АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

23 апреля 2024 года

Дело №

А56-28388/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., Троховой М.В., 

при участии конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Всеволожская транспортная компания» ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 08.04.2024),

рассмотрев 09.04.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2023 по делу № А56-28388/2016/суб.2,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.05.2016 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Всеволожская транспортная компания», адрес: 188661, 

<

...>, лит. А, оф. 131, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 26.07.2016 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением от 28.12.2016 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО1

Определением от 12.05.2017 ФИО1 утвержден конкурсным управляющим Обществом.

В рамках названного дела о банкротстве конкурсный управляющий 12.01.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в виде взыскания с него убытков в размере 123 229 000 руб.

Определением от 26.06.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2023 определение от 26.06.2023 отменено, по делу принят новый судебный акт, которым установлены основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 22.11.2023 и оставить в силе определение от 26.06.2023.

По мнению подателя жалобы, судом апелляционной инстанции неправильно применена норма права об исчислении сроков исковой давности, поскольку в рассматриваемом случае должен быть применен годичный срок исковой давности, а кроме того не учтена преюдициальность судебных актов по обособленному спору № А56-28388/2016/суб.1, где также установлен годичный срок исковой давности.

Кроме того, ФИО2 указывает на нарушение судом апелляционной инстанции норм процессуального права, выразившееся в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств в нарушение части 2 статьи 268 АПК РФ, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции.

В отзыве, поступившем в суд 03.04.2024 в электронном виде, конкурсный управляющий возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, а конкурсный управляющий ФИО1 возражал против ее удовлетворения, считая обжалуемый судебный акт законным и обоснованным.

Остальные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 АПК РФ надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в обоснование своего заявления конкурсный управляющий ссылался на то, что в ходе рассмотрения обособленного спора № А56-28388/2016/суб.1 по настоящему делу ФИО4 передала ему подписанное ФИО2 и нотариально засвидетельствованное заявление от 23.04.2021, согласно которому ФИО2 признает себя бенефициарным владельцем должника, подтверждает фактическое управление должником (назначение единоличного исполнительного органа), сообщает о возникновении в 2015 году у должника финансовых трудностей, намерении разобраться с хищениями у должника, для чего была приглашена ФИО4 При этом ФИО2 вывез документацию (должника) в январе 2016 года, в связи с чем ФИО4 указанная документация не передавалась.

Ссылаясь на указанные обстоятельства и неисполнение ФИО2 обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, что повлекло утрату Обществом права на своевременное взыскание дебиторской задолженности, розыск и включение в конкурсную массу активов должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, изучив и оценив обстоятельства спора, представленные доказательства, в удовлетворении заявления отказал, приняв во внимание преюдициальность определения от 08.11.2021 об отказе в привлечении в том числе ФИО2 к субсидиарной ответственности, и сославшись на недоказанность совокупности условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), для взыскания убытков, признав также обоснованными доводы ФИО2 о пропуске срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводами суда первой инстанции, постановлением от 22.11.2023 отменил определение от 26.06.2023 и принял по делу новый судебный акт об удовлетворении заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами, указав при этом на то, что срок исковой давности не является пропущенным.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 этой статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено в том числе арбитражным управляющим.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено в том числе тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет временному управляющему и конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника, о совершенных им сделках, соответственно исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, действуя в интересах кредиторов, должника и общества, в частности принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Статьей 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Бремя доказывания факта причинения убытков Обществу действиями ФИО2, а также причинной связи между недобросовестным, неразумным их поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для должника, возложено на заявителя (в рассматриваемом случае – на конкурсного управляющего).

Вместе с тем, на ФИО2 как лице, осуществляющем распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, лежит обязанность дать объяснения, оправдывающие его действия с экономической точки зрения.

В этой связи при разрешении спора об убытках, основанного на нарушении руководителем экономических интересов юридического лица при указанных действиях (бездействии), следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции указано, что конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между действиями/бездействиями ФИО2 и убытками Общества.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что отсутствие у должника первичной бухгалтерской документации само по себе не является безусловным основанием для привлечения учредителей/участников (конечного бенефициара) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, к ответственности, поскольку в деле отсутствуют доказательства утраты бухгалтерской и иной документации и что утрата документации произошла в результате виновных действий указанных лиц.

Судом первой инстанции также установлено, что вступившим в законную силу определением от 05.03.2022 по обособленному спору № А56-28388/2016/истр.3 конкурсному управляющему ФИО1 отказано в удовлетворении заявления об истребовании документов и сведений у ФИО2 ввиду передачи конкурсному управляющему 24.11.2021 и 12.01.2022 документации должника за период с 2012 по 2015 год, которая имелась у ФИО2 

Кроме того, судом первой инстанции также принято во внимание, что отсутствие тех или иных первичных документов, непередачу которых конкурсный управляющий вменяет ФИО2, не препятствовало конкурсному управляющему исполнять обязанности конкурсного управляющего в том числе оспаривать сделки должника.

При этом, повторно рассматривая обособленный спор по существу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен.

Между тем указанный вывод сделан без учета выводов судов, сделанных при рассмотрении обособленного спора № А56-28388/2016/суб.1, которыми установлено, что к спорным правоотношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), в том числе и в части определения срока исковой давности по заявленным требованиям.

Конкурсный управляющий не отрицает, что в рассматриваемом случае основания для привлечения к субсидиарной ответственности связаны с действиями, совершенными ответчиком до 01.07.2017.

Федеральный закон от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Закон № 266-ФЗ не содержат переходных положений, из которых бы следовало, что если на дату вступления в силу Закона о банкротстве в редакции Закона № 488-ФЗ либо Закона № 266-ФЗ срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности не истек, то подлежат применению положения о трехлетнем сроке исковой давности.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Таким образом приведенная норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного (исчисляется с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

При этом срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Несмотря на то, что конкурсное производство в отношении должника открыто 21.12.2016 (дата объявления резолютивной части решения суда), конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением только 12.01.2023. 

Поскольку сведения о фактическом владельце должника ФИО2 и о его роли в определении хозяйственной деятельности должника конкурсный управляющий узнал в мае 2021 года, что подтверждает сам конкурсный управляющий, а с заявлением о взыскании убытков ФИО1 обратился в суд 12.01.2023 (уточнение подано 05.05.2023), следует признать, что годичный срок исковой давности для предъявления требования конкурсным управляющим пропущен.

Выводы суда апелляционной инстанции об обратном не соответствуют материалам дела и сделаны с нарушением норм материального права.

В силу изложенного суд первой инстанции правомерно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам.

В этой связи у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены определения от 26.06.2023.

При указанных обстоятельствах постановление суда апелляционной инстанции от 22.11.2023 подлежит отмене, определение суда первой инстанции от 26.06.2023 – оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2023 по делу № А56-28388/2016 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.06.2023 по тому же делу оставить в силе.

 

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

 

И.М. Тарасюк

М.В. Трохова