продажи  недвижимого имущества.

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и  нисходящей линии, сестры, братья и их родственники.

Таким образом, осведомленность ответчика о наличии у Должника неисполненных имущественных обязательств перед кредиторами, а равно о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника должна презюмироваться судом, поскольку она выступает по отношению к должнику заинтересованным лицом. Аналогичная правовая позиция неоднократно находила свое закрепление в судебно-арбитражной практике.

Из совокупности представленных доказательств следует, что должник находился и находится в тесных личностных взаимоотношениях с ответчиком  находится в постоянном контакте и она была осведомлена и о финансовом, и об имущественном положении должника, а также не могла не знать о возможном взыскании ущерба по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности.

Из данного обстоятельства также следует,  что вывод суда первой инстанции относительно наличия признаков недействительности сделки на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве также является верным.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

— должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

— после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. 

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обстоятельство последующего включения имеющегося на дату совершения сделки неисполненного требования кредитора в реестр подтверждает факт неплатежеспособности должника в период ее заключения.

Учитывая, что на момент заключения спорного Договора, Должник знал о   наличии основания  о привлечении последнего к субсидиарной ответственности в рамках иного дела, то  признаки неплатежеспособности последнего возникли именно с 01.02.2015.

Учитывая фактическую взаимозависимость сторон, то данное обстоятельство указывает и на осведомленность ответчика о данном обстоятельстве,  при этом доказательств обратного  апеллянтами не представлено.

В связи с установленными обстоятельствами, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что оспариваемая сделка была совершена безвозмездно, а следовательно, вследствие совершения указанной сделки причинен вред имущественным правам кредитора должника. 

Довод Должника о том, что оспариваемая сделка была совершена в рамках обычных семейных отношений, также подлежит отклонению, поскольку с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372 по делу № А53-15496/2017).

В результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку кредиторы утратили возможность удовлетворить свои требования к должнику за счет отчужденного имущества, а какого-либо встречного исполнения по сделке должником получено не было.

В данном случае, оспариваемая сделка была совершена со злоупотреблением правом обеими сторонами сделки, поскольку из фактических обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств усматривается их сознательное поведение, направленное на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника. Допущенное сторонами злоупотребление правом носит явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия также полагает, что поведение сторон не отвечает признакам добросовестности, закрепленным в ст. 10 ГК РФ

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. 

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

 Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В силу разъяснений, данных в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

В данном случае суд первой инстанции, применительно к конкретным фактическим обстоятельствам спора пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка совершена при значительном объеме обязательств должника перед иным кредитором, в результате совершения оспариваемой сделки Должник безвозмездно утратил право собственности на имущество, которое передано в пользу осведомленного, заинтересованного фактически лица, в связи с чем имеются основания для признания сделки недействительной в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Изложенные ранее в настоящем судебном акте  обстоятельства указывают, что в результате совершения оспариваемой сделки из состава активов Должника выбыло имущество, что привело к утрате кредитором возможности исполнения решения суда, вступившего в законную силу, а, следовательно, заключение оспариваемой сделки повлекло причинение вреда имущественным правам и охраняемым законам интересам кредиторов пришли к обоснованному выводу о целенаправленности действий должника по причинению вреда имущественным правам кредитора Должника

Таким образом, судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционных жалоб, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.11.2019 по делу № А40-72115/18 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Ю.Л. Головачева 

Судьи:Д.Г. Вигдорчик 

А.А. Комаров