Арбитражный суд Волгоградской области

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город  Волгоград

« 14 » октября 2022 г.

                                  Дело № А12-36/2022

 

Резолютивная  часть   решения объявлена 11 октября 2022 г.

Полный текст  решения изготовлен 14 октября 2022 г.  

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Куропятниковой Т.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самородовой Т.В., рассмотрев  в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя главы крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к администрации ФИО5 ского сельского поселения Чернышковского муниципального района Волгоградской области (404474 Волгоградская Область Район Чернышковский 

<

...> ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), Комитету по управлению государственным имуществом Волгоградской области (400066, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании права собственности, с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – Управления Росреестра по Волгоградской области (400001, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Администрации Чернышковского муниципального района Волгоградской области (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>).

при участии в судебном заседании: 

от истца – ФИО2, доверенность от 01.03.2021, ФИО3, ордер № 025160 от 21.04.2022

от Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области – ФИО4,  доверенность № 45 от 29.03.2022, 

от остальных лиц, участвующих в деле – не явились, о времени и  месте проведения  судебного заседания извещены надлежащим образом,

установил:

Индивидуальный предприниматель глава крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к администрации ФИО5 ского сельского поселения Чернышковского муниципального района Волгоградской области, Комитету по управлению государственным имуществом Волгоградской области с требованиями о признании за индивидуальным  предпринимателем главой крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 права собственности на здание крытого тока, площадью 659,1 кв.м., расположенное по адресу: Волгоградская область,  Чсернышковский район, х.ФИО5. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены - Управление Росреестра по Волгоградской области, Администрация Чернышковского муниципального района Волгоградской области.

В судебном заседании 10.10.2022 объявлен перерыв, после перерыва судебное заседание продолжено, в прежнем составе суда.  

В судебном заседании истец поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, просит удовлетворить заявленные требования.  

Ответчик - Комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области  исковые требования не признает, считают их не подлежащими удовлетворению, по мотивам, изложенным в отзыве.

 Администрация ФИО5 ского сельского поселения Чернышковского муниципального района Волгоградской области напротив не возражает против удовлетворения заявленных требований. 

Ответчик – Администрация ФИО5 ского сельского поселения, третьи лица, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично путем  размещения,  в соответствии   с   частями 1, 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ),    информации о времени  и месте судебного заседания  в  информационно-телекоммуникационной  сети «Интернет»   на официальном   сайте Арбитражного суда Волгоградской области в разделе «Картотека Судебных дел».  

Согласно представленным отзывам,  Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии  по Волгоградской области при вынесении судебного акта по настоящему делу полагается на усмотрение суда. 

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, и исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства и оценив их по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению.                         

Порядок судебной защиты нарушенных либо оспариваемых прав и законных интересов осуществляется в соответствии со статьями 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации  и статьи  4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22  «О  некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что, если на стадии принятия иска суд придет к выводу о том, что избранный способ защиты права собственности или другого вещного права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения.

В соответствии со статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

Принимая решение, суд в силу части 1 статьи 168 АПК РФ определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. 

Согласно пункту 3 части 4 статьи 170 АПК РФ арбитражный суд указывает также в мотивировочной части решения мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В этой связи ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению, по мнению суда, в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Здание крытого тока, площадью 659,1 кв.м, расположенное по  адресу: Волгоградская область, Чернышковский район, х. ФИО5, был возведен хозяйственным способом совхозом имени Калинина Чернышковского района Волгоградской области в 1987 году, в ЕГРН сведения об объекте недвижимости отсутствуют.

Постановлением № 86 Правительства Российской Федерации от 29.12.1992 № 86 «О порядке реорганизации колхозов и совхозов» (далее - постановление № 86) совхозам и колхозам предписывалось до 01.01.1993 провести реорганизацию и привести свой статус в соответствие с Законом РСФСР от 25.12.1990 № 445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности», другими законодательными актами и перерегистрироваться в установленном порядке.

В результате реорганизации колхоза Калинина возникло ТОО "ФИО5 ское" (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>). Членом указанного ТОО «ФИО5 ское» являлся в том числе и истец.

В пунктах 8 и 9 постановления № 86 указывалось, что стоимость основных и оборотных средств колхоза и совхоза (за вычетом имущества, переданного в муниципальную собственность) составляет общую долевую собственность членов колхоза или работников совхоза.

В силу пункта 10 постановления № 86 владельцы пая вправе были распорядиться им одним из способов, перечисленных в этой норме, в том числе путем передачи пая в качестве учредительного взноса в создаваемое товарищество или акционерное общество.

Положение о реорганизации также предусматривало определение индивидуальных имущественных паев и земельных долей в каждом реорганизуемом колхозе и совхозе (пункт 8).

Определение размера индивидуальных имущественных паев осуществлялось на основании оценки стоимости всего имущества реорганизуемого предприятия (пункт 13). Согласно пункту 16 Положения о реорганизации владелец имущественного пая и земельной доли мог использовать их следующими способами: получить при выходе из хозяйства с целью создания крестьянского (фермерского) хозяйства, внести в качестве взноса в создаваемое товарищество, акционерное общество или кооператив, продать или сдать в аренду другим владельцам долей (паев).

Как указано выше, ТОО «ФИО5 ское» было зарегистрировано 12.01.1993 г., данное общество стало собственником крытого тока согласно ст. 14 Закона РСФСР от 24 декабря 1990 г. «О собственности в РСФСР» хозяйственные общества и товарищества, созданные в качестве собственников имущества и являющиеся юридическими лицами, обладают правом собственности на имущество, переданное им в качестве вкладов и других взносов их участниками, а также на имущество, полученное в результате своей предпринимательской деятельности и приобретённое по иным основаниям, допускаемым законом.

На основании протокола №2 собрания членов комиссии по реорганизации ТОО «ФИО5 ское» от 25.02.2000 года Крестьянскому хозяйству ФИО1 был выделен имущественный пай - было передано в собственность здание крытого тока, площадью 659,1 кв.м., адрес расположения: Волгоградская область, Чернышковский район, х. ФИО5. 

Данным протоколом подтверждается, что члены комиссии по реорганизации ТОО «ФИО5 ское» приняли решение выделить в натуре на имущественный пай (в рублях) имущество ТОО «ФИО5 ское», в перечень, которого входил крытый ток.

Между тем ТОО «ФИО5 ское» прекратило свою деятельность, в связи с чем,  иных документов  у истца не имеется.

Кроме того, в материалы  дела приобщен Годовой отчет за 1985 года, исполненный совхозом им. «Калинина», который содержит информацию на листе № 32 согласно выполнению плана ввода в действие мощностей основных фондов и исполнения лимита капитальных вложений, строительство крытого тока на 600 тонн. Также на странице 32 -35, имеются расчеты со сметой стоимости капитальных вложений.

Истец владеет зданием крытого тока открыто, непрерывно и добросовестно более 15 лет. Здание крытого тока, согласно технического плана построено в 1987 году, площадь составляет 659,1 кв.м, адрес: Волгоградская область, Чернышковский район, х. ФИО5, расположено на земельном участке с кадастровым номером 34:33:140004:197. Согласно сведениям Росреестра, здание крытого тока, отсутствует в ЕГРН сведений об объекте недвижимости. Земельный участок, поставлен на кадастровый учет 01.09.2008 году, площадь составляет 3600 кв.м, кадастровая стоимость 6804 рублей, право собственности было зарегистрировано 07.11.2014 году, запись регистрации 34-34-11/032/2014-171, правообладателем является Волгоградская область.

Согласно выводу по техническому заключению АО «Росгехинвентаризации- Федеральное БТИ за 2022 год, здание состоит из несущих строительных конструкций здания крытого тока, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 34:33:140004:197 Волгоградская область, Чернышковский р-н, х. ФИО5, на момент технического заключения установлено, как работоспособное состояние. Строительно- монтажные работы выполнены с соблюдением действующих строительных норм и правил, и не нарушают права и законные интересы граждан, юридических лиц, а также не создают угрозу жизни и здоровью граждан. Сверхнормативных нагрузок на несущие строительные конструкции не создано, конструктивная схема объекта в целом устойчива. Обследуемый объект относится к недвижимому имуществу.

Объект невозможно переместить без ущерба его назначения, сохранив его несущую и конструктивную особенность при дальнейшей эксплуатации. Основным критерием невозможности перемещения, являются специально возведённый фундамент и часть конструкций, выполненная из штучных материалов (белый силикатный кирпич на связующем растворе). Объект обладает прочной связью с землей.

Здание крытого тока, относятся к сооружениям сельскохозяйственного назначения, пониженного уровня ответственности, согласно «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» статья 4. Идентификация зданий и сооружений. К зданиям и сооружениям пониженного уровня ответственности относятся здания и сооружения временного (сезонного) назначения, а также здания и сооружения вспомогательного использования, связанные с осуществлением строительства или реконструкции здания или сооружения либо расположенные на земельных участках, предоставленных для индивидуального жилищного строительства.

ИП глава КФХ ФИО1, заключал ежегодно договора аренды земельного участка с администрацией Чернышковского муниципального района Волгоградской области. В 2011 году был заключен договор аренды на длительный срок, но 28.11.2014 году было подписано соглашение о расторжении договора аренды земельного участка, по причине, что данный земельный участок находится в границах природного парка «Цимлянские пески», который является особо охраняемой природной территорией регионального значения. 

Комитетом по управлению государственным имуществом, было отказано ИП главе КФХ ФИО1, в заключении договора аренды, так как не представлено документов, подтверждающие право собственности на объекты зданий и сооружений, расположенные на данном земельном участке. 

По этой причине оплата за пользованием земельного участка оплачивалась истцом, как неосновательное обогащение. На сегодняшний день, данный земельный участок, перестал находиться в границах природного парка, данный факт подтверждается выпиской из ЕГРН от 28.01.2021 года, где отсутствует запись об особо охраняемой зоне.

В настоящее время истец несет бремя содержания спорного объекта  недвижимости, открыто и непрерывно владеет имуществом.

Право собственности на имущество не за кем не зарегистрировано. В Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним отсутствуют сведения о государственной регистрации прав на вышеуказанные объекты недвижимого имущества.

Вместе с тем, поскольку объект используются заявителем в производственно-хозяйственной деятельности, ему необходимо подтвердить факт законности своего владения ими и получить возможность полноценной реализации прав собственника недвижимого имущества.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит признать за ним право собственности на спорный объект недвижимости.

Комитет  по управлению государственным имуществом возражает против удовлетворения заявленных требований, и указывает, что истцом не предоставлено доказательств подтверждающих строительство и возникновение первичного права у совхоза им.Калинина на спорный объект истцом в материалы дела не представлено. Из представленной выписки из протокола № 2 от 25.02.2000 следует отсутствие определенных индивидуальных технических характеристик здания крытого тока, по которым можно было бы однозначно определить, что в собственность главы КФХ ФИО1 передавался крытый ток, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 34:33:140004:197.

Документов, подтверждающих, что спорный объект является недвижимым имуществом, не обладает признаками самовольной постройки, не создает угрозу жизни и здоровью граждан, истцом также не представлено.

Из имеющегося в материалах дела технического плана здания крытого тока, подготовленного кадастровым инженером ФИО6 следует, что спорное строение по своим координатам находится в границах земельного участка с кадастровым номером 34:33:140004:197.

Между тем, согласно выкопировки из публичной кадастровой карты Росреестра                            на указанном выше земельном участке и частично за его границами располагаются три объекта, определить капитальность которых не представляется возможным.

Кроме того, в материала дела представлен отказ Облкомимущества в предоставлении государственной услуги от 08.10.2015 № 21-22/20231, из содержания которого следует, что согласно акту осмотра от 15.06.2015 на земельном участке с кадастровым номером 34:33:140004:197 имеется ангар,  металлические вагончики, сооружение с металлическими воротами и крышей из шиферного листа, металлические емкости, размещена сельскохозяйственная техника.

В соответствии со ст. 5. Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» каждый объект недвижимости, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости, имеет неизменяемый, не повторяющийся во времени и на территории Российской Федерации кадастровый номер, присваиваемый органом регистрации прав.

В кадастр недвижимости вносятся основные и дополнительные сведения об объекте недвижимости. К основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений.

Кроме того, учитывая что спорный объект не поставлен на кадастровый учет, его характеристики не определены (не установлены) в установленном законом порядке, следовательно здание крытого тока не может быть предметом гражданского оборота.

Администрация ФИО5 ского сельского поселения полагает иск подлежащим удовлетворению, поскольку указанными зданием с 2000 года пользуется истец, несет бремя его содержания. На балансе муниципальной собственности указанное здание не числится, безхозным не признано.

В целях установления истины по делу назначена   судебная экспертиза,  проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью Негосударственное экспертное учреждение «Истина», эксперту ФИО7. На разрешение эксперта следующие вопросы: Возник ли объект – здание крытого тока, площадью 659,1 кв.м., расположенный по адресу: Волгоградская область,  Чсернышковский район, х.ФИО5 (ранее совхоз имени Калинина) при строительстве, либо была произведена реконструкция? Определить год постройки (реконструкции, если таковая была проведена).

В случае изменения технических характеристик с момента возникновения указанного объекта, определить носили ли работы  произведенные на объектах характер реконструкции, либо на указанном объекте были проведены ремонтные работы, иные изменения,  определить в какой именно части объекты  подверглись реконструкции или иным изменениям,  какие именно виды работ проводились и в какое время (год, месяц по возможности)?  

Согласно представленному заключению эксперта:   

Здание  крытого тока   было построено в 1985 году, введено в эксплуатацию в 1985 году, введено в эксплуатацию в 1987 году. Реконструкция объекта не производилась.

В ходе натурального осмотра  экспертом также установлено, что  реконструкция  объекта – здания крытого тока  не производилась. В здании проводились работы по текущему ремонту, ремонту крыши, произведена замена  обрешетки (металлических ферм) и укладка нового шифера. Определить давность ремонта  е представляется возможным. 

 В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (часть 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является всего лишь одним из доказательств, исследуемых наряду с другими доказательствами по делу. 

Таким образом, процессуальный статус заключения судебной экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеется заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке арбитражным судом наравне с другими представленными доказательствами.

В соответствии с частями 1, 3, 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Частью 1 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что на основании проведенных исследований и с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дает заключение в письменной форме и подписывает его. Материалы и документы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Если эксперт при проведении экспертизы установит обстоятельства, которые имеют значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение. В распоряжение эксперта были предоставлены материалы настоящего арбитражного дела. 

В рассматриваемом случае представленное в материалы дела заключение эксперта отвечает требованиям, предъявляемым к составлению такого рода документам, содержит сведения об эксперте, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации о даче заведомо ложного заключения. Данное заключение содержит исследовательскую часть с описанием процесса исследования, оценка результатов исследований, выводы и их обоснование. Выводы эксперта являются полными, ясными, обоснованными, не имеют противоречий. 

Суд приходит к выводу, что экспертное заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств по настоящему делу. 

Кроме того, в судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля – ФИО8, который пояснил, что проживал, учился и работал в совхозе Калинина. 

Помнит, что примерно в 1986 году силами рабочих совхоза строились здания, в том числе и спорное строение. Также пояснил, что на именно том месте где стоит строение, иных аналогичных зданий не было. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Исходя из положений названной нормы права, лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, должно доказать наличие одновременно следующих обстоятельств: отсутствие законного основания владения истцом спорным имуществом (титула); фактическое владение недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет; владение имуществом как своим собственным; добросовестность, открытость и непрерывность владения.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление N 10/22) разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 Постановления N 10/22, возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права.

Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

В пункте 16 указанного выше Постановления N 10/22 разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество. Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества.

В случаях, когда прежний собственник недвижимого имущества не был и не должен был быть известен давностному владельцу, он вправе обратиться в суд с заявлением об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности (пункт 19 Постановления N 10/22).

По смыслу вышеизложенных разъяснений, а также положений статьи 234 ГК РФ и пункта 15 Постановления N 10/22 лицо, не являющееся собственником и претендующее на такой титул, должно доказать наличие совокупности элементов состава давностного владения, отсутствие любого из которых исключает приобретение права собственности в порядке статьи 234 ГК РФ.

При этом законодательно предусмотрено два способа защиты своего права (иск о признании права собственности, заявление об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности) в зависимости от наличия (отсутствия) сведений о прежнем титульном собственнике спорного имущества.

В связи с чем, истец обратился с настоящим исковым заявлением  в суд, указав ответчиками администрацию на территории поселения которой находится здание, и с которой ранее были заключены договора аренды на земельный участок для размещения строения и  Комитет, который в настоящее время является собственником земельного участка и кроме того, оспаривает права истца на спорное имущество.

В силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания соблюдения условий, указанных в статье 234 ГК РФ, несет истец.

К числу надлежащих доказательств непосредственного владения и пользования спорным имуществом могут быть отнесены доказательства несения бремени содержания объекта: ремонт, охрана, оплата коммунальных услуг, доказательства непосредственного целевого использования.

Возможность обращения в арбитражный суд  с заявлением о признании права собственности в таких случаях вытекает из ст. 11 и ст. 12 Гражданского кодекса  РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права.

При удовлетворении исковых требований право собственности возникает на основании решения суда, которое, в свою очередь, является основанием для регистрации  уполномоченным органом права собственности лица. 

Как следует из представленных  в материалы дела  доказательств, спорный объект возведен до 01.01.1995 года, т.е. к указанному объекту не применимы положения ст. 222 ГК РФ. Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что в силу разъяснений, изложенных в  п.12  Информационного письма Президиума ВАС РФ от 09.12.2010 N 143 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации», право собственности на самовольную постройку, созданную без получения необходимых разрешений, может быть приобретено в силу приобретательной давности лицом, добросовестно, открыто и непрерывно владеющим ею как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, если сохранение такой постройки не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно сложившейся правоприменительной практике в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» имеются в виду случаи, когда лицо признает власть другого лица (собственника) над вещью и осуществляет лишь временное владение вещью, т.е. владение не "как своей".

В частности, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29 указано, что не является давностным владение, которое осуществляется по договору с собственником или иным управомоченным на то лицом, не предполагающее переход титула собственника. В этом случае владение вещью осуществляется не как своей собственной, не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права на вещь и не утратившим к ней интереса, передавшим ее непосредственно или опосредованно во владение, как правило - временное, данному лицу.

Следовательно, согласно данному разъяснению у лица, получившего владение вещью по договору, критерий владения "как своим" отсутствует лишь в тех случаях, когда этим лицом осуществляется в соответствии с договором временное производное владение, и указанная заявителем неопределенность в этом аспекте отсутствует.

Между тем, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 26.11.2020 N 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9", отмечено, что принцип добросовестности означает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК Российской Федерации). Этот принцип относится к основным началам гражданского законодательства, а положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права, подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с его основными началами, закрепленными в статье 1 названного Кодекса (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В частности, в соответствии со статьей 302 ГК Российской Федерации добросовестным является приобретатель, который приобрел имущество у лица, не имевшего права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать. В отличие от названной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации в статье 234 данного Кодекса не раскрываются критерии добросовестности применительно к приобретению права собственности по давности владения.

Различие двух правовых институтов, предполагающих учет критерия добросовестности, - приобретения права собственности по давности владения и защиты добросовестного приобретателя от предъявленного к нему виндикационного иска - обусловлено прежде всего различными функциями виндикационного иска, служащего для защиты права собственности (иного вещного права), и института приобретательной давности, который направлен на защиту не только частных интересов собственника и владельца имущества, но и публично-правовых интересов, как то: достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей. В области вещных прав, в том числе в части института приобретательной давности, правопорядок особенно нуждается в правовой определенности и стабильности, что имеет особую важность как для частноправовых, так и для публичных целей.

Статья 302 ГК Российской Федерации направлена на разрешение спора собственника и добросовестного приобретателя и при определенных обстоятельствах разрешает этот спор в пользу последнего, который в силу добросовестности приобретения в таком случае становится собственником спорной вещи. В случае же с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 июля 2015 года N 41-КГ15-16, от 20 марта 2018 года N 5-КГ18-3, от 15 мая 2018 года N 117-КГ18-25 и от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29). Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь. При таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Разъяснение содержания понятия добросовестности в контексте статьи 234 ГК Российской Федерации дано в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которому судам рекомендовано при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, учитывать, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания у него права собственности. С учетом пункта 18 того же постановления, посвященного пункту 4 статьи 234 ГК Российской Федерации в прежней редакции, приведенное понимание добросовестности не препятствовало при определенных обстоятельствах приобретению по давности владения имущества и тем лицом, которое могло знать об отсутствии у него оснований приобретения права собственности по сделке. Таким образом, изложенный в пункте 15 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации критерий добросовестности отражает сложность добросовестности как оценочного понятия, допускающего ее различные проявления применительно к различным категориям дел.

Различие критериев добросовестности применительно к правовым ситуациям приобретения имущества добросовестным приобретателем (статья 302 ГК Российской Федерации) и давностного владения (статья 234 ГК Российской Федерации) обусловлено их разными целями, что требует от судов изучения фактических обстоятельств каждого конкретного дела, а это в свою очередь требует дифференцированного подхода при определении критериев добросовестности.

Так, практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27 января 2015 года N 127-КГ14-9, от 20 марта 2018 года N 5-КГ18-3, от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29, от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55, от 2 июня 2020 года N 4-КГ20-16 и др.).

В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, складывающаяся в последнее время практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Следовательно, при толковании таких общих норм гражданского права, рассчитанных на правовые ситуации и отношения с различными субъектами права, необходимо учитывать конституционно-правовой контекст, и прежде всего концепцию верховенства права, являющуюся основой принципа правового государства (статья 1, часть 1, Конституции Российской Федерации) и предполагающую реализацию принципов приоритета права, равенство перед законом, правовую определенность и юридическую безопасность.

Развитие подходов в практике Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в отношении критериев добросовестности владельца по давности подкрепляется судами ссылками на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированную в Постановлении от 22 июня 2017 года N 16-П, в котором проводится различие между неперсонифицированным интересом публично-правового образования и интересом конкретного гражданина.

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 ГК Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55 и др.).

Таким образом, понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК Российской Федерации.

Кроме того, с учетом необходимости возвращения имущества в гражданский оборот нельзя не принять во внимание практически неизбежный при давностном владении пропуск собственником имущества для истребования вещи у давностного владельца срока исковой давности, который, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц; а применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление от 15 февраля 2016 года N 3-П).

Не может с учетом сказанного опровергать добросовестность давностного владельца и сама по себе презумпция государственной собственности на землю (пункт 2 статьи 214 ГК Российской Федерации), поскольку ограничение для приобретения земельных участков, находящихся в государственной (муниципальной) собственности, по давности владения ставит частных лиц в заведомо невыгодное положение по отношению к публично-правовым образованиям, что нарушает принцип равенства субъектов гражданского права (пункт 1 статьи 2 и пункт 4 статьи 212 ГК Российской Федерации) и вступает в противоречие со статьями 8 (часть 2) и 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

В рассматриваемом случае иные лица на протяжении столь длительного времени не проявляли какой – либо интерес к спорному строению, не осуществляли какие либо действия по изъятию имущества из незаконного, как полагает в настоящее время Комитет  владения истца. 

При этом владение истца указанным зданием  было открытым, между сторонами заключены договора аренды на земельный участок под указанным объектом  недвижимости, что также давало основания истцу полагаться на законность его  владением. 

При таких обстоятельствах нельзя признать действия истца недобросовестными. 

Как минимум с 2000 года истец непрерывно, открыто и добросовестно несет бремя содержания данного имущества, осуществляет текущий и капитальный ремонт здания. Указанные доводы не опровергаются и ответчиками. 

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества.

Как указал Верховный Суд РФ, по смыслу приведённых положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.

Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом в силу пункта 5 статьи 10 названного кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Более того, само обращение в суд с иском о признании права в силу приобретательной давности является следствием осведомлённости давностного владельца об отсутствии у него права собственности. (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20 марта 2018 г. N 5-КГ 18-3).

По смыслу вышеизложенных разъяснений, а также положений статьи 234 ГК РФ и пункта 15 Постановления N 10/22 лицо, не являющееся собственником и претендующее на такой титул, должно доказать наличие совокупности элементов состава давностного владения, отсутствие любого из которых исключает приобретение права собственности в порядке статьи 234 ГК РФ.

В силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания соблюдения условий, указанных в статье 234 ГК РФ, несет истец.    

При удовлетворении исковых требований право собственности возникает на основании решения суда, которое, в свою очередь, является основанием для регистрации  уполномоченным органом права собственности лица. 

На основании п. 21. Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" судебный акт об удовлетворении иска о признании права собственности в силу приобретательной давности является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.

В соответствии со ст.ст. 8,12  Гражданского кодекса РФ  права и обязанности  возникают из оснований, предусмотренных законом, иными правовыми актами, а также  действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены  законом или такими актами, но в силу общих начал  и смысла гражданского законодательства  порождают гражданские права и обязанности. Защита  гражданских прав осуществляется, в том числе - путем признания права. 

В Гражданском кодексе РФ нет указания на то, что ст. 234 ГК РФ применяется только в отношении бесхозяйных вещей.

 По смыслу п. 1 ст. 234 ГК РФ, если у приобретаемого в силу приобретательной давности имущества нет надлежащего собственника либо он есть, но не проявляет к своему имуществу никакого интереса, не совершает юридически значимых действий (владение, пользование и распоряжение имуществом). Только при наличии данных условий имуществом как своим собственным может пользоваться другое лицо, имеющее основания на приобретение права собственности в порядке приобретательной давности.

Кроме того, регистрация права собственности в данном случае на спорное имущество устранит правовую неопределенность, позволит собственнику ввести объекты в гражданский оборот, оплачивать налоги и т.п.  

Суд считает, что истец подтвердил и документально обосновал факт открытого и непрерывного владения им указанным  имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности, факт нарушения своих прав как собственника, выразившихся в невозможности зарегистрировать свое право собственности на указанный выше объект недвижимости в установленном законом порядке, поэтому требование истца  о признании права собственности на указанное  выше имущество  в результате приобретательной давности является правомерными и подлежит удовлетворению. 

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 АПК РФ,  а  также  положений  статей  65,  66  АПК РФ,  лицо,  не  реализовавшее  свои  процессуальные  права  на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий. 

В силу положений статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Такие обстоятельства, в случае принятия их арбитражным судом, не проверяются им в ходе дальнейшего производства по делу.

При таких обстоятельствах заявленные требования подлежат удовлетворению.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  В соответствии со ст. 112 Арбитражного процессуального кодекса РФ  вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении. 

Суд учитывает, что истцом оплачена государственная пошлина и расходы по оплате судебной экспертизы, в судебном заседании представитель истца пояснил, что расходы в рамках рассмотрения дела он несет самостоятельно, в связи с чем, судебные расходы распределению не подлежат. 

 На  основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176    Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования удовлетворить.

Признать за индивидуальным  предпринимателем главой крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 право собственности на здание крытого тока, площадью 659,1 кв.м., расположенное по адресу: Волгоградская область,  Чсернышковский район, х.ФИО5.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья                                                                                                       Т.В. Куропятникова